39
Лалиса
- Моя девочка, - с наслаждением шепчет Чонгук и покрывает моё тело такими желанными, нежными поцелуями.
Я выгибаюсь в спине и крепче прижимаю его к себе.
- Моя любимая, - продолжает он сводить с ума мой рассудок. - Как же я скучал по тебе, Лалиса. Как же я по тебе скучал.
«Любимая...» - эхом звучит в голове
Впервые меня называют любимой искренне. Впервые я по-настоящему любима. И любима любимым человеком. Теперь я точно знаю, что это за чувство. И оно совсем не похоже на то, что я испытывала раньше. Оно возвышает, дарит крылья, учит летать где-то среди звёзд, сияя вместе с ними.
- Чонгук, - стоном вырывается из уст, когда он касается пальцами моей плоти. - Домашние все проснулись, нас могут услышать.
- Прости, но теперь на завтрак, обед и ужин я хочу только тебя, - словно обезумивший цедит мне в губы и сливает нас в поцелуе.
После ночного признания Чонгука, он поцеловал меня, и мы потеряли контроль над собой и перестали воспринимать реальность. Полночи мы признавались друг другу в любви, неистово целовались и занимались любовью, будто не занимались ею целую вечность. Мы растворялись друг в друге без остатка. Никогда ещё я не чувствовала такого единения наших тел и душ как в эту ночь. Как же это прекрасно - заявлять о своих чувствах и знать, что это взаимно.
Голые и влюблённые мы уснули под утро в объятиях друг друга.
- Тогда скажи мне ещё раз... - прошу со сладостным предвкушением, оторвавшись от его губ.
- Люблю тебя, - сразу понимает, чего я хочу. - Люблю каждый сантиметр твоего тела, - говорит и снова покрывает моё тело поцелуями. - Каждый сантиметр твоей души. Твоих мыслей.
Как же он умеет красиво говорить, воспламеняя меня, сбивая мой пульс.
- Каждый этот сантиметр наполнен тобой, - не удержавшись, отвечаю ему взаимностью, тянусь к его губам и прежде, чем они соприкасаются, Чонгук произносит:
- Я хочу тебя безумно. Бе-зум-но.
- Так возьми меня, - бесстыдно выгибаюсь ему навстречу.
Здравый смысл пытается достучатся до меня, вразумить, что за дверьми спальни кипит жизнь. С первого этажа доносятся голоса родных Чонгука и моей сестры, но разум блокирует всё и желает только одного - вновь насладиться Чонгуком.
Он нависает надо мной сверху. Смотрит на меня своим самым порочным взглядом и медленно входит в меня, давая почувствовать каждый сантиметр своей плоти. Я с трудом сдерживаю протяжённый стон, что рвётся из груди.
- Не сорвись, - издевается, хищно улыбаясь.
Знает, что я не привыкла быть тихой. Сам ведь научил.
Понимая, что это сносит мне голову, я притягиваю его лицо к своему и впиваюсь в его губы, чтобы хоть как-то заглушить себя. Слившись в поцелуе, мы начинаем синхронно двигаться тазом навстречу друг к другу. В груди всё искрится и превращается в пожар.
- Я сдохну, если каждое моё утро не будет таким, - говорит Чонгук, смотря мне в глаза и продолжая входить в меня всё быстрее и сильнее.
- Ты необходим мне живым, - шепчу, теряясь в ощущениях от ласк Чонгука.
Мне до сих пор не верится, что мы поговорили и признались в своих чувствах и теперь наслаждаемся друг другом в полной мере. Словно другая реальность. Такая чудесная и прекрасная.
Я обвиваю ногами его бёдра, двигаюсь ему в такт, сливая нас в диком танце. Отсутствие секса на протяжении долгих месяцев очевидно сказалось на мне. Я стала ненасытной, дерзкой и отчасти грубой. И чувствую, что Чонгуку такая я тоже приходится по вкусу. Он смотрит на меня с восхищением, необузданным желанием, и его движения и касания становятся мне под стать - такие же резкие, слегка грубые и причиняющие приятную боль.
