Глава 55
Лив вела меня в столовую, но резко остановилась и повернулась ко мне. К моему удивлению, она только хитро улыбнулась и, приподнявшись на носочки в кедах, прошептала мне на ухо:
– Разбуди во мне аппетит, Кин. Нежное покусывание мочки уха, и я выдохнул от такого приглашения.
– Пошли, – она схватила меня за руку и потащила за собой.
А я теперь не ощущал себя на поляне, внутри что-то не давало мне идти, не хотело и приказывало остановиться.
Но пока мучился и боролся с монстрами, меня уже впихнули в спальню и опрокинули на кровать.
– Как я по тебе скучала, Гранд, – простонала Лив, оседлав меня и опускаясь к моему ошалевшему лицу.
Её волосы щекотали мои скулы, а я только раскрывал рот, как рыба на берегу. Но ни одна фраза не ложилась на язык. Буквально ни одна, и я издал нечленораздельный звук.
Её голова опустилась и взяла в плен мои губы. Болезненная пытка, которой она меня подвергла, оказалась не такой сильной, как душевные стенания. Разум не мог отключиться и говорил, говорил, говорил.
Тёплый язык прошёлся по моим губам и скрылся. Его заменили губы, оставляя лёгкий, воздушный поцелуй. Горячее дыхание согрело мою щёку и остановилось рядом с ухом.
– Я люблю тебя, Гранд Кин, и всю жизнь буду любить.
Открыл глаза, и это фраза отрезвила меня, даже член в штанах приуныл и обиженно ослаб.
– Подожди, – осипшим голосом произнёс я, но Лив меня не слышала.
Её руки расстёгивали мою рубашку, а губы покрывали поцелуями шею, проходя по ключицам и возвращаясь.
– Ливи, – простонал я, пытаясь сделать всё правильно.
– Да, – выдохнула она в мои губы, закрывая новую порцию моего благородства жарким поцелуем.
Дразнила, всасывала в себя нижнюю губу, очерчивала контур языка моих губ. В то время как её тёплые и атласные ладони путешествовали по моей груди, останавливаясь на сосках. Остро. Нельзя!
– Ливи, – уже громче сказал я, пока меня не заглушили её губы.
– М-м-м, – промычала она, прокладывая путь к моему паху, поглаживая руками уже усмехающийся член. Он жил своей жизнью, не слушая меня, как и сама Лив.
Вот её руки начали расстёгивать пряжку, продолжая заводить и водить языком по коже над кромкой брюк. Сжал руками её голову. Сам не зная, что хочу. Оставить её там или насадить на себя.
– Малышка, – зажмурившись, сказал я, хватаясь за её плечи и поднимая на себя.
– Гранд, ты не хочешь…
– Нет, я хочу поговорить. Сейчас, – перебил я её, и она удивлённо смотрела на меня. Затем её лицо изменилось, глаза блеснули озорством, а губы растянулись в ленивую кошачью улыбку.
– Ты хочешь услышать, как я хочу тебя? – Низко произнесла она, и от этого тембра нервные окончания всего тело взбунтовались, умоляя продолжать.
– Что ж, скажу, – она склонилась над моим ухом, а её рука быстро опустилась к члену. – Хочу тебя до безумия в голове. Жажду, чтобы ты трахнул меня, разорвал на части.
Её пальцы поглаживали головку члена под боксерами. Когда она успела расстегнуть мои брюки?
– Твою мать, – простонал я, зная, что не хватит сил.
– Мне снился сон, как ты берёшь меня сзади, помнишь, как тогда в душе. Прохладная вода, мокрые тела, а звук нашего соития…
Всё! Это был конец. Захотелось орать, удариться обо что-то и сдохнуть от жара внутри.
– А завтра в ресторане мы продолжим, сбежим куда-нибудь. Может, на парковку за порцией минета и горячего секса.
– Хватит, – мой голос даже приобрёл нотки истерики.
– Ты уже готов, у тебя стоит, всегда стоит, – продолжала она мурлыкать мне на ухо.
– Нет, Лив! – Повысил я голос и оттолкнул её от себя.
Вскочив с постели, наспех застегнул брюки и начал дышать. Больно. От всего больно.
– Гранд, ты чего? – Испуганно спросила Лив, и я, сжав кулаки, повернулся.
Должен.
– Это лишнее, понимаешь? Мы должны были поужинать, – я обвёл руками спальню и отвёл глаза от румянца на её щеках. Она дышала страстью, а я не мог, как бы ни хотел, использовать её.
