Жажда

-Артём!- вскрикнула в одну из немногих секунд, когда парень всё же мог оторваться от моих губ.- Артём! Подожди,- попыталась отвернуться, но Суворов будто не слышал. Хотя скорее просто не хотел слышать.- Мы не должны... не тут...

-Даже и не проси остановиться, Анисимова. Я каждый гребанный день жду этой минуты,- прорычал он мне прямо в губы, вновь впиваясь жадным поцелуем. Только теперь в ход пошли ещё и руки, что жадно шарились по моему телу.

Эта каморка стала нашим единственным местом встреч и потому я понимала, даже разделяла, порыв Артёма. Только вот делать это в школе и бояться быть застигнутыми врасплох всё ещё было страшным.

Мы не здоровались в школе, мы даже не переглядывались, чтобы не вызвать подозрений. Мы не ездили в школу вместе, мы не ездили и после школы вместе. Я более не ходила на его тренировки, а он более не ждал меня после уроков под дверью. Мы даже не переписывались! Настолько был велик страх усугубить ситуацию с родителями и Лизой.

Эти дни были адскими. Они тянулись вязкой жвачкой и не давали жить. И единственным просветлением, как бы странно это не звучало, была эта темная каморка с швабрами и ведрами. Только здесь мы могли приклеиться друг к другу и выпустить на волю все скопившиеся чувства.

-Нас же могут случайно найти,- протестовала я, хотя это вовсе не было похоже на протест. Скорее просто частички разума, которые почему-то все еще сохранялись. Обычно, стоит мне оказаться в руках Артёма, то они растворяются быстрее крупинок сахара в чае.

-Не найдут. Я тут привинтил защёлку изнутри,- будто невзначай говорит Артём и проходится ладонями по моей коже, дотрагиваясь до груди и вызывая во мне стон. Суворов тут же приложил свою ладонь к моим губам.- Но это не значит, что тебя не могут услышать. Так что тебе нужно быть тихой девочкой, Ника,- шумно дышит он мне в шею, заставляя хныкать от ощущения то жара, то холода во всём теле.

Он взял мою ладонь и приложил к моим же губам, чтобы свою переместить намного ниже. Второй рукой уперлась в его плечо, пытаясь найти равновесие. И не важно, что была прижата к стене. Ноги дрожали и подкашивались, но Суворов бы никогда не дал упасть.

Мир идет черными кляксами под глазами, когда Суворов подхватывает меня за бедра, заставляя ногами обвить его талию, чтобы одним резким толчком войти внутрь. Не сдержалась. Проскулила и впилась зубами в его плечо, от чего Артём шумно выдохнул.

Мысль о том, что нас и вправду могут застукать, ведь за стеной как ни в чем небывало по коридорам ходят ученики и учителя, лишь распаляет возбуждение ещё больше. Стыдливость прилипает алым цветом к и без того раскрасневшимся щекам. Я ведь не должна возбуждаться от такого! Я долбанная извращенка.

Благо, Суворов не даёт задуматься об этом. Он набирает скорость, насаживая на себя по основание с дико возбуждающим хлопающим звуком. Вжимает меня в стену своим телом и выбивая тем самым из груди весь воздух.

Где-то там слышна вибрация телефона, но на это было плевать. Сейчас мне нужен был Суворов, который будто с катушек слетел и заставлял стены ходуном ходить. Его аристократично длинные, мать его, пальцы находят мой комочек нервов, массируют, заставляя прогнуться до хруста в позвонках. Ощущаю, как вот-вот дойду то точки невозврата с его именем на губах, как Суворов целует, глуши этот крик своими сладкими губами со вкусом мятных леденцов. Сжимаю его внутри, ощущая, как и сам Артём замедляется, напрягается сильнее и изливается с гортанным стоном. Утыкается в мое плечо, шепча что-то ласковое и целуя вспотевшую кожу.

-Суворов, ты похотливое животное,- еле лепечу я, пытаясь отдышаться.- Мы встречаемся тут, чтобы поговорить и поцеловаться, а не для... для этого.

Опускаю дрожащие ноги, наконец ощущая твердый пол под туфлями. Пытаюсь поправить блузку, надеясь, что этот баскетболист не разорвал её.

-Анисимова, я ведь уже говорил, что у меня от тебя крыша едет. Не могу я с тобой просто целоваться и невинно упираться в живот стоящим членом,- отвечает он ни капельки не стесняясь, приводя себя в порядок.

Приглаживаю рукой волосы и пытаюсь найти сумку, вспоминая о звонившем телефоне.

-Давай, наклонись еще на один сантиметр и мы проведем тут не одну перемену, а весь шестой урок,- произнес так, будто всеми руками и ногами «за» эту замечательную идею. Ну или не только ногами и руками.

