Глава 19. Андрей
— Ангелина, подождёшь меня внизу? — спрашиваю я у неё, когда тренировка заканчивается и она с улыбкой кивает.
— Андрей, — зовёт меня Катя и я поворачиваюсь, — можно мне с вами? Я с Ангелиной поговорить хочу.
— Хорошо, — как можно спокойнее отвечаю я, а внутри убить её готов. Мы, итак, редко начали видеться. Мама опять забрала Данечку к себе, потому что я не справлялся. В итоге и Ангелина без внимания, и сын. Просто супер.
— Спускайтесь, я с Тихом должен поговорить, — я протягиваю Ангелине ключи. Она уже привыкла, что пока я проверяю и закрываю студию, она может спуститься и сесть в машину.
Как только все уходят, я поворачиваюсь с другу и улыбка спадает с моего лица.
— Что с тобой? — спрашивает друг с волнением. — Ты выжатый как лимон.
— Я устал, — бросаю я и падаю на диван. — Мама забрала Даню себе, потому что я не справляюсь, в группе какие-то ссоры постоянно, Ангелочек хочет уйти и оставить нас голодать. Я не могу больше.
Я ставлю локти на колени и опираюсь на руки головой. Я постоянно держу себя в руках, пытаюсь не зацикливаться на проблемах и вообще быть оптимистом. Но сейчас у меня нет больше сил для этого.
— Клуб? — спрашивает Тихон у меня и я отрицательно качает головой.
— Не думаю, что готов туда идти.
— Можем бухнуть у тебя и поиграть в приставку. Тебе надо переключиться. Это вариант тебя устраивает?
Я поворачиваюсь к не ему с ухмылкой и киваю. Он всегда найдёт вариант, вытащить меня из ямы, в которую я, периодически, стремительно падаю.
Мы выходим на улице и договариваемся о том, что Тих едет ко мне, а я отвожу девочек домой и присоединяюсь к нему.
Когда я сажусь в машину, начинаю паниковать. Где Ангелина? Потом слышу голоса с задних сидений и понимаю, что сегодня она занята Катей. Я не вникаю в их разговор, но они обсуждают какие–то шмотки. Ну, точнее, обсуждает их Катя, а ангелочек с вымученным лицом смотрит на неё. Она же уснёт сейчас. Хотя может это плюс, я подниму её домой и будет хоть какой-то контакт.
Когда мы подъезжаем к её дому, то Катя выходит вместе с нами. Я иду обнимать ангелочка, а она не знаю зачем.
— Прости, — шёпотом произносит Ангелина, когда я принимаю её к себе.
Не знаю за что, но всё же отвечаю, также тихо:
— Всё хорошо.
Я отстраняюсь от неё и жду пока Катя вернётся в машину, но она не торопится. Я бросаю на нее непонимающий взгляд и она отвечает:
— Я тут остаюсь, поезжай домой.
Я прощаюсь с ними и еду домой. Ну, это наверное даже хорошо, потому не придётся тратить много времени и можно сразу отправиться домой. К Тихону, пиву и приставке.
***
— Я думал это пицца, — выходя из гостиной говорит друг, когда я вхожу в дом, — у тебя нет еды, ты в курсе? Я вообще-то планировал поесть, а ты тут голодной смертью решил умереть.
Я усмехаюсь его словам. Я нормально ем, только когда Ангелина готовит в студии. В принципе, как и всё остальные. Хотя у Клима вроде есть девушка, но она видимо так же как и он, не умеет готовить, что-то кроме яичницы.
— Я ем, только в студии, — говорю я ему и делаю глоток пива, — когда Ангелина готовит. В остальное время я не ем, либо пицца.
— Ты хочешь оставить ее только из-за еды? — с подозрением спрашивает Тих.
— Да, — как можно безразличнее стараюсь ответить я, потому что это ложь. С ангелочком я начал даже дышать по-другому.
— Идём играть.
Спустя пару часов и несколько проигрышей Тихона мы устраиваем перерыв. У него скоро пар из ушей пойдёт.
— Как ты это делаешь? — спрашивает он и откусывает кусок пиццы, которая уже остыла.
— Не знаю, оно само.
— Да не может...
Его перебивает звонок моего телефона. Катя звонит. Что ей нужно? Если отвезти домой, то пусть такси вызывает.
— Андрей, — произносит она, захлебываясь слезами.
— Почему ты плачешь? — спрашиваю я, напрягаясь.
— Я потеряла А...А...Ангелину, — заикаясь произносит она.
Что она несёт?
— Катя, ты пьяная, — Тих напрягается, после того как слышит имя любимой, — ты её под диваном потеряла? Куда она из квартиры то деться могла?
— Мы...мы в клубе, — тихо произносит она.
Я тут же срываюсь с места. Я же домой их отвозил, как они в клубе оказались?
— Адрес? — кратко спрашиваю я.
— Найт, на набережной, — отвечает она.
Я пытаюсь вспомнить, где этот клуб и почему она выбрала этот. Ехать примерно минут сорок. Я немного убираю телефон в сторону и говорю Тихону идти в машину.
— Сколько её уже нет с тобой? — спрашиваю я у Кати, садясь в машину и включаю громкую связь.
— Ну... — она молчит и я готов её убить.
— Сколько?! — уже срываюсь на крик.
Хорошо, что я сделал только пару глотков и в сознании сейчас. Хотя я уже очень давно не напивался в хлам, но кто знает, сколько бы я выпил сегодня, в таком состоянии. Раньше, для меня было нормой напиваться каждые выходные. Завязал с этим год назад. Надоело и всё.
