Одно сердце на двоих

Азалия.

Просыпаюсь от настойчивых звонков Луны. Я не хотела брать трубку целый день, думая, что начнутся расспросы про Орландо. А я этого не хотела.

Всё-таки беру трубку и слышу в ней маленькие всхлипы. Я сразу поднимаюсь с кровати и говорю серьёзным голосом:

— Луна, что случилось? — идёт минута молчания, после чего она говорит:

— Азалия... мама, она.. она в больнице. Я не знаю, что случилось. Я.. не знаю. Пожалуйста, приедь, мне страшно. Папа делает ей операцию сейчас, а я просто стою в коридоре и жду хоть каких-то новостей. — всё внутри застыло, я покрылась мурашками, и прокручивала эти слова снова и снова.

— Лу, зайка, послушай, не плач, я скоро прилечу. Я уже собираю вещи. Только, пожалуйста, не переживай. Вы давно там? Почему ты не позвонила раньше? — открываю чемодан и запихиваю туда всё, что попадается на глаза.

— Папа сказал не беспокоить тебя, но я не смогла. Мне очень страшно, Ли.

— Зайка, сейчас ещё солнце не зашло. Давай через два часа я выеду в аэропорт и, думаю, через три часа прилечу. Хорошо? Не переживай, малыш.

— Хорошо, только прошу тебя быстрее. — сбросив вызов, я быстро собрала все необходимые вещи в самолёт и посмотрела расписание рейсов. Через два с половиной часа самолёт отправляется. Хорошо, как раз успею приехать.

Как я могла оставить маму одну, когда знала, что у неё плохо со здоровьем. Я самая ужасная дочь и сестра в мире.

***

Через два часа, когда солнце зашло, я оделась, заказала билеты и вызвала такси.

Сейчас я жду такси около дома. Я никому ничего не сказала. Пусть они не будут знать меня, пусть забудут меня, потому что я больше не вернусь сюда. