Глава 23
Зачистка острова, в местах Домов и сам дворец, прошла успешно. Ремал довольно щурился. Не так давно ему принесли послание. Из-за слов, что там были, хотелось мурлыкать и плясать. Котик жив. У него, правда, котеночек имеется, но он жив. Сам котик жив и едет сейчас в деревню, под защиту и внимание со стороны старших котов. Как же хорошо на свете жить!
Мурлыкнув, Ремал осмотрел дворец, который чуть не стал последним, что в своей жизни увидел котенок, сощурился недобро. Это место, оно гнилое сверху и донизу. Все, что имели запасники и архивы, Кушары и другие воины деревень, да и эльвирсы присоединившиеся, вынесли до последнего клочка. Они обстучали каждый уголок, нашли каждый тайник, собрали все документы, какие имели отношение к деятельности не только самого вавэхдэ, но и всего его окружения, после чего вышли за город, что отстроился вокруг дворца. Это дань моде пришлых. Деямерриты так не строят.
Ремал смотрел на это место, и без какого-либо особого промедления дал команду на уничтожение. Стоявшие ряды воинов всего войска, что прибыло сюда, оставив гоняться за удирающими остатками псов позорных отряды карателей, плавно подняли руки показывая лук и стрелу с обмотанным тряпкой наконечником. По рядам тут же забегали менее сильные парни и мужчины, которые поджигали стрелы. Каждый, кому запалили стрелу, тут же натягивал тетиву, поднимал лук вверх и отпускал смертоносную красавицу. Залп заструился по небу, оставляя трассера дыма. Город, что выстроен по способу размещения зданий согласно традициям пришлых, начал заниматься огнем.
Армия деямерритов, которая прибыла в это место, она принесла только смерть и ничего не взяла, кроме растущего здесь молодняка своей расы. Их забрали всех, не только рождающих, но и альф, самцов-бет, да даже рабынь-кетвинок и тех прихватили. Им, конечно же, будет проведена стерилизующая операция, потому как смешивание крови между расами ведет к деградации потомства. Ребенок от кетвинки может получить зверя, а может и не получить, но в дальнейшем именно его потомство будет слабеть, будет болеть, что приведет к крайне нехорошим последствиям вообще для всей расы деямерритов. Такие данные чисто случайно были обнаружены еще во времена вавэхдэ Ревис Улиму, и именно поэтому рабынь-кетвинок и самцов-кетвинцев псы позорные, если и использовали для утех, то стерилизованными. Посему всем спасенным предстоит именно такая процедура, даже детям.
Жестоко? Да, очень. Вот только раса кетвинцев давно уже пытается поработить Деямерру, изменить ее жизнь, использовать ту энергию, из которой состоит духовный зверь. И уж их способы, они куда как менее гуманны, чем данная акция, при которой будет стерилизовано крайне много кетвинцев родившихся и выросших как рабы. Кто не будет согласен, отправлять на родину смысла нету, потому что им родиной стала Деямерра, с того самого момента, как на свет появились. А значит пути два: стерилизация или смерть. Кто согласится на первый пункт, будет передан в деревни, где их никто не станет задирать или унижать. Кошачий народ не умеет издеваться над теми, кто слабее. Правда, та его часть, что следует законам своего мира, а не как псы, что тут были разбиты и сожжены все их труды. Огонь очистит все, а забранных придется править, в голову вбивать правила островов. Они поставят на лестницу иерархии даже кетвинцев, выше данной ступени им прыгнуть; отличиться и подняться повыше, смогут только такие, как Кассандра, которая приносит огромную пользу не только своей деревне, но и любой другой, если просят. Остальные будут просто жить среди деямерритов, работать и нередко вставать в пары с ними.
Ремал усмехнулся, кетвинцы слабы. Из всех собранных в одну кучу рабов, ни один не отказался от права жизни. Деямерриту дай такой выбор, и он не задумываясь откажется потерять шанс на рождение потомства в обмен на свою жизнь. Невероятно, да? Это факт: ни один рождающий и тем более омега, никогда не примет стерилизацию как шанс на жизнь. Его зверь не даст. Даже если человек слаб, даже если ему страшно до мокрых штанов, а физическое чувство самосохранения требует дать согласие, дабы сохранить тело, зверь откажется. Он парализует рот, любое движение, кроме того, что несет отказ от такого предложения и положительно ляжет ответом на выбор смерти. И убить его будет не просто, потому что зверь будет защищаться, ведь он создан для защиты тела и души, а также для создания колыбели под дитя. Кетвинцы в этом плане очень слабы и беззащитны. Именно поэтому они сейчас стадом стоят и смотрят на место, где трудились. То самое место, которое занялось огнем.
