19
Вернувшись в зал Мали слегка подтолкнула Сабину и направила к столику, за которым сидели Арсен и Лейла. Наблюдая за всем, что творится вокруг ей вдруг показалось, что она внезапно выпала из этого праздника. Все эти люди, весело танцевавшие, поздравлявшие молодых – чужие ей. Да и сам праздник этот тоже чужой. Вот Гаджи мило беседует с родителями Лейлы, ее брат Омар танцевал с одной из кузин, Руслан пригнулся к Карине, что-то весело шепча на ушко, отчего молодая девушка зарделась румянцем и опустила голову, малышка Сабина о чем-то увлеченно рассказывала матери и Арсену.
Обняв себя, девушка стояла, прислонившись к стене, мечтая скорее сбежать отсюда. Впервые ощущая на себе тяжесть чужого счастья, ей стало трудно дышать. Развернувшись, Мали сделала было уверенных два шага намереваясь покинуть зал через черный ход, но вдруг врезалась в чью-то мощную грудь. И если бы этот некто ее не придержал, девушка наверняка бы упала. Этого было достаточно, чтобы буря эмоций выплеснулась наружу, она заплакала. Уткнувшись в грудь неизвестно кому, ведь Малика не решилась взглянуть на того, кто чуть не сбил ее с ног. Мужчина прижал ее к себе, обнимая за плечи. И она узнала его, по рукам, по парфюму, по нежности, с которой ее держали в руках. Но даже на него в ней поселилась обида, он оставил ее в самый тяжелый период жизни. В день суда, когда Мали нуждалась в нем как никогда, Ибрагима не было. Слезы текли ручьями из глаз, оставляя на его белоснежной рубашке мокрые следы, а он продолжал прижимать ее к себе одной рукой, другой провел по волосам.
Слов не было, все было ясно без них. Когда их взгляды встретились, ее полные обиды, упрека и недоверия: его – любви и сожаления, говорить просто не было сил.
- Где ты был? – хриплым голосом спросила она, пальцы сложились в кулак ,и она легонько ударила его в грудь, - Где?
- Улаживал кое-какие дела, - спокойно ответил он, но сощурился, получив еще один удар, чуть сильнее первого.
- Какие? – голос все еще хрипел, Мали шмыгнула носом.
- Не важно, - отрезал он.
- Еще как важно, - она хотела снова ударить, но он поймал ее руку.
- Перестать, - попросил он, - лучше, подари мне танец.
- Не буду я с тобой танцевать, - тоном обиженного ребенка отказала она.
- Всего один несчастный танец, - не обращая внимания на ее капризы, просил Ибрагим.
- Тем более несчастный, не хочу, - надула она губки, хоть он этого и не видел.
- Мали, - позвал он, на что она отозвалась звуком «ммм?», - я скучал по тебе.
- А я нет, - соврала девушка, - и вообще, я обижена на тебя. И не намерена так легко прощать. Мне нужно привести себя в порядок, - она хотела вырваться из рук, но Ибрагим держал крепко, - отпусти. Мне надо...
- Сначала пообещай мне танец, - выставил он условие.
- Не хочу, не буду. Бараш, я закричу!
- Кричи, но знай, я заткну тебя поцелуем, - улыбнулся он.
- Ты в себя поверил что ли, я не поняла? Отпусти, кому сказала?!
- Волшебное слово, - настаивал Ибрагим.
- Тогда отпустишь?
- Угу.
Она состроила гримасу, делая вид, что обдумывает его предложение. Из общего зала послышались ритмы медляка и Ибрагим делал попытки ее раскачать, импровизируя танец.
- Ладно, будет тебе танец. Только договорись, чтоб к нашему выходу музыку сменили на нормальную.
- Ок, - он развел руки освобождая девушку.
Мали быстрым шагом пошла в дамскую комнату, когда через 15-ть минут вернулась, Ибрагим стоял на том же месте. Подойдя к нему встала чуть дальше за спиной. Он словно почувствовал ее появление, протянул ей руку. Девушка вложила в его большую ладонь свою, и стая бешенных мурашек прошлась по спине, когда она услышала:
- С днем Святого Валентина, любимая.