— Минут сорок назад, — тихо говорит Катя, а я закипаю. Она позвонила только спустя сорок минут?! Где её мозги? Ангелину уже за это время убить могли.
— Катя, — спокойно говорит Тихон и я благодарен ему, потому что ещё немного и телефон окажется за окном.
— Тихон? Ты тоже едешь? — взволнованно спрашивает Катя.
— Да, — он всё также спокоен, — Катюша, милая, ты у охраны спрашивала? Выходила она из клуба или нет?
— Спрашивала, они сказали, что из клуба выходили только какие–то мужчины и одна дама лет тридцати пяти.
Мне становится немного легче. Значит она ещё в клубе. Но тут опять накрывает по новой. Где она может быть, если Катя найти её не может?
Я не знаю как, но вместо сорока минут, я доезжаю за двадцать две. У Кати сёл телефон, поэтому последние пять минут и я, и Тихон на нервах.
Когда я паркуюсь, вижу как из клуба выходят два парня, лет двадцати и ведут рядом... пьяную Ангелину?! За ними бежит Катя, орёт что-то, но им плевать и в этот момент в одного из них летит её туфля.
Мы быстро выходим и направляемся к Ангелине. Катя пока стоит на ногах и вроде одна, а вот ангелочку повезло меньше.
— Что тебе... — не успевает договорить тот, в которого Катя кинула туфлю, как в него летит уже мой кулак. Вот и нашёл куда выпустить всю свою злость. Он, видимо, уже не очень трезвый, потому что падает и начинает закрываться. Тихон в это время разбирается со вторым.
— Забери Ангелину и сядьте в машину, — кидаю я Кате и продолжаю избивать этого мудака. Она моя и только моя. Никто, абсолютно никто не будет трогать её, кроме меня.
Руки и футболка в крови, причём я не знаю чья она. Пелена рассеивается только тогда, когда меня оттаскивают от него.
— Хватит, — тяжело дыша произносит Тихон, — ты ж убьёшь его.
— Андрюша, — шатаясь ко мне идёт Ангелина. Я же сказал сидеть в машине, они тупые что ли?!
Дальше происходит то, чего не ожидал никто. Она впивается в мои губы страстным поцелуем. Крепко держит моё лицо в своих маленьких ладошках, а я до сих пор нахожусь в шоке и не могу даже ответить. Ангелочек начинает тереться об меня и я с трудом отстраняю её.
— Я хочу тебя, — хнычет она, — пожалуйста.
Ангелина пытается опять меня поцеловать, но я отворачиваюсь, беру её лицо и заставляю смотреть в мои глаза. В них похоть и ничего больше. Чем они её накачали? От алкоголя не было бы такого. Я хочу вернуться и всё–таки добить их. Но она крепко сжимает мою руку.
— Пойдём в машину, — пытаюсь быть спокойнее я.
— Я хочу тебя, — опять повторяет она.
— Ангелочек, ну не на улице же, поехали.
После этого она, не отпуская меня, идёт к машине, правда не нашей и приходится ей немного помочь. Я бросаю ключи Тихону и он понимает, что сейчас за рулём он. Я усаживаю Ангелину на заднее сиденье и обхожу машину, чтобы сесть рядом. Катя приземляется радом с Тихоном.
Как только мы начинаем ехать, Ангелину видимо совсем срывает с катушек. Она лезет целоваться, лапает меня и просит, чтобы я взял её. Господи, откуда в ней всё это?
— Андрей, что делать? — спрашивает Тихон, когда видит, что я с ней не справляюсь.
Меня впервые домогается девочка, а я отказываю. Причём не просто отказываю, а пытаюсь угомонить её.
— Я не знаю, — отвечаю я, перехватывая руки ангелочка.
— Пожалуйста, — шепчет она и целует меня в шею.
— Ангелина, успокойся, пожалуйста, мы едем домой, — держу её крепко, но она вырывается.
— К ней ехать или к тебе? — спрашивает Тихон.
— К ней конечно, это ближе, её усыпить надо.
Ангелина продолжает хныкать и стонать мне в ухо. Я же, черт возьми, не железный. Она издевается?
Её рука тянется под платье, и я успеваю её перехватить.
— Мне надо, пожалуйста, — уже умоляет она. За что мне это?
— Пойдём, ангелочек, поднимемся в квартиру, — говорю я, когда мы подъезжаем к её дому.
— Где её сумка? — спрашиваю я у Кати и она мне её протягивает.
— Нам с тобой? — спрашивает Тих.
— Не, езжайте пока что к Кате, если что, я позвоню тебе, — отвечаю я и мы направляемся к подъезду. Лишь бы она не убилась. Хоть я её и держу, но она сама еле стоит.
— Подожди, — кричит мне Тихон.
Я останавливаюсь и слегка поворачиваю голову.
— Давай сумку, а её на руки возьми, я открою двери, — почему я сам до этого не додумался. С горем пополам мы поднимаемся в квартиру, потому что Ангелина не перестаёт твердить то же самое, что и в машине.
— Может всё–таки? — спрашивает друг и я бросаю на него предупреждающий взгляд. — Ладно, я просто спросил.
— Я не на столько мудак, чтобы пользоваться ей, пока она вообще ничего не понимает и не осознаёт.
— Ладно, я пошёл, — говорит Тихон, кладёт сумку на диван и уходит. А я остаюсь с домогающейся Ангелиной один на один. Будет весело!