Глава 43
КИЛЛИАН
Я просыпаюсь медленно. Чувствую её рядом, такую тёплую, расслабленную, полностью голую, и главное мою. Уже не представляю что бы её не было со мной в одной кровати.
Малишка лежит спиной ко мне, дыхание ровное, кожа гладкая, пахнет сладко — обожаю ее запах в нашей постели, на простынях, на моих пальцах.
Обнимаю за живот, прижимаю ближе. Мой член мгновенно твердеет.
Она чуть дрожит — сразу сильнее укрываю нас одеялом.
Не хочу её будить, но уже снова хочу её безумно.
Чёрт, как же она отдалась мне вчера…
Без остатка, без страха, с таким доверием, что внутри у меня всё сжимается от нежности и желания совсем не когда не отпускать её со своих объятии. Я всегда думал что меня нечем удивить в постели, ведь до нее огромный опыт. Но то как это происходит с ней, она меня удивляет все больше и больше.
Смотрю на её затылок, на тонкую линию шеи, и понимаю — не могу позволить себе потерять её. Никогда.
Вчера уже второй раз я назвал ее любимой, когда она почти спала.
И мне это так чертовски нравиться.
Возможно в этом действительно что то есть, и это не так банально как мне казалось раньше.
Ведь к ней действительно что то чувствую, и это не просто симпатия. Уже давно это переросло в нечто большее, более глубокое.
Она шевелится. Медленно.
Чувствую, как она просыпается.
Поворачивается ко мне.
Глаза у неё ещё сонные, лицо расслабленное, и такая улыбка... тёплая, мягкая, словно только для меня.
Чёрт, сердце снова сильно сжимается.
— Доброе утро, моя девочка, — говорю не сдерживая улыбки.
Провожу пальцами по её щеке, целую её лоб. Хочу проверить — как она себя чувствует.
Я знал, что это будет для неё новым, и, может даже в чем то сложным. Но она была невероятна.
— Как ты? Всё хорошо? Ничего не болит? — спрашиваю, глядя ей в глаза.
Она качает головой, потом шепчет:
— Нет я чувствую себя потрясающе...
Это было так невероятно...
Я усмехаюсь.
Вот она — моя малышка. Знал что ей понравиться. Поэтому подготовился заранее. Конечно не ожидал что это произойдёт так быстро.
Целую её в лоб, в губы.
— Я знал что тебе понравится—отвечаю с улыбкой.
— Тебе это тоже приносит удовольствие?
—Определено да, но вчера это было не забываемо. Лилиан ты даже не представляешь на сколько ты сексуальна, и раскрепощенна. И твой страх с твоим любопытсвом, сильно возбуждает.
Держу её в объятиях и чувствую, как сильно возвращается моё желание.
И я знаю — она чувствует то же самое.
Её пальцы медленно двигаются по моей груди.
Случайно? Врядли...
Она поднимает глаза. Смотрит на меня снизу вверх.
И я вижу в её взгляде то самое.
Она точно меня хочет, прямо сейчас. Моя не насытная малышка, такая же как и я.
Наклоняюсь, целую её губы — нежно, чуть дольше, чем просто «доброе утро».
Потом шею, плечи.
Она закрывает глаза, чуть выгибается.
Опускаюсь ниже. Касаюсь языком её соска — он сразу твердеет.
Она тихо выдыхает, проводит рукой по моим волосам.
Задерживаюсь там, лаская один, потом другой. Медленно.
Хочу, чтобы ей было сладко с первых секунд.
Потом приподнимаюсь, кладу ладонь ей между ног. Она уже безумно мокрая. Моя сладкая вся тёплая, мягкая, нетерпеливая. И снова так хочет мой член внутри себя.
Провожу пальцем по её складкам, открывая проход к ее киске— она стонет. И я понимаю — она уже готова.
— Хочешь снова меня? — шепчу ей, касаясь её губ.
Она кивает, не открывая глаз.
— Да, Киллиан… пожалуйста....
Опускаюсь ниже. Целую снова каждый сантиметр: под грудью, по боку, живот.
Дыхание становится чуть влажным, жарким. Её тело дрожит. Она уже ждёт.
