Океан закрытой реальности

I Won't Give In - Asking Alexandria

Многие считали, что я гнилое яблоко, но даже не подозревали, что будут трястись от страха, когда я буду заходить в помещение. Они даже не знали какую совершили ошибку принимая участие в издевательствах надо мной. Как только ублюдки ступили на порог помещения, уже приписали себе смертный приговор. Все. Все до единого поплатились за проделанное и только одну смерть я оттягивал. Винсенто. Они издевались, били, уничтожали, но никак не подозревали, что я стану их ночным кошмаром. Сто четырнадцать убийств... сто четырнадцать нераскрытых дел... а знаете почему? Потому что Дьявол Италии не позволил плыть не по течению. Все кто хотел узнать истину, стали пропавшими без вести... и только монстр знает где они.

Я занял трон самого Азырена, его однажды обманули, а потом искали, чтобы он подарил им смерть. Те трусы искали меня, чтобы умолять о прощении и пытались прикрыться своими семьями, но мне было глубоко наплевать. Сами были виноваты, когда спасли меня от смерти. Один сантиметр и два миллиметра. Это могло быть их подарком, их спасением, но они решили изменить ход событий... поэтому и сдохли как собаки.

Прикрыв глаза, я стиснул челюсть - с силой, до хруста - и сгорбился, все еще ощущая ее теплые ладони на своей изувеченной спине. Я уже и забыл о шрамах. Ее прикосновения были пластырем, которые перекрывали все раны. Она могла попробовать их заживить, но уже слишком поздно - они оставили след не только на коже, но и внутри...

- Этот? - вырывает из мыслей. Ангельские подушечки пальцев делают круговые движения на правой лопатке. - Ее будто зашивали. - понял.

- В пятнадцать лет, ударили стеклянной бутылкой по голове, а потом когда она раскрошилась взяли и острие встромили в спину. - тогда я просто пришел на вечеринку, хотел попробовать понять, что чувствуют подростки в моем возрасте, - но в итоге узнал суровую часть этих детских пьянок, когда родители валят в отпуск или по работе. - Я впервые сам себя зашил... - именно тогда началась моя охота за всеми трусливыми рабами Винсенто. Чувствую как она наклоняется, а затем теплые губы на том шраме.

- Что за царапины у тебя?

- Моему ангелочек напомнить жаркую ночь? - несмотря на нее я знал, что щеки обрели красноватый оттенок. - Поясница, видишь мелкие следы? - прикосновение. - Я был доской для дартса.

- В тебя бросали дротики? - ее голос ошарашенный.

- Тридцать три дротика прилетело мне в поясницу, они специально обрисовали ее, но были настолько мазилами, что постоянно попадали в одно и тоже место. - иногда я сам специально вертелся, чтобы их разозлить. - Это было их развлечением.

- Здесь так много следов. - иногда наказания повторялись, а некоторые шрамы появились с недавних пор. - Что это за татуировка? - замок с сундуком боли дрогнул.

- Раньше заставляли делать этот ужас на любой другой части тела. Татуировка была клеймом на всю жизнь, если ты попытается сбежать, инсценировать свою смерть, пропасть - у тебя остается эта клякса чернил на белоснежном листке. Она напоминает кем ты был и кем являешься. Все в округе знали этот знак и боялись как сатану, а некоторые презирали и не боялись говорить о своем негодование к такому. - твердо, уверенно и спокойно.

- Но она какая-то не закончена или ее как будто выжгли.

- Истинная правда, ангел... - что ж, последняя главная тайна.

