27 глава
Финляндия сделала лишь один шаг в сторону врачей. Но это было опрамечево, лёгкие дозы старых препаратов так же играли свою роль, та стала конечно немного послушные, но не столько. Холодный и спокойный взгляд, что врезался в душу. Резко Финляндия стала передвигаться по комнате, уже атакуя. Но вот беда Доктор Мерсс со своим талантом в генетике и который сумел создать из ДНК финн оружие, получил смертельный удар. Не медля, ни секунды та набросилась на врача, но не вступала с ним в тесную рукапашку. Та хорошо показывала свою маневренность, что показывало, что она однако чувствует ход, который тот может сделать. Та слышала их речь и потому не давала сильно к себе прикасаться, а шею прекрывал капюшон. Резко в помощницу доктора прилетел сильный удар плечо, что послышался хруст. Холод, и полное равнодушие, жестокость и одна цель которую надо выполнить. Но то что зверя вновь оставили в клетке заблокировал все выходы, лишь спровоцировало ту нападать. Но на цели был уже и основной доктор. Та вступила в рукапашный бой, нанеся достаточно таки сильный удара, даже сильнее чем раньше*
Послышался женский крик, спровоцированный перелом костей . Женщина прикусила губу, дабы не кричать. Из глаз невольно потекли слезы. Майерс спокойно терпел удары. Боль пронизывала тело, однако, он не показывал этого. Выжидая нужный момент, тот все просчитал. Пусть она сейчас и сбежит, но с маленьким подарком от мужчины. Дожидаясь подходящего моменты, он то защищался, то наоборот-нападал. Секунда за секундой .Момент! Укол поразил бедро девушки, проходя сквозь одежду и врезаясь в ее кожу. Введя жидкость, но в тоже время и многочисленные травмы, тот отошел в сторону, так и не вынув шприц
-Lauf, Schatz, solange du Zeit hast.( Беги, дорогая, пока у тебя есть время.)
Отойдя еле к стене, открыл выход. С удовлетворением смотря на нее. Мерсс еще сыграет свою роль в его планах. Майерс продумал немного наперед, поэтому-он в любо случае останется в плюсе. И так, придерживаясь за ребра, тот тихо посмеивался, что-то шепча. Сейчас пойдет время на обратный отсчет. Успеет ли она сбежать из бункера? Или останется,чтобы добить его, но тогда потеряет драгоценные минуты и вещество возьмет вверх? Или же сбежит, а уже потом попадет под воздействие аппарат? Исход один. Однако, способ ускорить ближайшее затмение разума-разный.
Все случилось иначе. От вещества гены, совершили сбой, а задними и структура жизненных способностей девушки, та естественно отскочила, получая дозу, которая выбила на секунду из колеи. Та сдела ещё несколько шагов назад, стало плоховато, но азарт боя был. Та поняла, что уже поздно защищаться и перешла на отступление, да вот только отступлению, но вот она потратила некое время на солдат. А после совсем стало худо. Ноги еле держали на ногах.
М.... что в нем было...?
Тихо проговорила фин, стараясь не терять из виду врачей, но при этом стараясь не упасть. Произошёл реальный дезарентир, что заставлял напрягаться ещё больше и уже сожалеть, что не рванула прочь. Тело признало ужасная боль, что еле контролировала, а в глазах всё просто плыло
Доктор Мерсс проговорил какой-то химический состав, а точнее сумел так же немного улучшить вещества, что брали любого под контроль, но не проверял. Она помогали взять под контроль кого угодно, прост через определённое время, повтор дозировки, после чего тот закрыл глаза, перестовая дышать, но все свои работы с ДНК он записал, и те могли теперь удучшпть бойцов без опасения
- Dr. Merss, Sie waren wirklich ein großartiger Wissenschaftler. Ich war froh über Ihre Freundschaft, mein Freund.
(-Доктор Мерсс, вы были поистине великим ученым. Был рад вашей дружбе, друг мой.)
