Часть 3
Я стояла у зеркала, рассматривая себя. Определенно я выгляжу гораздо лучше, более привлекательно и...необычно. Меня нельзя назвать девушкой из элиты, но и деревенской простушкой я не была. Я что-то среднее, но очень надеюсь, что Татьяна поможет мне стать лучше, выучить правила, действующие в школе и в их кругу.
Окинула себя взглядом. Стройная – первое, что я могу сказать о себе. У меня тонкая талия, небольшая грудь, но я этому только рада. Никогда не понимала тех, кто стремился к операциям по увеличению, делал третий и даже пятый размер. Длинные, стройные ноги и привлекательные бедра без лишнего жира и плавательного круга.
Больше всего мне нравились волосы. Особенно сейчас, когда их слегка подкрасили, я выглядела, как...морская нимфа. Улыбнулась своему отражению в зеркале. Улыбка у меня красивая, зубы ровные, не черные, но это, скорее, генетическое. В ней не чувствуется фальши. Это я считала главным преимуществом.
Никогда не умела фальшивить, улыбаться, играть на публику, плакать, потому что это было бы выгодно. Нет. Все мои эмоции неподдельны. Если я плачу, то по определенной причине, а не чтобы произвести впечатление, смех тоже только искренний, правда, в последнее время я давно не то что не смеялась, а даже не улыбалась.
Вспомнила последнюю встречу с новоиспеченным братом. То, что я испытывала, когда его рука блуждала по моему телу, было...неведомо. Возможно потому, что я никогда прежде не общалась с мальчиками. Не было необходимости, мои одноклассники никогда меня не привлекали. Дети, да и только. Те, кто постарше...им нужно было только одно, причем многие этого и не скрывали.
Я никогда не отличалась наивностью. Бабушка многое мне поведала о мужской натуре, предостерегала. Многие мои одноклассницы давно уже попробовали спать с мальчиками, а подруги говорили, что это даже приятно. Я же не спешила.
По сути, мне было некогда. В последнее время я ухаживала за мамой, а до этого считала, что мне еще рано. Мне бы почитать, да фильм какой-то посмотреть, а не с мальчишками на свиданье бегать.
Так почему сейчас?
И именно с тем, с кем нельзя и кто меня ненавидит?
А, правда, ненавидит?
После того, что произошло всего несколько дней назад, я уже сомневалась в его ненависти ко мне. Скорее, ему пришлось не по душе то, что я поселилась в его доме, расположила к себе не только отца, но и его мать.
Мои размышления прервал стук в дверь.
— Входи, — крикнула я.
Да, это тоже было для меня неожиданно. Татьяна никогда не заходила без приглашения, не врывалась в мою комнату, сохраняя личное пространство. Для меня это...необычно. С мамой у нас никогда не было секретов, но я понимала, что Татьяна – не мама и, возможно, ей самой не слишком удобно просто так входить.
Наверное, это правильно...я взрослею, становлюсь самостоятельной, через пару месяцев мне исполнится семнадцать.
— Привет, — пришла Татьяна. — Прости, что оставила тебя на эти дни, у Димы были важные дела, мне пришлось помогать. Идем в библиотеку, поговорим, я расскажу тебе о поведении в новой школе.
— Идем, — согласилась я.
— Ты как? Освоилась уже? Как ноутбук?
— О, отлично. Работает и вправду в несколько раз быстрее, а еще батарея дольше держит, — а подумав, добавила, — спасибо вам с папой.
— Не за что. Идем.
Татьяна вышла, а я последовала за ней. Честно говоря, эти два дня даже не знала, чем себя занять. Читать я любила, но чтению уделяла несколько часов в день, потому что не могла запомнить много информации и нормально воспринимать происходящее. Успела посмотреть фильмы. Живя с мамой и бабушкой, я привыкла убирать квартиру, готовить еду, а здесь...все делала домработница, и я не понимала, что же мне делать в свободное время.
— Садись, — Татьяна указала на кожаный диван посредине комнаты.
Она разместилась напротив в кресле.
— Итак, — начала она. — Ты идешь в частную гимназию с уклоном на изучение английского языка. Я думаю, тебе тоже подойдет это направление, ты рассказывала, что любишь читать.
— Да.
— А как у тебя с английским?
— Хорошо. Я бы даже сказала отлично. У меня был репетитор, но после того, как мама заболела я перестала ходить на занятия, но усердно училась в школе и читала книги на английском, — гордо ответила я.
