Возвращение

АР: ... — он жадно впился в её губы.
Хю (сквозь поцелуй): Мммм...

Али Рахмет опустил руки на талию жены, она, по-прежнему, держалась за его плечи. Этот поцелуй был полон страсти и дерзости со стороны обоих. То ли оба так соскучились, то ли, попросту, надоело нежничать. От былой осторожности не осталось и следа. Теперь движения обоих были уверенными и слегка резкими. Немедля, Фекели скользнул руками к ягодицам жены, от чего та слегка сжала его плечи и ещё больше углубила поцелуй. Хюнкяр начала идти на него, сопровождая к двери.

АР (сквозь поцелуй): Зачем?
Хю (поворачивая замок): Надо... закрыться...
АР: Согласен...

Али Рахмет подхватил любимую на руки, она запустила руки в его волосы. Все это происходило в страстном поцелуе. Фекели направился к кровати, и уже спустя несколько секунд Хюнкяр летела на кровать. Женщина сняла с себя пиджак и бросила его на пол.

Хю (садясь на кровати): Иди сюда, — она прикусила нижнюю губу.
АР (залезая на кровать): Специально же это делаешь!
Хю (ухмыльнувшись): Конечно!
АР (приближаясь к ней): Проказница...
Хю (притягивая его к себе за пиджак): Такая же, как и ты, — она впилась в его губы.
АР (опуская руки на её талию): Ммм, г-жа моя!
Хю (отстраняясь): Уже не солнышко? — она начала снимать с него пиджак.
АР (ухмыльнувшись): В постели ты далеко не солнышко.
Хю (бросая пиджак на пол): А кто? — прошептала она ему на ухо.
АР (вдыхая аромат её шеи): Скорее, львица.
Хю (ухмыльнувшись): Да? — она прикусила мочку его уха, — Тогда, будь осторожным со мной.
АР (целуя её в шею): Ты... слишком уверенная, как на жену... Короля-Льва...
Хю (смеясь): Мне кажется... ты тут... слишком... уверен... Ах! — он оставил красное пятно на её шеи.
АР (взглянув в её глаза): Ну-ну! — он бросил её на кровать и навис над ней.
Хю (закусив нижнюю губу): Так, значит?
АР (сокращая расстояние между ними): Так...

Али Рахмет вернулся к её шее: он оставлял на ней влажные следы, иногда прикусывая нежную кожу. Хюнкяр же в это время потянулась к рубашке мужа. Женщина выпустила её из брюк и, не расстёгивая пуговиц, запустила под неё руки, касаясь кончиками пальцев кубиков пресса. По телу мужчины пробежали мурашки, но он продолжил покрывать её поцелуями. Г-жа Фекели исследовала каждый миллиметр его торса, а затем переместила руки на спину мужа. Невольно прикусив при этом нижнюю губу, она гладила его по спине, а рубашка задиралась при каждом движении её рук. Фекели в это время перешёл к ключицам: нежно коснувшись одной, он оставил робкий поцелуй и на другой. Хюнкяр приступила к пуговицам: одну за одной она расстегивала их, открывая перед собой оголённый торс. Когда с последней было покончено, рубашка распахнулась полностью. Женщина коснулась плеч мужа, который не переставал ласкать её ключицы и целовать шею, и медленно опустила свои руки вниз, к его, тем самым снимая с него рубашку. Али Рахмет перевёл взгляд на свою г-жу и соединил их в поцелуе. Руки Хюнкяр блуждали по торсу мужчины, вызывая все новые волны мурашек по его коже. Спустя несколько мгновений он отстранился и теперь уже начал расстегивать пуговицы на её рубашке, попутно целуя открывшиеся части её тела. Г-жа Фекели держалась за его плечи, иногда сжимая их от очередного прилива удовольствия. Последняя пуговица её рубашки отлетела куда-то и осталась на краю кровати, а затем и сама вещь полетела на пол. Перед Фекели открылась прикрытая упругая грудь, что уже ждала освобождения из неудобного лифа. Сперва Али Рахмет прошёлся поцелуями по открытых частях тела любимой.

АР (отрываясь от ключиц): Приподнимись...