Как только они показались под лампами ярко освещенного зала, песня, что играла в этот момент резко прекратилась, вызвав у танцующих волну негодования. Но пару секунд спустя заиграла новая песня. Мелодичная, с красивым медленным мотивом, и если Мали правильно угадала это был Стас Шуринс. Она ожидала что включат лезгинку, но вместо этого им видимо придется танцевать медляк. От осознания того, что Ибрагим обнимает ее на глазах у 400-ста человек, выбила ее из колеи. Растерявшись, не попадала в ритм, взгляд бродил по людям вокруг, боясь наткнуться на укор в глазах близких. Но их словно никто не замечал, каждый был занят своим, и до парочки в центре зала не было никакого дела.
- Забудь о них, - шепнул ей на ухо Ибрагим.
Она обратила на него свой потерянный, напуганный взгляд. И только сейчас вслушалась в слова, что пел Стас.
«Прости меня, я был не прав
Позволь смотреть в твои глаза
Я все отдам, я знаю сам
Что виноват, прости меня»
Все стены, что она выстроила между ним и собой, пока его не было начали трещать, угрожая тем самым порушиться. Он закружил ее, ноги девушки отнялись от пола, и сейчас Малика была в прямом смысле «в его руках». Ощущение полета, сумасшествия и нереальности происходящего накрыло ее. Сделав несколько кругов, все так же держа ее в руках, Ибрагим все-таки привлек к их паре внимание. Омар было хотел подойти к ним и отобрать у друга свою сестру, но Ислам остановил его, положив руку на плечо. Омар бросил злой взгляд на парочку, затем на Ислама, затем чертыхнувшись направился к выходу из зала. Смотреть на то, как сестра позорит его семью, у парня не было сил. Омар был сторонником «старой школы», он не признавал отношений до брака или вне брака. Для него это было дикостью, пошлостью. Он и сам сначала женился, а потом «построил отношения» с той, что для него выбрали родители. И признаться, он не капли об этом не сожалеет. А она, его сестра, дочь тех же родителей, идет совсем по другому пути, наивно полагая, что этого никто не видит. Омар жадно втянул в себя сигарету, выбросив окурок, растоптал его. Затем сев в машину, уехал домой, к семье, что ждет его. Его семья – жена и дочери, вот что должно его волновать, а не избалованная младшая сестра.
***
Тем временем танец подошел к концу и Ибрагим не момента, вновь опустившись к уху Малики предложил:
- Давай сбежим, сейчас?
Мурашки не заставили себя долго ждать, волнительная волна томления прошлась вдоль позвоночника. Мали с опаской оглянулась, нашла глазами родителей.
- Я мечтаю об этом уже последние полчаса, - призналась она, - но бежать... Если заметят...
- Ты достаточно сделала для этой свадьбы, поверь, я все видел. Пора и отдохнуть немного. Пойдем со мной, я подготовил небольшой сюрприз.
- Ибраш, - замялась Малика.
- Бери свои вещи, мы уходим. Я пойду, подгоню машину ко входу.
Он развернулся и пошел прочь, а ей ничего не оставалось, как подчиниться его приказу. Именно приказу, потому что на просьбу это не было похоже. Мысленно ругая себя за слабость, она взяла свою сумочку, пиджак и туфли. И оглядевшись еще раз, пошла к выходу. Сейчас ей было все равно, каким был тон Ибрагима, ей было все равно, что подумают люди. Мали просто хотела завершить этот день, и провести вечер с ним. Стоит признаться хотя бы самой себе – она скучала.
У входа ее ожидал новенький черный джип, Мали не сразу поняла, пока Ибрагим не позвал ее, опустив стекло. Сев на пассажирское сидение, она хотела было по расспрашивать, но он не дал шанса.
- Пристегнись, и пожалуйста, все вопросы позже, сначала мой сюрприз.
«Хорошо, будь по твоему, - подумала девушка, - но потом ты не отвертишься, гад».
Они ехали молча, Ибрагим уверенно вел авто, Малика высматривала что-то в окне. Из динамиков тихо слышалась музыка, видимо это была его флешка, поскольку ей не составило труда узнать большую часть его любимых песен. Среди которых звучали и их обще-обожаемая группа «Та Сторона», и ненавистный ей шансон, но когда заиграла песня под которую они совсем недавно танцевали, стало ясно: он приложил к этому руку. Значит, песня в зале звучала не случайно. Осознание того, что песня была «подставной» заинтриговало ее еще больше, и в этот раз она пыталась глубже понять смысл слов, все больше влюбляясь в голос певца.
«Не могу дышать, эта боль сильней меня
Ты должна понять, что в тебе душа моя
Я готов менять черно-белое на цвет
Просто дай сказать, прежде чем ответить нет».
