глава 23. квартира ненависти
Кристина давно уже ушла от Каролины.
то, что произошло ночью, до сих пор заставляет думать и страдать.
Кира буквально обвинила Каролину в измене, хотя на самом деле Ефремова все дни которых не было Киры, плакала, не спала и страдала.
это больно слушать. и больно от неизвестности. где снова Кира? как доказать что она не виновата?
а должна доказать?
все дни пока не было той, это были какие-то муки. плохо было, а Кристина просто поддержала. а та сразу начала делать ужасные выводы. да как она вообще могла так подумать? как такое ей могло прийти в голову?
Каролина не пошла в школу. весна, всё расцветает, а Каролина в очередной раз топится в слезах.
с одной стороны хочется объясняться, оправдываться перед ней, чтобы снова всё было хорошо.
но что-то внутри кричит что Каролина не виновата в фантазиях Киры. Каролина совсем не виновата в том, что та так подумала. Кристина всего лишь поддерживала Каролину всё время, пока Медведевой не было.
послышался снова чей то рёв. такой оглушительный, что сердце начало терзать от чувства, что это знакомый голос. знакомый сука до боли.
мать. это крики матери, которая снова явилась домой.
Ефремова уже не вскакивала с места и не бежала к ней. она устала. сил нет даже плакать, слезы сами скатываются с щек, а внутренняя боль уже не так беспокоит. уже наверное привыкла страдать.
послышался удар об пол. тогда уже Каролина испугалась.
— мам? — слышится глухо и неуверенно от Ефремовой, после чего снова крик.
тогда Каролина и вскочила. побежала к коридору и увидела мать, лежащую на полу около входной двери в слезах. эта была истерика.
— мам, что случилось? — обеспокоено спрашивает Каролина.
снова напилась или что-то серьёзное?
но это не волновало. как бы мать ужасно не поступала с ней, Каролина всегда любила её, какой бы плохой она не была.
— Игорь... — шепчет она и снова в слезы, — умер. Каролина, он умер!
— ну ты чего, бывает такое, — Каролина падает к матери, садится на карточки, чтобы быть ближе к матери, но та ноет. бьётся в истерике, прям как маленькая.
она не должна так делать. она взрослая, а несовершеннолетняя дочь не должна видеть такие истерики своей матери, потому что это плохо повлияет на неё. но женщине всё равно, она пришла за поддержкой. чтобы пожалели и погладили по головке.
— мам, не плачь, пожалуйста, ты пугаешь меня, — Ефремова сама снова впадает в слезы, хотя и пару минут назад только успокоилась, но это состояние матери добивает.
это страшно смотреть.
— пугаю блять? пугаю? — и она смотрит так зверски, с огоньками на глазах, прям как бешеная, — у твоей матери любимый умер блять, хотя бы пожалела свою родную мать, сука!
— ты своими криками пугаешь, — и Ефремова начинает хныкать.
— и чë ты ноешь? у тебя кто-то сдох или чë? всё из-за тебя, малолетняя шкура! — женщина с силой отталкивает от себя девушку, из-за чего та бьётся не сильно об стенку, — ненавижу тебя! всю жизнь мне испортила и портишь!
— что я сделала? что я сделала не так?
— всё блять, просто всё, ты самый гнилой человек в моей жизни!
Каролина не выдерживает. встаёт на ноги и убегает с квартиры, захватив с собой только пачку новых сигарет и телефон, который на низкой зарядке.
выбегает в подъезд вся в слезах, запрыгивает на подоконник и трясущимся руками достаёт одну сигарету. поджигает и наслаждается.
но не долго. ком в горле, боль распирает изнутри. только недавно она, кажется, привыкла к боли, потому что боль была только от Киры. но появилась новая волна. и снова мать, которая обвиняет во всех бедах каролину.
— как же я устала, — рыдает Каролина, поджимая ноги к себе и плача в коленки.
сейчас мечта это просто забыть всё как страшный сон и оказаться в другом теле. другим человеком и с другим окружением. забыть всё и начать всё заново.
неожиданно поступает звонок на телефон. взглянув, отсвечивает неизвестный номер.
Каролина не хотела брать, кто бы это не был.
но что-то подсказывало взять трубку.
но тут по виднелась эта до боли прекрасная фигура.
Кира.
Кира поднималась по лестницам, а увидев Каролину, увела взгляд, недовольно бурча себе что-то под нос.
звонок она отклонила, спрыгнула с подоконника и поплелась за Медведевой.
поднявшись за ней к её двери, Кира развернулась к девушке.
— чë ходишь за мной? — безэмоционально спрашивает она, оценивая вид девушки и даже морщись от того, что она ужасна сейчас.
глаза уже опухают от такого количества слез, лицо красное и волосы небрежно свисают до пояса. даже в каких то местах запутаны. одежда неаккуратная, потому что она не переодевалась, то в чем была, в том и убежала с квартиры.
