Порождение любви[18+]

Pov. Кая-Роуз

Джеймс после того дня еще несколько дней не мог прийти в себя. Он сидел в кабинете и вспоминал о тех днях, рассматривая фотографии. А иногда, когда уже душа не выдерживает, пускал слезы. Он плакал молча. А я лишь смотрела издалека. Так он пробыл в своем кабинете несколько дней.
Позавчера заявились Джон и Лейт, а также ребята. Они были в его кабинете, о чем-то беседовали. А потом забрали Джеймса. Они улетели из дома на вертолете. Все так спонтанно и быстро получилось. Что никто мне ничего не сказал и не предупредил.
Сегодня Томас позвонил, сказал, что возникли дела в другой части страны - и им пришлось быстро уехать, успокоил тем, что через два дня вернуться. И вчера ко мне приставили Шелби и Уолша, якобы приглядывать за мной. И охраны в доме становилось все больше. Меня эта обстановка нагнетала.

Ближе ко сну, я спустилась вниз, хотела попросить кого-то из служащих, чтобы завтра особо много не наготавливали мне. Ведь теперь, я здесь одна. Я попросила служанку, которая уходила со смены и шла к выходу. Она сказала, что передаст. Когда я хотела подняться наверх, то услышала чьи-то голоса в столовой. Я подошла к дверям и уперлась в дверной косяк. Там сидели двое мужчин и выпивали. Это были Шелби и Уолш.

- Что вы делаете? - спросила я. На что они резко обернулись.

- О, госпожа! Вы еще не ложились спать? - встал и интересовался Шелби.

- Собиралась, - ответила я, улыбаясь. - Вы не ответили.

- Мы выпивали, - ответил блондин, улыбнувшись.

- Можно с вами посидеть? - спросила я, делая шаг к ним. Они переглянулись. - Мне спать не хочется и мне скучно.

- Ладно, - ответили они и отодвинули стул. - Но боссу об этом ни слова!

- Хорошо, ну а вы ему! - вымолвила я и села на стул.

Сначала мы сидели молча, не зная с чего начать беседу. Лишь они по очереди прокашливались, переглядываясь друг на друга. Мне стало смешно. Но потом наш разговор зашел, что мы уже сидели и смеялись. Уже не помню как это началось. Шелби встал, подошел к минибару, взял графин с бренди. Начал наливать себе и Уолшу. У Шелби был спокойный и добрый взгляд всегда. Он всегда в брючном костюме, всегда ухожен, утончен и аккуратен. А Уолш, светловолосый с темно-синими глазами, кажется грубым, надменным и холодным. Шелби был высоким, а Уолш среднего роста и среднего телосложения. На первый взгляд кажутся совсем другими. Но сейчас открывают себя с другой стороны.

- А мне? - вопрошала я, так как мой стакан был пуст сначала разговора.

- Нельзя! Не хватало того, чтобы нам босс головы повыдергивал, что вас споили! - пробурчал Уолш, встав, взял что-то из барной стойки, и поставив стакан передо мной, налил сока. - Пейте вишневый сок.

- Ладно, - обиженно ответила я и взяла стакан, - Можете ко мне обращаться на ты. А то мне как-то некомфортно.

- Хорошо, ты тоже к нам на ты, хорошо? - сказал блондин. Я кивнула.

- Расскажите мне о себе. У вас есть семья? - спрашивала я.

- У меня с детства нет семьи, но сейчас есть - эта мафия, это моя дорогая жена и мой любимый сын. - ответил шатен, выпив.

- Ты женат? - переспросила я. Он кивнул. - Но на твоем пальце нет кольца, и еще ты такой молодой, Шелби.

- Кольца нет - ради безопасности.

- А она знает?

- Да, Эльза знает. Сначала была против, но потом привыкла, - ответил Шелби. - Моему сыну год. Хочу, чтобы он вырос в полной семье. Поэтому Джеймс всегда дает больше отпуска, чем кому-либо другому, чтобы я провел с семьей.

- А я просто холостяк и бабник, - добавил Уолш, улыбнувшись. - Тоже никогда не был из полной семьи. Но я думаю, каждый член мафии благодарен Джеймсу. Он никогда не сдает своих. Однажды на задании, он оттолкнул меня от взрыва бомбы.

- Да, босс всегда такой. Он получил пулю, прикрыв меня. - продолжил Шелби. - Мы все благодарны ему.

- А преступный мир каков он? Дисперат? - интересовалась я.

- Хм, преступный мир - это огромная индустрия, созданная теми, кто управляет законами. - сказал Уолш, опустошив стакан. - А мы в ней - все гении криминального мира.