Она пристально вгляделась в профиль Ибрагима, иногда освещавшееся редкими, ночными дорожными фонарями. Он казался спокойным, можно даже сказать наслаждался происходящим. Будто у него существовал план и он строго следовал ему. Губы изогнулись в легкой улыбке, краем глаза Ибрагим видел ее внимательный взгляд.
- Что ты хочешь знать? Давай, спрашивай, иначе лопнешь от любопытства, - засмеялся он.
- Да ну тебя, - надула она губки, и враждебно скрестив руки на груди, уставилась вперед на дорогу.
Машина въехала на территорию школы, в которой они когда-то учились. Ее распирало любопытство и раздражение от того, что никак не контролирует то, что происходит. Тем временем Ибрагим остановил авто у парадной школы, вышел и открыл дверь с ее стороны.
Подал ей руку, совершенно по мальчишески улыбаясь. Словно чего-то предвкушал. Малика разрывалась между желаниями, снести с его физиономии довольную улыбку, или же поддаться внутреннему очарованию этого мужчины, что вызывал в ней восхищение. Прикусив губу, чтобы хоть как-то отвлечься и не сдаться, девушка с его помощью выбралась из машины, ворча под нос.
- Обязательно было покупать машину с высотой в два этажа.. – бубнила она, чем вызвала у парня смешок.
- Это то, о чем ты хочешь поговорить? – спросил Ибрагим.
- Я вообще не хочу ни о чем говорить, а наоборот, давлю в себе огромное желание свернуть тебе шею! – злилась она. – Ибрашь, что мы тут забыли?
- Терпение, через несколько минут все будет...
- Ну что, что будет? – не терпелось ей узнать.
Пока он вел ее, держа за руку по слабо освещенному коридору, она продолжала жаловаться, сетуя на его бессердечность. Твердя, что они ворвались на охраняемую, более того – Государственную территорию, перечисляла, каким может быть их административное наказание.
- Ну, в лучшем случае, могут посадить за хулиганство... на 15-ть суток. Конечно же, впаяют штраф, это сто процентов, - продолжала она запугивать. – Слава Богу я ушла из органов, представляю чтобы тогда было. Бараш, ты достал блин! Не молчи на меня, - и сама себе улыбнулась, понимая, что несет полную ахинею сейчас.
- Пришли, - тихо известил Ибрагим.
Они остановились у дверей ведущие в спортивный зал школы. Она еще больше не понимала, что происходит, а он в это время громко постучал в двери. Этот, слишком громкий звук в тишине оглушил Малику. И когда двери перед ними открылись – ей показалось, что они попали в другое измерение.
Их старый спортивный зал было не узнать. Он весь преобразился и был развешен шарами, освещение было каким-то другим, романтическим что ли. По середине зала висел занавес, словно за ним было еще что-то. Тихо играла музыка, и как только они вошли, и Мали не успела что-либо разглядеть, в центре зала началось представление. Четыре пары танцоров, в красивых костюмах, вышли из под «занавеса» и стали танцевать. Играла мелодичная песня на английском языке, но очень красивая, медленная. Пары словно никого не замечали вокруг, полностью сконцентрировавшись друг на друге и на том, что они делают. Зрелище поистине захватывающее, они словно влюблены, поглощены полностью танцем. Кружась, подбрасывая, нежно ловя партнерш, парни держали девушек по бокам в момент, когда Мали почувствовала как руки Ибрагима обхватили ее талию. Вздрогнув от неожиданности, она повернула голову и встретилась с ним взглядом.
Казалось, он молчал целую вечность прежде, чем произнес:
- Я встречал в жизни разных девушек, кто-то из них мне нравился больше, кто-то меньше, - он наблюдал, как она начинает хмуриться, - но ни одна из них не пробудила во мне желание сделать то, что я сделал сегодня. И знаешь что это? – она отрицательно покачала головой – Я официально попросил разрешения просить твоей руки, у твоего отца. И он позволил мне это сделать. Еще, он сказал, что решать будешь только ты, и мне придется хорошенько постараться тебя убедить. Но заранее предупредил, что благословляет нас.
Это сон? Она не могла поверить в такую реальность, Ибрагим говорил о них с ее отцом? О, Всевышний, он сошел сума?
- Малика, я не раз уже это говорил, и готов повторять всю жизнь – я люблю тебя. И все чего хочу от этой жизни – это ты. Только с тобой я понял, что такое влюбиться и вести себя, как мальчишка. И хочу, чтобы так было всегда, - он взял ее за руку, - хочу просыпаться каждое утро только с тобой, хочу от тебя детей. Хочу быть тем, с кем ты станешь счастливой, стать тем принцем из всех тех сказок, что я тебе рассказывал.
