Глава 7. Андрей
Дёмин Даниил Андреевич. Мой сын. Черт! Как я умудрился в 23 года стать отцом?! Когда у меня не получилось дозвониться до Кати, я собрался и поехал к ней. Как выяснилось, она уронила телефон и он разбился, поэтому я и не смог связаться с ней. Я сразу же позвонил Тихону, чтобы он поехал туда вместе со мной. Мне действительно было страшно узнать результат, но когда я увидел ревущую Катю, сразу понял что там стопроцентный результат.
– Ты уйдёшь из группы и оставишь нас? – спрашивает Катя, всё ещё плача. – Пойдёшь работать к отцу, чтобы воспитать этого ребёнка?
– Я не знаю. Я правда не знаю, что мне теперь делать. Я не планировал становиться отцом так рано, да и вообще не планировал детей никогда. – Я занимался музыкой, учился, выступал, куда мне ребёнок то ещё? – Я не смогу от него отказаться. – добавляю я шёпотом.
– Не переживай, мы рядом будем, найдём няню, будешь дальше жить обычной жизнью и будем искать мать Данечки. – Катя недолго молчит, а затем продолжает, – Хотя я не знаю зачем. Она выкинула ребёнка, он ей вряд ли нужен, она его не заберёт.
Вот об этом я и думаю последние два часа, после того как узнала о том, что у меня есть сын. Точнее с того момента, как это подтвердилось. Черт, мама звонит, что ей нужно в 2 часа ночи?
– Что случилось? , – спрашиваю я, потому что просто так звонить она не будет.
– Я приехала к тебе с Д..ребенком, а тебя нет, ты где? – я запретил всём произносить его имя, поэтому его назвали ребёнок, малыш, мальчик. Но необходимость отпала.
– А зачем ты приехала с Даней ко мне в 2 часа ночи? Ему плохо? – взволнованно спрашиваю я, и осекаюсь, ну не мог же отцовский инстинкт появиться за два часа. Или мог?
– Нет, он капризничал. Я боялась что он Софу разбудит и решила поехать к тебе, – мама замолкает, а потом как заорет. – Это твой ребёнок?! Ты знаешь его имя.
Я решаю не отвечать на вопрос и быстро говорю:
– Я буду через час, у охраны запасной ключ, они откроют тебе дверь, потом поговорим.
После этого быстро сбрасываю звонок и начинаю собираться домой, но меня тормозит Катя.
– Можно ещё 2 минуты твоего времени, пожалуйста.
– Окей, – говорю я и сажусь обратно, – что случилось?
– Мне надо уехать на 2 недели. Обязанности менеджера я всё также будут выполнять, ты знаешь, что я могла бы работать удалённо, просто с вами веселее, – я мысленно киваю, потому что у нас всегда какое–то веселье, – поэтому я ищу для вас няню.
Стоп! Что?!
– Зачем нам нянька? – в один голос спрашиваем мы с Тихом.
– Чтобы вы не забывали кушать, я вам всегда напоминаю, не убили друг друга, не напивались, она просто будет приглядывать за вами.
– Нам не нужна нянька! – опять отвечаем вместе мы.
– Уже поздно, я разместила объявление и есть отклики, всего две недели, с вами всё будет хорошо.
Я понимаю, что с Катей спорить бесполезно, она каким то образом всегда добивается своего. Как Тихон мог в неё влюбиться, она же дьявол во плоти. Поэтому не говоря больше ни слова, я встаю и иду к выходу. Меня мама с сыном ждут, а я тут няньку для себя обсуждаю.
***
– Когда ты узнал результат? – спрашивает мама, как только я переступаю порог дома.
– Три часа назад, Катя звонила раньше, но она разбила телефон, а пока до неё доехал, прошёл час. – Хотя удивительно что я доехал так быстро, она живёт далековато и ехать обычно дольше, но тут видимо всё для меня было.
– Что ты собираешься делать? Как воспитывать сына будешь? – задаёт мама вопросы один за другим, а я не знаю ответы. Что я ей должен сказать? Что я уйду из группы и посвящу себя сыну? Сдам его в детский дом? Найду себе жену? Что она, черт возьми, хочет услышать?
Мама видимо все читает на моём лице, потому что потом начинает смотреть на меня с грустью и говорит:
– Я приму любое твоё решение и помогу в любом случае, ты знаешь, мы с папой всегда рядом, в любой ситуации. – Я понимающе улыбаюсь ей и отвечаю:
– Я не знаю, что мне с ним делать, но он будет жить здесь, со мной. Матери он не нужен, я не готовился стать отцом, но жизнь кидает сюрпризы. Наверное буду искать няню, не знаю пока.