- Какая ты горячая, Лалиса, - выдаёт он, когда мы одновременно взрываемся в экстазе.
Он ложится на спину, раскрывает руку и ждёт, когда я прижмусь к нему. Вымотавшаяся и опустошённая, но до безумия счастливая я склоняю голову на его плечо. Слушаю сумасшедшее биения наших сердец. И это лучшая музыка для моих ушей
- Через пару часов я поеду с Сыином в город. Нужно решить кое-какие вопросы по работе и съездить в больницу к доктору бабушки. Хочешь со мной? - говорит Чонгук, нарушив умиротворённую тишину между нами.
- Я бы с удовольствием, но останусь с сестрой. Помогу ей по дому. Твоя мама вернётся только к вечеру.
Он берёт меня за подбородок, приподнимает лицо к себе и расплывается в улыбке, разглядывая меня.
- То, что ты делаешь - бесценно. Знай, что я вижу и ценю твою заботу обо мне и моей семье.
- В моих поступках нет ничего такого, чтобы ты отмечал и говорил о них. Забота о дорогих людях - это так же естественно, как и дышать.
- И быть благодарным за эту заботу тоже естественно. Я не намерен воспринимать что-то как должное. Даже твою любовь, - произносит с нежностью и проводит пальцем от одного уголка губ к другому.
Внутри меня тягучей негой разливается тепло. Душа наполняется не просто любовью, а чем-то мощнее и сильнее, чем это чувство.
- Я счастлива, что моё сердце поумнело и влюбилось в тебя, - поцеловав его в руку, я нехотя вылезаю из постели.
Прохожу к столу, беру браслет с кольцом и возвращаю их на запястье и палец. Вижу, как доволен Чонгук, наблюдая за этим. А как довольна я. Без них я чувствовала себя голой. А теперь снова - нарядная.
Пока я одеваюсь, Чонгук продолжает лежать и наблюдать за мной. А я ощущаю такую лёгкость и счастье во всём теле и на душе. И это совсем другое счастье. Оно такое полноценное. Мне больше не страшно за будущее. Почему-то сейчас я уверена - Чонгук не отпустит меня.
Один откровенный разговор, и все переживания и тревоги улетучились и рассеялись в воздухе. Когда Тхэян говорил мне о Цзыю и что всё между ними кончено, я не верила ему. Всегда чувствовала её между нами. Но Чонгук... После его слов я больше не чувствую эту девушку не то что между нами, а вообще в нашей жизни. Я верю ему. Верю всем своим сердцем.
Если он осознал свою ошибку и попросил искренне прощения, я не хочу терять время на глупые игры и попытки помучить его и набить себе цену. Мы и так потеряли много времени вдали друг от друга. И теперь я хочу восполнить себя и свою жизнь присутствием Чонгука. Сейчас я уверена, что это будут другие отношения. Более здоровые и наполненные.
- Знаешь, чего я хочу? - спрашивает Чонгук, подойдя ко мне сзади и помогая застегнуть бюстгалтер.
- Чего?
- Это так глупо, - усмехается он. - Но безумно хочу вернуться сегодня вечером домой и увидеть накрытый стол с ужином, который приготовила ты, - признаётся и целует меня в плечо.
И, возможно, это и в самом деле глупо и смешно звучит. Но я чувствую, что это для него значимо, и ловлю себя на мысли, что с удовольствием исполню его желание.
***
Ли сегодня на радость всем чувствует себя прекрасно, и мы с Минни с удовольствием проводим время с ней. Говорим о разном. Минни рассказывает про их медовый месяц, что они делали, куда ездили. А я делюсь с ними нашим откровенным разговором с Чонгуком и нашими признаниями в любви. Знаю, что это их удивит и обрадует, поэтому считаю неправильным молчать. Впрочем, Чонгук не особо скрывал с утра своих чувств. Ухаживал за мной за завтраком, поцеловал на прощание перед всеми, да и его поступок за столом перед родителями пару дней назад ясно дал понять, что он не готов больше скрывать нас от мира.
