Глава 23. Андрей
Ангелина вышла после душа в коротких шортах и белой футболке с черной надписью..."я вполне уравнобешена". Мой смех привлёк её внимание и она просто пожала плечами. Видимо мыла голову, потому что стоит с полотенцем на голове. Без макияжа. Такая домашняя, уютная.
— Ангелина, ты там долго? — раздаётся голос Кати из телефона и я замечаю, что она смотрит на ангелочка с нетерпением.
— Чай налью и сяду, вдруг это мой последний чай в жизни, — быстро отвечает она и опять отворачивается.
Пока мы её ждали, успели сделать себе кофе, про чай для Ангелины не подумали и, становится стыдно. Она всегда о нас думает, кормит, а мы даже чай не налили. Надо исправляться.
— Я готова, — говорит она и садится за стол.
— Тогда начинай, — отвечает ей Катя. И она начинает.
— Когда я ещё училась в школе, у меня была подруга, были не разлей вода, постоянно проводили время вместе, — она смотрит в окно, вспоминая те времена. — Когда начали взрослеть, начались мальчики, развлечения и она влюбилась. Познакомила меня с тем парнем и его другом.
— Кто из них теперь твой муж? — спрашивает Тихон.
— Друг конечно, я бы не увела парня у подруги, — возмущённо произносит Ангелина. — Мы не общались несколько лет, просто разошлись пути, поэтому когда два года назад, Василиса вдруг позвонила мне, я очень удивилась. Но, тогда я подумала, что она не стала бы звонить просто так, спустя нескольких лет тишины и согласилась на встречу.
— В ЗАГСе? — спрашиваю я у нее и она смеётся.
— Нет, у нее дома, — она замолкает и делает глоток чая. — Я тогда не ожидала что они втроём будут ждать меня. Думала будем только вдвоём, но когда увидела Демьяна и Рому, жопой почуяла неладное, но не сбежала.
— Тебя заставили выйти замуж? Принудили? — спрашивает у неё Катя.
— Нет, было обоюдно. Не было никаких таких задушевных бесед, моральной подготовки меня, просто резко говорит, мол выходи за меня замуж. Я такая злая была. Обычно не повышаю голос никогда, но тогда оно само как-то получилось, — она понимает плечами. — Вылетела из квартиры пулей. В шоке долго была.
— Стоп, погоди, — перебивает её Катя, — а как ты тогда замуж вышла, если послала его?
— Пожар, — кратко отвечает она и у меня в голове сотни мыслей. Какой пожар? Кто-то пострадал? Зачем ей надо было замуж?
— К...к...какой пожар? Все живы? — испуганно спрашивает Катя.
— Все живы, никого дома не было, — поясняет Ангелина. — Начала гореть крыша и весь дом, а мы жили на четвёртом этаже из пяти. Сестра уже замужем была, беременная тогда ходила. А я, — она с грустью вспоминает что-то и мы не торопим, — я не знаю как поставила телефон на беззвучный. Сестра перенервничала, чуть не родила на шестом месяце, а мама не знала, что я не дома и уже чуть ли не похоронила. С сердцем плохо стало.
Она начинает плакать и мне уже плевать, они, итак, все знают. Притягиваю ангелочка к себе на колени и она утыкается мне в плечо.
— Тише, малышка, тише, — я прижимаю её к себе, а другой рукой глажу по волосам. Но слышу еще один всхлип и смотрю по сторонам. Катя плачет. А нас нет рядом.
— Она жива? — тихо спрашивает она у Ангелины.
— Да, всё хорошо, — отвечает ангелочек, отстраняясь, — я футболку залила своими слезами.
Да мне уже плевать на эту футболку. Мне уже даже на то, почему она замужем плевать. Пусть только не плачет. Но она успокаивается и поудобнее устраивается на моих ногах, откидываясь спиной на мою грудь. А затем продолжает:
— Она тогда словно с катушек слетела, говорила что надо идти работать, якобы нам жить негде. Хотя мы могли пожить у Саши с Родионом. Но...
— Это кто? — спрашивает Тих.
— Сестра и её муж, — поясняет она, — но мама не хотела, да и я чувствовала себя там лишней. А Роме нужен был всего лишь фиктивный брак, он получал жену, а я квартиру, оплату обучения и ежемесячную зарплату пятьдесят тысяч.
— И ты согласилась, — не спрашиваю, а утверждаю я. Она кивает.
— Да, я боялась, что мама уйдёт искать работу, ей уже пятьдесят было, она пол жизни потратила на то, чтобы поставить на ноги нас с Сашей. Я всего лишь хотела, чтобы она отдыхала.
