Глава 21.
Т/и.
Утром я не просыпалась, а буквально воскресала. Глаза ужасно резало, потому как уснула в линзах. Голова разрывалась, и к тому же жутко тошнило. Блин, сколько я проспала? Я присела и посмотрела в окно. Оно были зановешено плотным тюлем, поэтом солнце лишь просачивалось в щели между шторами. По-моему, уже обед. Охренеть. Я попыталась встать, но в голову будто прилетел удар. Надо еще немного полежать. Черт, глаза беспощадно болели. Так невозможно. Я снимаю линзы, и пытаюсь найти рукой капли на тумбочке. Задеваю стопку книг и они с грохотом падают на пол.
В комнату заходит Лера.
- О, наконец-то ожила, красавица спящая. Ох ох, - Лера закашливается и машет рукой перед лицом. - запах веселья просто витает в воздухе. - она подходит к окну и отодвигает шторы, заполняя комнату солнечным светом. Я морщусь и зарываюсь в одеяло.
- Принеси попить, - хриплю я. В горле все пересохло. И вонь стоит такая, что даже мне противно. Я закрываю рот ладошкой, чтоб не усугубить ситуацию с запахом в этой комнате.
Лера выходит из комнаты и через минуту возвращается со стаканом воды. Молча протягивает его мне и идёт открывать балконную дверь. Свежий воздух врывается в комнату, и ударяет мне в нос. Дышать становится легче. В голове начинает проясняться сознание. Вместе со свежим воздухом комната наполняется звуками улицы. Звонкий смех детворы, рёв двигателей, громкие сигналы. Я выпиваю весь стакан до последней капли, но мне этого мало. В горле по прежнему суше, чем в пустыне Сахара. Но жажда утолена хоть на долю, чего не скажешь о моих глазах.
- Найди мне мои капли на тумбочке, - обращаюсь я к Лере, которая стоит над моим диваном скрестив на груди руки.
Искать ей даже не пришлось, она в одну секунду нагнулась к столику и протянула мне моё спасение. Я закапала глаза и сразу почувствовала облегчение. Уже пропало чувство, будто мне в глаза насыпали тертое стекло.
- Я жду рассказ о вечере в мельчайших подробностях! - Лера плюхается рядом на диван, и я едва успеваю убрать ноги от прицела ее любопытной задницы.
Черт, вечер... У меня в памяти начинали всплывать картины ночи. Пафосные лица друзей Вани, противная Ксюша с ее мерзким голоском. От ее слов на душе остался осадок, хоть и небольшой, но очень даже ощутимый. Ладно, плевать. Что было потом? После пятой рюмки мои воспоминания заметно редеют.
- Ну, давай же! - Лера стукает меня по ноге.
- Да, все было круто... Пили, веселились, танцевали... - произношу я, и в моей голове всплывает картинка, как мы всей компанией движемся на танцпол. Как все плывет под ногами, как меня подхватывает Слава. Господи, как же стыдно...
- А если подробнее, - подруга смотрит на меня выжидающе, но я не знаю, что ей рассказать. Сама не сильно помню, что было... И голова ещё расскалывается.
- Лерчик, принеси мне таблеточку от головы. - жалобно прошу я.
Подруга недовольно фыркает, но встает и идет на кухню. Я накрываю лицо ладонями, чтоб спрятаться от внешнего мира, и углубиться в воспоминания вчерашнего вечера. Перед глазами будто снова мигают огни клуба. Во вспышках света появляется лицо Вани, потом спина этой... Илоны по-моему... Вот же змея! Я вспомнила, как они смотрели на меня своими стервозными глазками, будто чувствовали от меня опасность.
Так, что же было дальше, вспоминай Т/и! Я напрягаю свою память, но зря. После того, как Илона украла у меня Ваню воспоминания обрываются.
- Держи, - в комнату входит Лера, протягивая мне таблетку и стакан воды.
Я киваю в знак благодарности, кладу таблетку в рот и вновь выпиваю всю воду до последней капли. Лера смотрит на меня удивленными глазами и усмехвается.
- Совсем плохо? - она забирает стакан у меня.
Я киваю, и она выходит с улыбкой из комнаты.
Стоп, а где Ваня?
- Лераа-а-а, - кричу я.
- Чего? - она появляется из-за угла и застывает в проходе.
- А где Ваня? - чуть смущаясь, спрашиваю я.
- Ааа, он уехал с утра еще.
- Понятно, - Лера кивает и вновь исчезает.
