Глава 2
После долгого шатания по улицам мы с Машей пошли в кофейню. Ту самую, где работала Таша, наша старая знакомая, которая уже который год подрабатывала здесь по вечерам и всегда угощала нас чем-нибудь вкусным сверх заказа. Стемнело, и теперь улицу освещали лишь фонари и уличные новогодние украшения.
Мы заказали капучино и устроились в углу, у окна, на удобных диванчиках, откуда было видно заснеженную улицу, редкие машины и таких же редких прохожих. В кофейне тихо играла спокойная музыка.
- Ну рассказывай, - откинулась назад Маша, вытягивая ноги. - Как дела на танцах? Что с Олегом думаешь делать?
- На танцах потихоньку всё, но устаю ужасно, в воскресенье первая репетиция после каникул, - я отпила кофе и продолжила. - А с Олегом я не знаю, что делать. Да он и сам прекрасно знает, что я воспринимаю его только как друга, но всё равно вечно пишет всякую ерунду о любви.
- А почему бы не попробовать? - неожиданно выдала Мария.
- Ты смеёшься? Как минимум потому, что он мне не нравится как потенциальный парень.
- А Александр нравится? - с безумным интересом спросила подруга. На что я лишь закатила глаза и отвела их в сторону.
«Нравится», - мысленно ответила я.
Разглядывая уличные украшения, я не сразу заметила, что в кофейне появился кто-то ещё. Лицо было скрыто капюшоном и маской, но это явно был парень. Таша же мило улыбалась гостю, не подозревая, кем он является на самом деле. Мельком взглянув на него, я вновь вернулась к разговору с Машей и просмотру уличного «кино».
- Можно? - спросил молодой человек, подходя к нашему столику и глядя на Машу. Это был он. Я сразу узнала его по голосу и хотела было расплыться в улыбке, но вовремя себя сдержала.
- Да, конечно, - Маша закивала быстрее, чем я успела открыть рот и возразить. Он сел рядом со мной. Пальцы вновь крутили кольцо, внутри горело, я не знала, куда себя деть.
- Вы чего тут так поздно? - спросил он, не отвлекаясь от Марии, будто меня тут нет.
- Домой не хотим, - буркнула я. - Решили не спать, чтобы завтра проспать не один, а целых пять уроков. - На мои реплики он лишь усмехнулся.
- Я бы тоже с радостью проспал. Но деваться некуда.
- А ты надолго к нам? - спросила Маша. - Я слышала, только на полгода?
- Да, на полгода, - подтвердил он.
- А почему именно сюда? - всё никак не унималась Маша. - У тебя же Москва, туры, альбомы, всё такое...
- Маш! - несдержалась я, их милая беседа начинала выводить меня из себя.
Они резко посмотрели на меня, в их взглядах читалось непонимание моей реакции.
- Извините, я выйду, - бросила я, выбираясь из-за стола.
- С ней всё в порядке? - спросил учитель, провожая меня взглядом.
- Да, всё нормально, - тихо ответила подруга. - Так почему сюда приехали?
- По глупой ситуации я и приехал и в школу устроился. С друзьями поспорил.
- Я бы так не смогла. Бросить всё - из-за спора, - ответила Мария.
- Вот так бывает. Пойду тоже покурю.
Я выскочила на улицу без верхней одежды, нужно было быстрее уйти в спокойное место. Холод окутал меня, но я его не чувствовала, то ли ещё не успела замёрзнуть, то ли тело пылало от волнения и раздражения одновременно. Я зажала сигарету губами и начала шариться по карманам в поисках зажигалки. «Твою мать», - тихо ругнулась я.
- Потеряла что-то? - тело остолбенело.
- Зажигалку.
Александр аккуратно поднёс огонь к кончику сигареты, и я прикурила. Дым заполнил лёгкие, с каждым вдохом и выдохом раздражение уходило.
- Не замёрзнешь? - спросил он, доставая сигарету.
- Беспокоишься, что завтра не приду на твой урок? - огрызнулась я, глядя прямо перед собой.
- Беспокоюсь, что заболеешь.
Повернув голову, я посмотрела на него. Он стоял, засунув руки в карманы толстовки, и смотрел на меня без той лёгкой усмешки, что была несколько минут назад. Спокойно. Внимательно.
- Что? - спросила я, вновь отводя взгляд в чёрное зимнее небо.
- Ничего, - он покачал головой. - Ты всегда куришь, когда нервничаешь?
- Нет, - отрешённо ответила я. - Просто хочу курить.
- А кольцо зачем крутишь? - я лишь посмотрела на свои пальцы и оставила вопрос без ответа.
- Вы скоро домой? - вновь задал вопрос Александр.
- Да, уже собирались уходить, как пришёл ты.
