Одно сердце на двоих

Орландо.

Я открываю глаза, когда чьё-то сбивчивое дыхание гладит меня по спине.

Опустив глаза на свой живот, я увидел свисающую маленькую руку Азалии. Она немного подрагивает во время сна. Интересно, ей снюсь я?

В комнате витает запах Азалии. Запах цветов и клубники. Её запах. Я хочу, чтобы не только в моей комнате образовалась эта дымка сладости. Я хочу, чтобы он был везде, повсюду. Моё сердце давно захвачено ею, а мне не хватает её запаха.

Повернувшись на её бок, я увидел милую картину. Пухлые губки Азалии приоткрыты, и из них волной выходят тихие вздохи. Можно, воспользоваться ситуацией, и запустить свой язык в её сладкий ротик, но я этого не сделаю. Я хочу, чтобы она меня поцеловала. Чтобы её язык искал ответы. Хочу, чтобы она меня повалила на кровать. И чтобы её пальцы исследовали моё тело.

Мой милый цветочек. Как же я этого хочу.

Одеяло спало с неё. Поэтому я могу видеть, как верхняя часть её тела повёрнута в мою сторону, а нижняя так и осталась лежать неподвижно.

Волна злости и переживания накатила на меня. Злости - от того, что грёбаные врачи не справляются со своей работой как надо. И из-за их недоработок страдают люди. Переживания - за Азалию. За то, что она будет.. и страдает от этого. Я никогда не верил. Я не могу верить. Моя вера умерла давно и засела где-то глубоко во мне. То, что Азалия пойдёт, для меня - чудо. Я просто не могу поверить, что её изящные и худые ножки отказали.

Сколько я бегал по этим чёртовым врачам. Я готов был убить каждого, и мне было похер, виноват он в случившемся с цветочком или нет. Убить лечащего врача Азалии для меня цель, которую я, блять, не смог выполнить. Это была женщина. Я не мог убить женщину. В который раз хочу себя побить за свою слабость к женскгму полу. За свою жизнь я не убил ни одну женщину. Всё это из-за моей мамы. Моя мама - женщина, моя девочка - женщина! и даже врач Азалии - грёбаная женщина. Не знаю, был бы я больше рад мужику, который лапал бы Азалию, или женщине, которую не могу и пальцем тронуть.

Мой ночной цветочек так прекрасен! Он не заслуживает на такую ничтожную жизнь. Ночной цветочек. Азалия больна. Это не исправить. Я буду её лечить. Я не верю в её выздоровление. Я, блять знаю, что она выздоровеет. Про её болезнь мне мало что известно. Только в мелочах. То, что она не может выходить на улицу под ультрафиолет. И всё. Я буду узнавать про это больше. Я хочу знать, с чем она может столкнуться во время Ксеодермы.

Немного оттолкнувшись от подушки, я подался к бёдрам Азалии и повернул их в предназначенную сторону.

Даже не думал, что буду так отлично спать. Со сном у меня в принципе нету проблем, но когда рядом Азалия, я впадаю в спячку. Я погружаюсь в сладкий сон, от которого у меня сводят судороги. Чертовски прекрасная девушка.

Посмотрев на неё последний раз, я пошёл в ванную.

Обычная чистка зубов прошла быстро, и я с полотенцем в руках вернулся в комнату за телефоном.

Вчера мы говорили с Мартином о похищении уже настоящей девчонки. Две неудачных попыток обошлись мне в постоянные упрёки Дарио. Чёртов отец думает, что он может лезть в мои дела и прикладывать к ним руку, но даже не знает, как это может обернуться. Мама до сих пор не знает про измену отца. Возможно, этим я и воспользуюсь в дальнейшем.

Хватаю телефон и хочу вернуться, но в последний миг слышу глухой вздох. Повернувшись к девушке, я заметил приоткрытые глаза, которые строго смотрели на меня.

- Доброе утро. - произношу и вижу, как ещё больше хмурятся её брови.