Так, могла ли я его вчера как-то обидеть, что он свалил с утра даже не попращавшись? Блин, я трезвой то его цепляю вечно, страшно предположить, что я могла наговорить ему под градусами. Я выдыхаю и роняю голову в ладони. Боль уже подутихла, виски не так стучат. Я встаю и направляюсь в ванну. Подхожу к зеркалу... Бог мой! Ну и видок... Тушь потекла, под глазами черные круги. Помада размазалась по щеке, как от.... Черт, с кем я целовалась? Вспоминаю, как чьи-то руки прижимали меня к себе в каком-то черном коридоре с зеркалами. Поцелуи... Перед глазами всплывает лицо брюнета, который откровенно лапал меня за все места. Кто он и откуда взялся - не помню, но что он был, готова голову отдать на отсчение. Я переспала с первым встречным в коридоре клуба? Боже... Я чуствовала стыд даже корнями волос. Не мудрено, что Ваня убежал утром по-английски. Даже мне противно от себя, что уж говорить о нем...
Я стаскиваю с себя платье, белье, включаю воду и становлюсь под прохладные капли. Запрокидываю голову, позволяя струям воды не сильно бить по лицу. Что же я наделала? Дура. Внутри зарождается злость на себя. Если у меня вчера был секс, то почему я ничего не ощущаю? Никаких изменений в моем самочувствии, как в моральном так и физическом. Видимо, я занялась в коридоре клуба очень плохим сексом. Интересно, как об этом узнал Ваня? Раз он ушел только с утра, то приехали мы вместе. Надеюсь, он не видел этого ужаса... Господи, если ты есть, пусть это все окажется плохим сном! Но, увы, этого падонка я помнила лучшего всего. Поцелуи, прикосновения, горячее дыхание в шею.
Я выдахаю и начинаю тереть себя мочалкой. От прохлодной воды я чувствую себя лучше, свежее. Хочется простоять тут как можно дольше, но я уже замерзла, поэтому выключаю воду, обматываюсь полотенцем и выхожу из ванны.
Замок входной двери шумно щелкает несколько раз, и я замираю. Лера куда-то ходила?
Дверь открывается и заходит Ваня.
- О, ты жива? - он обходит меня, останавливается за моей спиной, - выглядишь лучше, чем вчера. - шепчет на ухо и идет на кухню.
Вот теперь я запуталась окончательно! Он не выглядет обиженным, расстроенным или злым. И либо он ничего не знает, либо ему плевать на то, что я переспала с каким-то уродом в клубе. И я даже не знаю, какой вариант лучше. Ну он вернулся, и мне немного легче.
Иду в комнату, обтираюсь полотенцем, надеваю домашние шорты и футболку и иду на кухню. Лера с Ваней пьют чай и над чем-то смеются.
- Будешь чай? - спрашивает Ваня, заметив меня.
Я отрицательно качаю головой и присаживаюсь на стул. Они смотрят на меня и как-то не спешат продолжат свой разговор. Видимо, эти засранцы ржали надо мной.
- Тошнит? - произносит Лера.
- Нет, все хорошо уже. - вру, потому что тошнит меня просто ужасно. Пару раз даже готова была припасть к белоснежному другу.
- А где ты был с утра? - я обращаюсь к Ване. Пусть это немного нагло, но мне вправду интересно.
- О, юная оторва, если ты забыла, сегодня пятница и нас с нетерпением ждала наша общая проблемка Степанида, - черт, я совсем забыла про нее... - заехал к ней на пару часиков, съездили, купили ей посуду, поболтали за чаем. Так что мы в расчете, - говорит он и подмигивает.
- Спасибо, - произношу так тихо, что кажется будто это не слова, а шелест деревьев за окном. Ваня улыбается. Он понял.
- Ладно, ребятки, - Лера допивает чай, ставит кружку в мойку, - мне пора бежать! Я сегодня в ночь. Так что развлекайтесь. - подруга хихикает и уходит.
Ваня поворачивается ко мне и просто смотрит. О чем же ты думаешь, Бессмертных?
В его глазах не читается ровным счетом ничего. Никаких чувств. Он просто смотрит.
- Может сходить за текилой? - он улыбается.
- Пошёл к черту, - буркаю я и отворачиваюсь к окну.
- Почему ты не предупредила меня о своей проблеме? - продолжает улыбаться. Индюк!
- Какой проблеме? - не понимаю я.
- Что, когда ты перебираешь, ты становишься такой... - он усмехается, - весёлой.
Нет, я конечно вчера напилась, но какого это черта он тут меня отчитывает?!
- Я контролировала себя! - восклицаю я.
Ваня смеётся. Что такого я сказала то?
- Выходит, ты все помнишь? - он склоняет голову набок и впивается в меня взглядом.
- Да, - говорю я серьёзно, не отводя глаз. Хочет играть в гляделки - будем играть.
- Ты в этом уверена?
Вообще-то до этого вопроса была уверенно на сто процентов. А сейчас как-то сомневаюсь.
- Ну...да... - черт, это было как-то не слишком убедительно.
- И что же ты помнишь? - Ваня складывает руки на груди и хищно улыбается. Выходит, он все таки все знает. Просто хочет услышать от меня это, а затем мои раскаяния! А хрен там, кто он мне такой, чтоб я тут краснела перед ним?