— можно к тебе? я скучаю, — мямлит Каролина, а ноги трясутся от страха. как будто её прямо сейчас убьют.
тут послышались грохоты с квартиры Каролины и Кира это прекрасно услышала. усмехнулась даже.
— шлюх не пускаю, — говорит она заходя к себе, но Каролина в слезах настаивает.
— Кира, прошу, мне некуда идти, да и к тому же я хочу с тобой помириться, ты мне так нужна, — Ефремова захлёбывается в своих же слезах, а слова запутываются.
Кира думает. сверлит ту взглядом, явно не доброжелательным.
— ну хорошо, Ефремова, повеселимся, — говорит Кира, на что Каролина даже не успевает подумать, потому что чувствует сильную ладонь на своём плече.
её с силой загоняет в квартиру.
такую родную. как долго Каролина здесь не была. а запах не знакомый. такой тухлых, потому что слишком много здесь бухали и ничего не проветривали.
и тут прилетает удар, из-за которого телефон из рук выпадает, а Каролина сразу же оказывается на полу.
Медведева ловко закрыла входную дверь, и намотав себе на руку волосы девушки, потащила в свою комнату.
Каролина сопротивлялась и кричала.
но на это получала лишь новые удары, которые были смертельно сильны. от которых болело всё тело. от которых хотелось отключиться и больше ничего не чувствовать.
она не верила.
не верила что Кира так может делать. прямо сейчас избивать хрупкую Ефремова, которая даже отпор дать не может. она не может и физически и морально.
наверное, морально она уже мертва.
вся боль заглушается физической. избивая Каролину, Кира кричит ужасное.
— будешь знать, давалка ты ебучая.
и снова новые удары. глаза у неё разъярённые, даже злыми назвать мягко.
тогда стало очень страшно. Каролина никогда ещё так не боялась.
когда маленькой из дома выгнали, а она шлялась, не знала куда пойти, было не так страшно. когда мать поднимала руку на неё, было не так страшно. никогда не так страшно. а вот сейчас страшно.
Кира в неадеквате.
это избиение ни за что. просто из-за того что Каролина есть. просто бесит. просто Кире кажется что та изменила.
а это любовь такая?
наносить травмы?
Кира не избавилась от абьюза. хотя она сама лично так думала. думала что, выросла, влюбилась по уши и теперь никогда не поднимет руку на девушку. особенно на Каролину. её любимую Каролину, которой она всегда говорила милые комплименты или шептала на ушко, иногда дав себе возможность укусить.
это всё было враньём самой себе.
она ненормальная. наверное.
она видит эти невинные глазки, которые наполнены болью и отчаянием. в которых нет больше..
ничего.
Кира замечает, в них больше ничего нет. даже боли не видно. пустота. она разбила окончательно Ефремову.
и останавливается. наконец то одëргивает себя, когда видит как та вся растрёпанная лежит на полу, уже не кричит остановиться, хрипит под себя и размазывает кровь по лицу, в попытках её убрать.
кира смотрит на свои руки и понимает, что это она сделала. своими чертовыми руками. она настоящее чудовище.
и вдруг захотелось подойти, но тут раздаётся звонок на телефоне Каролины. та не в состоянии встать, но видно она попыталась его взять. Кира подошла и взяла телефон в руки и уже хотела просто сбросить, но номер неизвестный, интерес взял вверх. кто смеет ей названивать?
— кто это? — грубо спрашивает Медведева, на что Каролина ели как замотала головой в разные стороны, — сейчас узнаем.
взяла трубку, включив громкость на всю.
— алло, — начинает Кира, сверля взглядом каролину.
— привет, давно не виделись и не общались, — видно девушка была радостной. Каролина совсем не понимала, кто это сука?
Медведева явно спрашивала взглядом кто это, на что Ефремова пожала плечами, но делать это было больно. тело ныло.
— ну че ты молчишь то, зай? — говорит она, а у Киры тут же поднялись брови наверх.
и тут Каролина понимает, что ей конец.
паника начала снова окутывать девушку с ног до головы, но она даже понятия не имеет кто это. её подставляют. она не знает кто это сука может быть.
— это кто блять?
— Каролин? это ты вообще? — и имя девушки выдаёт.
— нет, я её девушка, а ты, швабра, кто ещё такая? и хули названиваешь блять?
та злиться.
— девушка? у неё девушка блять? — та даже как то усмехается от шока, — так, ладно, девушка Каролины, — незнакомка передразнивает, — пусть она мне перезвонит, она будет очень рада меня слышать.
Кира просто сбрасывает.
выкидывает телефон в другой угол дивана, а гнев снова виден в её глазах.
— какая же ты всё-таки шлюха, — и снова набрасывается.
на этот раз не жалеет.
её кулаки летят куда попадут, она даже не контролирует это. она готова своими же руками разорвать Ефремову на части. удушить и видеть как та будет задыхаться и с каждым жалким разом пытаться взяться за воздух. а потом она умрёт. мучительной смерти, и последнее что она будет видеть, это Киру.