– Ты настолько хотел есть? Мог бы сразу сказать, – рассмеялась она и встала. – Тогда пошли. А потом, надеюсь, ты будешь благосклонен к…
– Нет, – перебил я её. – Нет, Ливи. Ты меня не поняла. Хеппи-энда не будет. Между нами больше ничего не будет.
– Что? – Переспросила она, быстро моргая.
– Ты сама говорила, что между нами только секс…
– Но ты сказал, что любишь меня! – Возразила она.
– Я не знаю, что такое любовь. Не знаю! – Заорал я. – Я думал, что это любовь. Но сегодня всё изменилось. Буквально всё.
– Это из-за аварии? Гранд, да мы справимся, – осторожно улыбнулась она и сделала шаг в мою сторону.
Слишком близко. Слишком опасная. Родная и далёкая.
– Да, из-за неё, ты права. Но ты, наверное, придумала себе, что я боюсь тебя потерять, поэтому решил всё прекратить. Верно? – Ненавидел себя за эти слова. Готов был врезать самому себе, уничтожить себя от прерывистого дыхания Лив, от сдвинутых бровей и непонимания в глазах.
– Да, вполне логичное объяснение, – кивнула она.
– Ты ошибаешься. Я подумал о другом. Если ведётся охота на меня, а ты будешь рядом, и, не дай бог, с тобой что-то случится, я возьму на свои плечи ответственность за твою жизнь. Но не хочу этого. Не готов к этому. Мне комфортно так, понимаешь? Потрахаться, поиграть и разойтись без претензий. Нам отлично в постели, я не отрицаю. Ты заводишь меня, как никто другой. Но разве это любовь? Нет. Это похоть. Секс. Животный инстинкт. А любовь это иное. Сегодня с ума сошёл, видно, решив, что у нас с тобой всё получится. Но сейчас осознаю всё здраво. А утром нет. Чувствовал вину за то, что с тобой сделал. И хотел как-то обрадовать тебя. Пришло время нам просто пожать друг другу руки и попрощаться, как любовникам.
Тело дрожало от произнесённого монолога, а вокруг меня сгустился мрак. Моя душа впитывала его, смотря на девушку, которую каждым словом убивал.
Но придёт время, малышка. Я вернусь. А если не вернусь, то больше никому не буду принадлежать.
– Не собираюсь жениться на тебе. Да я не создан для брака. Всё слишком запуталось, ты достойна лучшего, чем я. Не хочу связывать себя обязательствами. Посмотри на меня, Ливи…
– Не смей так меня называть, – сухо произнесла она, подняв голову. – Не смей. Для тебя я с этих пор Оливия.
– Ливи, – примирительно сказал я, но получил злой взгляд полный горечи и ненависти. Заслужил. – Прости меня, прости за всё. Не твой принц, малышка, не твой. Но и Винс не он. Он опасен так же, как и я. Хочу, чтобы ты была счастлива. Спасаю тебя от самого же себя. Я разрушу тебя.
– Убирайся, – процедила она сквозь зубы.
– Ливи, мы же взрослые люди…
– Оливия! Мать твою, для тебя я Оливия! – Рыкнула она и сделала шаг ко мне. – Ты считаешь, что я вижу в тебе своего принца? Ошибаешься. Да, люблю тебя. Плевать на это. Но себя люблю больше, Кин. И буду молиться, чтобы тебя прикончили. Потому что такой выродок, как ты, не имеет права ходить по планете и дышать воздухом вместе с нормальными людьми. Ты трус, Кин. Ты боишься даже попробовать быть постоянным, но не потому, что ты сам лёгок на передок. А потому что в том случае девушка увидит, какое ты на самом деле ничтожество. И она бросит тебя, поэтому ты всегда всё рубишь сплеча, чтобы самому не обжечься. Но когда-нибудь ты забудешь обо всём, потеряешь бдительность, это и будет любовь. А теперь свалил из моей комнаты! Я пожала твою руку.
Она толкнула меня в грудь, а я закрыл глаза. Попала в цель, в яблочко. Ответила мне за боль с тройной силой. Она слишком хорошо меня знает, ведь всегда точно била по самым воспалённым участкам души. Но видит чувак наверху, я не хотел, чтобы она страдала. Так почему он мне не поможет?
– Ливи…
– Оливия, тупой осёл! – Её кулак встретился с моей челюстью, на что от неожиданности выдохнул.
Вот это удар. Блять, как больно. Я подвигал зубами, и посмотрел на девушку, разрабатывающую руку.
– Уходи, ты достаточно уже сказал. А я ведь дура, полная идиотка, раз решила поверить, что у мумии ещё бьётся сердце, – горько рассмеялась она. – Вываливайся из этой комнаты.