- Дисперат сложен для всех. Ведь он имеет далекие корни. Структура всегда сложна. Он делятся на кланы, а те на группировки и банды. Во главе стоит босс, потом идут Лео, Артур и Томас, у них тоже есть власть в этом мире. После идут помощники, советники, стратеги и другие. Все люди в мафии - все они гении! Многих воспитывают с детства, многие приходят из спецслужб разных стран. Весь мир - это Дисперат! - проговорил Шелби. Значит, вот оно как! Все так идеально обустроено. Преступники в законе.

- Тут те люди, которые не смогли найти свое место под солнцем. Кто сказал, что мир будет лучше для всех? Поэтому они строят свой, - продолжил он. Я слушала их рассказы про мафию, было интересно знать о них обо всем. - Как твоя боль? Прошла?! Я помню те дни, когда ты изнывалась и мучалась в этом доме. Помню, что вы проходили мимо нас, словно не живая.

- Она не проходит, - ответила я.

- Ни одна не боль не остается вечно, - задумчиво сказал Уолш.

- Но не все боли такие. Бывает другая боль, - ответила я, улыбнувшись, - Знаете, человек иногда так привязывается к своим страданиями, к своей боли, что не хочет, чтобы они прекратились. Будто в душе станет пусто.

- Да, это так. Но человек, должен уметь вычищать яд из своей души. Должен быть настолько смелым, чтобы хоронить близких. Ведь каждое новое начало требует великих жертв, - проговорил Шелби, выпив виски, и громко вздохнул.

- Новая жизнь начинается в тот момент, когда для старой внутри больше не остается и места. - сказал Уолш.

- Хотите я вам кое-что расскажу и вы обернете эти слова, как совет? - ко мне приблизился Шелби и тихо спросил. Я вопросительно взглянула на него. - Когда Джеймс был маленьким, он был таким же, как и ты. Он был слабым и беспомощным, не имея ничего за своей спиной. И чтобы стать сильным и могущественным человеком, единственное, что ему помогло это обернуться в фамилию Монтгомерри. И я хочу, чтобы ты также обернулась в фамилию Монтгомерри и стать сильнее Джеймса. Я знаю, что ты сможешь сделать это. Джеймс до безумия влюблен в тебя, и он боготворит тебя. Он сделает все ради тебя и исполнит любой твой каприз. Он как твой цепной пёс. Лишь одно твоё слово, лишь твой взгляд, и вся его власть твоя. С этой фамилией и с его любовью до безумия, ты можешь быть наравне с Джеймсом или даже выше него. Прислушайся к этим словам, Кая.

Эти слова дали ясно понять, что к чему. Быть наравне с Джеймсом.

Спустя несколько часов, эти двое мужчин уже откинулись и спали прямо за столом. Я не смогла их разбудить, чтобы они шли в свою комнату. Но пришла миссис Катберт.

- Ах, пьяницы! - пробурчала она и попыталась поднять Уолша.

- Давайте помогу, - предложила я.

- Роллинг, идю сюда! Помоги дотащить Шелби в комнату! - позвала она дворецкого. Пока он сюда шел, миссис Катберт ругала их бранью, как мать своих сыновей.

- Вы их давно знаете? - спросила я тихо.

- Конечно, госпожа. Росли у меня на глазах вместе с моим сыном. Он сейчас в Канаде. Оба они сироты. А старший Монтгомерри взял к себе на воспитание. Раньше тут бегала малышня. Половина членов мафии это лишь дети, которые оказались на улице, а мистер Монтгомерри взял к себе и всопитывал, обучал, кормил. Только вот к сыну всегда относился холодно. Не знаю почему. Помню, когда пришла сюда, был младенец у него на руках. А потом этот ребенок пропал. И до семи лет о нем не слышала. Маленький господин не любил этот дом. И всегда старался ночевать вне дома. Но тут ждали его товарищи. Теперь выросли они. - рассказывала женщина, глядя на них. - От них так несёт, господи!

Мистер Рооллингс пришёл. Мы троем подняли их, донесли и уложили в их комнаты.

***
Несколько дней прошло, а их так и нет. После того раза больше не звонили. Шелби с Уолшем успокаивали тем, что все в порядке. За это время я с ними хорошо сдружилась. Сегодня весь день они были вне дома. Поэтому я провела свой день только в комнате. Сейчас я сижу в главной гостиной и наблюдаю за охраной, которая следит за домом. Я сама не заметила, как время бьет полночь. Посмотрев на часы, решила здесь немного посидеть. Через некоторое время у меня закрывались глаза. Но, как вдруг, громкий звук ворот заставил меня вскочить. В территорию быстро заезжали несколько машин. Они остановились возле дома. Из автомобилей выходили люди, которые были в крови и ранены. Сперва вышли Томас и Уоррен. Они в порядке, но чем-то обеспокоены. А потом Лео и Артур, вытаскивая из салона раненого Джеймса. Он был тоже весь в крови в собственной и чужой. Лицо обмазано им. Царапины и ссадины. Парни сподхватили его и несли в дом. За ними приехали Уолш и Шелби.
Я тоже выбежала в холл и направилась к парадной двери.