Танцоры за ее спиной плавно закончили танец и встали, наблюдая, что будет дальше. Похоже они в курсе сценария. В воздухе чувствовался трепет ожидания, кто-то перешептывался между собой. Ибрагим опустился на одно колено и достал из кармана маленькую, обернутую алым бархатом коробочку, протянув, вложил ее в ладонь девушки.
- Выходи за меня, Мелкая, давай всегда будем вместе?
Она прикрыла губы свободной ладошкой, скрывая улыбку, но глаза ее выдавали. Они светились неподдельной радостью, сердце билось так, что еще чуть-чуть и выпрыгнет из груди и упадет к его ногам. Не желая видеть любимого ниже «уровня», она потянула его, заставляя встать. Ибрагим провел пальцами по ее голому плечу, чем вызвал вихрь мурашек.
- Что скажешь? – спросил он.
- Я скажу... - она замолчала, заглянула в его темные глаза, он задержал дыхание, - «да», согласна.
Его лицо озарилось широкой улыбкой, схватив ее в охапку, закружил в воздухе. «Зрители» поняв, что девушка согласна стали аплодировать, парни засвистели. Ибрагим и Мали обернулись к ним, кто-то выкрикнул «А кольцо надеть?». Ибрагим театрально треснул себя по лбу, открыл коробочку, достав кольцо, взял руку Малики. Он ожидал увидеть старое, подаренное Имраном, но вместо него безымянный палец девушки украшала лишь полоска от шрама (болячка оставила после себя след).
- Я наверное чувствовала, - неопределенно ответила она на его вопросительный взгляд.
Он одел кольцо, подошедшее идеально, крепко сжал ее пальцы и шепнул ей на ухо:
- Ты теперь моя, ты ведь понимаешь это?
- Да, - ответила она.
- Я люблю тебя, не забывай об этом никогда.
- Я буду помнить, обещаю.
«Горько!» - кто-то крикнул за спиной. Мали хотела что-то возразить, но дыхание сперло, почва под ногами исчезла – Ибрагим снова закружил ее в воздухе. И когда он поставил ее обратно на землю, крепко обняла за шею, восстанавливая равновесие. Ибрагим поцеловал ее в макушку, до дрожи прижимая девушку к себе. Где-то на уровне его воротника, дыша напротив расстегнутых пуговиц рубашки, она прошептала:
- Я люблю тебя, - впервые пропустив через себя весь смысл этих слов.
- Что? Что ты сказала? – он не верил своим ушам, - Повтори, прошу тебя, - он приподнял ее подбородок, заставляя смотреть на себя, - скажи это глядя мне в глаза.
- Я люблю тебя, Бараш. Так сильно люблю, что боюсь себя, - первый раз она говорила об этом вслух, говорила ему, а не прокручивала в уме, - это так неожиданно для меня. Я не помню, когда точно ты стал нестерпимо нужен... Не помню, когда именно шагнула за черту... Не помню того времени, когда не люблю тебя...
- Моя маленькая девочка, - улыбнулся Ибрагим.
- У меня к тебе тысяча вопросов, но когда ты рядом, мне хочется молчать, обняв тебя. Слушать, как бьется сердце твое, мое, узнать совпадает ли их ритм. В голову лезет вся эта романтическая ерунда, мой мозг просто взрывается! Я сомневаюсь, что это правильно, но я люблю тебя. И этого уже не поменять, прости...
- Глупая моя, это ведь здорово!
За спиной кто-то громко кашлянул, и обернувшись Мали увидела Алину, а за ее спиной и всю команду, что выступала для них сегодня. Сестра протянула руки и улыбнулась.
- Хотела поздравить первой, родная-я-я, я так рада за тебя! – еле сдерживая эмоции пищала Алина, обнимая Малику
Дальше последовали обнимашки и поздравления. Танцоры покинули зал, все улыбались, махали им на прощание. Ибрагим стоял рядом с ней, провожая молодежь взглядом. Рука по хозяйски покоилась на талии девушки, она обнимала его так же, только обеими руками. Уткнувшись лбом ему в плечо улыбалась. А внутри все пело, ликовало и танцевало. Наконец-то она счастлива не для вида, не для кого-то, а для себя. И все чего хотелось от жизни, это сделать счастливым того, кто подарил ей это чувство. Того, кто поселил в ней покой и тепло.
***