- Оно не доброе. - попытавшись встать, она похоже вспомнила про отсутствие ходячих ног.

- И почему же? Что уже не так?

- Ты насильно затащил меня в свою кровать. И я не знаю, что ты со мной делал. - усмехаюсь и сажусь возле неё.

- Без твоего согласия я бы ничего не сделал. Ты же не хотела?

- Нет! Конечно, нет! Что за глупый вопрос. - вдруг она отводит взгляд и смотрит в стену, будто прячась от меня.

- Смотри на меня, когда говоришь со мной.

- Не смей мне указывать, что делать. Ты мне никто.

- Азалия, ты так часто говоришь это никто, что мне хочется побыстрее превратить его в « муж ». - погладив её по щеке, у неё появляется небольшой румянец, который заметить можно только вблизи.

- Боже, нет. Ты никогда не будешь моим мужем. Ты быстро надоешь мне своими приступами ревности.

- Даже если ты будешь говорить вечно, я тебя буду слушать. Мне никогда не надоест смотреть на тебя. - её взгляд остановился на мне и застыл. Сам не знаю, зачем сказал это. Это рвалось наружу уже давно, но сказал только сейчас.

- Ты мог бы отнести меня в мою комнату. Мне нужно привести себя в порядок. И принеси моё кресло из гостиной. - обойдя кровать, я поднёс свои руки к её спине и поднял. Пока нёс её, она косилась на меня и я это замечал, от чего мне становилось смешно. Если нужно огрызнутся на меня, она тут же это сделает. Но если разговор заходит про любовь, она сливается с темы. Я и сам не люблю такие слова как « я тебя люблю », « ты мне нравишься », но в последнее время мне хочется это говорить только ей. Сам не понимаю откуда столько нежности.

***

Нажав последний раз по клавише ноутбука, я отставил его в сторону и тяжело вздохнул. Работа с утра и до вечера утомляет. Сам теперь не понимаю, что делать с этой девушкой. Все мои планы рухнули в один миг. То, что я планировал месяца, не дало никакой пользы. Я должен был выйти в плюс, а вышел в чёртов минус. Легче будет убить Коловецкого, чем охотится за этой девушкой.

Сейчас на меня рухнули горы роботы, которые нужно начинать выполнять прямо сейчас. Ещё и постоянные мысли об Азалия, которая целыми днями сидит дома. Правда, к ней приехала её сестра, и я уже не так сильно напрягаюсь по этому поводу. Всё же мне нужно её увидеть для своего удовольствия, чтобы эти навязчивые думы исчезли из моей бошки.

Азалия может притягивать к себе людей своим энергическим тяжением. Если увидел её впервые... уже не оторватся. Она должна пользотся этим. Это её дар, который она заслужила не просто так.

Схватив свой телефон, я вышел из кабинета и направился к выходу. Но меня остановил настойчивый звонок одного из моих охранников.

- Да. - коротко ответил я и спустился по лестнице офиса.

- Босс, я думаю, нужно вам это сказать.

- Если позвонил, значит, говори.

- К дому подъехал какой-то мужчина и сказал, что он к Азалии Лесной. Я пошёл спросить у неё, кто это. Она сказала пустить его. - моя рука сжала айфон, и я чуть не отбросил его в сторону.

- Вашу мать.. Идиот!

Быстро подойдя к машине, резким движение срываю дверцу и уезжаю, не обращая внимания на грёбаные светофоры и пешеходы. Я жал на педаль, как не жал никогда.

Какой-то чёртов ублюдок решил, что ему всё позволено, в том числе и трахать Азалию?

Я приехал на место раньше, чем было нужно. Подбежав к воротам, одарил охрану суровым взглядом и направился во двор.

Только зайдя на территорию дома, вдали вижу Азалию, сидящую в кресле, болтающую с каким-то мужиком. Они смеются? Они, мать вашу, смеются.