— Отлично. Пожалуй, это все, что тебе нужно знать о школе, — улыбнулась Татьяна. — Дальше будем обсуждать отношения между учениками.
Следующие несколько часов я слушала о том, как нужно себя вести со своими одноклассниками. Училась отвечать на оскорбления и дерзость тем, кому вздумается высказать хоть что-то неприятное в мой адрес.
— Тебя что-то смущает? — видимо, на моем лице отразилось недоумение, потому что Татьяна тут же решила спросить.
— Да. Я не совсем понимаю, почему должна себя вести ТАК.
— Как?
— Дерзко.
— Вита, это не дерзость, а способ не дать залезть тебе на шею, свесив ноги. Поверь, моральное издевательство – далеко не все, что может тебя ожидать в школе. С физическим будет разбираться Денис, но полностью уповать на него не стоит, если ты будешь себя вести, как мышка и со всем соглашаться. Тогда достанется и ему, понимаешь?
Нет, я не понимала, но решила кивнуть. Уже сейчас я не хотела в новую школу. Туда, где морально и физически унижают, где школьники должны сами за себя стоять не стремился бы ни один нормальный подросток. Нет, я не была неженкой и даже не боялась, просто находиться в таком обществе...противно.
С физическим будет разбираться Денис. Почему-то я очень сильно сомневалась в этом. Судя по тому, как он распускал руки, спасаться нужно будет от него.
— Разве школа не должна следить за тем, чтобы ученики выходили из их стен без побоев и синяков? — спросила я.
— Должна и следит, но... Там учатся дети влиятельных родителей. Один – дипломат, второй – министр, третий – бизнесмен, четвертый – миллионер и так далее. Дима тоже влиятельный, но и ссориться никому не хочеться. Часто в школе закрывают глаза на происходящее, а доказательств мало. Многие и вовсе ничего не рассказывают родителям, хотя я не знаю, чем мы сможем помочь. Я поговорю с Дэном, у него есть авторитет среди своего класса, поэтому ты будешь в безопасности.
— Конечно, — я улыбнулась, уже примерно понимая, что меня ждет в школе.
— На сегодня все. Вечером к тебе зайдет Денис, поговорите с ним, он больше знает, какие колкости говорят его одноклассники, поэтому сможет тебя подтянуть и в ответах. Как ты заметила, он очень остроумный мальчик, поэтому тебе повезло.
— Да, — мне очень повезло.— Спасибо. До завтра.
Направляясь в свою комнату, я думала о том, что меня ждет уже через неделю. Как я буду учить в школе, где меня могут не только морально, но и физически унижать? Жаловаться Татьяне или папе? Уповать на защиту Дениса? Да он, скорее, одноклассникам своим поможет, чем мне. Просить о переводе в другую школу?
Нужно постараться вести себя соответствующе, научиться грациозно ходить, пошарить в сети, чтобы понять, что же меня может ожидать.
Честно говоря, я не боялась физического насилия. Я могла за себя постоять. Перед болезнь матери я ходила на курсы самообороны, так что знала практически все болевые точки человека, но драться с одноклассниками как-то не хотелось, да и если с несколькими я бы справилась, то что будет, если против меня ополчится весь класс? Я боялась даже подумать, но и давать себя в обиду не хотела.
***
— Денис, у меня к тебе небольшая просьба, — я не успел домой вернуться, как прибежала мама. Наверняка, опять сеструха. Как же меня это задолбало!
— Что? — небрежно бросил я.
— Вита...— опять она. Да сколько же можно? Когда я перестану слышать ее имя. — Ей нужна твоя помощь.
— Серьезно? — я развернулся и ухмыльнулся. — Что на этот раз? Звезду с неба достать? Или, может, погулять с ней сбегать? Аааа, я понял, — выдавил фальшивую улыбку, — сделать из неё нормального человека? Так, мам, природа решила по-другому.
— Денис, прекрати! Она такая же, как и ты, но в отличие от тебя не покрывает грязью всё, что не лень. Она многого не знает. В вашей школе ей будет сложно, она другая, понимаешь? — масштабы катастрофы поистине нереальны. Она уже успела разжалобить мамочку.
— Мне похрен какая она, ясно? Я. НЕ. ХОЧУ. С НЕЙ. КОНТАКТИРОВАТЬ. СОВСЕМ, — буквально проорал я.
