Весточка
- Аааааа, ну наконец-то они пришли к этому! - радостно вопил в коридоре Кривен, прижимая от счастья к себе книгу и кружась в ритме вальса. Он не спал последние два дня, а подобное событие стало для него единственной радостью - он читал всё, что происходило в запертой комнате, в книге своей дочери.
- Может ты и нам расскажешь, что произошло?! - несколько раздражённо сказал Мортимер, сидящий на полу со смертельно усталым видом и мешками под глазами. Напротив него сидели и Сатклифф со Спирсом, облокотившись о противоположную стену. Все эти жнецы, не отходя ни на минуту, караули комнату, в которой находилась жница.
Адриан заплясал ещё радостнее, хотя при его-то измотанном виде это выглядело несколько странно.
- Я буду дедушкой, я буду дедушкой! - довольно напевал он, вращаясь из стороны в сторону.
- ЧТО???!!! - хором воскликнули остальные жнецы, тут же подскочив с мест и подбежав к двери. Но попасть они в комнату не смогли, как и до этого.
- Кривен, о чём ты, чёрт побери, говоришь?! - с этими словами Грегори вырвал книгу из рук потерявшего бдительность белобрысого и, пробежав глазами по строчкам, осел на пол, - Быть того не может... Эти двое...
- Нарушают законы ради любви! Как это прекрасно! - всё так же радостно пропел Легендарный, забирая книгу из рук друга и продолжая свой вальс с самим собой.
Мортимер же сидел на земле с закрытыми рукой глазами, которые были широко распахнуты и чуть дрожали. Никто, кроме Легендарного, подобной новости не обрадовался: Уильям и Грелль тоже шокированно уставились на Кривна, порой искоса поглядывая на запертую дверь.
- Нарушили закон... - шёпотом, словно не веря ни своим словами, ни словам Адриана, произнёс Ти Спирс.
- Ты..! Неужели ты не понимаешь, какие проблемы сулят твоей дочери, Адриан?! - в бешенстве воскликнул Мортимер, подскочив к белобрысому и схватив того за ворот куртки двумя руками. Тот всё ещё улыбался.
- Тебя не радует, что она счастлива?
- Радует! Но это счастье будет стоить ей очень дорого! Как и этому демону! Может, ты забыл о запрете на смешение кровей, из-за которого сам когда-то был в бегах?! Или тебе напомнить первое правила кодекса демонов и пятое правило кодекса жнецов?! Демоны не имеют права любить! Жнецам запрещены любые, даже дружеские связи с демонами! Эти двое с трудом свой контракт-то скрывали, постоянно осторожничая! А теперь, когда эмоции вскружат им голову, они с лёгкостью попадутся! - в бешенстве воскликнул Грегори, смотря прямо в глаза своего старого друга, улыбка которого спала с лица. Жнец словно вернулся с небес на землю.
- Значит, мы должны будем им помочь, разве нет? - приглушённо отозвался Кривен.
- Каким образом?! Даже ты не в состоянии изменить наши законы! Не говоря уж о том, что Сатана не будет переписывать кодекс ради Азазеля! Мы не в состоянии сделать что-либо! - снова зло воскликнул Мортимер, чуть встряхнув своего друга.
- Тогда это и станет их испытанием. Пусть Азазель докажет, что любит её. Пусть изменит законы своего мира, если хочет быть с ней. Если же это так, то он сможет стать новым правителем Ада, - тихо отозвался Легендарный, чуть щуря глаза, придавая им таким образом хитрый и серьёзный вид.
Все остальные жнецы застыли на месте, широко распахнув кислотные глаза. Мортимер резко ослабил хватку, отпуская белобрысого.
- Ты в самом деле думаешь, что...
- Что демону по имени Азазель вполне под силу занять трон в Аду, - абсолютно ровным голосом проговорил Легендарный.
- Ты уверен?
- Вполне. Тем более, что теперь он не так слаб от голода. Кровь Июль дала ему столько сил, что ему их хватит ещё на сто лет вперёд. И если они сразятся, то у Азазеля будет шанс победить.