"Эдвин 15 лет

Корлеоне, я любил этот город, здесь у нас был дом, в который мы ездили отдыхать. Почти. Днем и ночью отец забирал нас на свои задания, где я мог спокойно получить с Джошем по три пулевых ранения. Это была не учеба, а наша реальность. Каждый месяц мы посещали это место, ведь для Раймунды нужен был воздух - она была беременна, точнее уже родила... Сейчас мы направляемся в наш дом, где собственно женщина и рожала, ведь Винсенто был категорически против больниц. Вчера я слышал ее крики и мне хотелось найти миллион способов, как принять ее боль на себя. Маленький Даниэль. Он даже не подозревает куда попал, мама прислала мне фотографию, где ребенок улыбался счастливой улыбкой не подозревая, что с ним будет в один год, два, три и так далее. Был бы у него выбор, он отказался...

Мы подъехали к двухэтажному дому. Этот живописный дом привлекал внимание своей изысканной и элегантной внешностью. Он отличается от нашего, просторными и светлыми комнатами, которые изобилуют натуральными материалами и уникальной изысканностью. Первый этаж был открыт для гостей и украшен мебелью из первоклассных пород дерева. Все как любил Винсенто. В центре прихожей стоит элегантный стол из мрамора, который позволяет принимать гостей без напряжения и дискомфорта. Великолепная кухня, - где мама проводила большую часть времени - с отделкой в стиле кантри вызывает восхищение своими белыми стенами и дверями, украшенными резьбой. В ней есть все необходимое для приготовления угощений - современная техника, качественная посуда и многочисленные комнаты для хранения продуктов.

Раймунда настояла на этом.

Комнаты на втором этаже были изысканными и необычными. В спальне, находящейся на втором этаже, пастельные тона пытались создать спокойную атмосферу для отдыха. Большое и красиво оформленное окно выходит на огромный двор, который окружен зеленым садом с цветущими растениями и чистым фонтаном. Соответственно здесь присутствовал дух Корлеоне, в самом доме ощущалась прекрасная гармония, так характерная для этого прекрасного города. Благодаря огромному двору, это могло быть идеальным местом для несуществующей семьи, которая любит проводить время на свежем воздухе, праздновать вечера и общаться в уютной обстановке.

Открываю дверь и выхожу из машины. Джош остался дежурить на складе и ему отец попросту не позволил покидать это место, даже чтобы взглянуть на младшего брата. Винсенто - это как огромная каменная стена, за которой нельзя прятаться, ведь в любую минуту она может разрушиться и прикончить тебя. Бесчувственный эгоист... Смотрю на огромный дом и вижу в окне женскую фигуру, блондинистые волосы, серые глаза и та грустная улыбка, которую она всегда натягивает.

- Где мой сын?! - кричит отец. Отрываю взгляд от окна и виду как выходит Адора с ребенком на руках - это помощница мамы.

- Мистер Раффэрти, вот ваш богатырь! - она передает Даниэля в руки отца, а тот начинает странно улыбаться. Именно этот мальчик станет его следующей мишенью. - Как вы себя чувствуете? - снова эти тупые подкаты. Направляюсь в сторону дома, пока меня не окликает отец:

- Эдвин! Ты что не хочешь подержать своего младшего брата? - мне важна мать.

- Мне похер на твою мишень! - грубо отвечаю.

- Уродец! - это последнее, что я слышу перед тем как комната Раймунды взрывается. Мои брови сходятся на переносице, поворачиваюсь вижу хитрое лицо отца, скрываюсь на бег. Открываю дверь, но меня кто-то хватает, руки заводят за спину и что-то кричат, но мои мысли переместились в другую паралель.

Внезапно вырываюсь из рук ублюдков, которые меня держали. Поворачиваюсь лицом, глаза наполнены решимостью, а руки сжаты в кулаки, готовые нанести удар. Один из них набрасывается на меня, но я умело и резко уклоняюсь, ударив первого в живот. Второй идиот попытался ударить меня в спину, но я быстро обернулся, схватив его за руку и отклонив удар. Затем, ударил своим кулаком по лицу, вывихнув ему челюсть и повалив его на землю. Мое тело было напряжено, словно отточенный клинок. Они были живы, но сдались. Ни одна цепь не смогла бы удержать сероглазого зверя, который растерзает на мелкие кусочки... Резко сзади на меня накинулись сразу пятеро мужиков, один держал мои ноги, второй коленом голову, третий руки, а остальные сдирали с меня футболку.