— Ну что ж, тебе придётся, — мама решила не сдаваться. — Она хорошая, Денис. Засунь свою злобу подальше и попытайся её воспринимать нормально, как равную себе. Она не виновата в том, что Дима ушел от ее матери, — я фыркнул. — Да что с тобой? — взорвалась мама. — Почему ты такой твердолобый? Мы не таким тебя растили.
— Кто мы, мама? — вылетел из комнаты, решив сбежать из дома. Ты смотри. Не таким они меня растили.
Да, Димы фактически не было в моей жизни. Да, я называл его папой и даже считал отцом, но он никогда со мной не говорил, если только не нужно было выдать звездюлей. А измены его многочисленные моей маме? Нет, лет до 10-12 все было хорошо. Я даже чувствовал, что мы настоящая семья. До этого времени мы были не слишком богаты, но я не был обделен вниманием, а главное, мама светилась счастьем.
Всё изменилось когда отец стал влиятельным и успешным, появились деньги, и мы переехали в этот дом. После этого его будто изменили. Вначале он стал задерживаться на работе, после и вовсе перестал приезжать по ночам, а иногда мог уехать на несколько дней.
Мама замечала всё, но никогда не жаловался, я не видел её слез, но знал, что ей неприятно. Она перестала быть счастливой, забросила рисование, в котором всегда находила отраду. Единственным её занятием стала организация разнообразных приёмов и походы по бутикам. «Статус обязывает» — вот, что говорил отец, а она повторяла, как покорная собачонка.
Мама изменилась. Я её не узнаю. Не только сейчас, но и раньше я замечал, что она стала думать также, как он, перестала светиться от счастья и высказывать своё мнение.
Меня это бесило. Я не любил фальш и не хотел видеть её такой, я скучал по её счастливому лицу, улыбке и отсутствию забот. В последнее время вроде бы уже всё наладилось, так эта приехала. За пару месяцев до этого отец уделял маме внимание, они даже на отдых вместе поехали, отношения начали налаживаться и мама понемногу улыбалась. И вот на тебе. Приехало это бесформенное нечто.
Опять депрессия и нервы, хотя пока мама выглядела нормально, но я знал, что этого следует ожидать. Пока она в заботах с этой, но скоро всё измениться, Виталина пойдёт в школу, и мама опять останется наедине со своими мыслями.
Идти никуда не хотелось, поэтому я решил просто погулять по городу, остыть. Да уж, не успела сестрёнка приехать, как я уже на грани. А это только несколько дней прошло, что будет через пару недель? Тут 2 варианта: либо она меня доведет, либо я её. Изредка в воспоминаниях возникал её образ, то, как меня торкнуло от её запаха. Я быстро прогонял эти мысли, ничего ужасного не произошло, я взрослый и реакция тела не имеет ничего общего с мыслями и, тем более, чувствами.
Прогулявшись, я немного расслабился и остыл. Что там мама хотела? Помочь ей? Что ж, ладно.
— Мам, с чем там нужно помочь Вите? — набрав маму, решил заранее поинтересоваться, что делать.
— Научи её отвечать на обидные слова, сделай так, чтобы в вашей школе она не стала козлом отпущения, — огорошила меня мама. Да уж, это будет непросто, учитывая то, что я таки намереваюсь её выжить.
— Хорошо. Я скоро буду.
Вначале решил поехать к Валенсии, мало ли какие сюрпризы мне подкинет тело в этот раз.
***
Весь день я сидела над домашним заданием Татьяны – научиться отвечать колко и броско. Сидеть-то я сидела, но только ничего путнего на ум так и не пришло. Пошарив в интернете, нашла только вежливости. Да кто там будет со мной вежливым и нежным? Это подростки. Да я бы и сама не была бы нежной, материлась бы так, что мама не горюй, но я не сильно умела, да и не было особой необходимости. Уже когда стемнело, решила немного отвлечься. Пошла примерять платье, купленное в магазине. Тогда я только мельком взглянула на себя, а сейчас забот не было, можно было повеселиться.
Надела купленное бельё, колготки, платье. Завершали мой образ туфли на устойчивом каблуке. Они мне понравились ещё в магазине. Высокий каблук, небольшой бантик сбоку и шипы на подошве. Я такие только в кино видела, но что сама их когда-то надену даже и мечтать не могла. Взглянула на себя в зеркало. Симпатичная, но чего-то не хватало.
