Свидание
Это был один из тех дней, когда расписание казалось слишком скучным и предсказуемым. Несколько дней тренировок, постоянной работы и тихого, осторожного сближения со Соней — и вдруг всё изменилось.
В конце занятий Соня подошла ко мне с неожиданным предложением:
— Хочешь сегодня прогуляться? Вне школы. Без формы, без тренировки. Просто... ты и я.
Я застыла, не сразу понимая, серьёзно ли она говорит.
— Это что, типа свидание? — выдала я с лёгкой улыбкой, стараясь скрыть в голосе удивление и, честно говоря, небольшое волнение.
Она на миг задумалась, потом слегка улыбнулась, кивнув.
— Ну да. Можно и так сказать.
В голове закружились мысли, как в фильмах: «Почему я? Почему именно я?»
Мы договорились встретиться вечером у главных ворот кадетской школы. Я вернулась в казарму, чтобы переодеться в что-то обычное — удобные джинсы и куртка. Нервничала, но хотелось идти.
В назначенное время я уже ждала у ворот. Соня подошла в джинсах и куртке — не такой, какой я привыкла видеть её в форме. Она выглядела по-другому — мягче, расслабленнее, почти как обычный человек.
— Пойдём, — сказала она и взяла меня за руку.
Мы вышли из территории школы и оказались на шумных улицах города. Вечерний воздух был прохладным, но приятным.
— Куда идём? — спросила я, пытаясь не смотреть на её руку в своей.
— Поедем в парк. Там тихо. Можно поговорить.
Мы сели в автобус, а потом шли уже пешком, наслаждаясь легким ветром и редкими фонарями.
В парке было пустынно — идеальное место, чтобы почувствовать себя свободной. Соня достала из рюкзака две бутылки воды и протянула мне одну.
— Спасибо, — сказала я, и это было больше, чем просто слова.
Мы шли по дорожкам, разговаривали о пустяках — о погоде, о том, как надоели тренировки. Соня рассказывала истории из своего детства, и я впервые увидела в ней не только суровую старшую кадетку, но и человека с мечтами и страхами.
— Хочешь что-нибудь? — вдруг спросила она, указывая на маленькие ларьки у входа в парк.
— Не знаю... — ответила я, но Соня уже потянула меня к прилавку с сувенирами.
— Давай выберем что-то друг другу, — предложила она с улыбкой.
Мы стояли, перебирая разные мелочи: брелоки, браслеты, кепки. Я взяла небольшой браслет с крошечными звёздочками.
— Для тебя, — сказала я, протягивая Соней.
Она удивленно посмотрела, потом приняла и надела на руку.
— Спасибо. А вот это — для тебя, — сказала она и протянула мне тонкий кожаный шнурок с маленькой подвеской.
В этот момент я поняла, что между нами что-то большее, чем просто тренировки и совместные смены. Это был момент, когда мы обе решились переступить грань.
— Аделина, — тихо сказала она, — спасибо, что согласилась.
Я улыбнулась и сказала, что тоже благодарна.
Мы долго сидели на скамейке, смотрели на звёзды и слушали, как шелестят листья. Мир вокруг казался огромным, а мы — как будто одни во вселенной.
Когда пришло время возвращаться, мы шли молча, но в сердце было тепло и надежда.
Я знала, что это только начало.
После той прогулки всё в школе казалось другим. Даже воздух в казарме как будто стал тяжелее и легче одновременно — тяжелее от неопределённости, легче от того, что между мной и Соней появилась новая невидимая нить.
Я заметила, как она иногда украдкой смотрит на меня, будто пытается прочитать, что у меня на душе, но не решается спросить.
Наши тренировки стали менее формальными, больше разговоров, меньше команд и напряжения. Мы уже не просто подтягивали друг друга физически, но и поддерживали, когда становилось тяжело.
Однажды, во время ужина, Соня подошла и села рядом, не с той привычной суровой миной, а с едва заметной улыбкой.
— Помнишь браслет? — спросила она, поглядывая на руку.
— Конечно, — ответила я и посмотрела на тонкий кожаный шнурок на своей шее.
— Мне кажется, он тебе идёт.
Я почувствовала, как щёки загораются.
— Спасибо, — выдала я, пытаясь не выдать своего смущения.
В тот момент между нами пронеслось что-то тихое, но очень настоящее.
Вечером, уже после отбоя, я лежала в своей койке и думала о ней. О том, как Соня, которую я сначала боялась и не понимала, стала кем-то очень важным.
А потом пришла мысль, которая пугала меня: а что если это не просто дружба?
Я не была готова называть это любовью, но сердце подсказывало — что-то начинается.
Соня в этот момент, наверное, думала то же самое.
Я знала, что завтра будет новая тренировка, новые испытания — и вместе с ними новый шаг к тому, что мы обе боялись признать.
Утро встретило нас резким ветром и низким серым небом — идеальная погода для очередной тренировки. Я не могла сосредоточиться, мысли возвращались к нашей прогулке и к тому, что она значит.
Соня уже ждала меня на плацу, в привычной форме, но с каким-то другим выражением лица — мягче, не такой холодный взгляд, а почти... открытый.
— Готова? — спросила она, подходя и не давая мне уйти в свои мысли.
— Да, — ответила я, пытаясь звучать уверенно.
Командир дал старт, и мы начали бег. На этот раз мы бежали вместе, не соревнуясь, а поддерживая друг друга. Когда я начинала сбиваться с дыханием, Соня легонько коснулась моей руки.
— Ты сильнее, чем думаешь, — сказала она тихо, и голос её дрогнул.
В этот момент я увидела её настоящую — не ту, что всегда командует и держит всех под контролем, а ту, кто боится, волнуется и надеется.
После бега мы приступили к упражнениям на силу. Соня стояла рядом, поправляя мою технику, но иногда их руки случайно соприкасались, и электрический разряд пробегал по телу.
Потом была отработка боевых приёмов. Мы были партнёрами, и каждый удар, каждый блок отдавался с полной отдачей.
В какой-то момент, после особенно жёсткого обмена ударами, я упала на колени. Соня мгновенно наклонилась ко мне.
— Ты в порядке? — спросила она, внимательно смотря в мои глаза.
— Да, — выдохнула я, чувствуя, как сердце колотится не только от нагрузки.
Она помогла встать, и наши взгляды встретились.
В тот миг между нами повисло напряжение, которое нельзя было игнорировать.
— Аделина... — начала она, но остановилась, словно боясь сказать слишком много.
Я приблизилась, чуть ближе, чем следовало.
— Соня, — тихо сказала я, — мне кажется, что мы чего-то боимся.
Она вздохнула и кивнула.
— Да, — ответила она, — но может, не стоит?
Сердце застучало громче. Мы стояли так близко, что я могла почувствовать тепло её дыхания.
Этот момент был как мост между тем, что было, и тем, что может быть.
И я знала — это начало чего-то нового.