23.
Прикусываю губу, чтобы не всхлипнуть и вытираю слёзы. Не очень хочется, чтобы он видел, как я плачу.
— Прости, - хрипло и по-русски шепчет Ваня, делая ещё одну затяжку. - Не знал, что ты...
Забавно, но мы впервые оба разговариваем на родном языке. В душе становится тепло от этой мысли.
— Я думала, что меня это больше не задевает, - грустно усмехаюсь и вытираю краем одеяла мокрые дорожки на щеках. - Но, видимо, нет.
— Видя тебя сейчас такой, никогда не сказал бы, что у тебя такое прошлое.
— Я тоже, - признаюсь я. Наступает молчание. Нет, оно не напряжённое. Просто никто из нас не знает, что сказать.
— То, что ты говорила... Правда? - вновь не узнаю Ваню. Такой неуверенный.
— В основном - да, - продолжаю кусать губы и пытаюсь успокоится. Его прокуренный голос навевает спокойствие, как ни странно. - Возможно, отчасти я преувеличила.
— Почему тогда согласилась помочь, если ненавидишь меня? - несколько секунд молчу.
— Я не говорила, что ненавижу тебя. Просто иногда ты бываешь просто невыносим.
Сжимаю в руке край одеяла и несмело спрашиваю у парня вопрос, который меня очень волнует.
— Почему ты позвонил именно мне, а не кому-либо другому?
Ваня молчит и, видимо, тушит сигарету. Чёрт, не молчи же, ну!
— Не знаю. Наверное, в моём понимании ты - та, которая никогда не откажет в помощи, даже если я тебе говорил много неприятного.
— Ты считаешь меня безотказной? - задыхаясь, спрашиваю я. От его слов в животе всё приятно сжимается.
— Ты просто не умеешь говорить «нет», даже если человек тебя очень раздражает, - хоть это одно и то же, но приятно слышать.
— Такого мне ещё никто не говорил.
— Такого я ещё никогда не говорил, - улыбаюсь. Странное чувство охватывает меня.
— Можно я задам вопрос? - конечно, я могла бы сделать это и так, но... Не знаю, отчасти страшно спрашивать. Раз уж у меня есть шанс узнать у Вани всё, что я хочу, то нельзя его упускать.
— У меня нет выбора, - выдыхает Рудской.
— Зачем ты тогда поцеловал меня?
Молчание. Я слышу, что Ваня делает несколько шагов и садится на кровать. Молчит. Это мне не нравится.
— Вань, не молчи, пожалуйста, - шёпотом прошу я. Даже не знаю, чего ожидать от этого человека.
— Ты действительно хочешь услышать ответ? - закрываю глаза, нервно сжимая простыню и молчу. Даже не знаю, что хуже: если я услышу ужасную правду или не буду её знать вообще.
— Хуже уже не может быть, - двусмысленно шепчу я. В прошлый раз, когда я говорила об этом, получилось совершенно наоборот.
— Не знаю, - слышу, что Ваня шумно выдыхает. - Просто ты была такая... Не знаю...
— Я сама виновата, - не хочу больше ничего слышать. Слёзы сами собой катятся из глаз. Эта ночь была слишком эмоциональна. - Надо было меньше пить...
— Тебе ведь понравилось, да? - боже, этот мерзавец ещё смеет такое спрашивать?!
— Ч-что? - шепчу я, бесшумно всхлипывая.
— Просто ответь: да или нет? - он шутит? Я нахожусь в замешательстве. Такого поворота событий я точно не ожидала.
— Ваня... - прикусываю губу, чтобы окончательно не разрыдаться. Слышу его шаги. Закрываю глаза и прикладываю руку к губам.
— Одно слово, Лина, - он останавливается где-то рядом со мной. Страшно на него взглянуть, но ещё страшнее - признать, что мне понравился тот поцелуй.
— Да.
Единственное, что я шепчу в ответ. Он просто тешит своё самолюбие. Издевается надо мной. Ваня просто самовлюблённый идиот, но, чёрт, безумно красивый...
— Лина, - где-то очень близко шепчет зеленоглазый. - Посмотри на меня.
— Ваня... - невольно открываю глаза, хотя категорически не хотела этого делать. Ваня сидит на корточках около кровати, рядом со мной. Изумрудные глаза смотрят в мои, будто дотрагиваясь прямо до души. Перед его взглядом невозможно устоять.
— Я не хочу становится причиной твоих слёз, - шепчет Рудской. Его голос звучит так соблазнительно!..
— Ты уже стал ей, - его ладонь ложиться на мою щёку. Такой неожиданный, но приятный жест! Ваня вытирает большим пальцем слезу с моей щеки.
— Мне жаль...
— Рудской, - принимаю сидячее положение и ставлю ноги на пол. Брюнет убирает свою руку, но продолжает смотреть на моё лицо. - Что ты делаешь?
— Тебе ведь нравятся мои действия...
— Не заставляй меня признавать это снова, - самое ужасное в этой ситуации то, что каждое его слово - чистая правда.
— Чёрт, Алина, - Ваня встаёт и пускает руку в шоколадные волосы. Вновь вижу его голый и манящий торс, но опускаю глаза на руки. - Я тебя не понимаю...
— Нет, Ваня, это я тебя не понимаю! - вскакиваю с кровати и отхожу к окну. Вновь хочу ему высказать всё, что чувствую и думаю, но не могу. Боюсь, что он меня отвергнет? Возможно. - Как бы я ни старалась найти объяснения твоим действиям и поступкам, это невозможно!
14.11.19