Сестра с бабушкой были очень счастливы услышать об этом. Минни усыпала меня вопросами, а Ли сказала лишь одно:
- Я знала, что вам нужно просто поговорить. Впереди вас ждёт прекрасная совместная жизнь. И вы, девочки, обе очень меня сегодня осчастливили.
И мне после её слов захотелось устроить настоящий семейный ужин, чтобы продлить это счастье. И заодно исполнить желание Чонгука.
Несколько часов мы с Минни провозились на кухне, готовя разные блюда и десерты. А после украсили террасу светодиодными гирляндами и накрыли красивый стол со свечами.
Я считаю, что такие дни, как этот, когда Ли в таком прекрасном расположении духа, нужно наполнять ещё большей радостью, смехом и любовью. Потому что неизвестно, что её ждёт дальше. И хотелось бы наполнить её жизнь как можно большим количеством счастливых мгновений.
Чонгук с Сыином возвращаются домой, когда за окном уже темнеет, а небо усыпается звёздами, а следом за ними приезжают и наши родители.
- Моя девочка, - радостно встречает Чонгук Лўну, которая, увидев его, тут же вырывается из рук моей мамы и бросается к нему в объятия.
Её хвостик безудержно виляет, и она тянется к его лицу, чтобы всего его облизать. Чонгук смеётся и тискает её. Когда мы были вместе, я всегда брала её с нами во все поездки. И я знаю, что он любит её не меньше моего.
Мы приветствуем всех и приглашаем за стол.
- Девочки, какие вы умнички, - с восторгом произносит тётя Харун, рассматривая стол и присаживаясь вместе с моей мамой к Ли, которая радостно наблюдает за всеми.
- Да, нам очень повезло с невестками, - выдаёт она, поддержав дочь. - Весь день сегодня радовали меня своими разговорами и как пчёлки трудились.
Мы с Минни переглядываемся смущённо.
- Надеюсь, сегодня вы вернёте нам нашу младшую дочь, - весело выдаёт моя мама.
- Простите, ну мы даже Лўну сегодня заберём себе, - весело заявляет Чонгук.
- Ну уж нет, дорогой, к таким потрясениям мы ещё не готовы, - мягко улыбается ему мама.
И дальнейший диалог они уже ведут лишь взглядами, понимая друг друга без слов.
Всё-таки существует баланс жизни. Где-то ты теряешь, но где-то обязательно приобретаешь. Родители потеряли друзей, но приобрели новых членов семьи. Я потеряла Тхэяна, но обрела настоящую любовь. И сидя за столом в окружении этих людей, я убеждаюсь в том, что всегда всё к лучшему, и нужно не бояться перемен в жизни.
Дедушка Енсок выносит на улицу свой старый виниловый проигрыватель. Ставит пластинку, и пространство заполняется красивой и чарующей музыкой.
- Ой, моя любимая песня. Помнишь, Енсок, мы с тобой под неё танцевали наш первый танец? - Ли расплывается в улыбке от воспоминаний.
- Поэтому я её и включил, любовь моя, - он подходит к ней, подаёт руку и приглашает на танец.
Глаза Ли загораются тысячами огней. Она без раздумий вкладывает свою ладонь в его руку, и они вместе спускаются с террасы на газон и начинают свой танец.
Я с упоением наблюдаю за ними и той любовью, которая до сих пор теплится в их глазах. Вижу, как плохо дедушке Енсоку, как в глазах проблескивает влага, но он отгоняет её. И сердце моё сжимается от тоски. Не хочу даже думать о том, как больно и невыносимо ему смотреть на любимого человека и понимать, что скоро его не станет.