Из этого места, кроме документов и невольников, действительно ничего не было взято. Ни утварь, ни запасы, ни жемчуг. Все добро и убранство осталось в домах, облитое специальной горючей смесью, ожидающее уничтожения. И оно быстро начиналось, поглощаемое кубометрами пламени. Даже погреба и амбары с зерном, и те были облиты смесью. Казалось бы, собери припасы, зерно, скотину… нет, они перебили все живое, даже подворье скота, до последнего теленка. Для деямеррита из такого места взять хоть что-то, кроме невольников и документов - навлечь на себя гнев Кошачьих Богов. Это все, вплоть до урожая на полях, служило растущему гнойнику и требует очищения огнем. И они провели его, запалив город, поля, сады. Дабы огонь не перекинулся на лес, между ним и полями проборонили огромную полосу, лишая ее травы и кустов.
Когда пожар в городе охватил каждый его уголок, а поля заполыхали, Ремал ощутил едва заметное касание плеч. Рядом с ним никого не стояло, никто не пришел к нему зверем в гости, но лбом в лоб уткнулся кот, который выдохнул: «Благодарим тебя, дитя». И тут же ощущение присутствия исчезло, а таури мяукнул ошарашенно, оглядываясь по сторонам, ища того идеального кота, который подходит ему во всех смыслах, который часть его сущности, который теплее родного ложе…
- Тише, - шепнул Ремал, прикрыв глаза, - Кошачьи Боги к нам приходили, благодарны за уничтожение гнили на теле земли своей.
Таури замер, прислушался, и ментально потерся лобастой головой о грудь своего человека, как бы извиняясь, потому что ложе, это частичка души, к которой прикрепляется зверь.
- Не обижаюсь, не тревожься. - Почти мурлыкнул Ремал, ощущая, как винится его зверь, как прижимается к нему, как пытается загладить свою вину, что хотел сменить своего человека на идеальную сущность, коей являются Кошачьи Боги.
- Что такое? - спросил подошедший Клем. - Послание?
- Нет. - Ремал повернул голову и переслал ему отчет-дымку.
Получив то, что было с вождем несколько мгновений назад, друг подавился воздухом. Прикрыв глаза, только кивнул головой и посмотрел на ватпэ, который сработал похлеще сарафанного радио. Буквально пара минут и все имеющие духовного защитника вдохнули воздух, испытав игру зверя, который ощутил присутствие Кошачьих Богов, после чего их души обласкали, показывая - я с тобой, не страшись, никуда не уйду. Кошачьи Боги благодарили не за смерти, а за очищение энергетического места от кривой ломанной структуры, которой выстраивались дома по технологии пришлых. Это место, оно, как и многие города, является вихревым потоком энергоканала планеты. Его закупорить неправильно выстроенными домами дело простое, вычистить и вернуть работоспособность, вот она задача.
На Деямерре, вне зависимости от материка или острова, все населенные пункты строят на том месте, где имеется энергетический канал. И все постройки выстраивают в четыре уса, закручивающиеся в спираль, согласно потоку энергии, создавая и усиливая вихрь. В центре города, деревни или любого населенного пункта, какого бы он ни был размера, всегда пустое место. Большое или маленькое, но пустое. Нету ни одного дома, ни одной дороги, только растут деревья, протекают реки, если ландшафт так лег, бывает озеро располагается. В центре города даже Храм не строят, не занимаются земледелием, не садят плодоносные сады. Это девственно чистое место, которое вот тут и сейчас захламлено было дворцом. В самом пике потока энергии, в самой её середине, располагались покои императора. Это пощечина Кошачьи Богам. И столь постыдное деяние было предано очищающей силе, огню, искорке первородной силы, которая зародила в этой части Вселенной что-то, помимо своего жара.
Боги были довольны тем, что грязь строений была очищена огнем, а камни впоследствии уберут все те же коты, что и запалили сие место. И они действительно это сделали! Как только пожарище стихло, спалив все, все что смогло, кроме камня, оплавив даже металл, армия перетаскала все камни, что не были естественны для этого места, после чего собою довольные засобирались по домам.
Огромная армия расползалась частями в разные стороны, оставляя после себя черное пятно земли, тронутое огнем, иррационально темнеющее на фоне яркой зелени леса и остатков от луга, где еще была трава. Ремал, который вел своих деревенских, был доволен тем, как завершилось сие действо. Даже то, что централизованное управление под руководством вавэхдэ исчезло, не отразится пагубно на острова, что входили в его состав. Будь здесь управление «страна», то начался бы хаос, паника, ведь «нижние» привыкли получать приказы «сверху». Но на островах каждый остров или самодостаточен, или давно проложены тропы менного рынка, а наличие или отсутствие вавэхдэ в их жизни, отражается только на то, сколько раз в год будет вестись энергетическая война и как скоро они найдут того кота, который и будет созывать воинов для битвы, а работающие коты не будут отвлекаться на подобные реалии жизни.