Знал, что должен уйти, но не мог. Смотрел на неё и растирал скулу, пока сердце внутри билось яростно и глупо. В этот момент понял, насколько люблю её.
– Прости, Оливия, – произнёс я и вышел из спальни, закрывая за собой дверь.
Громкий стук в панель и что-то разбилось. Возможно, моё сердце? Или её? Или то хрупкое, что мы берегли друг для друга? Не важно. Разве я смогу поправить всё? Вряд ли. Обличил её страх, как и она мой. И от этого ещё гаже внутри.
Прижался лбом к двери и начал дышать. Ведь должен радоваться, что получилось всё хорошо. Теперь она не подойдёт ко мне, а одного её взгляда полного ненависти и отвращения хватит, чтобы остудить меня. Я сделал это ради неё. Ведь если бы рассказал всю правду, то где-нибудь бы прокололись. И мне необходима холодная голова на плечах, а не то, что происходило со мной эти дни. Мысли постоянно были заполнены Лив, ежесекундно. Я молодец, сделал всё правильно. Да кого обманываю?
Сглотнул, во рту стоял неприятный горький привкус. Сердце пронзала острая боль, словно кто-то резал его ножом. Я потерял её. Всхлипы Лив за дверью, отдавались внутри.
– Я люблю тебя, малышка. Так тебя люблю, – одними губами сказал дереву, и сжал зубы, чтобы не закричать это. Чтобы не подвергнуть её опасности.
Развернувшись, зашёл к себе и закрыл дверь, запирая на ключ. Опускаясь по двери и садясь на пол, сжимая руками голову. Мне необходимо одиночество, чтобы… чтобы…
– Блять, – проскулил я, и незнакомый ком поднялся в горле, застревая. Его не было возможности сглотнуть, удалить или просто откашлять. Глаза неприятно свело, и тёплая капля упала на брюки.
Почему мужчины плачут? Должны ли они плакать? Да. Иначе тебя на хрен разорвёт от внутреннего айсберга разочарования. Нет не в ней. В себе. Ты строил воздушные замки, а реальность сурова. Когда наступает утро в твоём разуме, и розовый туман ночи уходит ты превращаешься из сопливого ублюдка в полного мудака. Ты мечешься от решений к мечтам, уже путая их. И слёзы – это необходимая эмоциональная составляющая, чтобы не сойти с ума от одиночества.
Телефон Коула завибрировал в брюках, а я судорожно вздохнул. Не хочу ни с кем говорить, хочу сам себя пожалеть, поскулить и выйти готовый к борьбе. Мне нужны минуты, возможно часы тишины. Но нет, какой-то урод решил, что у меня нет на это права.
– Да, – мрачно ответил я в телефон.
– Мистер Кин, это офицер Рей мы сегодня с вами встречались на месте ДТП. Вы могли бы приехать в полицейский участок округа Челси сейчас? – Произнёс мужской голос.
Блять, да прибейте меня. Никуда не хочу, хочу только вернуться к ней и обнять. Объяснить всё и спрятаться. Не хочу.
– Да, могу, буду примерно через полчаса, – ответил за меня мой разум.
– Хорошо. И, мистер Кин, никому не говорите, что вы едете к нам, – предостерёг он, а я кивнул.
Потом понял, что мудак и меня он не видит и ответил:
– Хорошо.
Поднявшись с пола, вытер лицо руками и пару раз глубоко вздохнул, застёгивая пуговицы на рубашке. Открыв дверь, прислушался. Было тихо. Подозрительно тихо. Я подошёл к двери Лив и приложил ухо к дереву. Никакого движения. Может быть, заснула?
Громкий хлопок двери внизу, заставил меня вздрогнуть и отскочить. Голоса оповестили меня, что прилетела Маргарет с мужем, там же я услышал Хью и маму.
Не должен сейчас с ней встретиться. Не будет сил уйти, поэтому я быстрым шагом направился к лестнице и сбежал по ней.
– Гранд, – улыбнулась Маргарет. – Очень рада тебя видеть.
– Я тоже, – кивнул я и подошёл к Хью.
Схватив его за руку, оттащил от удивлённой компании и прошептал на ухо:
– Я сделал твоей дочери больно. Очень больно. Но ради неё. Береги мою малышку, Хью. Я люблю её.
Будущий отчим медленно кивнул, а я, не обращая внимания на оклик мамы, развернулся и вышел из дома.
Прохладный воздух придал сил, и я прошёл к дороге, чтобы поймать такси. Мы доехали до участка только через час со всеми пробками. Я вошёл в здание и представился, меня провели в отдельный офис, где мне навстречу встал уже знакомый офицер.