Майерс почтительно поклонился, смотря на медленно остывающее тело своего коллеги, а затем-бросил взгляд на Финляндию. Сама ,,Смерть" будет танцевать с ними в одном такте. Осталось до конца подчинить разум. Благо память была хорошей. Дав прибежавшим солдатам сигнал о том-чтобы те поймали ее, сам мужчина не стал попросту терять свои силы на отдых. Он тут же направился в соседнюю комнату. дабы создать последний препарат, по ому химическому составу, который назвал коллега. Солдаты окружили девушку, зажимая ее все ближе и ближе к стене. Еще чуть-чуть, они схватят ее, а после-доставят в последнюю комнату, где ученые попытаются полностью подчинить зверя
Финляндия, как и положено отвлеклась на салат, следя за каждым солдатом отступала, пока не упёрлась спиной о стену. В какой-то мере им было страшно напасть на столь дикого зверя, но в тоже был приказ.
Финн поняла что отступать некуда, значит придётся драться опять за свободу, но как если все тело и так пронзает острая и сильная боль, а в глазах и так всё мутно, но несчастье глаза ей были не нужны пока она там где есть, что-то твёрдое. Она прекрасно чувствовала движения каждого и могла спокойно нарисовать в голове картину, о том где она сейчас и что происходит, это был ещё один секрет Финн, та знала, что солдаты всё ровно этого не поймут, а доктора Холберг она не замечала, покуда её сбивали постоянная ходьба к ней, со стороны солдат. И вот ошибка вновь драка, опять трупы, но что-то было не то, она старалась не использовать в драке ноги, с помощью них она видела, и иногда если терялась задевала рукой пол. Но не смотря на большие жертвы, ту сумели прижать полу, старая удержать с трудом на месте. Сердце бешено колотилось, давая понять, что и в таком состоянии она могла драться. Та пыталась скинуть с себя солдата, что сидел на её спине и изрядно так был потрёпана. Из 10 солдат, осталось только двое, но ещё осталось пересчитать скольких она погубила при побеге.
Было ужасно больно и плохо. ДНК дало временный сбой, но та не могла этого понять ведь сама не знала всех причуд. Но её злило, что пускай она и сопротивляется, но очень слабо, как показалось по её мнению, из-за чего перестовая брыкаться. Солдаты сделали передышку облегчённо вздохнув, продолжая держать заложника
- Klar. Dann ist er tot. Schade. Ein genialer Mann.
(Ясно. Значит, он умер. Жаль. Гениальный был человек.)
Сделал глубокий вдох
Nun, lass uns nicht darüber reden. Ich hoffe, Sie werden sie bald freilassen. Ich will nicht lange warten.
(Ну, не будем об этом. Надеюсь, вы скоро выпустите ее. Я не намерен долго ждать.)
Рейх положил трубку телефона, а после-перевел взгляд на карту.
Майерс усердно занялся последним, ключевым препаратом. Он знал, что Финляндия сейчас беспомощна. Оставив девушку на солдат, тот метался от одного стола к другому. То переливая, то смешивая ,немец был близок к не достающему ингредиенту. И вот, спустя несколько длинных минут, он радостно закричал- эврика. Препарат был готов. А теперь-дело за малым. Благодаря Мерссу, немцы смогут добиться нужного результата.
Финляндия всё меньше и меньше брыкалась, пытаясь освободиться от немцев. Вскоре вовсе прекратила, осознание того, что было просто ушли в далёкое плавание. В глазах всё плыло, та не могла сосредоточиться. Двое из немецких солдат, что остались живы, каким-то чудом, облегчённо выдохнули, продолжая прижимать к полу хрупкое тело, которое перестало оказывать сопротивление.
Финляндия закрыла глаза пытаясь восстановить равновесие, но как на зло это не получалось, контроль был, но слабый. Гены дали конкретный сбой, из-за чего началось экстренное восстановление из-за чего, вещества что были введены в девушку в первые посщитались угрозой организму. Тело ужасно болело, не давая сосредоточиться на основном, а голова просто раскалывалась от понятия того что воюет сама с собой. Немцы связали руки девушке, что недавно вырвалась, и уже успела нанести так колоссальный ущерб, о котором уже сама не помнила.