— А отец где? — спрашивает Катя и я задался тем же вопросом.
— Авиакатастрофа, маленькая была, ничего не помню почти. Но мама говорит, что он был чудесным человеком.
— Так, я всё же не понял, — начинает Тихон, — если брак фиктивный, почему ты не можешь развестись и зачем сбежала.
— Контракт на год, — если не выдержим, то квартира аннулируется, а, как бы это ужасно не звучало, это всё было ради неё. Но всё не так гладко. Много подводных камней. Например, мы можем завести отношения с другими людьми, но чтобы супруг не знал, иначе опять же, я остаюсь без квартиры. Поэтому я кстати и сбежала, поймала его с другой, но не успела сфоткать, в шоке была. Если бы получилось, то осталась бы не только с квартирой.
Я не даю ей договорить, быстро встаю и убегаю из кухни, под непонимающие крики. Вдохновение. Меня накрыло вдохновение. Строчки пришли в голову очень неожиданно и надо было их записать. Когда я возвращаюсь, объясняю друзьям всё и мы продолжаем.
— А какие у вас отношения были? Ну вы были друзьями или какие-то чувства были? — спрашивает Тихон и я напрягаюсь. Вдруг там любовь была, хоть немного.
— На людях всегда ходили в обнимку, чтобы в случае, если встретим его коллег, всё было правдиво, а дома, — она замолкает и видимо думает, как описать их взаимоотношения, — мы были сами по себе. У нас были разные спальни, вместе засыпали пару раз и то, только потому что смотрели сериалы. Он не любил меня, я его тоже, просто жили как соседи.
— Ну допустим, — говорит Катя, привлекая наше внимание, — ты не успела сфоткать, но в городе то ты могла остаться. Зачем сбежала?
— Он хочет продлить контракт, через год он автоматически становится недействительным, поэтому надо потерпеть ещё немного. Я не знаю просто на что он способен. Вдруг бы силой заставил меня подписать продление контракта. А я не хочу, — завершает она свой рассказ и я, если честно, нахожусь в шоке.
— Я не дам тебя в обиду, — уверенно говорю я и она шокировано смотрит на меня.
— Вообще-то, я ожидала другой реакции, — ангелочек непонимающе смотрит на меня.
— Какой? — с ухмылкой спрашиваю я. — Крики и истерику? Что я скажу о том, что не хочу тебя видеть? Не дождёшься.
Она поворачивается, запускает одну руку мне в волосы и целует. Это первый раз, когда она это сделала сама, когда рядом находятся люди. Прижимаю её ещё ближе, хотя уже некуда и слышу слабый стон. Она отстраняется и заливается румянцем. Ну просто милашка-стесняшка.
— Я с тобой поеду разводиться, — уверенно говорю я.
— И я тоже, — поддакивает Катя.
— А про меня забыли, да? — в шутку с обидой произносит друг. — Я друзей в беде не бросаю, я с вами.
Ангелина улыбается сквозь слезы и тихо говорит, но чтобы все услышали:
— Я вас так люблю.
Что-то подсказывает мне, что это только начало, нашего пути. Но несмотря на это, я уже счастлив.
— Пойдём в комнату, тебе надо отдохнуть, — говорю я ангелочку.
— Давай ещё немного поговорим с Катей? — спрашивает она и я молюсь, чтобы Катя отключилась.
— Ну уж нет, — твёрдо произносит подруга, — у вас там любовь, сидите, излучаете это всё, а я тут одна. Идите, идите, только давайте пока без детей. — Ангелина краснеет, а мы с Тихом начинаем смеяться.
— Пойдём, — говорю я и ставлю её на ноги. После чего легонько подталкиваю в сторону комнаты. Но она всё же успевает пожелать Кате спокойной ночи и уходит.
— Хочешь посмотреть фильм какой-нибудь? — спрашивает она.
— Конечно, — с улыбкой отвечаю я. Хотя и знаю, что мы его опять не посмотрим. Обычно когда ложимся, сначала идут поцелуи, которые я каждый раз прерываю, чтобы не зайти далеко.
Спустя час Ангелина сладко спит, умостившись на моей груди, а я лежу, раздумывая, что мне делать дальше. Она рассказала нам всё, открыла душу. Рассказала про брак, про то, что он не ценил её и зачем-то хочет продолжить всё. Но не об этом. Я не рассказал ей про сына. Ни словечка не сказал о том, что я уже отец. Для неё это будет шоком. Я не знаю, как рассказать, но я должен. Она имеет право знать.