Каролине уже не больно. она уже не обращает внимание на удары, потому что попросту не чувствует. ей уже всё равно. в голове лишь крутится один вопрос. останется ли она жива после этого?
самое страшное сейчас. а что будет потом, уже всё равно. если ей суждено быть убитой своей возлюбленной, то пусть будет так. она устала жить. устала чувствовать боль от Киры. устала плакать. устала видеть свою лучшую подругу Виолетту подавленной, потому что вечно страдает по Рони. устала от матери, что вечно во всём винит дочь.
кажется, что весь мир против неё.
она не чувствует здесь больше уют. больше ничего не придаёт ту любовь, которую чувствовала Ефремова раньше. тут скопление ненависти, тошноты и крови. здесь боль и опустошение. здесь её любовь, что сейчас ломает Каролину на части.
***
она не знает сколько пролежала в квартиры Киры. но когда ели как поднялась с кровати, куда переложила девушку Кира, она ели как встала. всё тело болело, но взглянув на себя, она не видела той крови. только садины, синяки и уставшее, от жизни этой, лицо.
Ефремова была чистой.
она помнила отрывками как после этого Кира пыталась ухаживать за ней. помыла, пару дней пока Каролина попросту днями напролёт лежала в кровати и боялась лишний раз сходить в туалет, Кира извинялась
как бы это отвратительно не звучало, но Кира и правда после всего просила прощения, наговаривала на себя что ужасный человек и так далее. Каролина молчала. она не в состоянии разговаривать и выслушивать.
после того избиения, она пробыла у Киры, как оказалось, ровно три дня. потом, поняв что той нет дома, как же вовремя проснулась, дошла до своей квартиры.
как хорошо что она рядом живёт.
не было никаких эмоций. она просто пришла домой, приняла душ, обработала ещё раз раны и без единой слезинки пошла снова спать.
так и шли дни. со школы начинали названивать, но потом перестали, Виолетта узнала что Каролине плохо и передала её состояние учителям, поэтому вопросов больше не возникало.
она никогда не ходила кушать, но её кормила Виолетта. вообще, Ефремова никого к себе не подпускала. даже Кристину с Лизой. и даже ебучую Киру, что первое время приходила и пыталась как то помочь. она никого не хотела видеть.
но Виолетта упрямая. всё равно приходила, пыталась разговаривать, помочь, кормила и веселила.
и, наверное, помогала иногда.
Малышенко единственная, кого всё-таки Каролина подпустила к себе в это время.
— ну малышка, покушай, — просит Виолетта, а Каролина лишь отворачивается к стене, бурча себе под нос очередное "не хочу", — ради меня, пожалуйста!
— Виолетта, ты мне это говоришь каждый день по сто раз, — закатывает глаза Каролина.
— ну последний разочек!
Каролина не хотела дальше это выслушивать, поэтому всё-таки повернувшись, преподнесла тарелку с супом к себе и начала есть.
не хотелось есть, очень не хотелось. но она себя заставляла. хотя бы ради подруги.
— умничка моя! скушала даже больше, чем обычно, да ты герой! видно идешь на поправку, — улыбаясь во все зубы, говорит Виолетта.
для неё и правда было счастье видеть, что Ефремовой лучше.
она знала про этот случай с Кирой. про это знает ещё Кристина с Лизой.
они прервали общение с Медведевой.
— блять, Кристин, Кира избила Каролину, вот поэтому она в таком состоянии! хватит уже спрашивать почему Каролина не пускает к себе эту Медведеву! — кричит Виолетта, после того, как три девушки - вилка, крис и Лиза, вышли после того, как увидели состояние Каролины.
— что она сделала? — не веря своим ушам, спрашивает она.
Кристина тогда разозлилась настолько сильно, что не злилась так никогда. она не могла в такое поверить. нет, Кира так не могла поступить. Кира не может. нет. нет.
но Кира сделала.
она обещала никогда не поднимать руку на Ефремову.
Кристина была в бешенстве. она не могла нормально видеть то, как сейчас страдает Каролина. она видела эти синяки, и ей больно, как будто это Кристине больно сделали.
тогда и произошла ссора. после этого даже знать Киру не хотелось. хотелось только убить её.
— ты, блять, головой своей думала, Медведева?! — кричала Кристина, на что Кира только смотрела в пол, — сука, не игнорь меня!
— блять, Кристин, я просто реально думала что вы с ней..
— что я с ней? пока ты шлялась хуй пойми где, я была рядом и поддерживала её! я ей помогала сука!
— прости, черт, — та снова опускает глаза в пол, а Кристине сносит крышу.
начинается драка.
Кире влетело больше.
Медведева сама не ожидал настолько сильные удары. Кристина била и била, в глазах читалась только ненависть.
глобальная ненависть, что не сравнится ни с чем.