– Добрый вечер, мистер Кин, – протянул он руку.
– Пусть будет добрый, – сухо ответил на рукопожатие.
– Присаживайтесь, – он указал на стул, а сам сел в кресло, перебирая бумаги.
– Итак, – развёл руками, требуя продолжения.
– Итак, – протянул он. – Ваш друг, Лестер Пейтон назвал нам имя Винсент Джеймс Ливингстон. Мы проверили его, и даже взяли показания. У этого человека есть алиби, но я так понял, у вас с ним своя долгая история, потому что он отзывался о вас крайне неприятно. Поэтому мы будем продолжать отслеживать его передвижения. Также мы нашли машину, которая создала аварию. Она числится в угоне уже двадцать три дня. У меня есть несколько вопросов к вам, мистер Кин. Как сильно вы доверяете своим друзьям?
– Это моя семья, и я доверяю им, как самому себе, – тут же ответил я.
– Сейчас вам необходимо пересмотреть ваш круг общения. А лучше быть осторожным с передвижениями. То же самое касается вашей невесты.
– Мы расстались, – как больно было сказать эти слова.
– Понятно, – усмехнулся он. – Мисс Престон верно?
– Верно, – кивнул я.
– В отчёте о досмотре вашего дома, сказано, что мисс Престон является невестой вашего друга Лестера Пейтона, – он повернул мне лист, но я даже не посмотрел на него.
– Да, тут, правда, всё очень запутанно. Но я хочу, чтобы за ней тоже следили, – произнёс я.
– В машине мы нашли волосы, длинные, к сожалению, искусственные. На вашем предполагаемом недруге был парик тёмного цвета. Поэтому вспомните, мистер Кин кому вы ещё насолили, – офицер откинулся в кресло и посмотрел на меня.
– Вы хотите сказать, что кто-то пытается меня прикончить, потому что я бросил её? – Повысил голос от такого заявления.
– Или припугнуть. Ведь по вашим заявлениям в первом случае вы двигались именно к мисс Престон, а во втором были с ней. Кто-то знает, что вы неравнодушны к этой девушке… были, – продолжил он.
– И её чуть не сбила машины однажды, хотя перед тем, как перейти дорогу никого не было, – сказал я.
– Вот вам и ребус, мистер Кин, кто-то сильно обижен на вас, – улыбнулся он.
– Таких могу насчитать в этом городе больше ста. Тогда необходимо вывести эту суку на чистую воду. Что вы предлагаете? – цокнул я языком.
– У нас есть офицер. Девушка. Мы предлагаем вам видеться с ней. И посмотрим, что из этого выйдет, – ответил он.
– Бред, – покачал я головой. – Нет, я пас.
– У вас нет выбора. Если вы хотите всётаки защитить вашу бывшую невесту, да и самого себя, то это единственный вариант проверить убийцу.
– Хорошо, завтра в восемь мы встречаемся семьями, и она поедет со мной. Надеюсь, она не уродина, – усмехнулся я.
– Нет, не уродина, – рассмеялся офицер и взял телефон.
– Саймон, позови ко мне Риту.
Он положил трубку и подался вперёд, облокачиваясь на стол.
– Сейчас вы с ней познакомитесь. Завтра было бы отлично, чтобы вы с ней пообедали, узнали друг друга получше, и составили план действий, – сообщил он мне, а я раздражённо повёл плечами.
– Рей, ты звал? – В кабинет вошла девушка примерно моего возраста с тёмными волосами.
Пытался заставить себя осмотреть её, но это принесло только отвращение. Нет, никто не сравнится с моей Ливи. Ни одна не заставит меня даже хотеть её.
– Да, Рита, познакомься твой парень Гранд Кин, – он указал на меня, и я нехотя поднялся, надевая улыбку на лицо.
– Оу, – выдохнула она, пробегаясь по моему телу и останавливаясь на татуировках на руке. – Очень приятно, мистер Кин, – сказала она, протягивая руку.
– Гранд, уж если мы будем любовниками, – усмехнулся я, пожимая её холодную ладонь.
Карие глаза прищурились, и она только цокнула.
– Рита. И не любовниками, а партнёрами в деле, – поправила она меня и улыбнулась.
– По хрен, – я оторвал руку и повернулся к офицеру. – Пусть покупает, что хочет для завтрашнего вечера. Называйте моё имя и пришлите счета в офис. Уточнения передам по телефону. Обед может состояться в районе двух-трёх часов около моего офиса. А сейчас если это всё, то я поехал.
– До встречи, мистер Кин, – кивнул офицер и встал.
– До завтра, Рита, – бросил я и вышел из офиса, и услышал вопль девушки и громкие маты.