Что примечательно: возжелай вот тут и сейчас Ремал стать вавэхдэ и ему не отказали бы в этом не только воины окружавшие, но и мудрые коты с острова Мудрецов. Но Ремал не желал занимать данный пост, так как было одно обстоятельство, которое препятствовало. Вавэхдэ убил он сам, забирая право взять данный титул. Но по закону битвы, при наличии взрослого бекше, титул автоматом переходит к нему. Так вот, желающий занять место вавэхдэ должен победить или убить бекше, то есть первопринца. И, барабанная дробь(!), жизни бекше лишился благодаря когтям и зубам двух эльвирсов!
Итак, закон по которому титул вавэхдэ перейдет к Ремалу, гласит так: победивший получает титул. А кто у нас победил автоматом ставшего вавэхдэ? Правильно, два эльвирса. Но они рождающие, они омеги, а значит тот, кто задрал новоиспеченного вавэхдэ, становится вавьи, второй же тятьянгом. Стоит ли говорить, что Ремал от такого подарка отказался? Даже то, что это два эльвирса, оно не сыграло роли.
Правила становления вавэхдэ знают все на островах, с малого возраста учат их. Согласно этим правилам стать вавэхдэ может каждый сильный кот, за которым идут воины. В данный момент была уникальная ситуация: эльвирсы влились в войско островитянина, за которым поднялись не входящие в состав его боевого крыла дома и семьи. Согласно этому уникальному условию, титул вавьи и тятьянга, занятые во время боя, могут быть сняты, если в течение определенного времени оба кота проживут «под лапой» Ремала, и ни разу не переступят порог Дом-города. На это время, если конечно же Ремал не захочет взять свой законный титул, никто не будет иметь право претендовать на пустующее место. Дальше претенденты отправятся на остров Мудрецов, дабы заявить о своем желании. Все дальнейшие действия будут проходить согласно традициям островов, когда получается так, что умерший/убитый/погибший вавэхдэ не имеет взрослого наследника, вавьи и тятьянга - умерли или еще не появились. Такие моменты были в их истории, и ни единожды, так что отличаться сие действо от прописанных правил не будет.
- Не хочет ваш вождь вавэхдэ становиться? - спросил Валдай, который ехал на ватпэ рядом с Клемом.
- Хех, - усмехнулся Юйван, чей ватпэ шел со своей парой, - он ж от котика теперь ни на шаг, еще и порычит на соперников. Так что нет, вашего вавьи ему не надо.
- Малыш под нашей защитой. - Валдай покачал головой. - Если согласится, мы его заберем.
4
- Заберете. - Клем усмехнулся. - И что делать будете? Сделаете карателем? Бывшего таат, что тени своей боится и лишний раз вдохнуть?
- А кто виноват? Такой гнойник рос под боком, а вы и ухом не вели.
- Много ли по материку гнойных лежек, до которых вам «ухом не вели»? - поинтересовался оскалившийся Юйван. - И много ли вы поднимаете армий, дабы пришлые хвосты зачистить? Города до неба, ватпэ только у карателей и имеются. Мне перечислить дальше, или слова свои назад заберешь?
- Заберу. Не прав. - Валдай прижал руку к груди, таким образом повинившись.
- Котенка вам не отдадут. Ремал оголит зубы, кинется, сдохнет, но не отдаст. Это наш собрат, нашей деревни часть. Все уже решено. - Клем улыбнулся, пряча отросшие клыки, как ранее проявленный гарант серьезности ответа. - Он столько времени тормошил его, пока не сбежал к милойцам, что страшно подумать, какие мысли роились в голове вождя. Сейчас даже не заикайтесь, что уехать ему предложите. Врагом сделаете.
- Пф. - Усмехнулся ехавший сзади Рыран, близкий друг Жао-Харт, который в данный момент сопровождал молодого эльвирса.
- А ты не смейся. - Клем покачал головой. - Толку от ваших сил, если боевой акустик разозлится? Убить не убьет, даже не травмирует, просто оглушит и заберет то, что своим считает. А ты его потом ищи, плавает-то он и без корабля отлично. Даром что таури, так бы и горы сворачивал, да озера осушал.
- Рыран, не дразни. - Валдай осмотрел дорогу впереди. - Хорошо подрались, душевно.
- Угу. До Богов дело дошло. - Кивнул головой Рыран, улыбнувшись воспоминаниям касания к зверю, пусть и через отчет-дымку, но все же, оно очень приятно, тепло и родное, своё.
