*
Я проснулся раньше чем обычно. За окнами только мелькал рассвет, а небо ложилось лёгким градиентом во всех оттенках синего. Я сонно потёр глаза и сразу же вспомнил последние события. Вспомнил, как видел уходящую Алису, как сказал Марго не выпускать её, а потом темнота. Я упал в обморок?
Принимаю положение сидя на диване и опускаю ноги на пол. Рядом чувствую ещё одно тело. Мирно спящая Алиса со связанными руками ворочилась за моей спиной.
— Как тебе? — Волков сидел напротив картины и смотрел на девушку. — Нехило ты её.
— Это не я. — первое же оправдание, но правда ли это?
— Как же. Я пришёл к тебе, а ты сидел рядом с этой пташкой и твердил себе под нос, что не отпустишь её. — он подошёл к ней и провёл рукой по белоснежным волосам. — Не думаю, что, когда она придёт в себя, будет рада всему, что происходит. — я смотрю на него напуганными глазами, иногда поглядывая на саму виновницу происшествия. — Ты не можешь отпустить её. Понимаешь?
— Но я не могу держать её здесь против её же воли.
— А она может пойти в полицию и рассказать всё, что здесь произошло. Как ты усыпил её, связал, так ещё и не пойми, что вытворял пока она спала. — он пристально смотрит в мои глаза и ожидает чего-то, но я молчу. Причина даже не в этом... — Ты сам не сможешь отпустить её.
— Я не хочу чтобы она мучилась. — встаю с дивана и иду к своему столу.
— Ты единственный, кто остался с ней. Ты единственный, кто будет любить её и оберегать. Она не будет пленницей, она будет твоей королевой. — его слова были слаще мёда для моей души и на мгновение я не хотел принимать это, но моё тело... Я не мог отпусти её. Она моя.
Олег увидев ту решительность в моих глазах улыбнулся. Он был прав и я ему верил. Возможно, я просто хотел оправдать свои действия, но ведь со мной ей будет легче. Я дам ей всё: всё, что она пожелает.
Когда первые лучи коснулись белых прядей Соколовой, она тут же очнулась. Я всё это время смотрел на неё. На её аккуратные черты лица, на её связанные руки, на её волосы. Боже, как же я хочу почувствовать её губы на своих, как хочу запустить свои руки в её волосы, докаснуться до каждого сантиметра её тела. Её грудь тревожно поднималась и опускалась, её рот был слегка приоткрыт, её измученные руки, скорее всего уже затекли от веревок, но мне так нравилось видеть её беспомощной. Так нравилось видеть её в своей клетке.
— Проснулась. — она сразу же повернулась ко мне и отползла в самый угол дивана. — Эй, эй. Тихо, это я.
Она заглянула в мои глаза и с облегчением вздохнула.
— Как же ты меня напугал вчера. — она дёрнула руками и показала жестом, чтобы я их развязал, что и пришлось сделать. — Ты помнишь, что было? — отрицательно качаю головой. — Ты был будто другой, будто более дикий. Сначала ты оставил это. — она убрала свои волосы и я увидел кучу маленьких следов. Алые пятна почти по всей шее. — Потом ты вколол мне снотворное, а после гонялся за мной, когда я пыталась уйти. Ну и ночью связал меня и вот.
Я ничего такого не помню, что сильно меня насторожило. Я помню лишь, что выпил пару бокалов, а потом ничего. Может это алкоголь так повлиял?
— Теперь я могу быть спокойна. — она встаёт с дивана и идёт по направлению к двери. Дёргает за ручку, но она закрыта. — Открой, пожалуйста. — я знаю, что она хочет и я не мог этого допустить.
Отрицательно качаю головой и медленно подхожу к ней.
— Алиса. Я могу дать тебе всё,что захочешь, а в замен прошу лишь быть рядом. Не оставляй меня.
— Серёжа открой. — она пыталась держать со мной расстояние и ходила по кругу офиса от меня.
— Я подарю тебе весь мир, но прошу останься. — я хочу докаснуться до неё. Моя дрожь превращается в атаку. Меня трясёт как не в себя. А всё, что мне нужно, это одно прикосновение. — Смотри, смотри, что со мной происходит, — она сквозь злость и разочарование смотрит на мои руки. — Это из-за тебя. Ты меня успокаеваешь. Ты залог моего спокойствия. — она смотрит на меня и качает головой.
— Нет, нет, нет. Это не я. Я хочу уйти. — её голос слегка дрожит, но я не собираюсь её отпускать.
Срываюсь с места и бегу к ней, а она от меня. Успеваю схватить её за руку и тяну в свои объятия. Она дёргается, пытается вырваться, пытается отрицать всё происходящее.
— Ты моя птица. Ты свободная, но не на всё небо. Ты не пленница и не домашний зверёк. — она замирает в моих руках, будто жертва в зубах хищника. — Я сделаю тебя своей и всё будет по правилам. — я чувствую как что-то маленькое капнуло мне на руку. — Ну же, не плачь. Я же люблю тебя и всё это делаю ради тебя. — я придумаю ее в себе ещё сильнее. — Мы будем идеальной парой. Ты моя жена, а я твой муж.
— Нет, нет, нет. — она дёргается будто в приступах. Я держу её изо всех сил и так не хочу отпускать. Я верю в то, что всё происходящее для её же блага, но почему тогда что-то внутри так ломит от боли. От её слёз мне хочется выть, как щенок. — Ты, ты не можешь так поступить со мной. Ты же не такой, Серёжа, прошу.
