Океан закрытой реальности

Jonathan Roy – Keeping Me Alive

Когда человек начинает осознавать то, что он попросту не в силах поменять свою вторую половинку, он начинает разочаровываться. Не в себе. А в этом человеке. Он злится, что не смог сделать себе подстилку, которая будет рядом, злится, что не сделал себе подобного. Многие пытаются изменить друг друга, но вопрос. Зачем? Есть слова и поступки. На словах эти люди говорят, что они полюбят все изъяны второй половинки, но пытаются не принять, а изменить. А поступками ты доказываешь, что тебе безразлично, что говорят об этом человеке другие, даже если это и правда. Неважно. Главное, чтобы он тебе не просто нравился, а подходил как будто он твоя родственная душа. Никто не говорит, что будет легко, есть препятствия, сложности, ужас, страх. Чувство, что вы стоите над обрывом, а позади вас десятки тысяч волков и у вас есть только два варианта. Это сложно, но в такой ситуации должен появится тот, кто создаст третий вариант и спасет. Зачем менять человека? Если тебе что-то не нравится поменяй себя, другого не нужно. Он есть такой, с агрессией, с ревностью и многим другим.

Я не пыталась изменить, я пыталась помочь и показать всю свою открытость ему. Услышать каждую частицу боли, которую ему причиняли, каждый его страх и ужас. Истории о прошлом всегда больная тема, но таким образом ты понимаешь, что человек тебе доверяет то, что не доверял никому. Именно ты станешь тем самым и именно ты обязан унести все тайны в могилу…

Мы летели сутки и я пыталась не думать о чем-то плохом, запрещала думать о том, что мужчина привел меня в то место, где хранит сердца своих жертв. Это было сильно и неожиданно. Я не обижалась, мне не было страшно, но было непонятно. С одной стороны было чувство эйфории, что Эдвин Раффэрти доверил мне свою тайну о которой только ходят слухи, а вот с другой стороны все было сложнее. Мне хотелось понять почему мне не страшно? Что изменилось? А возможно я просто сняла свои розовые очки и увидела всю жестокость этой жизни, всю правду? Океан закрытой реальности. Океан – это тайны, которые от меня хранились, а закрытая реальность – это жизнь, от которой меня оберегали… я была как маленький ребенок, которого пытались уберечь от горячей плиты, чтобы не обожглась. Но один мужчина показал за пару месяцев, какая я на самом деле и какой могу быть. Мне нравилась эта версия себя. Я не хотела убивать кого-то, калечить, просто… хочу быть сильной в своих глазах, хочу видеть ту, которая сможет дать отпор и не побоится сказать что-то лишнее.

Сейчас мы едем на машине домой, боковым взглядом я наблюдала за мужчиной, которой нервно сжимал ручку в своих руках. Откуда ручка? Этот человек-загадка, весь полет что-то увлеченно писал в уже свой желтый блокнот. Как только я начинала шевелится на кресле, он сразу же его прятал и безотрывно смотрел за мной. Я чувствовала его каждый взгляд, даже когда он уходил к Дугласу. Он изучал, размышлял. Сейчас же я наблюдала несколько раз одну и ту самую картину. Эдвин хотел прикоснутся к моей руке, когда та лежала на сиденье, но передумал, потом хотел прикоснуться к лицу, но снова остановил себя. Раффэрти думал, что я ему откажу и вновь запрещу меня трогать, но нет… Я не могу описать причину своего молчания, хотя понимала, что прямо сейчас из-за меня Эдвин проклинает себя за то, что привел меня в тот лес. Мне хотелось подняться и тихо на ушко сказать, что не нужно такого делать, хотелось повторить ему что я люблю его, но… зачем? Я не обязана торопить наши события. Каждый раз что-то происходит и я начинаю думать, что в этом виновата я и мои чувства, но это просто такой период – который мы либо переживем, либо забросим на друг друга и скажем, что как-то само решится. Так, я уверена, делают многие, но повторять такие ошибки других мне ни в коем случае не хотелось.

Через какое-то время мы уже подъезжали к особняку и мне резко захотелось полежать на кровати в объятиях мужчины, как это происходило три дня назад. Почему все так быстро заканчивается? Не успеешь оглянуться, а все закончилось и вряд-ли, что это когда-либо повторится. Из-за того, что я была поглощена своими мыслями, даже не заметила как мы приехали и я вижу как Эдвин открывает дверь машины, а затем… я вскрикиваю. Этот ненормальный закидывает меня на плече и кладет свою лапу на мою задницу. Это что за беспредел? Ударяю его по спине, но тот идет как нивчем небывало. Мои пальцы щипают за его накаченную задницу, но тот все также идет молча, будто я какой-то комар. Я хочу сказать отпустить меня, но слова не вырываются, глаза поднимаются на парней сзади и вижу насмехающиеся лицо Даниэля, а О'Нил стоит и просто говорит водителю что-т.