- Иди одевайся, я вас отвезу по домам.
Я вернулась в кофейню, забрала куртку, накинула её на ходу. Маша уже стояла у выхода, натягивая шапку и поглядывая на меня с таким выражением, будто я только что выиграла в лотерею, но забыла ей сказать.
- Он нас довезёт, - сказала я, проходя мимо.
Александр уже сидел в машине, мотор работал, фары светили в темноту. Маша забралась на заднее сиденье, соседнее место было завалено какими-то вещами, и мне пришлось, перебарывая себя, сесть вперёд. В салоне было тепло, пахло им и ещё чем-то неуловимо приятным.
- Куда едем? - спросил он, глянув в зеркало заднего вида. Маша не растерялась и сразу назвала два адреса. Он кивнул и тронулся с места. Подруга молчала всю дорогу, только смотрела то в окно, то на меня, то на его затылок. Я же, в свою очередь, старалась не шевелиться и смотреть в одну точку. Вскоре мы остановились у её дома. Она вылезла, бросив на прощание короткое «пока». Дверь захлопнулась, и мы остались вдвоём.
- Включу музыку? - взглянув на меня впервые за всю поездку, спросил парень.
- Включай, - через секунду салон наполнился музыкой. Заиграла песня «Hozier - Take Me To Church». Я сразу же окунулась с головой в чувство единения с собой, с религией. Забавно, ведь я не верю в Бога. Душу щемило, а слёзы готовы были вылезти наружу, я стала уязвимой.
- О чём думаешь?
- Ни о чём.
Он не стал спрашивать дальше. Пока он следил за дорогой, я всё больше и больше погружалась в чувство опустошения. Мы подъехали к моему дому. Он остановил машину, но не заглушил мотор. Повернулся ко мне, я же избегала зрительного контакта.
- До завтра.
- До завтра, - повторила я.
Я вышла, прошла пару шагов и обернулась. Машина всё ещё стояла. Он смотрел мне вслед.
Прихожую освещал только тусклый свет торшера в зале и свет с кухни. Я закрыла за собой дверь и скинула тяжёлую верхнюю одежду.
- С Машей гуляла? - спросила она, крикнув с кухни.
- Да, в кофейне сидели, - я поудобнее уселась на стул, следя, как мама готовит ужин. - Потом нас подвезли.
- Кто подвёз?
- Да так, знакомый, - старалась я отмахнуться от вопроса, но мама заметила в моём голосе что-то неладное.
- Голодная?
Я мотнула головой. Есть не хотелось совершенно. Внутри всё было занято другим - его взглядом в зеркало заднего вида.
- Как новый учитель?
- Не знаю, - пожала я плечами. - Я проспала.
- Маша не рассказывала про него?
- Рассказывала..., - протянула я.
- И что там?
- Молодой, приехал только на полгода и всё, - я не знала, как преподнести маме новость, что учитель истории - известный человек. - Он и подвёз нас, - добавила я спустя некоторое время.
- Ладно, можешь не подбирать слова, в родительском чате уже все написали, что он - твой любимый исполнитель. Только, что он здесь забыл?
- Сказал, что наспор устроился, - слова путались от чувств, бушующих внутри.
- Ты по-аккуратней с ним, - мягко продолжила мама. Она прекрасно понимала, что для меня значат его песни, видела то, как некоторое время назад я была одержима им. Только недавно начал отходить на задний план юношеский максимализм.
- Я не собираюсь...
- Просто предупреждаю, - перебила она. - В любои случае я буду на твоей стороне. Всегда. - добавила мама.
После этих слов я ушла в ванную. Нужно всё обдумать, утихомирить свои чувства и мысли, побыть одной. Я закрыла дверь, включила воду и села на край ванны. Из коридора доносился запах ужина, мама гремела посудой. А я смотрела на свои пальцы, которые всё ещё помнили его зажигалку.
Горячий пар заполонил комнату, зеркало запотело, выбивающиеся пряди прилипли к телу, капли разбивались о тело и летели на стену, на пол, вода обжигала кожу, смывала его короткие прикосновения. Но он оставался, он никуда не уходил, не уходил и его запах, изучающий взгляд, интерес. Внутри нарастало чувство тревоги, неопределённости, неизвестности. Внутри нарастало чувство интереса, любопытства, увлечения, привязанности, интереса, притяжения. «Какие чувства у него?» Я спустилась по влажной и прохладной стене душевой, подтянула ноги к себе, представляя, как он мог бы искренне меня обнимать в моменты моего зыбкого состояния. Мозг гонял лишь мысли разума: «Это неправильно», «Этого не должно быть», «Ты это придумала». Сердце вопило: «Всё получится», «Это правда», «Ты не выдумала». Я лишь путалась в этом противостоянии.
Он просто учитель