-Остынь, иначе это может стать нашей последней встречей. Лиза не дура и все поймет, если нас двоих не будет на занятиях.

-Блять я её реально когда-нибудь придушу,- злится он.- Меня заебало, что мы из-за неё обязаны прятаться по углам. Хотя не могу не признать, что в этом есть нечто возбуждающее,- он хватает меня поперек талии, притягивая к себе. Хорошо хоть успела достать телефон!- Если так подумать, то есть еще столько мест, которые можно опробовать. Я дурею, когда представляю, чем мы можем заняться в спортивном зале под трибунами, в раздевалке для игроков, в душе...,- он целует меня в висок, спускаясь ниже и прикусывая ухо. Млею от его голоса и крепких объятий. Да и от представленных картинок по его словам так же.

-Надо возвращаться,- нехотя говорю ему, читая сообщение от Дашки. Лиза заметила, что Артёма нет в школе и теперь ищет меня.

Суворов ворчит что-то на матерном и не членораздельном, но все же выпускает меня из кольца своих рук и отодвигает задвижку на двери. Двадцать минут рая закончены.

-До завтра, Артём,- сжимаю на последок его руку, желая впитать в себя запах табака и мяты.

-До завтра, Ника,- он рыком притягивает к себе, целуя на прощенье.

Смахиваю подступившие слезы и выхожу первая. Этот план действий у нас уже отточен до мастерства. Сперва выхожу я, а затем, через пять минут, он.

-Я, конечно, понимаю, что вы там налюбоваться не можете и влюбленные часов не наблюдают, но не рушь всю конспирацию, Анисимова!- возмущается Даша, когда я сажусь за парту.

-Это Артём во всем виноват,- спихиваю на него. Но ведь так и было! Я пришла пообниматься и поцеловаться максимум! А все остальное это только вина похотливого баскетболиста.- Так что там? Лиза искала Артёма?

-Да, их же сняли с последнего урока на репетицию вальса,- закатывает она глаза. Черт, а я то уже и забыла об этом. Как и то, что Артём танцует с Лизой. Надеюсь, он ей все ноги оттопчет, чтобы даже по подиуму ходить не могла.- А нам тут тухнуть с этой гребанной литературой,- жалуется она, открывая нужную страницу в учебнике.

Заглушила свою ненависть к Лизе, пытаясь сконцентрироваться на стихах Есенина. Только не помогло. Звуки вальса доносились из открытого окна вместе с майской жарой и щебетанием птиц. Противное склизкое чувство прошлось по позвоночнику от какой-то внутренней тревоги. До конца учебного года и окончания школы осталось совсем немного. А что после? Как нас с Артёмом и Дашей разбросает жизнь? Разбросает ли?

Звонок с урока был неожиданным и потому вырвал меня из моих мыслей, оборвав их. Наспех забросила учебник в сумку и чуть ли не бежала к окну в общем коридоре, чтобы взглянуть на площадку заднего двора школы, где репетировали вальс. Прилипла к окну, вглядываясь в кружащие по отметкам на асфальте пары.

-Ты только посмотри как он её зажимает, кобель несчастный,- фыркает Даша, сложив руки под грудью.

Артём? Он же стоит в стороне и даже не касается Лизы. Перевела взгляд левее и заметила Егора, репетирующего с одноклассницей «квадрат».

-Ты же знаешь, что Лена встречается с кем-то и ей не интересен Егор?- искоса взглянула на неё. Ревнует. Как есть ревнует.

-Знаю. Но это не мешает Егору лапать её,- твердит она свое.

Усмехнулась, только-только желая сказать, что не стоит быть такой ревнивой на пустом месте, но и слова не сказала, заметив, что Артём и Лиза так же вклинились в ряд и вновь начали репетицию. Не сказала, так как стала разделять мысли Дашки.

Сжимаю руки в кулачки от накативших эмоции. Они смотрелись гармонично и красиво, двигались плавно и в ритм. Было противно от понимания, что теми руками, которыми он возносил меня на седьмое небо буквально час назад, сейчас он трогает Лизу. Да, вроде не липнет и не прижимается, но это не мешает самой Лизе делать это. Она о чем-то пошутила и засмеялась, обращая внимания на себя, вызвав у Артёма подобие улыбки. Лиза прекрасно знала, как управлять парнями даже если те и не были в ней заинтересованы. Нимфетка, знающая о своей природной красоте, которую можно использовать в своих целях. Даже если эти цели кажутся неприступными, она все равно рано или поздно, но сломит все барьеры.

-Пошли, пока они не задохнулись от икоты,- шиплю я, хватая Дашку за локоть и уводя от туда. Не хочу больше смотреть на это.

-Жаль, потому что им вряд ли бы кто-то оказал помощь и тогда бы они сдохли,- бурчит Даша не сопротивляясь.