Я офигеваю! Всем на меня все равно что-ли? А если меня идут убивать? Откуда они знают, что намерения этого Дьявола хорошие?

Поднимаемся по ступенькам и через минуту оказываемся в нашей спальне, где меня наконец-то ставят на пол. Пытаюсь быстро сориентироваться, но руки Раффэрти поддерживают меня за талию. Его грозные глаза смотрят в мои спокойные и что-то ищут, только ответа там не существует, так же как и вопроса. Голова наклоняется к шее и я слышу как его нос вдыхает мой запах. Я чувствую как мужское тело слегка лежит на мне, но не обращаю внимание. Этот момент такой же прекрасный, как и ощущения. Ладони Эдвина сжимают талию и здесь не сложно догадаться, что он начинает беситься из-за собственных мыслей. 

— Пообещай мне кое-что, — ненужные слова вырываются. Слышу как он тяжело вздыхает и до жути сексуальным, хриплым голосом отвечает:

— Что тебе нужно пообещать? — хрипота и напряжение.

— Обещай мне, что когда умру…

— Ты не умрешь! — этого никто не может предвидеть.

— Никто и ничто не вечно, поэтому обещай, что когда я умру ты, — тыкаю пальцем в его грудь, но он все также дышит мне в шею – что очень сильно сбивает с толку. — сожжешь то место и туда же выкинешь все свое плохое прошлое. Оставь только хорошее.

— Хорошего мало, а после десятилетия вообще ничего не было. — она приносила ему радость и делала чуточку счастливее, но Доминику больше не вернуть. — Я тебе обещаю, но ты не умрешь!

— Это значит, что ты не сожжешь то проклятое место?

— Сожгу, ради тебя могу и весь мир. — не нужно, где тогда мы будем жить? Улыбаюсь своим дурным мыслям и отрываю от себя Эдвина, в его глазах виднелась усталость и это понятно, не спать всю ночь, это полнейший ад. — Знаешь, что я хочу? — киваю головой в немом вопросе. — Почувствовать вкус твоих губ, которые мозолят мои глаза со вчерашнего вечера.

Его ладонь ложится на мою щеку. Его тепло пронзает меня до костей и вызывает чрезвычайно острое наслаждение. Я смотрю в его глаза, темнеющие от предвкушения и страсти. Наши губы едва касаются друг друга, но затем моментально сцепляются. Мои дрожат, и я чувствую на них дыхание Дьявола – моего Дьявола, пусть только я так и считаю – горячее, с привкусом кофе. Он склоняется ниже и впервые за все время целует меня с невероятной нежностью. Не с голодом. Не с жадностью. Не подавляюще. А ласково. Он изводит меня. В моей голове все превращается в огромную яму с помоями, из которой я даже ни одной разумной мысли вытащить не могу. Я целую его, запуская пальцы в волосы, и притягиваю ближе. Я дышу им снова и снова, пытаясь насытить свое сердце Эдвином на предстоящие часы, которые он возможно проведет решая свои дела. Мужчина отстраняется, его дыхание не сбилось, а мое едва можно уловить. Открываю глаза и смотрю на него. Он на меня.

— Это был легкий поцелуй, потому что вечером я обещаю тебе намного больше. — поцелуй в нос, а затем легкий укус на кончике. Вот засранец, что это за мода кусать кончик моего носа? — Черт, а до вечера еще восемь часов. Ангел, готовься ты стоять точно не сможешь! — последний поцелуй в макушку и его пальцы ущипнули меня за задницу. — Думаю твоя попка уже возобновилась, поэтому милая, готовь ее тоже. — наглая ухмылка напоследок и я остаюсь одна в комнате, где в воздухе витает только запах мужчины.

Быстро приняв душ и переодевшись в футболку и леггинсы, выхожу из комнаты и врезаюсь в кого-то. Поднимаю взгляд и встречаюсь с копией Эдвина, только помладше, Даниэль. Что он делал возле спальни Эдвина? Его рука проходит по волосам.

— Ева, не то чтобы я хотел, но… — он втягивает носом воздух и выдыхает. — сможешь приготовить тот самый пирог, который ты готовила месяц назад? — ок, неожиданно.

— Могу, только та же проблема… яблок нету. — усмехаюсь своим воспоминанием, когда я ходила к соседке просить фрукт.

— Поехали в магазин.

— А машина?