- Вот именно. - Прикрыв глаза эльвирс-капитан улыбнулся. - Угоден Ремал Богам, и дело его времени и месту было равно. Указали Боги, довольны. Хорошо, не быть котенку в наших рядах, раз сам вождь на него глаз положил. Успокой его, а то уши уже все здесь, хоть сам далеко впереди.
Клем заулыбался. Валдай прав, Ремал уши отрастил звериные, вслушивается в каждое слово, нервничает. Сразу заметно - ватпэ хвостом дергает, ушами водит, идет так, словно крадется. Клем лишь головой кивнул, плавно направил боевого друга вперед, дабы вождю сердце на кусочки не рвать, ведь может и зарычать.
- Жао-Харт и Рыран останутся в деревне. Навсегда.
- Почему? - спросил Юйван, который от подобного подарка розовых облаков не ожидал, второе дно имеется.
- Котенок не обучен, он уже взрослый, родил. Вам его учить будет очень сложно. Боевые умения эльвирсы развивают сами, с детства. У него же даже тело неразвито, не тянется, почти застоем спеленало. Да и эти двое, - он усмехнулся на кислое выражение лица Рырана, - провинились. Будут искупать вину свою, демографию островов повышать, глядишь и ответственности побольше будет.
Что такое натворили названные эльвирсы, Юйван уточнять не стал, итак понял, что именно сделали. Для деревни аж три эльвирса - удача. Самцов хватает, да и по другим деревням, кто под лапой Кушаров находится, полно тех, кто может претендовать на такого омегу.
Ремал выслушал друга, непроизвольно расслабившись. Если бы не знание о том, что котенок жив, он может и взял бы право. Тем более, что как вавэхдэ не посрамил ни чести своей, ни титула. Да и вавьи у него был бы плодовитый, что для островов было бы замечательно. Оно и так, конечно же, замечательно будет. Ремал улыбался своим мыслям, понимая, что влюбился в мальчишку без задних лап. У него даже усы тянутся к нему, какое там титул и вавьи-эльвирс? Оно ему не надо. Сместить вавьи нельзя, он уходит со своего поста посмертно. А держать рядом с собой котенка как наложника… Ремал поёжился. Уж лучше так, в деревне, да аккуратно, ласково, без обязательств больше, чем он имеет перед своим народом.
Жао-Харт плавно присел рядом со своим собратом из поселка карателей. Лукаво стрельнул глазками в сторону поглядывающего самца.
- Дразнишь. Будь аккуратнее. - Шепнул собрат.
- Валдай приказал остаться, - Жао-Харт скривился, опуская глаза, - у них тут все так серьезно.
- А ты думал, так просто сказали не трогать вавэхдэ и сына его? Вот теперь тебя наказали. И, заметь, виноват ты сам.
Жао-Харт угрюмо сжал губы в тонкую нитку. Да, виноват, но кто ж в азарте ошибок не совершает? Вздохнув, головой кивнул. Они сейчас остановились на небольшой привал. Надо покормить ватпэ, самим перекусить, ноги размять.
Из повозки на землю выпрыгнула кетвинка, за которой тут же, все ее не знающие воины, пристально проследили взглядом. Вот еще один раздражитель. Она одна из пришлых, их расы, но родилась здесь и следует законам островов куда как лучше, чем тот же Жао-Харт, стопроцентный деямеррит. Удивительно, но это факт. Женщина же, дум эльвирса не знала, продефилировала мимо и вцепилась в руку одного из деревенских.
- Бута, нужна вода. Горячая.
- Что такое? - воин тут же посерьезнел.
- Бута, он только родил, нужна гигиена. Да и маленькому личико протереть, ручки-ножки. У тебя самого ребенок не так давно родился, ты что вообще ничего не знаешь?! - возмутилась женщина.
- Прости, - Бута глаза в пол опустил, - я как отругал его, так он ж обиделся на меня. Сильно. Не говорит, рычит и не подпускает. Траву в цикл пил.
- А ты и рычал на него, - закивала головой Кассандра. - Ладно, не хмурься. Сделайте воду.
Воин только кивнул головой, отступая. На удивление эльвирсов, никто не послал за водой кетвинку. К ней вообще отношение было чуть ли не как к вождю. Очень уважали, очень слушали и очень не перечили. Да и она, смелая. Как рыкнет на кого, так кошак хвост поджимает, виновато ушки выпустив к голове прижать стремится.
- Да, силен дух у кетвинки. - Эльвирс покачал головой. - Она ж никого не боится.
- Угу. Как орала, до сих пор в струнку вытянуться хочется рядом с ней. - Жао-Харт следил глазами за женщиной, которая прошла к другому воину, о чем-то переговорила с ним.