Провожу языком по её киске, легко, сначала чуть-чуть. Пальцы все еще в ней. Начинаю двигаться ими быстрее.
Она вздыхает, потом стонет.
Она сжимает простыни, подаётся ко мне. Моя рука гладит её бедро, потом живот. Чувствую, как она вся пульсирует подо мной.
— Боже, Киллиан… не останавливайся… — шепчет она.
Продолжаю ласкаю её языком, потом добавляю еще третий палец, и медленно вхожу в неё.
Она тёплая, нежная, такая отзывчивая.
Каждое моё движение вызывает у неё новый стон.
Я ловлю их, будто музыку.
Она почти кончает, но я отстраняюсь.
Смотрю в глаза.
— Я хочу быть внутри тебя. Почувствовать тебя всю.
Она кивает, просит взглядом.
Вхожу в неё одним движением.
Медленнее, чем когда-либо.
Слышу, как она замирает, потом выдыхает, тянет меня ближе.
Наши тела сливаются, двигаются в одном ритме, глубоко.
Смотрю на её лицо — глаза закрыты, губы полуоткрыты.
Руки обнимают меня, ногами она обвивает мою талию.
— Ты мой, — шепчет она.
— Всегда, — отвечаю ей, и целую её нежно.
Двигаюсь — медленно,тяну удовольствие на грани. Мы сливаемся.
Потом она начинает стонать чаще, прерывисто, её движения становятся резче.
— Киллиан, я сейчас…
— Да, детка, кончи для меня.
Она кончает, выгнувшись навстречу мне, дрожит подо мной, впивается ногтями в мою спину.
И только тогда я позволяю себе ускориться.
Ещё несколько толчков — и тоже теряю контроль.
Вхожу в нее до конца, замираю внутри неё.
Чувствую, как её дыхание становится ровнее.
Она лежит подо мною, прижавшись всем телом, словно боится отпустить даже на секунду.
Мои пальцы бегают по её спине — от лопаток к пояснице. Её кожа теплая, влажная, слегка дрожит.
— Пойдём в душ, — шепчу ей.
— Я не чувствую ног... — она смеётся устало, но сладко.
Я улыбаюсь и приподнимаюсь. Поднимаю её на руки — она горячая, легкая, обнимает меня за шею.
Её щека прижимается к моей коже, губы касаются шеи.
Мы входим в ванную. Одной рукой включаю воду — тёплую, почти горячую. Пар поднимается вверх, заволакивает нас.
Ставлю её на пол, держу за талию. Она чуть шатается, я ловлю, прижимаю к себе.
Вода струится по нашим телам. Она закидывает голову назад, закрывает глаза — капли стекают по её груди, животу, по бедрам.
Я не могу отвести взгляд. Моя Лилиан.
Беру гель, наношу на ладони и начинаю медленно намыливать её тело.
От плеч, по рукам, потом к груди.
Ласкаю каждую округлость — нежно, медленно, не торопясь.
Она стонет еле слышно, глаза всё ещё закрыты.
Опускаюсь ниже — мою живот, бедра, между ног.
Её тело снова отзывается, она снова возбуждается. Смотрит на меня.
Поворачивается ко мне спиной. Вода льётся по её изгибам.
Я намыливаю её спину, ягодицы.
Провожу руками медленно — не просто мою, а касаюсь, изучаю, поклоняюсь телу. Мой член снова твердеет, прижимается к ней. Она это чувствует.
Слегка откидывает голову на моё плечо. Я целую её ухо.
— Лилиан я снова хочу тебя трахнуть— шепчу ей.
Она не отвечает, просто тянет мою руку вниз, туда, где её тело уже горячее воды. Я касаюсь — она влажная, нежная, готовая.
Снова.
Мы не можем остановиться.
Даже вода не смывает ту страсть, что держит нас связанными.
Я прижимаю её к стене, она поднимает ногу, даёт мне доступ.
Вхожу в неё, быстро, глубоко.
Она стонет — вода глушит звуки, но я слышу всё. Двигаюсь уже не сдержанно.
Каждое движение скользит, как будто тело и вода — одно целое.
Она отзывается всем телом — и я теряюсь в этом утре.