- Что произошло? - встревоженно спросила я. Ребята переглянулись, а Джеймс тихо завыл и поднял голову, шатаясь. Лео подставил себя под него, чтобы тот опирался на друга.

- Кая, ты чего не спишь в такой час? - прорычал он. Я не ответила. - Иди в свою комнату!

- Но ты ранен...! - взмолвила я, смотря на его окровавленную одежду. Судя по пятнам, и за что он держится, то его ранили в плечо.

- Я в порядке! Иди спать! - прокричал Джеймс. - Иди в свою комнату! Быстро!

Артур, Лео и Томас взглядом сказали мне с ним согласиться. И я поднялась в комнату.

Спустя час, ко мне зашел Джеймс. Его рана до сих пор такая. Ее не обработали и не перевязали. Я встала и сразу подошла к нему.

- Как ты!?

- Я в порядке, Кая. Ложись спать, - заходил он в гардеробную, морщась от боли.

- Но твоя рана! - идя за ним, проговорила я.

- Меня всего лишь задело. - успокаивал он. - Рана не серьезная. Всего лишь царапина от пули.

- Почему тогда не оказали помощь!? - возмущалась я, - Видела, как доктор Лайтман приехал! Почему он не помог тебе!?

- Тем раненным ребятам помощь нужнее. Тем более нужно было обсудить несколько вопросов, - прошипел Джеймс.

- Тогда я обработаю, - сказала я, идя в ванную. Взяла аптечку и вышла. На кровати уже сидел Джеймс и снимал ткань и ремень, которую завязал.

- Видишь всего лишь царапина, - проговорил он. Я села и обрабатывала не только рану, но и царапины по всему телу.

- Пусть потом доктор осмотрит тебя, - проговорила, когда закончила.

- Хорошо. - ответил он.

- Не ходи больше на такие встречи, - сказала я.

- Это моя работа, - ответил Джеймс, - Иначе ты не жила бы в таком доме, не жила бы так, как сейчас.

- Мне этого всего не надо, главное..., - я замолчала, а он взглянул на меня. - Главное, чтобы все были живы и здоровы.

- Хорошо, - он встал и направлялся к двери. - Ложись спать, уже поздно.

- А ты? Тебе как никак нужен отдых, - проговорила я.

- Нам нужно обсудить кое-что, - ответил Джеймс и вышел.

Я послушно легла в кровать. Но не могла заснуть. Час ворочалась в кровати, чтобы заснуть. Потом я встала и подошла к двери. Были слышны крики Джеймса и еще кого-то. Он орал злобно и громко.
Я приоткрыла дверь. Джеймс прогнал всех прочь словами, чтобы они нашли тех людей и вернули товар. Спустя тишину, из кабинета вышли Артур, Томас, Лео и Шелби. Когда они ушли, то я вышла из комнаты и пошла к Джеймсу.

- Я же сказал, ложится...!

- Не могла из-за твоих криков! - съязвила я. - Что случилось?

- Прости, - вымолвил он и сел в кресло, протирая лицо ладонями, - Ничего не выходит! Думаю, но не могу придумать, как оказаться в выигрыше. Будто застрял в болоте.

Те слова он прошептал. Я все услышала и подошла к нему.

- Пусть ничего не выходит, пусть тебе грустно, пусть дела хуже некуда - все равно иди. Ведь ты не можешь жить иначе. - сказала я, и не хотя, положила руку на его плечо. Он взял мою руку и поцеловал. - Закрой глаза, и представь мир, что ты создал. Ведь весь он твой. Ты добьешься всех своих целей.

- Я так устал, что думать не хочу, - прошептал он.

Позже он рассказал мне, что случилось. Мне было больно слышать о том, что произошло со всеми, кто был там. Теперь они в замешательстве. Я задумалсь. Думала долго и потом сказала.

- Почему бы не использовать шахматные тактики в этом случае?

Он взглянул на меня, тоже немного подумал, и встав, пошел к столу. Что-то писал и чертил.

- Ты стала интересоваться делами, которые тебя не касаются, - проговорил он, глядя на меня. - Шелби рассказал, как ты его расспрашивала. Но спасибо за совет.