Три пары кислотных глаз задрожали, смотря на Кривна. Тот лишь чуть ухмыльнулся.
- Я хочу, чтобы он доказал, что достоин моей дочери. Если же он провалится, то уже не сможет заполучить её. Разве это не логично? Сразясь с Сатаной, он либо одолеет его, либо погибнет. Третьего не дано. Так что нам остаётся лишь ждать. Я ничего не имею против Азазеля. Да, он сильно насолил нам всем в своё время, но именно он спас Июль от гибели множество раз, и лишь его она любит. Если она счастлива, мне больше ничего и не нужно. Не думаю, что найдётся ещё хоть кто-то сильнее её самой, кто-то, кто сможет защитить её, - как на одном дыхании произнёс Адриан, садясь обратно на пол.
Остальные жнецы всё ещё смотрели на него в немом шоке. Легендарный привёл достаточно веские аргументы, чтобы согласиться с ним. Не говоря ни слова, все они тоже сели на пол, прислонившись к стенам коридора и уйдя каждый в свой мир, рассуждая, что же будет ждать эту пару.
Июль и её демон уже с несколько минут сидели в гробовом молчании, просто смотря друг другу в глаза. Естественно, прямо сейчас Михаэлис не собирался торопить события и что-либо делать со своей хозяйкой. Он понимал, что ей нужно привыкнуть к этому чувству. К чувству того, что кто-то её любит. К тому же, он рассуждал как раз насчёт того, что обсуждали жнецы за дверью - как ему остаться с этой девушкой и защитить её от их рас. Он прекрасно понимал, что ни в одном из их миров подобному союзу не обрадуются. Более того, они нарушили важные правила. И сейчас им обоим нужно было придумать, как не потерять друг друга и не оказаться в разных тюрьмах, а то и в гробах. Если их хоронить ещё станут, конечно.
- Себастьян... - тихо окликнула жница брюнета, прижимающего её к себе и уткнувшегося носом в её волосы.
- М?
- Сможем ли мы избежать всех этих проблем?
- Нет. Но я найду способ решить их, вот увидишь. Я не брошу тебя. Ты слишком дорога мне, чтобы оставить.
- Рано или поздно, все узнают об этом. Тогда против нас восстанут все три мира.
- Не восстанут. Мы дождёмся того, чтобы Сатана сам пришёл за мной. И когда я займу трон, никто уже не посмеет тронуть тебя, - мягко сказал Михаэлис, касаясь губами макушки Кривен. Та дрогнула.
- Ты собираешься...
- Да. Я захвачу трон. Тогда уже ни один из других миров не посмеет напасть на нас. А если и рискнут, то тут же поплатятся за это.
- Но ведь тогда и жнецы поведут свои войска в бой.
- Я надеюсь убедить их заключить мирный договор с демонами. Уже давно пора было пойти на это, чтобы прекратить их вражду.
Голос Себастьяна звучал твёрдо и уверенно. И это укрепляло надежду жницы на мир между их расами.
- Я хочу помочь. Я попробую убедить остальных жнецов согласиться на этот мир.
- Ты не боишься?
- Боюсь. Но ещё больше я боюсь потерять тебя.
Михаэлис всего на секунду удивлённо распахнул глаза, но потом тепло ухмыльнулся. Он осторожно поглаживал девушку рукой по волосам, перебирая серебристые пряди длинными пальцами.
- Не потеряешь... Я не отдам тебя никому. Я хочу, чтобы ты принадлежала только мне.
- Неужели ты действительно полюбил меня?
- Как видишь. Я боялся, что твоё сердце уже занято. И сейчас я рад, что это не так. Не знаю, что я делал бы, если бы ты любила кого-то другого...
Жница тяжело вздохнула.
- Я не люблю никого, кроме тебя. И никогда не полюблю. Потому что ты, Себастьян, - самый дорогой человек в моей жизни.
Эти слова грели демону сердце. Он впервые любил и впервые был действительно любим. Раньше женщины могли увлечься им, но полюбить - никогда. И это вполне устраивало его. Но эта девушка... Была для него исключением... Михаэлис иронично улыбнулся.