Хюнкяр выполнила его просьбу — он одним ловким движением расстегнул лифчик жены и отбросил его в сторону. Его поцелуев уже ждали набухшие соски. Али Рахмет осторожно коснулся первого, слегка облизывая его в конце, от чего г-жа Фекели изогнулась под ним. Такая же участь ждала и второго. Мужчина начал интенсивнее ласкать грудь любимой, не забывая о шеи и ключицах. Хюнкяр иногда прикрывала глаза от возникших внизу живота ощущений и тихо постанывала, ещё больше возбуждая тем самым мужа. Фекели уже пылал желанием взять её полностью, но желание немного помучать её преобладало. Он очередной раз облизнул сосок и спустился дорожкой из поцелуев к низу живота. Али Рахмет медленно расстегнул пуговицу на брюках жены и потянул за собачку вниз, расстегивая молнию.

Хю (ухмыльнувшись): Раз так, то...

Женщина потянулась к ремню мужа и сняла его. Затем она расстегнула пуговицу и молнию. Оба одновременно сняли друг с друга брюки, оставшись в одних лишь трусиках. Али Рахмет прислонился к груди жены, а потом вернулся к губам, которые уже явно соскучились. Страстно впившись в них, он, сам того не понимая, сжал грудь Хюнкяр, от чего та промычала в поцелуе. Фекели отстранился от губ и перешёл ниже — к шее. Заметив свежий красный след, красовавшийся с левой стороны, он осторожно оставил на том месте влажный поцелуй. Затем направился вниз, к ключицам. Уделив им должное внимание, приступил к более приятному и любимому — груди. За тех пару раз выучил, что здесь она любит исключительно нежности, поэтому усыпал грудь мягкими поцелуями. Далее траектория движений вырисовала свой путь вниз, к животу. Касаясь талии жены и попутно целуя каждый миллиметр кожи, он спустился к низу живота, где уже порхали бабочки то ли от счастья, то ли от возбуждения, то ли от удовольствия. Хюнкяр согнула ноги в коленях и слегка раздвинула их, давая мужу больший доступ к себе. Али Рахмет сорвал с неё трусики и открыл для себя тёплое, пылающее от желания, влажное лоно. Уже по традиции, он провёл по нему средним пальцем — г-жа Фекели издала еле слышный стон. Тогда мужчина прислонился ближе и коснулся лона языком.

Хю (прикрывая глаза): Ах, Али Рахмет...
АР (отстраняясь): Чшшш...

Али Рахмет прошёлся кончиками пальцев снаружи, а потом неспешно вошёл в неё. Дыхание Хюнкяр участилось, из уст стали вылетать тихие стоны. Нащупав клитор, Фекели медленно надавил на него, ещё больше мучая жену.

Хю: Али... Рахмет... Ах...
АР: Г-жа моя, я всего лишь... — он сильнее надавил на клитор.
Хю: Ах! Ах... Фекели...
АР (соединяя их в поцелуе): Слушаю... — пальцы все так же находились на клиторе.
Хю (сквозь поцелуй): Ммм... Ах...
АР (отстраняясь): Не сдерживай себя, любовь моя... — палец вновь надавил на клитор.
Хю (сжимая одеяло под собой): Ах... Ох... Ох... Ах... Али... Рахмет... Ах...
АР: Вот так, г-жа моя...

Он надавил на клитор сильнее и задержался в таком положении. Хюнкяр сходила с ума от нахлынувшего удовольствия.

Хю: Фекели... Ах... Ах... Специально... же... Ах... — она слегка свела ноги вместе, — Ах... Ох...
АР (раздвигая ноги жены): Это ты зря, — он прильнул к её лону губами, добавляя язык.
Хю (изогнувшись): Ох... Ох... Ах... Ах.... Ах... Ах... Не... Ах... Ах... Сумасшедший... Ах...

Али Рахмет продолжил мучать жену, иногда возвращаясь к столь желанным губам, дабы приглушить безудержные стоны. Спустя несколько минут он довёл её до пика.

Хю: Ааааах...
АР (припадая к её груди): Тихо...
Хю: Ах... Сумасшедший... — он взялась за его плечи, — Больше так не делай...
АР (поднимая глаза на неё): Не понравилось? — он ухмыльнулся.
Хю: Дурачок! — она притянула его к себе и страстно впилась в его губы.
АР (углубляя поцелуй): Понял...

Хюнкяр отстранилась от него и начала сползать вниз, попутно касаясь его торса.

АР: Ты куда?
Хю (останавливаясь под его торсом): Сюда... — она взялась руками за его трусики.
АР (ухмыльнувшись): Шалунья...
Хю (стягивая с него белье): Ещё та...