Ну как же. Макияжа и волосы бы распустить. А, была не была. Дернула резинку, накрутила волосы плойкой, рассыпав их по плечам. Круто! Теперь макияж. Сильно краситься не любила, да и не шло мне, была больше похожа на проститутку, чем на шестнадцатилетнюю девушку. Подкрасила ресницы, обвела губы, когда услышала шорох за спиной. Обернулась и увидела Дениса. Он стоял и смотрел на меня оторопевшими глазами.
— Ты что-то хотел? — нарушила я молчание.
— Ага. Мамка просила научить тебя говорить колкости, но если ты так в школу пойдёшь, то даже учить их не стоит, — он усмехнулся и обвел меня взглядом.
— Почему? — непонимающе посмотрела на него и оглядела себя: вроде все было нормально.
— Выглядишь как проститутка, — колко бросил он.
— Да? А по-моему, нормально, — тут же возразила ему, не желая слушать оскорбления в свою второну.
— Это по-твоему, — усмехнулся Денис.
— Да что ты? А чего же стоял, как вкопанный? — лукаво заметила я.
— Я не...— он запнулся.
— Да-да, ты не стоял и не смотрел и вообще пришел помочь мне, так? — я откровенно потешалась над ним. Почему-то в этом образе я чувствовала себя уверенной и дерзкой.
— Меня мама попросила тебе помочь, — оправдывался он.
— Ну так помогай, — я пожала плечами, сделав скучающий вид.
— Эм...ты не переоденешься? — поинтересовался у меня.
— А зачем? Тебе не нравится? — ответила, потешаясь над парнем.
— Ты выглядишь, как проститутка, — снова повторил ту же песню, что я просто не могла не сказать ему.
— Ты повторяешься, в курсе? — заметила я. — Переодеваться я не буду. Давай, учи меня, учитель, — я ослепительно улыбнулась, видя, что он опешил.
— Деревенщина неотёсанная, смотри, куда прёшь! Что на это ответишь? — тут же начал ме "обучение".
— Сам смотри, — не задумываясь ответила я.
— А если получишь в лоб за дерзость? — он хмыкнул.
— Я могу дать сдачи, — уверенно ответила я.
— Правда? — Денис приблизился ко мне. — Сейчас проверим, — с этими словами он схватил меня за руку и встряхнул. — Ты как со мной разговариваешь? Проси прощения, — опять он вошел в образ.
— И не подумаю, — хмыкнула я, чувствуя, как мою руку сжимают сильнее.
— Проси, я сказал, и желательно на коленях, — я дерзко улыбнулась и въехала коленом Дэну в пах. — Твою ж мать, — его рука меня тут же отпустила, — ты силу рассчитывай, ладно? Мы же играем.
— Ну ты ведь не рассчитываешь, — заметила я.
— Послушай ты, — Денис опять схватил меня за руку. — Сбавляй обороты, оборванка, я согласился тебя поучить, а не получать по яйцам, ясно? — его лицо слишком близко, опасно, так нельзя. Он настолько рядом, что я ощущаю его запах.
— А то что? — нашла в себе силы ему противостоять.
— А не то, — он подошел ещё ближе, буквально вжав меня в себя. Я не знаю, что на меня нашло, но я подняла ладошку и приложила её к его щеке, проводя большим пальцем по скуле. Денис замер, а я осмелела. Было ощущение, что я пьяная, настолько непривычным и нереальным для меня было то, как я себя вела. Окончательно осмелев, я приблизилась к его губам, но вместо поцелуя, прошептала:
— Что, настолько деревенщина, что ты прямо мечтаешь меня поцеловать? — он отшатнулся, глядя на меня удивленными глазами и не веря в то, что я таки это произнесла.
Мой день начинался занятиями с Татьяной. Она была милой, весёлой, много рассказывала, помогала мне стать такой, какой должны меня видеть мои одноклассники. Она научила меня «держать лицо» в любом случае, строить гримасу «а-ля не угадаешь, что я чувствую». Была ли я ей за это благодарна? Безумно. Это огромный жизненный опыт, который понадобится мне не только в школе и институте, но и в жизни.