- Возможно, нам уже стоит выйти. Иначе твой отец не сможет спать ещё несколько суток, - мягко произнёс дьявол, вставая с края койки.
- Да, ты прав, - Июль тоже поднялась. Однако перед глазами всё немного плыло, от чего она пошатнулась. Брюнет моментально подхватил её за локоть и плечо.
- Ты точно в порядке? - взволнованно спросил он.
- Да. Просто немного устала. Я быстро приду в себя, ничего страшного.
- И всё же...
- Не переживай, Себастьян. Потеря крови мне грозит максимум переутомлением. Со мной всё хорошо, - отозвалась жница, мягко отстраняясь и самостоятельно держась на ногах.
- Уверена?
- Абсолютно. Сейчас мне нужно выйти к ним и объяснить им всё. Иначе они надолго обидятся на меня, думаю.
Согласно кивнув, Михаэлис осторожно отпустил свою возлюбленную, давая ей идти самостоятельно. Уже через несколько шагов Кривен смогла выровнять походку. Голова постепенно прояснялась. Глубоко вдохнув, Июль сверкнула глазами, снимая с комнаты все печати. Но выходить ей даже не пришлось.
- Июль! - раздался сразу хор из нескольких голосов.
Девушкаа опешила. Усталые, взволнованные, с мешками под глазами и растрёпанными волосами, жнецы мгновенно ворвались в комнату. И только они хотели заключить подругу в объятия, как демон ухватил её за руку и утянул за свою спину, загораживая. Добрый взгляд тут же стал более серьёзным и строгим. Казалось, что Себастьян готов броситься на любого, кто прикоснётся к белобрысой. Это ввело жнецов в замешательство.
- Себастьян, не стоит, - мягко сказала Июль.
Брюнет тут же отпустил её руку и несколько растерянно мотнул головой. Он сделал это инстинктивно. Не задумываясь, спрятал от других. Потому что не хотел делить её ни с кем. Легендарный победоносно улыбнулся, притянув к себе дочь и крепко обняв её.
- А ведь он почти съел тебя, не так ли? - прошептал Адриан на самое ухо белобрысой, от чего та удивлённо распахнула глаза.
- Ты...
- У меня твоя книга. Думаешь, можешь хоть что-то скрыть от меня? - ещё тише прошептал он.
Увидев, что жница залилась краской, Михаэлис не вытерпел и вновь потянул её на себя, буквально вырывая из объятий Кривна. Спина девушки тут же стукнулась о его грудь, а руки демона обвили шею белобрысой, сильнее прижимая её к себе.
- Моё, - достаточно громко, но спокойно произнёс он.
Жнецы выпали в осадок. Даже Легендарный не ожидал подобного поступка от демона.
- Михаэлис...
- Она моя, - так же отчётливо произнёс Себастьян без намёка на улыбку.
Июль сильно покраснела, отведя глаза в сторону. Увидев эту реакцию, демон, наконец, ухмыльнулся.
- Что ты делаешь?! - зло воскликнул пришедший в себя Мортимер, попытавшись забрать крестницу из рук Себастьяна, но тот лишь увернулся, не отпуская её.
- Мне надоело. Мы идём домой, - с этими словами демон крепче сжал девушку, и они исчезли в тени.
Оставшиеся в комнате жнецы переглянулись. Раздражённый Грелль, злой Грегори, спокойный Уильям и довольный Адриан... Какая же разная реакция...
- Все видели её шею, да? - с широченной улыбкой спросил Легендарный.
Остальные жнецы замерли, ошарашенно смотря на него. Первым в себя пришёл Мортимер. На его лбу выступила вена.
- Чему это ты так радуешься?! Твою дочь только что забрал с собой демон, который пил её кровь!!! Ты совсем идиот?!
- Зачем ты это сделал? - тихо спросила жница, всё ещё краснея.
- Потому что я хочу, чтобы каждый из них чётко знал, кому ты отдала своё сердце...
Любовь - это глупость, сотворённая вдвоём