- Почему меня не должно касаться? В этой мафии почти все мои друзья, - прошипела я.

- Ты рискуешь всем, вступая в эту игру. - сказал Джеймс, подойдя ко мне, и прижал меня к стенке. - Не играй с огнем, милая. Пожалеешь. Пойдем спать, сладкая.

***
Прошли две недели с того дня. Они получили то, что хотели. Джеймс подарил Кайлу свой дом в Лондоне. И он там теперь живет. И Джеймс почти что гоняет его по заданиями. Я ему это высказала. На что ответил тем, что моему брату скучно валяться в четырех стенах.
Сегодня Лео дал нам приглашение. Его сестра приглашает меня и Джеймса на показ мод, и на вечеринку. Джеймс согласился, и сказал, что пора уже выйти в свет.
С утра меня отправили готовиться в салоне. И сейчас я пришла в гардеробную, чтобы выбрать наряд. Я, просто не думая, выбрала что надеть. Это черный матовый брючный костюм, комбинезон без лямок и с дымчатой накидкой и черные каблуки. На шею нацепила мамину цепь и черный чокер. К этому времени подошли стилисты. Накрутили волосы и сделали макияж.

- Я думаю, что на этом вечере будт обсуждать только тебя, а не линии одежды моей сестры, - добавил Лео, когда оглядывал меня. - Ты прекрасна выглядишь.

- Спасибо, - ответила я с улыбкой.

- Высшее общество всегда любит посплетничать. И ты новая тема для сплетен, - сказал Артур. - Приготовься к многочисленным и каверзным вопросам.

- Можешь даже на них не отвечать, - сказал Джеймс, заходя в комнату.

- Или отвечай так, как ты умеешь. Можешь использовать свой острый язычок, - подмигнул мне Томас. - Просто затыкай их.

Я кивнула, немного волнуясь.

К вечеру мы все были готовы.
Когда приехали туда, возле здания была очень много людей журналистов. От множественных и ярких вспышек я вздрагивала.

- Не бойся. Выпрями осанку, - сказал Джеймс. У меня дрожали все конечности. Я боялась позорно споткнуться и упасть, когда буду идти в здание. Нам открыли дверцу, и мы вышли из машины. Джеймс взял мою руку, и мы быстро прошли мимо них. Было очень много вопросов, каждый пытался пролезть сквозь охрану и сфотать меня. Но к счастью мы успели войти во внутрь.

Я познакомилась со сестрой Лео, Лией, и была просто безумна от нее. Она была прекрасной, превосходной и талантливой во всем. Блондинка с талантом от Бога. Каждый человек до показа подходил и знакомился со мной. А ребята меня представляли.

На показе, Джеймс, Лео и какая-то девушка обсуждали про показ, а я лишь сидела и смотрела на моделей в стильных образах, которых показывали на подиуме. Каждая модель была красивой сама по себе. Мне нравилась эта атмосфера. Но думаю, что фотографы не фотографируют моделей и новую линии Лии, а только меня.

- Смотри, Кая, и скажи, какая из этих моделей самая горячая? - спрашивал Томас. Он мой собеседник на протяжении всего показа. Джеймс и Лео перешептываются с какой-то блондинкой. А Артур общается с каким-то дизайнером.

- Та, которую ты назвал самой красивой, - ответила я. На каждую модель Томас комментировал. То у нее нос большой, то грудь маленькая, то криво ходит, то слишком серьезная, что он испугался. И шутил, смеша меня.

После показа была закрытая вечеринка. Каждый подходил и спрашивал меня, а когда Джеймса и ребят забирали, расспрашивали меня, ставя в неудобное положение. Были вопросы про мой возраст, мои корни, мое прошлое, кто я, что я и чем занимаюсь? На такие вопросы я отвечала таким же тоном, как и они мне задавали. Язвила и грубила с сарказмом, что они затыкались. Многие мне нагрубили. Но я держалась изо всех сил, подавляя обиду и боль бокалами вина и шампанского. Артур подошел ко мне и разделял со мной беседу. Вдруг к нам подошел тот дизайнер. Он очень компетентный, стильный и привлекателен. Его шоколадные волосы были аккуратно уложены, выразительные скулы очертали его лицо, большие глаза пронизывали всех своей изумрудным цветом, нос был прямым, губы были пухловаты чуть. Он был среднего роста, но отличного телосложения для мужчин.

- Вам наскучала мое сопровождение, и вы примкнули к миссис Монтгомерри, мистер Барма? - взяв у официанта бокал вина, спросил у Артура.