Мужчина пылал желанием не меньше, чем она. Сняв с мужа трусики, Хюнкяр прошлась кончиками пальцев по самому чувствительному месту и повалила его на кровать. Нависнув над ним, она соединила их в коротком поцелуе, а затем спустилась ниже, к кубикам пресса. Оставляя на них мягкие поцелуи, г-жа Фекели все скорее приближалась к ключевой точке возбуждения. Она спустилась вниз и совершила плавное движение языком по кругу — Али Рахмет, не удержавшись, тихо простонал. Про себя ухмыльнувшись, Хюнкяр продолжила мучать мужа. Ловкие мягкие движения заставляли мужчину слегка прикрывать глаза и, время от времени, издавать стоны. С каждым разом темп движений нарастал, что только больше возбуждало его. Г-жа Фекели держалась рукам. За внутреннюю часть бёдер, иногда впиваясь в неё ногтями. Ещё пара быстрых движений — и Али Рахмет достиг пика. Женщина отстранилась и заигрывающе взглянула на него. Не удержавшись, Фекели сел на кровати и страстно поцеловал жену в губы, запустив руки в её волосы. От неожиданности Хюнкяр слегка вскрикнула в поцелуе, но вскоре углубила его, разместив руки на груди мужчины. Они были так близко друг к другу, что женщина могла хорошо чувствовать неутолимое желание и возбуждение мужчины. Г-жа Фекели отстранилась и повалила его на кровать.

АР: Что ты делаешь?
Хю (садясь на него): Надо же что-то менять, — она начала целовать его в шею.
АР (сжимая её грудь): Мне такое нравится!
Хю (отрываясь от шеи): Тихо...

Она проложила дорожку из поцелуев на его торсе и подвинулась ещё ниже. Уперевшись руками в его плечи, она медленно поднялась, а затем позволила ему войти в себя. 

Хю: Аааах...
АР: Хюнкяр...
Хю (вновь приподнимаясь): Фекели...

Хюнкяр начала присаживаться на него, а Али Рахмет только помогал ей, двигаясь навстречу. Женщина ускорилась, а дыхание у обоих участилось. Фекели держал жену ща талию, смелее усаживая её на себя. Сначала оба осторожничали, изучая друг друга, а затем нарастили темп.

Хю (держась за его плечи): Ах... Ах... Ах... Ох... Али... Рахмет... Ох... Быстрее... Прошу... Ах...
АР: Хорошо... Ах... — он начал быстрее усаживать её на себя, — Ах... Хюнкяр...
Хю: А-ах... Ах... Ах... Зай... Ах... Ах... Али... Рахмет...
АР: Г-жа... моя... Ах... Ты... лучшая... Ах... — он усадил её на себя и не дал встать.
Хю: Аааах... Что... ты... ах... делаешь... Фекелиии... Ах... Прошу... Ах... Ааах...
АР (притягивая её к себе и соединяя их в поцелуе): Чшш... Ах...
Хю (сквозь поцелуй): Прекрати... Ах... — она отстранилась и продолжила, — Ах...

На плечах мужчины оставались красные следы от ногтей женщины. Волосы Хюнкяр уже изрядно растрепались: несколько невидимок предательски вылетели из тугого пучка, освобождая передние прядки. Стоны разлетались по всему особняку. Благо, в доме была только Назире, и то она работала на кухне и не слышала ничего из-за шума вытяжки и воды (или делала вид, что не слышит). Г-да Фекели забыли о существовании кого-либо, они просто наслаждались друг другом. Сейчас никто бы не сказал, что им по 55. Да они и сами забыли о своем возрасте. Они забыли про время, открытые окна, дела фирмы. Безудержные стоны, вылетающие из уст обоих, уже никто и не думал глушить поцелуями. Про них и вовсе забыли. Передние прядки, выбившиеся из пучка женщины, были мокрыми от капелек пота, выступивших на лбе. Тяжелое ускоренное дыхание в унисон. Скрип кровати, что уже давно не помнила такого напора. Смущённые розы в вазе, опустившие бутоны, что стояли здесь ещё со дня их росписи. То красное пятно от пролитого вина на ковре, что помнило их предыдущие слияние. Все это наполняло комнату какой-то особенной атмосферой. Их атмосферой. Ведь именно эти двое вкладывали в каждую деталь особый смысл. И даже тот скрип кровати звучал как-то по-особенному. Оба уже порядком измотались, но не могли оторваться друг от друга.

