18. Я помогу...
Ребятки м
Солнечные лучи пытаются пробиться сквозь тёмные шторы в комнату, чтобы разбудить хозяев. В воздухе витает запах алкоголя и сигарет. На полу раскиданы вещи и даже где-то валяется бутылка выпитого виски. На кровати, которая находилась посередине комнаты, одеяло было скомкано, а простынь вообще на полу валялась, подушки были в разных углах комнаты.
Жар окутывает тело девушки, она недовольно морщится и начинает вертеться, пытаясь остудиться. Что-то плохо выходит. Неформалка шумно вздыхает и с трудом открывает глаза. Голову окутывает ноющая боль. Она потирает глаза и полностью открывает их. Голубой потолок. Брови сами по себе хмурятся. Это не её комната…
- Чёрт! – вздыхает синеволосая, не понимая, где находится. Неужели она вчера с кем-то провела ночь? Она быстро заглянула под одеяло. Фух, в одежде. Так, значит, она кого-то вчера подцепила и теперь находится у него дома. Следовательно, этот «кто-то» должен лежать рядом с ней на кровати… Её сердце забилось быстрее. Она медленно поворачивает голову, и сердце пропускает удар. Никого. Она облегчённо вздохнула.
- Не меня ищешь?
Её брови взлетели вверх, а глаза округлились, когда в комнату зашёл парень. Его мокрые и взъерошенные волосы были зачёсаны назад. Чёрные джинсы свисали с его бёдер. Верх был голым, позволяя Трис разглядеть все неровности его прекрасного тела. Она невольно залюбовалась этой картиной.
– Эй, я так-то ещё здесь!
Девушка закатила глаза, типа: «Ой, да больно ты мне нужен! Я и получше видала!»
- И что с этого?
- А ничего, что ты на меня таращишься? – спросил он, разводя руки в стороны.
- А ничего, что ты передо мной полуголый ходишь? – с её губ сорвался болезненный стон, так как голова вновь заболела.
- Это вообще-то моя комната. Что хочу – то и делаю!
- Так, стоп, а как я оказалась здесь? Я же была в клубе! – удивилась неформалка и оглядела комнату, её глаза округлились. – Что здесь, чёрт возьми, было? Логан, ты же не воспользовался моей беспомощностью? – возмущённо спросила она, смотря на разбросанные вещи.
- Конечно же нет! Ты в стельку была пьяна и сразу отключилась, как я мог воспользоваться твоей беспомощностью?
- То есть, если бы я не уснула, то ты бы…
- Нет! – оборвал он её. – Я бы не стал этого делать! Совсем уже что ли?
- Ну ладно, – как-то по-детски сказала она. – Вернёмся к моему первому вопросу: как я здесь оказалась?
- О, а это уже интересно… - брюнет присел рядом с девушкой и расплылся в улыбке. – Вчера, как я понял, ты жестоко напилась. Когда я сидел в клубе за барной стойкой, то увидел тебя. Я зашёл в этот клуб случайно! Просто решили выпить с Карлосом. А тут НА тебе, две в хлам пьяных подопечных. Да в такой хлам, что одна из них тёрлась своим телом об нескольких мужиков, а другая танцевала на сцене с бутылкой виски в компании какого-то парня, который так и лапал все её формы.
- И кто есть кто? – тихонько спросила синеволосая, натягивая одеяло на голову.
- А вот угадай, кто был всеобщим объектом переговоров? Это была ты, Трис. Ты танцевала на сцене, – девушка зажмурилась от стыда. – Это ещё не всё. Я попытался снять тебя оттуда, а ты затащить меня. Я тебя закинул на плечо, и вынес на улицу. Ты брыкалась и кричала. А потом, когда я тебя отпустил, говорила, как ненавидишь меня и хочешь, чтобы я сдох. После ты расплакалась. Ты просто плакала, держась за меня, и повторяла «ненавижу». Но тебя что-то опять переклинило, и ты меня ударила, сказав, чтобы я валил к своей Луизе. Так было несколько раз, пока ты не вышла на дорогу и не сказала, чтобы тебя сбила машина, потому что боль, которая тебя душит ты не в силах больше терпеть. И тут, как по повелению, ехал автобус на большой скорости. Ты стояла как вкопанная, то ли от страха, то ли действительно хотела умереть, но не получилось, так как я успел тебя перехватить. Мы упали на гравий и хорошенько проехались по нему. Патрисия, я так напугался! Зачем ты это сделала?
