Джим был первым.
Внимание!
Прежде чем вы начнёте читать эту главу, хочу вас попросить просмотреть все главы с самого начала, чтобы убедиться, что вы ничего не пропустили.
В этой главе будут прелюдия и секс, описано все будет крайне делекатно, но если вас это в какой-то мере смущает, советую дождаться следуйщей главы.
После нашего знакомства, Джим то и дело приходил ко мне домой. Он прокрадывался в мою комнату через пожарную лестницу, чтобы мама не заметила. Иногда он был пьян и жутко шумел, а я молилась, чтобы мама ничего не услышала, затыкая этого придурка поцелуем. После нашего очередного скандала, она сказала мне, что знает, что ко мне приходит какой-то паршивый торчек и она абсолютно не переживает за мою будущую жизнь вместе с Джимом. Помню она даже сказала, что не хочет меня видеть и была бы рада, если бы я убралась с глаз долой.
В тот вечер, я заперлась в своей комнате, чтобы погрустить. Мне было невероятно тоскливо, я сидела на кровати и раздумывала о словах матери. Я была влюблённой глупышкой, которая прекрасно знала, что Джим употребляет марихуану и прочие запрещённые вещества.
Я повернула голову и увидела, как Кэрролл пробирается ко мне сквозь перила, я подбежала к нему, со словами:
-Джим, прошу, уходи.
-Что? Почему?-он и не собирался уходить.
-Просто проваливай из моей комнаты.-в душе то, я не желала, чтобы Джим уходил и он этого и не сделал.
-Дайана, прошу, не прогоняй меня.-Кэрролл перекинул и вторую ногу через перила, оказавшись в квартире.
Он подошёл ко мне близко-близко, прижимая к стене. Не грубо, чтобы не причинить мне боль. Джим целуя мои губы, трогал мою шею, от чего по моему телу пробегали мурашки. Разорвав поцелуй, он, смотря мне прямо в глаза, повалил меня на рядом стоящую кровать. Я знала, что сейчас начнётся и была более чем не против. Джим был первым перед кем я хотела оголить свое тело.
Он начал снимать с меня рубашку, затем скинул с себя куртку, брюки и футболку. Ловко разстегнув бра, он принялся целовать мою грудь. Я не чувствовала сильного смущения или страха, только удовлетворение. Я целовала Джима в губы, а на его лице появлялась самодовольная улыбка. Он трогал меня в тех местах, где я бы никогда не разрешила трогать себя.
Теперь я была точно уверена, что влюблена в Джима Кэрролла. Я уехала от мамы и стала жить вместе с Джимом. Она бранила меня за безрассудность, за то, что я гроблю свою жизнь.
Моя мама была не права. Мой отец, нередко поднимал на маму руку, возможно, поэтому она и против Джима.