Разговоры с психологом вновь не складываются, но зато я отвлекаюсь и успокаиваюсь, когда решаю предложенные тесты. А вечерняя прогулка до дома с гимнастикой дыхания помогает мне подготовиться к очередному «раунду» под названием «семейный ужин». Идиотская затея, конечно же, принадлежит Марго. И это не желание Марго сблизиться (как верует отец), а просто очередной контроль моих действий.

Ковыряю приготовленное мясо в тарелке, делая вид, что ничего лучше в жизни не ела, одновременно слушая восторженные слова отца о том, что чета Суворовых довольно скоро переедет в новый, почти готовый дом. Моя вилка падает со звоном, стоит услышать о том, что это будет дом по соседству с нашим. И, по словам Марго, это очень по-семейному, когда будущие родственники живут рядом. Отец же принимает это как должное, что Марго уже повязала Лизу и Артёма.

-Извините, я немного устала и хочу прилечь,- отмахиваюсь от удивленно недовольных взглядов отца и иду к себе в комнату.

Лежу на кровати, глядя в потолок вслушиваюсь в песни Ланы и растворяюсь в музыке. Песня за песней до самого заката. Браться за уроки и подготовку к экзаменам нет никакого желания.

-Даша, ну сколько раз говорить, что ты не камикадзе и если сорвешься...,- начинаю бухтеть, слыша, как кто-то шкрябает по карнизу.- Артём?- в шоке смотрю на парня, который цепляется за раму открытого окна, держа в зубах розу.- Ты совсем что ли с ума сошел?- подлетаю и хватаю парня за руку, помогая залезть внутрь. Хотя это громко сказано, потому что Артём бы и без моей помощи это сделал.- А если бы сорвался?!

-И я тебя люблю,- улыбается как дурак и, всовывая розу мне в руки, налетает с поцелуем.- Прости, но двадцати минут рая в кладовке мне мало,- обхватывает ладонью, не дав отстраниться.

-Если тебя кто-нибудь увидит или услышит...

-Не услышит. Я пришел вернуть должок за поцелуи, которых ты не получила сегодня,- вновь целует, заставляя всю тревогу в душе утихнуть.

Потянулась к двери, закрывая ту на замок. Это уже на рефлексах. С Суворовым мы существуем только так, позволяя выплеснуть все эмоции и любовь только за замком, ограничиваясь от остального мира, чтобы никто не узнал.

Суворов тут же увлекает меня на кровать, сжимая в своих объятиях и зарываясь носом в мои волосы. Никакой дикой страсти или чего-то подобного, что было в каморке. Сейчас лишь нежность и ласка в лучах закатного солнца под песни Ланы.

-Это тебя Даша надоумила на эту акробатику?- лениво открываю веки и поднимаю голову вверх, смотря на Артёма.

-Твоя подруга меркантильная девушка!- шуточно произносит Артем.- Она сказала мне это только после того, как я поделился кое-какой информацией о Егоре. Но я не жалею и готов подарить ей своего друга перевязанного красной ленточкой, если продолжит выдавать все, что связано с тобой,- неспешно говорит он, в то время пока его пальцы медленно, еле касаясь, выводили узоры по моему плечу.

-А она уже выдала тебе моё настроение, когда увидела тебя танцующего с Лизой?- не злясь, но немного недовольно произношу я.

-Выдала,- кивнул он.- Но ты же видела, что это просто танец и я тут же ушел с репетиции после того, как хореограф остановила музыку? Это просто глупый танец.

-Почему сразу глупый? Это же вальс!

-Какая разница какой это танец? Он всегда будет глупый и бессмысленный, если танцую его не с тобой.

-Но я не умею танцевать.

-А для чего тебе учитель в лице Артема Геннадьевича Суворова?!

Он резко поднялся, потянув меня следом. Суворов заставил встать близ него и одну руку положить на его плечо, а вторую вложить в его ладонь. Его же рука мягко лежала на моей талии, а вторая – сжимала мою ладонь. И хотя я не знала, как танцевать вальс, но, как оказалось, этого и не нужно. Артём делал движения медленно, заставляя меня интуитивно зеркалить их.

-Нет, Анисимова,- остановился он, качая головой. Я слишком спешу? Но ведь не наступаю ему на ноги и то хорошо!- Веду только я, так что просто доверься мне,- улыбнулся и вновь начал отработанное движение из того самого элемента «квадрат».

Танцевали так долго, что весь плейлист закончился, а солнце более не грело оранжевыми лучами. Но даже эти сумерки не могли скрыть наших улыбок и тихого смеха, когда Суворов заставлял кружиться под его рукой.

Его теплый влюбленный взгляд и поцелуи были тем, что спасало меня каждый последующий майский вечер.