Я больше не была тихой мышкой, шугающейся от любого шороха. Я не бежала в комнату реветь, если меня обижал Денис, я стойко давала отпор и гордилась собой. Я «держала лицо». Да, по ночам я всё же давала волю слезам, но это даже Татьяна советовала, говоря, что разрядка и выплеск эмоций помогает днём пережить проблемы и невзгоды.
Сегодня был последний день наших занятий, уже завтра я должна идти в школу. Одежда была, книги и учебники тоже. Я немного нервничала, ведь столько пропустила, но деваться было некуда. Я всё наверстаю, в этом была уверена.
— Ну как ты? — спросила Татьяна, как только я пришла в библиотеку. — Как ощущения за пару дней до учебы?
— Хорошо.
— Готова?
— К этому невозможно быть готовой, — честно ответила я.
— Ты права. Сегодня у нас последнее занятие. Я покажу тебе, как держать осанку, ходишь ты красиво. Кстати, после занятий вы с Димой отправитесь в ювелирный, — подмигнула Татьяна.
— Зачем?
— Он купит тебе красивые украшения.
— А почему не с тобой?
— Милая, мужчины гораздо лучше женщин разбираются в этом, да и вам давно нужно побыть вместе, пообщаться, всё же он твой отец.
Перспектива получше узнать отца мне понравилась. Татьяна была права, с момента моего прибытия мы едва ли перебросились парой фраз. Он был постоянно занят, мы встречались только за ужином, да и то ненадолго, потому что отец постоянно куда-то сбегал и с него.
Пожалуй, сегодня было самое простое занятие. С осанкой было всё понятно, правда, я понимала, что мне нужно будет обращать на неё внимание всё время, но считала, что у меня получится. Занятие прошло быстро, и уже спустя пару часов я пошла собираться.
Надела прочные капронки, юбку и блузку, а сверху – теплое пальто. На улице сильно похолодало, начало декабря, как-никак. Всю дорогу ехали молча. Папа привез меня в какой-то огромный комплекс, так что я даже не сразу поняла, что это ювелирный магазин, а не супермаркет, где собраны все вещи.
О чём говорить, что делать я не знала, поэтому просто молча ходила и изредка применяла то, что выбрал папа. Он тоже был немногословен, если подходило, говорил, что берём, если нет – велел снимать. Он приобрел мне несколько цепочек, пять пар серёжек, три браслета и два колечка на каждый день. После выбрал подарок для Татьяны. Я улыбнулась, представляя, как она обрадуется, ведь он не обделил вниманием и её.
— Пойдём пообедаем? — предложил отец.
— Идём.
Папа привел меня в небольшой, но уютный ресторанчик. Сделал заказ. Я видела, что он хочет о чём-то поговорить, но не знает, с чего начать.
— Спасибо тебе, что купил всё это, — решила нарушить молчание я.
— Не за что. Ты прости меня, я не уделяю тебе внимания. Сейчас катастрофически не хватает на это времени, постоянная работа.
— Я всё понимаю, — улыбнулась я.
— Ты такая понимающая дочь, не то, что Денис. Никогда слова доброго не скажет, не поддержит, — зло выплюнул отец, а я уставилась на него. Он серьёзно это говорит? Но разве его можно винить, он парень, ему больше хочется отцовского внимания.
На это высказывание я решила ничего не отвечать.
— Пап, ты такое красивое украшение выбрал для Татьяны, она будет рада, — весело проговорила я, но заметив, что его черты сжались, замолчала, не понимая, чем вызвала его недовольство.
— Я бы не хотел, чтобы ты говорила Татьяне об украшении, — бросил отец.
— А, я понимаю, это будет сюрприз?
— Можно и так сказать, просто не говори ничего, ладно?
— Хорошо, — согласилась я. Ну хочет он порадовать Татьяну, почему бы и нет.
Внезапно вспомнила о матери. Ей никто не дарил таких красивых и дорогих украшений.
— Что случилось? — спросил отец.
— Вспомнила о маме, — пояснила я.
— Послушай, Вита, я не слишком хорошо помню твою маму, но мне очень жаль, что так получилось. Если бы она обратилась, но увы...
— Я всё понимаю, — тихо сказала я.
Разговор дальше не шёл, видимо, отец сказал всё, что хотел, а я не знала, как продолжать разговор. После магазина папа повёз меня в кино. Честно говоря, хотелось домой. Было жутко неловко. С Татьяной я быстро сдружилась, а с отцом не получалось, я не знала, чего он хочет, о чём с ним говорить, все же он мужчина.