— Одолжим у твоего муженька, — будет не правильно, но интересно. — так что?

— Ищем приключения на пятую точку? — определенно да. Парень кивает и улыбается.

— Называй все своими именами, ищем приключения на наши задницы, ты получишь минимально, а вот я по полной. — ох, не думаю, что я получу минимально. — Либо же кто-то просто, а в твоем случае Эдвин, хорошо трахнет и…

— Заткнулся, иначе раздеру пасть. — это я сказала? Боже.

— Воу Ева, извини! — он виновато наклоняет голову, а я обнимаю его и зарываюсь носом в его грудь. Когда этот парень так вырос? Я что совсем от жизни отстала или что?

— Поехали, чудо. Только больше так не говори, иначе получишь по своей красивой головушке. — рот тебе еще понадобится для… того чтобы есть пирог, не подумайте ничего плохого.

Люди у себя в фантазиях такие извращенцы…

Моя одежда выглядела довольно неплохо для того, чтобы выйти в свет, поэтому можно было не переодеваться. Мы оба выскочили на улицу, но машину Эдвин забрал и стоял только байк Дугласа.

— Черт, машины в гараже, но так впадло туда идти, поэтому…

— Нет, машина.

— Ладно-о-о, миссис Раффэрти будет по-вашему. — Даниэль делает поклон и идет в гараж за машиной. Я кстати ни разу не видела сколько машин у Раффэрти, но мне это и не интересно.

Есть люди, которые помешаны на какой-то технике или же автомобиле, то я нет. Меня это попросту не интересует. Вот к примеру можно взять оружие, мне бы хотелось попробовать научится метать ножи также, как и Эдвин, это выглядит так красиво и мужественно. Бесстрашно и опасно. Красиво и необычно…

Интересно, что прячет за молчанием Дуглас? У мужчины довольно много тайн и одна страшная история была раскрыта, но не до конца. Было бы интересно услышать его долгие рассуждения, уверена, что его девушка наслаждалась бы его голосом. Насколько этот человек изменился? Или он остался собой? Хотя это довольно сложно оставаться собой в таких жестоких условиях жизни. Но все равно главное – оставаться собой. Это великое искусство. Это самое трудное, потому что не требует от тебя никаких усилий. Не нужно никому и ничему подражать, не нужно строить из себя мудреца или корчить недоумка. Надо просто говорить своим голосом и заниматься любимым делом.

Я так сильно привязалась к семье Раффэрти, даже не зная их самих. Кроме Эдвина.

— Ради вас, мне пришлось нарушить систему в гараже, чтобы сообщение не пришло братишке о том, что кто-то открыл гараж. — если бы я знала, что такое нужно, то все равно согласилась только на машину. Вредная? Не правда. Просто немного требовательная. — Садись в машину.

Залезаю в машину и мы выезжаем из двора. Мне казалось, что я успела уже выучить каждый уголок дороги, но с каждым разом нахожу что-то новое и понимаю, что это нифига не то, что я запомнила. Или же меня просто возят другой дорогой…

Через двадцать минут мы стояли у какого-то мини-маркета, здание было прилично красивым, голубые крашеные стены и до сих пор веял запах краски, от которого хотелось закрыть нос. Быстро войдя в магазин, мы увидели немного людей, и тележки. Даниэль направляется к тележкам и берет одну из них, только зачем? Мы приехали за одними яблоками.

— Садись. — я приподнимаю бровь и смотрю на него как на сумасшедшего.

— Чокнулся? — парень начал меня кривлять и залез сам в тележку.

— Значит катай меня теперь, — я тяжело качаю головой и везу его прямо. — я значит как настоящий джентльмен предложил даме прокатится, а она… эх. — жестикулируя рассказывает, а в конце махнул рукой и замолчал. — О! — Даниэль начал выпрыгивать с тележки и чуть ли не перевернулся, я начала громко смеяться пока тот за несколько сантиметров остановился перед стеллажом с алкоголем. — Чего ты ржешь? Здесь видишь алкоголь настолько дешевый, что жизнь меня решила не сталкивать с ним, и не портить мое прекрасное и изумительно красивое личико. — я начинаю громко смеяться. Он пытается встать, но его немного качнуло и рукой парень задел бутылку бурбона.

— Блядь, Даниэль! — вскрикиваю я и оттаскиваю оттуда, чтобы ничего еще не задел.

— Ты материшься? — его глаза округлились.

— Балбес ты бутылку разбил. — янтарная жидкость медленно растекалась по плитке, а через секунду явился охранник, который смотрел на нас, а затем на ценник. — Кажись нам сейчас будет плохо!