- Ничего личного, Эдвин, просто приказ твоего отца. - Левио.

- Ты, сука, сейчас пытаешься сделать что-то со мной, пока моя мать умирает в той гребанной комнате! - интересно, куда делся тот влюбленный ангел? - Это была игра с чувствами Раймунды. - факт.

- И это все, приказ Дона. - мою кожу начинает что-то жечь. Я чувствую как красное пламя окутало каждый уголок моего тела, заставляя кожу кружиться волнами отчаяния и боли. Кровь струилась из раны, шипение сплелись со звуком газового баллона. Жесткий запах горелого мяса заполнил воздух, настолько сильно, что было трудно надышаться. Избежать этой жестокости было невозможно. Я чувствовал, как кожа начала сворачиваться, словно лист прессы, и теперь он был лишь бедной душой, источающей жуткий аромат смерти. - Это игра на жизнь или смерть...выбирать тебе! - он отбрасывает газовую горелку, а я лишь смотрю на ступеньки, которые ведут на второй этаж и только сейчас ощущая запах бензина, который успел перемешаться с вонью дыма.

Она неспроста так грустно улыбалась, женщина знала, что умрет, поэтому прощалась мысленно...

Я ее не спасу, она мертва, погибла, сгорела. Женщина с красивыми блондинистыми волосами и серыми глазами была мертва, у нее больше нет возможности увидеть этот мир нормально. Я уверен, что Раймунда сгорела с мыслью о том, какими станут ее сыновья. Такими же чудовищами или что-то изменится?

Выхожу на улицу не чувствуя тела, мой взгляд направлен на сгоревший второй этаж. Смотрю в окно и вижу... ничего. Мое воображение додумывает, что там также стоит женщина, как двадцать минут назад, но этого не случится и я не увижу ее никогда... Языки огня, которые окутали дом своим пламенем, выглядели как танцующие змеи на фоне ночного неба. Крыша постепенно пропадает под зловещим пламенем, который то и дело прыгает вверх, словно живые существа, бросая на всю округу красную вспышку огненного света. Из окон торчит мрачная дымка, показывая, что внутри дом разгорается так, словно внутренний дьявол выходит наружу. "

- Почему ты его не взял на руки? - это был конец жуткой сказки из моей жизни, где я еще месяц пытался возобновить себя и заставить не видеть свою мать. Я мог стать сумасшедшим...

- Не хотел привязываться, ведь знал какую боль принесут его крики. - тяжело отвечаю. Синеглазая лежит на моей спине и гладит шрам от ожога, ее голос был тихим и успокаивающим, пока воспоминания были обжигающими и болючими.

- Почему до сих пор не рассказал Даниэлю? - потому что это станет адом.

- Ему не нужно...

- Нужно, Эдвин! Он тоже является ее сыном, все что парень знает о ее смерти, так это абсолютно ничего. Ему сказали только о том, что Раймунда умерла на следующий день после его рождения. - она сжимает мои плечи. - Ты считаешь это правильным?

- Нет... - я не смогу рассказать об этом один, даже ангел здесь не поможет. Она исцеляла, но не полностью... - Это прошлое...

- О котором Даниэль обязан знать, ты думаешь ему легко? Я вижу как его убивает одно упоминание о его четырнадцатом дне рождения. Парень не хочет, но сделает это, ради тебя... научись доверять тем, кто и вправду тебе близок и готов пойти ради тебя на все.

- Ангел, мне легче себя убить и больше не видеть ничьи страдания!

- Даниэлю сейчас сложно и ему нужен обычное твое внимание, разговоры и поддержка. Поделись своим маленьким секретом, пусть твой младший брат поймет, что он не один проходит через этот ужас. - блядь. Убейте меня. - Ты сможешь, ты являешься хорошим братом и мужем! - ее дыхание касается моего уха, и мне попросту хочется зарыться в подушку чувствуя на себе маленькое тело и ее дыхание.