Она прижимается ко мне сильнее, будто пульсирует в такт каждому моему движению.
Вода стекает по нашим телам, горячая, шумная, как ритм, под который мы движемся.
Я крепче хватаю её за талию, поднимаю вторую ногу — она обвивает меня полностью.
Её спина прижата к мокрой стене душевой, волосы прилипли к коже, губы приоткрыты — такая желанная.
— Киллиан... чёрт... — она выдыхает между стонами.
Я начинаю двигаться быстрее, жадно, словно мне не хватало её тысячу лет.
Она цепляется за мои плечи, ногтями царапает кожу, выгибается в ответ.
Каждое моё толчковое движение отдаётся в её теле, и чувствую, как она сжимается сильнее.
Она готова, почти.
Я знаю это— и не останавливаюсь.
— Любимый я снова на грани— шепчет она, голос дрожит от напряжения.
Я ускоряюсь, двигаюсь резко, мощно.
Её стоны срываются с губ, становятся громче, острее.
Чувствую, как она сжимается на мне — в ней начинается волна, и она захлёстывает нас обоих.
— Да… Киллиан… я...
Её тело начинает дрожать, она выгибается, прижимаясь ко мне изо всех сил. Я вхожу глубже, резко, и взрываюсь внутри неё, в том же самом ритме. Мы оба теряемся — дыхание сбито, ноги подкашиваются.
Я держу её крепко, не отпуская, пока вода всё так же шумит сверху, обдавая нас паром.
Чувствую, как она вся обмякла в моих руках.
Её лоб прижат к моему плечу. Она шепчет сквозь отдышку:
— Это... было снова потрясающе..
— Да. — целую её висок. — Не могу тобой насититься Лилиан.
Мы остаёмся в объятии, под горячими каплями душа, пока сердца не успокаиваются.
Беру полотенце, заворачиваю её в него, чувствую её тёплую кожу и влажные волосы, прижимаю к себе, а потом немного отстраняюсь, чтобы посмотреть ей в глаза:
— Нам нужно завтракать и собираться?
Она смотрит на меня не понимая, пытается уловить скрытый смысл.
— Мы едем к матери Изабель?
— Нет, — я чуть приподнимаю уголок губ. — Мы едем к моему брату.
— Что? Как это? — в её голосе смесь удивления и растерянности.
— Ты не рада?
— Но… как? Он что знает обо мне?
— Да. Почти с первого дня.
Она нахмурилась, губы чуть приоткрылись.
— Эм… это неожиданно. Он всё знает?
— Нет. Он не знает, почему я скрываю тебя. Расскажу ему позже. Возможно даже сегодня. Но он знает, что у меня есть девушка, которая безумно мне нравится.
Она улыбается. Вижу, как её глаза светятся, и понимаю, как сильно ей это приятно. У меня внутри что-то сжимается .
— Киллиан, а это безопасно? Он не скажет твоему отцу?
— Нет, — отвечаю спокойно, вытираю её плечи полотенцем. — Мы будем только в его доме. Там много охраны. Потом вернёмся обратно. Думаю, ты подружишься с Кристи,и у тебя будет с кем общаться, пока ты не можешь полностью выезжать из дома. Я даже мог бы иногда завозить тебя к ней — они живут тоже за городом.
Её глаза оживляются.
— Звучит потрясающе. Мне уже нравится. Давай скорее собираться. Я хочу с ними познакомиться.
Прижимаю её к стене, чуть наклоняюсь ближе:
— Или ещё продолжим?
Она хихикает, прижимая ладонь к груди:
— Киллиан… мои ноги и так едва ходят, как я появлюсь перед твоим братом? Что он обо мне подумает?
Я усмехаюсь, сдерживая желание снова сорвать с неё полотенце:
— Что ты самая лучшая. Самая красивая. Самая невероятная и желанная девушка, которая смогла свести меня с ума. И ты первая, с кем я хочу их познакомить.
Её улыбка замирает, она чуть краснеет.
— Да? Но как же Изабель?
Я сжимаю зубы, но отвечаю твёрдо:
— Они знают, что это контракт. Сем сам через это проходил. Её я ни с кем не знакомил — и так все знают. И поверь, они терпеть её не могут.