Некоторые города стали беспокоиться, ибо не кто не мог узнать, где Suomi.
Суомиссалми нервно ходил кругами по комнате с кем-то разговаривая на финском. Та не умерла, но и не вернулась. После разговора, тот сел за стол хвотаясь за голову от безысходности, стараясь как можно тише вести себя
Где же тыSuomi..? Надеюсь, что тебя не поймал никто, тогда вся твоя правда раскроется...
Тихо прошептал город сидя за столом
Введя инъекцию в шприц, доктор тот час направился к холодной натуре. Нужно было вкалывать эту жидкость, в течение нескольких часов, для точного результата. Войдя в комнату, тот усмехнулся. Зверь, который недавно скалился, сейчас лежал мирно, почти неподвижно перед его глазами.
-Sie werden wehtun, Liebes.
(Вам будет больно, дорогая.)
С явным наслаждением проговорил мужчина. Склонившись над телом девушки, он убрал ее капюшон в сторону, дабы тот не мешал. Когда перед глазами показалась белоснежная шея, тот осторожно провел по ней пальцем. Ни одной родинки, пятнышка, какого-либо пореза. Сама идеальность. Но этот идеал немец решил потревожить. Приблизив шприц к шее почти бездвижного тела, тот пронзил нежную кожу иглой. Надавил пальцем на рукоятку поршня, впустил в тело жидкость. Которая с неимоверной скорость начала растекаться по венам. Препарат вызывал адскую боль. Боль, которая заставляла тело невольно извиваться, кричать. Такое ощущение, будто тебе дробили кости, стирая их в порошок. И вот, пошли головные боли, сопровождающиеся мелкими галлюцинациями. Голоса рядом стоящих становились совершенно неразборчивые. Майерс отошел в сторону, не отводя взгляд от Финляндии. Ему нравилось смотреть на ее мучения.
Солдаты вновь вцепились в девушку, стараясь удержать на месте. Финляндия не стала скрывать того, что было больно, и даже очень, опять происходил сбой в организме, гены не успевали выполнять свои функции. Пускай для кого-то это и было, коротким минутами, а для кого-то вечность. Финн вновь постепенно переставала брыкаться, давая предых солдатам, что с трудом её удержали, уже жалее об этом. Хрупкое тело лежало вновь прижаты в пол, глаза сама по себе закрывались, но вот она предательская причина сопротивления сну. В разуме да и в мыслях всё мутно, а в теле невыносимая боль. Но всё же восстановительные функции работали от недавно введённого шприца в шею, не осталось и следа. Финн перестала брыкаться та пыталась сосредоточиться на том, что сейчас. Но чтоб её та сразу стала слышать и чувствовать всё, каждый милейший шаг или шорох, в этом здании, о и о том что говорили и галлюцинации. Дабы не натворить глупостей та не реагировала, уже не на что, только на то как ей было больно в нутри. Было лёгкое ощущение того, что она нарушила какие-то правила, причём м их правила, но пока оставалась верна себе. Холодные и спокойные глаза постепенно закрылись, вот она бнзнодёжность. Брыкаться больно от первого препарата, а сопротивляться нельзя, та и не знала, что делать. Она сама по случайности подчениьась немецкому солдату, что её пытался удержать, что произнёс быстро слова на немецком, от страха:" да не брыкайся..." эти тихие слова были сказаны, когда той было больно, потому та и замерла, сама тооо не замечая, но лёгкое сопротивление было. Дикий зверь спрятал оскал, но всё ровно остался диким
Майерс с облегчением выдохнул. Пока все шло так, как нужно. Что-то прошептав Холберг,тот лично поднял прекрасное тело, а затем-куда-то понёс. Спустя 15-ты минут, тот вошёл в довольно просторную комнату, совсем не похожую на камеры подопытных. Прекрасная обстановка, включающая черно-красные тона; дорогая мебель, дорогие картины. Пройдя немного вперёд,он осторожно ,,поместил ‘’ Финляндию в мягкое кресло, поспешно приковав ее тело к месту сидения. Ремнём из кожи, он плотно обвил грудь и спинку кресла, руки и ноги, так же как и шею-тем самым обеспечил неподвижность. Это было не для его собственной безопасности. Это было для безопасности тела девушки. Дозировки препарата увеличивались. А это значило-что боль все росла и росла. Тело могло само по себе дергаться, извиваться. Но пока этого не было. Взглянув на время, Майерс вновь вколол препарат в шею. В тоже место, куда был сделан первый укол. Гены иностранки до сих пор его удивляли. Когда очередная жидкость была введена, доктор отошёл назад, сев в кресло напротив. Внимательно всматриваясь в лицо самой,,Смерти’’ , тот начал медленно рассказывать историю этой кровавой волны. Однако, он специально ее изменил, сделав русских-главными врагами, захотевшими завоевать весь мир. Он повторял эту историю вновь и вновь, заставляя мозг девушки воспроизвести эту картину в ее сне, пока та была без сознания. Препараты давали о себе знать. Сон пытался изменить частичные моменты памяти, стараясь стереть истину.