Хю: Ах... Али... Рахмет... Ах... Ах... Ах... Все... Медленней... Ах...
АР: Слушаюсь... — он убавил темп.
Хю: Ах... — она впилась в его губы.
АР (сквозь поцелуй): Г-жа моя...
Хю (отстраняясь): Твоя... — он в последний раз усадил её на себя, — Аааах... Ах...

Оба достигли пика. Хюнкяр обессилено легла на кровать рядом с мужем. Он укрыл их одеялом, и притянул г-жу Фекели к себе.

Хю (ложа голову ему на грудь): Великолепно...
АР: Как никогда...
Хю: Нас не слышали?
АР: Плевать...
Хю: Надо... поменять кровать...
АР (засмеявшись): Определенно...
Хю: Ах... Оффф... Эти шпильки... — она вытащила оставшиеся три шпильки из головы и бросила их куда-то в сторону.
АР: Иди сюда! — он крепче прижал её к себе и поцеловал в макушку.
Хю (улыбнувшись): Я люблю тебя, зай!
АР (улыбаясь): И я тебя очень люблю, солнышко!
Хю: Я устала...
АР (ухмыльнувшись): Ну, конечно...
Хю (смеясь): Дурачок! Давай поспим немного.
АР: Поспим, душа моя, — он соединил их руки в замок, — Отдыхай, зайка!
Хю: Ты тоже.
АР (улыбнувшись): Конечно.

Вскоре оба быстро уснули в объятиях друг друга...

Особняк Севды

Сев: ... — она запнулась, увидев фотографию.
Ум: Что? Что-то не так?
Сев (поднимая взгляд на девушку): В-вы... Откуда у вас... это фото?
Ум: Это? — она ухмыльнулась, — От отца.
Сев (с глазами, полными слёз): Айла...
Ум: Умит.
Сев (дрожащим голосом): Н-нет, Айла... — она встала со стула и подошла к ней, — Дочка...
Ум (встав со стула): Я — Умит! И я тебе не дочь!
Сев (вытирая скатившуюся по щеке слезу): Зачем ты так?
Ум: А что я должна сделать? Броситься тебе в объятия после того, как тебе стало плевать на меня?
Сев: Мне никогда не было плевать на тебя!
Ум: Да? Неужели? Ты, хотя бы, раз позвонила? Хотя бы, раз ты спросила отца, где я и как я? Хотя бы, раз попыталась меня найти?
Сев: Пыталась! Пыталась, дочка! Все было безуспешно! Я звонила, спрашивала, но никто ничего мне не говорил!
Ум: Если бы ты хотела найти меня, ты бы нашла! — она перешла на крик.
Сев: Мне было это не под силу, пойми! У меня не было никаких связей, а простую смертную никто слушать не стал!
Ум: А твой любовничек не мог тебе помочь?! Или ты не рассказала ему обо мне?! Ну, конечно! Не рассказала! Раз мне ты сказала, что у тебя нет детей, то и ему ничего не говорила! Да? Так ведь? — ответа не было, — Почему же ты молчишь?! Совесть проснулась?! Хотя, о чём я говорю?! Какая у тебя может быть совесть?! Я уже молчу о себе! Ты пыталась увести женатого мужчину из семьи, где есть ребёнок! Ты хотела лишить ребёнка без отца или же без матери! Или, может, это такая месть?! Да?! Ты — мелочная и меркантильная тварь!
Сев (сквозь слёзы): Айла, дочка, не говори так! Ты не знаешь всего! Твой отец явно рассказал все со своей стороны.
Ум: Отец никогда не врал! Никогда! Слышишь?! И если бы ты была любящей женой и мамой, то знала бы это! Он рассказал все так, как это и было! Я уверенна! Он даже пытался оправдать тебя! Даже после того, что ты сделала, пытался оправдать тебя! Понимаешь?! Не все такие, как ты! На этом свете много хороших людей! Но ты не входишь в их число!
Сев: Айла, прошу тебя, давай поговорим! Сядем и спокойно все обсудим.
Ум: Не называй меня так! Мое имя — Умит!
Сев: Нет, ты — Айла! Такое имя мы с отцом дали тебе с рождения!
Ум: Ты дала! А отец посчитал нужным дать мне другое имя! И я очень этому рада!
Сев: Давай поговорим, прошу тебя!
Ум: О чем мы будем говорить?! О том, как ты меня бросила?! Или же о том, как не приходила домой ночами?! Или о том, как я была вынуждена питаться смесью из-за того, что кто-то не мог отказаться от работы?! Или ты расскажешь мне, как пила каждую ночь?! Или нет, я знаю: расскажешь мне, как крутилась перед статными мужчинами, пока папа укладывал меня спать?! Это расскажешь?!
Сев: Это он тебе сказал, да? Он сказал, что я крутилась перед богатыми мужчинами?
Ум: Нет, это мои выводы! Ты же где-то взяла этого Аднана! Как тебе не стыдно?! Ты ещё можешь смотреть мне в глаза после того, что ты сделала?!
Сев: Дочка, я, правда, не виновата! Твой отец вместе с бабушкой забрали тебя!
Ум: И правильно сделали! Я осталась с отцом по закону! А тебе настолько было плевать на меня, что ты даже ни разу не явилась в суд!
Сев: Послушай, я...
Ум (перебивая её): Я не хочу с тобой разговаривать! Не хочу! Это бесполезно!
Сев: Зачем ты тогда пришла?
Ум: У меня есть один единственный вопрос.
Сев (вытирая слёзы): Задай...
Ум: Почему?..