- Хороший брат, это когда он защищает их, а не теряет.

- Значит сделай так, чтобы ты не потерял еще одного младшего брата, сделай это ради Джоша и матери. - кто же знал, что такие простые слова смогут уничтожить монстра и зверя.

Она поднимается и встает на ноги, резко поворачиваюсь и смотрю как ее силуэт скрывается за дверью. Девушка молча ушла, но это не повод волноваться? Синеглазая же мне не нянька, чтобы сидеть со мной и говорить умные вещи, которые я постоянно отрицаю и понимаю только тогда, когда ситуацию уже не исправить. Смотрю на время и вижу, что пора принимать таблетки, потому что легкое покалывания в голове уже начинает проявляться.

Хочется накуриться...

Через пять минут дверь в комнату открывается, - все это время я просто втыкал в потолок, будто был под наркотой - и входит синеглазая девушка с подносом в руках, там лежали фрукты и два огромных буррито. Охренеть. Девушка подходит ближе и ставит поднос на прикроватную тумбочку, на которой ничего не было. Немного дальше за фруктами я заметил один гирос и это был мой рай.

- Ты же говорил, что голодный, а наши разговоры заняли два часа, поэтому берите ваши законные, вкуснейшие блюда! - она садится на кровать беря в тарелку одно буррито, передавая мне, а второе себе. - Как насчет позвонить Даниэлю? - неожиданно произносит ангел, беря тарелку с разными фруктами.

- Уверена, что это стоит делать? - кивок.

- Я не хочу заставлять тебя изливать свою душу, просто позвони и спроси чем он занимается? - откусываю мясное блюдо и беру телефон, набирая номер брата.

Долгие и мучительные гудки, которые заставляют мое сердце биться быстрее...

- Кто ты или что, украл телефон моего брата? - просто спрашивает Даниэль, а потом делает голос тише. - Скажу по-дружески он тебе пальцы отрубит за это!

- Ха-ха, тебе можно идти на какое-то комедийное шоу! - язвлю.

- Так, fratello (перев. итал. брат) ты же понимаешь, что мы с тобо перерыли все сайты и больше советов для свиданок мы не найдем. - я его убью.

- Вероятнее всего, то предупреждение «по-дружески» ты дал себе.

- Э-э-эй, Ева с тобой? Еванджелина, спаси меня! - кричит в трубку брат, пока ангел не может уже сдерживать свой смех и начинает громко смеяться. - О-о-о, мое спасение.

- Поверь никто тебя убивать не будет. - ее взгляд метнулся ко мне, а рукой девушка начала мне показывать какие-то намеки. - Эдвин у тебя хотел кое-что спросить. - блядь.

- Чем занимаешься? - сквозь зубы шиплю я.

- Ева, ты мужа подменила? Или в Корлеоне есть машина, которая меняет людей? - он ни за что не поверит, что я и вправду заинтересован в этом.

- Я не могу просто поинтересоваться?

- Можешь, но это странно, что ты так неожиданно мне звонишь и спрашиваешь об этом... я сижу и играю в "Fortnite" и нихрена не понимаю, что здесь делать.

- А зачем она тогда тебе? - интересуюсь.

- Хороший вопрос, на который херовый ответ. Мне понравилась заставка и все.

Так мы проговорили еще целый час, пока он рассказывал мне какие там непонятные люди и затронул тему про дела в мафии. Мы на этом долго не задержались, потому что я просто перевел разговор, ведь Даниэль мог посчитать, что я звоню только из-за этого. Все это время я чувствовал на себе взгляд синих глаз, а когда оборачивался видел счастливую улыбку и кто же знал, что Дьявол сможет таким образом поднять настроение брату. Даже самому себе. Иногда стоит открыть глаза на самые банальные и нужные вещи, чем зануриваться с головой в решение сложных задач...