- О, нет, мистер Китинг. Не думайте так, - с некой похотью в глазах ответил Артур. - Просто мне не хотелось видеть, как Кая-Роуз стоит в одиночестве.

- В одиночестве она такая милашка, - протянул мне свой бокал дизайнер, чтобы чокнулись. Я ответила, улыбаясь ему. - Не зря говорят, что вы английский Ван Гог.

Китинг обратился к Артуру.

- Я видел ваши картины на выставке, - продолжил он. Китинг сейчас клеится к Артуру? У них, у обеих, огненный блеск похоти в глазах. Я стою между ними, как меж двух огней. Кто-нибудь заберите меня, - Они замечательные. Думаю, что я куплю.

- Они уже все выкуплены, - ответил Барма.

- Да? Тогда я у него выкуплю. - сказал мистер Китинг. - Поспорим, мистер Барма? На ужин со мной?

Артур повернулся к нему и прожигал взглядом. А потом он согласился.

- Приходите на мой показ. Буду ждать, - проговорил дизайнер. - Я слышал, что и вы, миссис Монтгомерри, любите рисовать и петь, как-нибудь посидим, поболтаем, как друзья?

- Ах, да, конечно, - ответила я. - Мне приятно было с вами познакомиться.

- И мне, не скучайте, - сказал и ушел к своим коллегам.

- Грубый, но милашка, - проговорил Артур.

Pov. Джеймс

В этом вечере я наблюдал только за Каей. Она пока справляется. Никто ее не сломил. Но мне часто мешали люди, которые хотели со мной поговорить. Что я иногда забывал про неё.
Ко мне подошел Шелби и встал возле меня.

- Может скажете госпоже, что ей уже хватит пить?

Я посмотрел на Каю. Она стояла с бокалом шампанского и одиноко оглядывалась по сторонам.

- Пусть пьёт, - проговорил я. Но это было плохой идеей. Через час она начала всем грубить и дерзить. А потом перешло на хамство. Кая случайно пролила вино на платье одной женщины и начался скандал. Когда мы все утихомирили ее, все было хорошо. Но потом Кая клеилась каждому парню, танцевать и громко петь. Позже она встала на сцену и пыталась сказать, что я с ней сделал, но она икала, запиналась и шаталась, забывая свои предыдущие слова. Я поднялся на сцену, взял ее руку и повел вниз.

- Ну что ты, Джеймс? Я должна сказать всем, какой ты...., - сказала она, икая. Все за этой картиной наблюдали. Кая сопротивлялась, не желая уходить со сцены, говоря, что хочет закончить свой рассказ.
Силком я ее спустил, и мы поспешно удалились с вечера.

Весь путь она кричала, что не закончила рассказ, что я ей не дал сказать и как всегда силой спустил её. Когда приехали домой, она уже забыла про свои слова и пела, танцуя.

- Чего ты не смеешься, дурачок? - она подошла ко мне и потянула за мою щеку. Я был зол на ее поведение. Сколько она там выпила - хрен знает!

Я потащил ее в комнату. Она зашла, смеясь.

- Выпей свои лекарства и ложись спать, - сказал я.

- Хорошо, - ответила, и чуть ли не спотыкаясь, подошла к столу. Вытащила таблетки, положила в рот, и запивала все это красным вином, бокал которого оставил тут Лео, когда мы обсуждали про наряд Каи.

- Нельзя запивать лекарства алкоголем, милая, - я выхватил у нее бокал, что вино пролилось на ее костюм.

- Ой, смотри, ты пролил. Как жалко! Что будем делать? Нас сейчас наругают за это! Точно! Надо позвать того парня из вечеринки, он что-то рассказывал про пятна! - говорила она, запинаясь на каждом слове. - Он такой привлекательный! Такой классный! Его скулы, глаза, пухлые губы. Хотелось его поцеловать.

Я схватил ее за запястье и потащил в ванную. Запихнул в душевую кабину и включил холодную воду. Она сопротивлялась, не желая стоять под этой струей воды. Меня разозлили ее слова, ее поведение! Пусть придет в себя!

- Джеймс, что ты делаешь!? - пыталась вырваться и отключить воду. Она завернула кран. - Ну если хочешь, я могу и тебя поцеловать!

Она потянулась ко мне и прильнулась к моим губам. Она целовалась так страстно, что я захотел ее прямо здесь. Но я отстранил ее от себя.

- Тебе не понравилось? Ты же этого хочешь с самой нашей первой встречи! Разве нет?

- Малышка, приди в себя, - сказал я и включил воду. - Я подожду, когда ты в трезвом состоянии захочешь меня.

Она взглянула на меня и опустила взгляд. Кая заплакала. Тогда я выключил воду.