Сердце девушки колотилось с неистовой силой, та не стала скрывать что ей очень больно, но слабость себе некогда не позволяла, ни звука боли та не издала, лишь прикусив губу до крови. Финн уже сама запуталась где ложь, а где правда, кто был врагом, а кто был другом. Эти мучения были достаточно долгими. Ведь гены не особо сильно стремились изменить свою сложную структурую цепочку, но всё же пришлось согласиться с препаратами.
Через несколько минут та всё ж открыл холодные и спокойные глаза, слегка осмотревшись
- Sie sind endlich wach. Wie geht es Ihnen?
(Наконец-то вы проснулись. Как ваше самочувствие? )
Майерс поднялся с кресла, подошел к столу, взяв пустой бокал, а затем налил туда красное вино
-Даже будучи под таким сильным веществом, ты все еще не сломалась. Я не думал, что с тобой будет так интересно
Подумал доктор. Развернувшись к девушке лицом, держа бокал, чуть присел на край стола, убрав одну ногу за другую
- Möchtest du einen Drink? Wein? Oder Wasser? Sei nicht schüchtern, wir können uns etwas Zeit nehmen, um uns auszuruhen..
(Может ты хотела бы выпить? Вино? Или же воды? Не стесняйся, немного времени на отдых мы можем занять..)
Проговорив это бросил взгляд в сторону настенных часов, чего-то выжидая.
Тем временем немцы начинали выстраивать баррикады, почти около каждого города. Русские вот-вот пересекут границу, а это значит-что все пропадет. Хотя, успеют ли они перейти, если вот-вот должны выпустить настоящего зверя, а затем чудовищ, усовершенствованных генами самой Смерти.
- Sie haben sehr wenig Zeit zum Ausruhen. Der Feind kommt, das weißt du. Wir brauchen Ihre Hilfe, Miss Suomi (У вас очень мало времени на отдых. Враг наступает, вы знаете это. Нам нужна ваша помощь, мисс Suomi)
Майерс отошел от стола, сел обратно в кресло напротив, не сводив взгляда от девушки.
Финляндия лишь холодным и спокойным взглядом, посмотрела на того. Та окончательно запуталась, кто враг, а кто друг. Препарат стал действовать, ложь подобралась в душу и сердце хрупкого тела. *
– Nein, ich brauche noch nichts. Aber ich persönlich bin jetzt verwirrt, wer ein Freund und wer ein Feind ist. Wenn mein Gedächtnis mich richtig vorbereitet, dann habe ich Recht, der Feind der USSR?
(нет, я пока не в чём не нуждаюсь. Но лично я сейчас запуталась, кто друг, а кто враг. Если правильно меня готовит память, то враг СССР, я права? )
Дикий хищник был поделён, гены стали меняться, так же как и осознания где правда. Клетки так же стали изметь своё строение, но оно уже стало нормализованым, из-за чего боль утихала. Что будет если закрыть беззащитную добычу со зверем, какой будет итог?