Вижу, как эти слова приносят ей облегчение, и сам ловлю себя на том, что впервые хочу по настоящему и открыто вплетать женщину в свой мир.
— Киллиан, ты думаешь, я бы смогла когда-нибудь влиться в ваш круг? Ведь я из обычной семьи. И не понимаю, как это… — её голос дрогнул, она прикусила губу и опустила взгляд.
— Конечно, Лилиан, — поднимаю её подбородок, заставляя смотреть прямо в мои глаза. — Ты уже влилась. Ты со мной. Ты пережила многое и видела таких, как мой отец. Ты уже сделала свой выбор. И ты станешь одной из нас. Добьёшься больших высот. Ты очень талантливая и целеустремлённая.
Она молчит пару секунд, словно борется с внутренними сомнениями, потом тихо шепчет:
— Но если у нас что-то не получится? Ну или твой отец повлияет на это?
Я стискиваю челюсти, в груди вспыхивает злость при мысли о его вмешательстве.
— Даже не хочу думать об этом. Но в любом случае ты уже не будешь жить как прежде. — Обвиваю её руками, прижимаю к себе так, будто боюсь потерять. — Я не смогу тебя отпустить, Лилиан… Ты моя. И это не обсуждается.
Целую её сильно, властно, вкладывая в этот поцелуй всю свою решимость и ту безумную тягу, что разрывает меня изнутри.
— Я ещё хотела спросить… Ты никогда не рассказывал о своём другом брате. И о маме. Или сейчас это не вовремя? — она произносит осторожно, словно боится задеть меня.
— Нет, всё нормально. Там ничего интересного. — Я чуть мрачнею. — Мама умерла от болезни, когда мне было двадцать лет. Рафаэль, мой младший брат, тогда был ещё совсем ребёнком. Отец его слишком баловал, потому что тот так рано остался без матери. В итоге он вырос ещё тем ублюдком.
— Но ведь он твой родной брат? — в её голосе удивление и почти укор. — Почему ты так о нём отзываешся?
Я усмехаюсь почти безрадостно.
— Лилиан, ты даже не представляешь, что он творил уже с пятнадцати лет. Мы только и делали, что успевали подчищать за ним его косяки. Это ходячий ураган, а не человек.
— Он живёт с отцом?
— Да. Вернулся совсем недавно. И уже просит, чтобы я купил ему отдельную квартиру. Он получит наследство только в двадцать пять лет. У него нет доступа ко всем деньгам, как у нас.
— И ты купишь? — она смотрит на меня прямо, её глаза полны искреннего интереса, но и лёгкого напряжения.
Я задерживаю дыхание, на несколько секунд задумываюсь.
— Думаю над этим. После выходных поговорю с отцом, потом примем решение. Я не могу действовать за его спиной, ведь это его сын. — Тяжело выдыхаю. — Он говорит, что изменился. Но в это трудно поверить.
— Но ведь ему уже не пятнадцать? Возможно, он действительно изменился, — Лилиан смотрит на меня серьёзно, словно пытается пробить мою броню.
— Да, он твой ровесник. Ему двадцать три. Но он ещё учится. И перевёлся в Денвер на последний год. — Сжимаю губы в тонкую линию. — Не знаю, что он там натворил, но думаю, неспроста он вернулся.
— Киллиан, иногда нужно людям давать шанс. Тем более он твой родной брат. Наверняка твоя мама хотела бы, чтобы ты с ним дружил.
Я на секунду замираю. Слово «мама» больно отзывается внутри. В её глазах — искренность, и мне трудно спорить с этим.
— Да, малышка, в этом ты права, — говорю ей мягче. — Ну что, ещё будут вопросы? Или всё же мы будем выезжать? Думаю, нас уже заждались. Они ждут с самого утра.
— Да, конечно. Давай скорее собираться, — она оживляется, торопливо поправляет полотенце и улыбается.
Смотрю на неё и думаю: если даже Лилиан верит, что Рафаэль может измениться… может, стоит хотя бы попробовать? Но внутри всё равно остаётся настороженность — я слишком хорошо знаю своего брата.