Особняк Фекели. 2 часа спустя

Хюнкяр с Али Рахметом все ещё сладко спали. Судя по выражению лица обоих, им снилось что-то хорошее. Внизу Назире, по-прежнему, работала на кухне. Раздался стук в дверь, Назире пошла открыть. За дверью стоял Демир с сумками в руках.

Наз: Г-н Демир, добро пожаловать! Проходите, пожалуйста!
Дем (заходя в дом): Спасибо, Назире!
Наз (закрывая дверь): Проходите в гостиную!
Дем: Я могу оставить сумки здесь?
Наз: Разумеется!
Дем (ложа сумки на пол): Это мамины вещи. Кстати, они с Али Рахметом дома?
Наз: Да, г-да наверху.
Дем: Можешь позвать маму?
Наз: Конечно, присаживайтесь.
Дем: Спасибо!

Демир расположился на диване в гостиной, положив возле себя папку с документами. Назире поднялась на второй этаж, подошла к двери, ведущей в спальню Хюнкяр и Али Рахмета, и постучалась. Когда ответа не последовало, она постучалась ещё раз. От этого звука проснулась Хюнкяр. Она подняла глаза на спящего мужа, улыбнулась и осторожно покинула его объятия. Г-жа Фекели накинула на себя халат и вышла из комнаты.

Хю: Назире? Что-то случилось?
Наз: Простите, г-жа, я вас потревожила.
Хю: Все хорошо, мы немного отдыхали. Так что случилось?
Наз: Г-н Демир пришёл, просил вас позвать.
Хю (удивлённо): Демир? Скажи, что я сейчас спущусь. И сделай нам кофе, пожалуйста.
Наз: Конечно, г-жа.

Назире пошла вниз, сообщила Демиру о том, что г-жа скоро спуститься, и пошла делать кофе. Хюнкяр же зашла обратно в комнату, ещё раз с улыбкой взглянула на спящего мужа и пошла одеваться. Она решила не заморачиваться и одела пижаму, которая состояла из кофты и штанов, поверх которой накинула халат. Быстро расчесав волосы, она вышла из комнаты. Али Рахмет, по-прежнему, сладко спал. Г-жа Фекели спустилась в гостиную, где её ждал Демир с кофе.

Дем: Здравствуй, мамуль! — он встал и поцеловал её в щеку.
Хю: Здравствуй, сынок! Садись, — оба сели на диван.
Дем: Я разбудил тебя? Прости, пожалуйста.
Хю: Нет-нет, все хорошо. Мы немного отдыхали.
Дем (опустив взгляд на засос на шее мамы): Понятно, — он ухмыльнулся.
Хю (уловив на себе его взгляд): Что-то не так?
Дем: Нет-нет, все хорошо. Я привёз некоторые документы. Нужно кое-что обсудить.
Хю: Конечно, — она задумалась, — А-а, у меня даже очков здесь нет.
Дем: Я привёз твои вещи. Они в коридоре. Там должны быть и очки.
Хю (улыбнувшись): Спасибо, сынок! Я сейчас вернусь.
Дем: Конечно, дорогая.