Только сейчас неформалка взглянула на его оголённую спину. Она была вся в царапинах, будто его изрезали. Внезапно в голове начали вертеться картины вчерашнего происшествия. Тело пробрала дрожь от чувств, которые посетили её вчера. По её щекам катились слёзы.
- Я… Я не знаю, - прошептала она. - Мне было плохо. Плохо, как никогда. Я вспоминанию свою семью. Отца, который изменил нам. Мать, которая ненавидит меня. И братика, который не появился на свет из-за меня. А ещё Джонни и Хлоя, которые предали меня. Столько всего, Логан! Я задыхаюсь от этой боли. И вообще не понимаю, не понимаю, почему тебе всё это рассказываю!
Логан прижал к своей груди синеволосую и вздохнул.
- А может, стоит это всё забыть? Может нужно начать новую жизнь с чистого лица?
- А зачем? Зачем вновь давать себе надежду на что-то?
- Потому что жизнь даётся нам всего один раз, и незачем убивать себя просто за то, что твоя душа так добра. Ребёнок, я помогу тебе, я помогу…
- Но зачем? Зачем ты мне помогаешь? Вытаскиваешь из всяких передряг, зачем, Логан? Я не понимаю! Все меня ненавидят, и даже ты. Но почему ты вдруг решил мне помочь? Пойми, меня не изменить. Я всё та же чёртова девчонка, всё тот же дождевой червь, всё тот же трудный ребёнок, – с каждым словом по щекам неформалки скатывались слёзы.
- Ты сама себе противоречишь. Ты не такая. Ты кажешься такой, потому что хочешь уберечь себя. Ведь так, Патрисия? – парень грустно улыбнулся.
Она опустила голову и мотала ей.
- Нет. Прошу, не надо. Ты и так слишком много знаешь. Прошу не лезь ко мне в душу. Дай мне хоть что-то оставить в тайне. С тобой я чувствую себя слабой, а такой я не была очень давно. С тех самых пор, когда… - Патрисия внезапно запнулась, вспоминая те моменты. Вдруг в голове промелькнула мысль, от которой тело покрылось мурашками. – Ты рушишь всё. Все границы, которые я выстраивала очень долго, – она подняла на него свои серые глаза. - Остановись, прекрати рушить меня…
- Глупышка, я тебя не рушу, я тебя возвращаю, – брюнет вновь оголил свои белоснежные зубы и встал с кровати. – Тебе нужно обработать раны.
- Как и тебе, – добавила тихо девушка.
Он тяжело вздохнул и притянул её ближе к себе, когда сел рядом. Её сердце на миг остановилось, а Логан очень внимательно и нежно проводил влажной ваткой по ранам. Синеволосая изредка шипела, а он дул на раны. Со стороны это выглядело так мило.
– Теперь ты! – воскликнула радостно она, когда парень, наконец, закончил.
Он нахмурился и покачал головой.
- Не надо, я себя хорошо чувствую.
- Я за справедливость. Ты меня помучил, теперь моя очередь, – неформалка насильно развернула брюнета к себе спиной и, намочив ватку перекисью, начала обрабатывать раны.
Странно, но в этот момент была гробовая тишина. Их сердца, кажется, забились в унисон. Что-то между ними происходило, и они оба это чувствовали. В головах вертелась одна и та же мысль, но каждый из них сопротивлялся и отталкивал её, думая, что этого не может быть. Ведь оба не верят в это чувство, которое так и преследует их. А зачем? Одна уже обожглась этим чувством, а второй и вовсе не верил в него. Они не хотели этого. Они сопротивлялись, как могли. Но разве их сердца послушают их?