— Подумаешь пятьдесят евро стоит. — легко пожимает плечами, а мужчина в черной форме направляется к нам. — Ты права, нам будет сейчас пиздец. — мужчина хотел схватить Даниэля за руку, но тот вывернул лишь его.

— Я полицию вызову! Вы отсидите срок за хулиганство!

— Сомневаюсь чувак! — удар в живот. — Хотя, давай. — парень отпускает охранника, а тот занимает место Раффэрти, выворачивая руки. Я говорю чокнутый.

— Может мы просто заплатим деньги? — пытаюсь исправить ситуацию, но тот лишь обращает внимание на меня и надев наручники на Даниэля, начинает идти на меня.

— Мужик, ты бы ее не трогал иначе останешься без рук, ног и члена. Последнее я тебе гарантирую. — он подмигивает мне, а охранник кивает мне, чтобы я следовала за ним.

— Не волнуйся парень, ты себе нашел такие проблемы на голову и твоя сестра тоже хорошо вляпалась. — кто? Я? Боже упаси, быть сестрой этого ненормального. — Заходите сюда и сидите, а я полицию вызову! — он толкает меня в какую-то комнату с компьютерами и закрывает дверь на замок.

Охренеть, съездили называется за яблоками…

— Не боись, сейчас выберемся. — он показывает свои свободные руки, а затем сует руку под куртку. — С тебя все равно пирог. — крутит мешочек с яблоками, а я тяжело вздыхаю.

— Ты дурной или прикидываешься? — он подходит к окну и каким-то образом открывает его, хотя там не было ручки.

— Я просто люблю повеселиться, а как-то разрядить скучную обстановку нужно было. — он указывает рукой мне на выход и я слышу сзади голоса, которые доносятся из коридора. — А теперь либо мы валим, либо нас находит Эдвин в тюряге. — злобно зыркаю в его сторону и вылезаю на улицу. Замечаю полицейскую машину, а замок двери начал проворачиваться.

— А теперь бежим!

Мы оба кидается в сторону нашей машины и быстро садимся туда, Даниэль заводит тачку и ударяет по газам. Позади нас были слышны крики и звук сирены, но примерно через пять минут мы отстали от них. Мне конечно приятно чувствовать адреналин бушующий в крови, но получать его таким образом, это слишком…  Подъезжая к дому, машины Раффэрти не было, поэтому я облегченно выдохнула, ведь говорить о таком приключении я сейчас была не готова. Когда-нибудь, возможно. Но уж точно не сейчас.

Я захожу в коттедж, пока Даниэль поехал ставить машину на место. Теперь я могла еще раз, более спокойней, выдохнуть. Больше иметь дела с этим ненормальным братом-акробатом, мне не хотелось. Веселится да, но точно не так. Хотя было весело. Нет. Это было… весело.

— Я готов помогать! — выходит парень с фартуком на торсе, а я начала понимать, что приготовить пирог за час, мы точно не сможем…

➳★➳

Вся кухня была в муке и яйцах, потому что некоторые решили устроить перестрелку и черт… я на нее повелась, только убирать заставила его. Ну а что? Все честно. Я готовлю, а он убирает яйца, которые мы набросали. Конечно следом пошла мука и пришлось убираться уже мне, потому что я первая, нечаянно, начала кидается мукой. Поэтому приготовление пирога затянулось на еще немного времени, потому что чертов Раффэрти сказал «Если буду готовить я, я его испорчу, а у тебя он получился вкусным», после этого я согласилась.

Сейчас же мы сидим с этим парнем за столом и ждем пирог, который дался нам до жути сложным. Если бы не было некоторых препятствий, то все было бы идеально, но… со мной в паре был Даниэль.

— Удивлен, что кухня чистая! — грубый голос Эдвина заставляет меня дернуться, а младшего Раффэрти усмехнуться.

— Она уже успела убраться два раза!

— В целом только один, потому что ты помыл пол кто знает как. — пожимаю плечами и сползаю со стула.

— Вообще-то яйца сложно отмыть!

— Вы бросались яйцами? — спрашивает О'Нил.

— Бро, здесь можно было какой-то пельмень слепить, добавить только мясо и сварить.

— В качестве мяса можно тебя. — улыбаясь говорю я.

— Разберетесь потом, кто будет куриным фаршем, а сейчас ангел, мне нужна ты.

— О-о-о, свидание? В этот раз без интернета надеюсь? — что? Эдвин готовился по интернету к нашему свиданию на пляже. В моих глазах сразу же появляется тепло, пока взгляд мужчины был направлен на брата.

— Нам нужно поспешить, ангел. — укус за кончик нас, а затем следует поцелуй.