Мои шаги были с размером в три меня. Я старался добраться к ним побыстрее, только вот громная территория не позволяла это сделать.

Её глаза перемещаются на меня, когда я подхожу к ним. Они замолкают, и с их лиц спадают те весёлые и живые улыбки. А на моём явно читается недовольство. Я даже скажу больше. Ярость. Этой яростью я охвачен весь. И если этот пацан задержится тут ещё на минуту, я выколю ему глаза и руки, чтобы он не смог прикасаться к ней и смотреть на неё.

- Это кто? - пытаюсь быть сдержанным, но мой взгляд меня выдаёт.

- Он... - начинает Азалия. - А какая тебе разница?

- Никакой. Проваливай отсюда и забудь сюда дорогу. - подталкиваю его с порога и провожаю гневным взглядом. Отходя, он крикнул напоследок:

- До встречи, Азалия.

- Пока. - мило помахав рукой, она собиралась развернуться и заехать в дом, но я резко развернул её на себя и руками зафиксировал её кресло.

- Азалия.. Не играй с огнём.

- Я с тобой не играю. Ты сам начинаешь эти бессмысленные игры, в которых, как всегда, выигрываю я.

- Мы ещё не закончили, мой милый цветочек. Ты мне всё равно расскажешь про этого парня. - везу её на кухню и останавливаю кресло возле кухонного островка, где она сейчас будет принимать позу сидящей русалки.

- Зачем мы сюда пришли? Орландо, меня не забавляют твои странные игры.

Беру её за бёдра и сажу на столешницу. Её ноги безжизненно свисают, и я снова проклинаю себя за это. Но в остальном она чудесна. Руки, которые опираются о стол, и ягодицы, которые подскакивают под ней из-за своей накачаности.

- Долго будешь глазеть на меня? Ты в курсе, что раздеваешь меня взглядом?

- Я уже говорил, что мне никогда не надоест смотреть на тебя.

- Почему? Что во мне такого? Да, я красивая. Но не настолько, чтобы мною очаровался сам Орландо Вилла.

- Настолько. Поверь. - ещё пару минут не свожу глаз с её бёдер, но всё же приходиться. Она усмехается и отворачивает голову от меня, чтобы не встретиться взглядами.

- Дино, брось. У тебя слюна уже потекла. Как давно ты трахался?

- Не помню. Когда ты приехала я точно не лез в постель к другим.

- Они к тебе лезли? - её песочная талия отказывается в моих руках, и я сильнее прижимаю её к себе, так, чтобы наша кожа соприкасалась друг с другом.

- Дино. - тихий и глубокий вздох вырывается из неё, когда я зарываюсь лицом в её волосах.

- Что, цветочек? - не хочу её отпускать. Не хочу переставать нюхать её, целовать, трогать, смотреть, ласкать. Хочу обнять и поцеловать. Эта девушка невероятно прекрасна. Лучше Афродиты или Нимфы. Она мой ночной расцветающий цветок. Среди миллионы полян и тысячи цветов я замечу только её.

- Ты бы мог меня отнести?

- Конечно. Как скажешь. - снова подхватываю её совершенное тело и несу наверх.

Я не лишу себя удовлетворения понести её на руках.

Когда я подхожу к её спальне, готов открыть дверь, но она меня останавливает и вглядывается в мои глаза.

- В твою комнату. Если ты не против. - мои глаза округлились, когда я это услышал. Не думал, что когда-то смогу услышать эти слова слетающие с её уст.

- Не против.

Когда ложу её на свою кровать, чувствую прилив крови в члене. Твою мать, только не сейчас.

- Я пойду в душ. Ты не жди, засыпай. - придётся справляться одному. Я грёбаное животное, которое не может контролировать свои яйца. При каждой встречной девушке такого не было бы. Но Азалия. Я не могу не возбудиться, увидев хоть одну оголённую часть её тела.

Эта девушка сведёт меня с ума. Невыносимая, но такая чудесная.