— Мы подадим заявление завтра же. Ты будешь свободна, я тебе обещаю. Но только теперь эта свобода будет иной. — я не запер её, как зверька. Она будет свободна, но не до конца. Она будет, как все девушки и жены, заниматься своими делами, но постоянно под моим наблюдением. Днём она будет дарить мне своё тепло и любовь, а ночью согревать наедине...
— Я не хочу этого.
— Ну же, я не сделаю тебе ничего плохого. Ты будешь счастлива.
Она медленно прикрывает глаза и расслабляется в моих руках.
— Алиса?
— Она без сознания. Слишком много эмоций, вот и не выдержала. — Олег вошёл в кабинет с очаровательной улыбкой. — Тебя уже можно называть женихом?
Я тревожно смотрел на расслабленное тело девушки и мой мандраж брал верх надо мной.
— Успокойся Серёжа. Это всего лишь обморок. С ней всё хорошо, положи её на диван. — я сделал всё, как он и сказал.
— Она так сильно меня ненавидит?
— С чего бы это?
— Она так яростно отрицала мои слова. Она не хотела становится моей. — я не понимал почему ей не хотелось этого. Я ведь дам ей всё. Я заберу её боль, подарю новые эмоции и ощущения.
— Она просто ещё не поняла, что ты хочешь ей подарить. Свыкнется со временем. — он садится рядом с Соколовой и перебирает её волосы. — Красивая.
— Она – загадка.
— Я заметил. — Волков странно ухмыляется и продолжает играть с её волосами. — Тем не менее у вас будет кучу времени, чтобы привыкнуть друг к другу. Я же вижу, как ты хочешь её. Она для тебя не просто успокоительное, не просто предмет обожания. Она твоя зависимость.
Я отпускаю голову, не зная,что ответить. Она и правда стала намного ценнее для меня. Я был готов найти её в любом конце мира, если придётся. Она этого не понимала, но совсем скоро у неё просто не будет выбора. Она станет моей...
***
— Игорь может стоит опросить его помощницу? Она ведь скорее всего что-то знает. — Дубин вечно крутился под рукой у майора, что его начало всё больше и больше бесить с каждым днём.
— Как же я до этого сразу не додумался. — саркастично ответил Гром жужжащему под ухом парню. Дубин сразу понял намёк и притих. — Достань мне информацию на неё, я позже схожу к ней в гости.
Поиски информации у Димы занял чуть меньше часа, и спустя достаточное время Гром стоял перед дверью Соколовой. Он пару раз постучал, но никто даже не откликнулся.
— Извините это из полиции. — он по привычке дёрнул за ручку и дверь сама открылась. Он осторожна заглянул в неё, но ту же быстро заскочил. — Здесь есть кто-нибудь? — разруха в доме, будто после хорошего махача, не давала обычным мыслям прийти в голову. — Алиса Петровна?
— Игорь тут ещё была информация. — Дима врывается в квартиру и сначала не сразу замечает весь бардак. — Что здесь произошло? — он оглядывается и поправляет свои очки.
— Дубин, информация. — Игорь почти испепеляет стажёра взглядом и тот, сглотнув, огласил:
— Её родители погибли два дня назад в автокатастрофе. Последний раз её видели в этой квартире в день их смерти. — он подал майору документы с фотографиями и свидетельствами о смерти.
— Тогда куда она делась, так ещё и оставив квартиру открытой? — Дубин пожал плечами, а к загадкам Грома добавилась ещё одна.
— Возможно от горя она того...
— Не неси чушь, Дубин. Или порыскай ещё и достань мне последние записи с камер наблюдения, в которых мелькала эта особа.
— Это займет около пяти часов.
— Тогда вперёд. Я ждать долго не буду. — Дима тут же скрывается из виду, а Гром решает задержаться немного по-дольше.
Его привлекла кровь на полу. Её аккуратный след вёл в ванную комнату, где была целая лужа. Но его удивило не это. Он увидел следы. Совершенно посторонние. Кто-то запачкал свою обувь в крови девушки, и его следы остались на паркете. Обувь была довольно большого размера, значит это мужчина. Единственный мужчина, который первый пришел в голову полицейскому – Разумовский...
***
— Сергей? — при входе в его кабинет громко произношу его имя и вхожу.
— Майор, вы что-то хотели? — он выходит из-за угла огромного экрана и подходит ко мне. Я протягиваю ему руку и он отвечает мне тем же. В этот раз его руки совсем не дрожат, он даже совершенно уверенно отвечают на моё рукопожатие.
— Я по делу вашей помощницы. Сегодня утром я хотел задать ей пару вопросов, но квартира была разгромлена. На полу я увидел следы мужской обуви, оставленных кровью потерпевшей не месте. Предположительно это ваши следы, я прав?
— Вы совершенно правы. Как вы знаете, в тот день её родители погибли в автокатастрофе. Она пыталась, — он поперхнулся, не говоря того слова, — в общем я нашёл её и отвёз в больницу.
— А где она сейчас, вы не знаете?
— Она в моей комнате. Отходит после произошедшего.
— Я могу пройти к ней? — парень скорее всего начал раздражаться так как его кулаки сжались до побеления на костяшках. Никогда не замечал в Сергея такого.
— Она сейчас отдыхает, думаю не стоит тревожить. Её организм ещё не до конца восстановился, а уж психика и подавно. — он легко намекнул мне уйти, что я и сделал.