Фанатка
Мы вышли из помещения поп-апа, когда уже начинало темнеть. Город светился огнями, а воздух был тёплый, почти липкий от летнего вечера. Егор шёл рядом, молчал. Его пальцы иногда чуть задевали мои, но он не спешил взять за руку. Это странно — ведь час назад он улыбался мне как никто другой, пока я фотографировала его рядом с гигантской бутылочкой пенки.
— Ты такая тихая, — вдруг сказал он, посмотрев на меня сбоку. — Или думаешь о чём-то?
— Думаю, — честно ответила я. — О тебе.
Он чуть усмехнулся, но потом взгляд его стал серьёзнее.
— А тебе не показалось, что ты слишком много внимания уделяла тем ребятам с камеры?
Я подняла бровь.
— Ты про Влада и Лешу?
— Ага. Один из них всё время смеялся с тобой. И смотрел… как-то слишком.
— Ты ревнуешь? — спросила я мягко, с тенью улыбки.
— А если да? — ответил он быстро. — Я привык быть в центре внимания, особенно твоего. А сегодня чувствовал себя, будто я просто один из.
Я подошла ближе, почти вплотную. Его глаза — как всегда, глубокие, чуть уставшие, но цепляющие.
— Ты не «один из», Егор. Ты — мой человек.
Он чуть наклонился и прошептал:
— Тогда докажи. Не словами.
Я положила руки ему на шею и потянулась к нему. Город растворился — остались только он, я и это лёгкое напряжение в воздухе, как перед грозой. Мы поцеловались прямо под фонарём, среди людей, которым не было до нас дела.
Его руки всё ещё были на моей талии, когда я услышала голос за спиной:
— Егооор! Боже, это и правда ты?! ААА!
Я обернулась, и сердце чуть ёкнуло — к нам стремительно шла девушка лет 19–20, на каблуках, в облегающем платье и с телефоном в руках. Она уже снимала сторис, будто это её личный концерт. Улыбка у неё была до ушей, взгляд — прилип к Егору, как будто меня рядом и не существовало.
— Я просто обожаю тебя! — захлопала ресницами. — Я была на трёх концертах, у меня даже твоя татуировка! Смотри!
И, не стесняясь, она задрала край платья на бедре, показывая его имя, набитое чёрным курсивом.
Егор немного отстранился от меня, шагнул вперёд.
— Приятно, — коротко сказал он, и голос его стал чуть прохладным.
— Мы сейчас заняты, если честно.
— Ну я на одну фотку, плез! И ещё обнимашки, как в 2019, помнишь?
Я почувствовала, как во мне что-то закипает.
— Прости, — вмешалась я, — мы действительно разговариваем.
Фанатка перевела взгляд на меня. Оценивающе.
— А это кто?Маша?
— Его девушка, — спокойно сказала я. И посмотрела ей прямо в глаза.
Она скривилась, будто я испортила ей вечер.
— Ну ладно… — протянула она, повернулась к Егору. — Ты всё равно мой краш навсегда.
— Хорошего вечера, — сухо ответил он. Девушка ушла, виляя бёдрами. Я посмотрела на Егора — он вглядывался в землю, будто злился.
— Прости, — сказал он. — Я не всегда могу от них отмахнуться.
Я молча смотрела на него.
— Я не против твоих фанаток. Но я не люблю, когда они считают, что могут обнимать тебя как куклу и стирать меня из кадра. Я рядом, и я не исчезаю.
Он резко посмотрел на меня, взял за руку.
— И ты не исчезай. Ни за что, ладно?
Я кивнула.
Он потянул меня к себе и обнял крепко, по-настоящему. Так, как будто ни одна фанатка больше не могла влезть между нами.