– Давай мы устроим вам адаптационный период как в детском саду?
– Это как? – то ли я тупой, то ли не знаю, что она хочет от меня.
– Твой отец знаком с Даней и они нашли общий язык. Он нам нравится, хороший малыш. Но суть заключается в том, что вы будете вместе проводить некоторое время. Сначала я буду с вами, потом будете оставаться одни, а потом ты его заберешь к себе, это займёт месяца 2-3. Вы привыкнете друг к другу за это время и может ты придумаешь как жить дальше, как нанять няню, на какие часы и всё остальное.
Я задумываюсь. Это не плохая идея, но есть проблема. Я не хочу грузить этим ребёнком своих родителей, о чем и сообщаю маме.
– Всё хорошо, – уверяет она меня, – Софе будет не скучно и мы привыкнем к тому, что стали бабушкой и дедушкой.
Я обнимаю крепко маму и благодарю ее. Я не знаю кого благодарить за таких чудесных родителей. Они всю жизнь с пониманием относились ко мне. Какие бы гадости я ни вытворял в подростковом возрасте, на меня никогда не кричали, со мной всегда разговаривали. Позже я узнал, что не у всех такие крутые родители и многие орут на детей. И когда спросил у мамы, почему на меня не орали, она это объяснила так. "Когда на человека орут, он словно изолируется от мира, будто в большом мыльном пузыре находится и он не слышит, что ему говорят, тем более, я считаю воспитание криком не эффективным. Как по мне, это травмирует ребёнка, а сейчас ты человек, который может разговорами решить любой конфликт. "
Из раздумий меня вырывает детский крик и я впадаю в растерянность. Я не знаю, что мне делать, а ведь это будет постоянно и я должен как то его успокаивать. Как понять что он хочет, если он не умеет говорить? Именно этот вопрос я и задаю маме, чтобы она каким то образом выяснила, что не так, на что она отвечает с лёгкостью:
– Чаще всего малыш плачет если хочет кушать, либо у него грязный подгузник. Для начала проверяем второе, если всё хорошо, то идём разводить смесь. – Черт, почему меня не было рядом когда родилась Софа, я то учился, то писал тексты песен, с ней я только играл. Для меня ребёнок это как фарфоровая кукла, с которой нужно обращаться аккуратно.
Мама проверяет подгузник и говорит, что мне надо развести смесь. Как я это сделать то должен?
– Андрей! – строго произносит мама, – возьми себя в руки. Бери ребёнка и пойдём я буду тебя учить разводить смесь.
– Мама, ты издеваешься, как я должен держать в руках и себя, и Даню, только одного можно взять, кого держать?
Мама начинает смеяться и объясняет как правильно держать ребёнка.
– Смотри, на упаковке написана дозировка по возрасту, сколько раз кормить и сколько нужно воды. Запомни, что сначала вода, потом смесь. Нам нужно 180 мл воды и 6 ложек. – Я в этот момент поворачиваюсь к Дане и задумываюсь, почему он не может кушать пиццу со мной, к чему такие сложности.
– Смесь готова. Теперь корми. – с энтузиазмом произносит мама, а я боюсь, вдруг он захлебнется, он же маленький ещё. Но, тем не менее, сажусь на диван и начинаю кормить. Когда он засыпает, я выдыхаю с облегчением. Пару часов прожиты и мне кажется из меня фиговый отец.
– Мне кажется ничего не получится, – говорю я с грустью своей матери, когда сын засыпает. – Я не знаю как разводить смесь, купать его, менять подгузник, как правильно его укладывать спать, какой нужен режим. Я вообще ничего не знаю о детях. Я не готовился к этому.
Мама смотрит на меня с ласковой улыбкой и произносит:
– Твой отец тоже ничего не знал, но у него хотя бы было время подготовиться, – мама усмехается, а потом продолжает, – когда мы принесли тебя домой, он всех выгнал и сказал что к тебе могу подходить только я.
Я начинаю смеяться, видимо отец тоже переживал, когда я появился.
– Я до сих пор помню, развела тебе смесь и попросила его, чтобы покормил тебя, а он смотрит такими шокированными глазами на меня и произносит: "Люба, я его боюсь, он же маленький, вдруг я его сломаю".
О, да, как же я теперь понимаю отца. Мы с мамой разговариваем ещё немного, а потом отправляемся спать, после такого насыщенного дня.