- Знаешь, что! - смело, даже дерзко начинаю я, и брови Вани подлетают вверх, - я уже взрослая и сама могу решать, как себя вести! И переспать с этим дебилом в коридоре клуба по пьяне - моё решение! Так что уважай его!
Вот так девочка! Пусть знает своё место. Ваня сидит ещё с минуту смотрит на меня, а потом взрывается хохотом. Что, черт возьми, происходит?! Ваня ржет во весь голос, а я почему-то краснею.
- Я не думал, что ты такая феминистка, - он едва сдерживает смех. - Фух, готов отдать тебе свой трон главного шута.
- Что ты смеёшься? - зло спрашиваю я.
- Ладно, - Ваня успокаивается, - теперь серьёзно. Ты реально ничего не помнишь?
- Я же сказала, что помню, - растерянно говорю я.
- Нет, то, что ты "помнишь", - он пожимает пальцами, показывая всю абсурдность этого слова, - это лишь плод твоей фантазии и... - он замолкает, - неудовлетворенности.
Я кидаю на него грозный взгляд, и он мужественно терпит его.
- Тогда рассказывай что было, только прекрати ржать, - серьезно говорю я.
- Все, я успокоился. Вообще-то этот дебил реально существует. И ты с ним очень мило проводила время в коридоре клуба, пока вам не помешал я, - фак, он все таки видел этот ужас. - Прости, если бы я знал, что ты контролируешь себя и "переспать с этим дебилом в коридоре по пьяне - это твое решение"- мою фразу он произнес измененным голосом, - я бы обязательно уважал его.
- Ты меня бесишь, - шиплю я. И ведь серьезно бесит, еще смеет шутить на эту тему. Мне итак стыдно, а он тут снова клоунадничает. Успокойся, Т/и. Он, все-таки, спас тебя от глупости. - Выходит я должна сказать тебе спасибо?
- Я не требую, но это не значит, что не хочу благодарности, - опять эта улыбка во все тридцать два зуба.
- Спасибо, - произношу я, встаю, делаю поклон и снова сажусь. - Это все, что было в тот вечер?
Мне кажется, что было что-то еще. Может я повыдергивала патлы одной из его подруг? Хоть бы так все и было.
- Да, это все. Потом мы поехали домой, - говорит он.
Ну, если это действительно так, то значит все не так уж плохо.
- Зато у меня есть пару видосов, где ты танцуешь на барной стойке, - Ваня подмигивает.
- И зачем они тебе? - к такому я не была готова.
- Пригодятся, думаю. - загодочно произносит он, - знаешь, у меня нынче очень одинокие вечера на полу.
- Ты больной! - усмехаюсь я.
Больной...Тут же на меня обрушиваются воспоминания из подсобки. Офигевшие официантки, мое хамство Ване, его злость, наши крики и...Поцелуй! Мы целовались с ним в тот вечер! Тогда почему он умолчал это?
Может потому что все это было лишь побочным действием алкоголя. И он сам хочет забыть этот момент? К тому же, я вспомнила, что готова была даже перспать с ним. Но он не захотел. Не взял то, что ему приподнесли на блюдечке. Голова кругом идет, я абсолютно не понимаю его действий! Нужно поговорить прямо сейчас.
- Ваня, - говорю я и он вопросительно выгибает бровь.
В комнате слышу мелодию своего мобильного.
- Секунду, - я выхожу и иду за телефоном.
"ВРД"
Валентин Ринатович Бессмертных. Сердце ускоряет свой ритм, а воздух в комнате сгущается так, что мне становится невыносимо тяжело его вдыхать.
- Алло, - дрожащим голосом произношу я.
- Он у тебя? - голос строг, как всегда.
Врать или не врать? Черт!
- Да, - отвечаю я и проклинаю себя за это
- Что-то узнала?
- Нет, - и тут я не соврала. Я действительно ничего еще не знаю.
- Ладно, работай, девочка. - Валентин Ринатович отключаются, а я стою и перевариваю его последние слова.
"Работай девочка", как какая-то шалава. Хотя чего я хотела? Ведь мы по сути ничем не отличаемся. Только мне по итогу еще нужно будет предоставить информацию, которую я достану. Слезы наварачиваются, и я бы уже зарыдала в голос, от ненависти к себе, если бы не помнила, что там на кухне сидит он. Мой объект.
Я набираю полную грудь воздуха, медленно выдахаю, и так проделываю несколько раз. Подхожу к зеркалу, и мне просто противно смотреть в него. Разве этого я хотела? Я всего лишь хочу помочь маме. Почему же тогда мне так тошно от себя?
В конце концов, в этой жизни всегда нужно чем-то жертвовать. И мне приходиться приносить в жерту свои чувства, сердце и гордость.
___________________________________________
2064 слова.