Хюнкяр пошла в коридор, чтобы найти в сумках очки. Искать долго не пришлось. В первой же сумке она нашла футляр с очками. Взяв их, она вернулась к сыну.

Хю (садясь на диван): Что там, сынок? — она одела очки.
Дем (отпивая кофе): Сейчас, — он положил кофе и взял в руки папку, — Во-первых, нам нужно изменить кое-какие доверенности по собственности.
Хю (подняв одну бровь): Ты о чем?
Дем: Помнишь, мы с тобой все ценное имущество переписали на Лейлу?
Хю (закрыв лицо руками): Точно! Надо исправит это! Ай, Демир, мы тогда нехорошо сделали!
Дем: Мы не могли ничего предвидеть, мамуль! Сейчас мы все исправим.
Хю: Да, отличная идея! Хорошо, что ты об этом вспомнил!
Дем (улыбнувшись): Это ещё не все!
Хю: Что ещё?
Дем: Если ты не обидишься... я бы хотел переименовать фирму обратно.
Хю: Я...
Дем (перебивая её): Но не в честь отца, в в честь сына.
Хю (улыбнувшись): Даже, если в честь отца, это твоя воля, Демир. Конечно, меняй.
Дем: Спасибо, мамочка!
Хю: Ну, что ты! А что там с реконструкцией?
Дем: Придётся строить все наново! Но это даже к лучшему. Там уже много чего устарело для рынка европейского уровня.
Хю: А партнёрство?
Дем: Ещё не звонил. Но я думал о том, чтобы предложить им сотрудничать с фирмой Али Рахмета.
Хю: Серьезно?
Дем: Ну, да. И они не будут терять деньги, и для Али Рахмета это новые возможности.
Хю: Думаешь, они согласятся?
Дем: Надеюсь.
Хю: Ты очень хорошо придумал, сынок! — она накрыла его руку своей ладошкой.
Дем (улыбнувшись): Да брось!
Хю: Нет, правда. Я горжусь тобой, дорогой! — она улыбнулась.
Дем: Спасибо, мамочка!
Хю (немного помедлив): Хорошо, а что теперь с деньгами?
Дем: То есть?
Хю: То есть, у нас одни убытки. Разве, есть столько денег, чтобы построить новую фирму и обеспечить прежнюю работу?
Дем: Я думал о кредите.
Хю: Упаси Аллах!
Дем: Почему?
Хю: Демир, это ненадёжно! Ещё и проценты. Мы не можем быть уверенны, что все пойдёт хорошо. Откуда тогда взять деньги?
Дем: А что ты предлагаешь?
Хю: Сколько денег на счетах?
Дем: Миллионов 5 есть, наверное.
Хю: На завтра чтобы были готовы все выписки с банков, все дебеты-кредиты, все расчёты касаемо следующих работ, все акты сверки, договора с другими компаниями. Вообщем, Демир, все.
Дем (ухмыльнувшись): Узнаю свою Хюнкяр Султан!
Хю: Ты во мне сомневался?
Дем: Ты что? Нет, конечно!
Хю: Нужно собрать всех директоров.
Дем: Обязательно.
Хю: Завтра, здесь.
Дем: Здесь?
Хю: Да. У тебя дети, в городском клубе лишние уши. Соберёмся здесь, в нейтральной обстановке и все обсудим.
Дем: Как скажешь, Хюнкяр Султан.
Хю: Архитектор провёл расчёты?
Дем: Примерно миллион на сведение здания и ремонт. А ещё техника.
Хю: Оффф...
Дем: Это нам по карману, но...
Хю (дополняя его): ...надо удерживать ещё не только фирму. Да и первое время придётся работать в ущерб.
Дем: Абсолютно верно!
Хю: Ладно, так уж и быть. Ничего с этим не поделаешь. На завтра соберёшь всех, ладно?
Дем: Во сколько?
Хю: Давай в 12.
Дем: Хорошо, договорились.
Хю: Давай разберемся с имуществом.
Дем: Да, давай.

Они приступили к доверенностям на участки, дома и прочее имущество. Так как, когда-то большую часть имущества было передано Лейле из-за непонятной ситуации с Йилмазом, сейчас Демир решил восстановить равенство между детьми...

Дом Фикрета...

———————————————————————
Новая глава🥳 Долгожданный кое-кем хальвет😅 Кое-кто очень меня спешил, поэтому глава получилась не такая большая🙈
Как вам?