Я настолько пленена ими и своими мыслями, что не замечаю, как передо мной появляется Чонгук и берёт меня за руку. Вздрагиваю от неожиданности и перевожу взгляд на него.
- Пойдём потанцуем тоже.
Сначала я чувствую лёгкое смятение и неловкость, но потом понимаю, что хочу этого больше всего в данную секунду и без лишних раздумий прохожу вместе с ним к Ли и Енсоку под открытое небо.
Чонгук берёт меня за талию, прижимает к себе и, как только моя рука ложится на его плечо, он начинает вести нас под музыку. Я застываю в его глазах. Он смотрит на меня так проникновенно, что пробирает до мурашек в теле.
- Я знаю, что ты хотел, чтобы я приготовила ужин для тебя. Но мы решили, что такой вечер пойдёт на пользу бабушке, - шепчу ему и улыбаюсь. - Да и всем нам.
Я смотрю на Ли и Енсока, на то как они смотрят друг на друга, как он умело ведёт ее в танце, и улыбаюсь. Как же прекрасно прожить жизнь с тем, кого ты любишь, и кто смотрит на тебя влюблёнными глазами даже спустя много лет брака.
- Вы с Минни организовали прекрасный вечер. О таком ужине я и желать не мог.
Он на миг опускает мою руку и касается моей сбившейся пряди волос. Убирает её за ухо и разглядывает меня с упоением. Он так похож сейчас этим взглядом на своего дедушку. И это пробирает меня до мурашек.
- Знаешь, чего я хотела бы, Чонгук? - спрашиваю с волнением в голосе.
- Я внимательно слушаю тебя, ангел.
- Хочу, чтобы через много лет ты смотрел на меня также, как смотришь сейчас. Один лишь этот взгляд окрыляет меня.
Он молчит, всё глубже проникая в моё сердце. А потом неожиданно произносит:
- Выходи за меня замуж.
Я аж замираю от его слов. Смотрю на него шокировано и не могу пошевелиться. Всё вокруг нас словно перестаёт существовать. Мы остаёмся одни во всём мире.
- Прости, я знаю, что ты заслуживаешь другого, более красивого предложения. Но увидев тебя на нашей кухне за готовкой, я не мог избавиться от желания видеть такую картину всегда.
- Хочешь, чтобы я постоянно готовила для тебя? - нервной смешинкой вырывается из моих уст.
Когда он признался мне в любви, мне казалось ничто больше не способно сделать меня более счастливой, но сейчас моя радость достигает до самих небес.
- Нет. Просто хочу, чтобы ты была моей женой, и каждое утро, просыпаясь, я видел тебя рядом, - признаётся он.
Я замолкаю, не веря в происходящее. Не знаю, о каком красивом предложении он говорит, потому что для меня это - самое невероятное.
- Ещё раз прости, ангел. У меня даже кольца нет с собой.
Я вижу, как его это огорчает, и спешу заверить, что кольцо - последнее, что имеет для меня значение.
- Чем плохо оно? - показываю ему то, которое надела с утра. - Мне кажется, и его сейчас достаточно.
- Ты согласна? - удивляется он, будто бы и не ожидал такой реакции от меня.
А я не вижу смысла думать над чем-то. Если двое людей любят друг друга и их желание построить семью взаимно, то какой смысл ждать? Тем более, когда мы знаем друг друга вдоль и поперёк. Знаем всё самое ценное и сокровенное.
- Знаешь, Чонгук, - я кладу вторую руку ему на плечо и улыбаюсь. - Если вспомнить наш первый день знакомства и всё, что было между нами за этот год, то я не могу представить более прекрасного предложения, чем это. У нас ведь всё не так, как у людей.
Он расплывается в улыбке, но молчит, продолжая ждать моего ответа.
- Да, - тянусь в его объятия. - Конечно, я согласна. Я люблю тебя и хочу быть твоей женой.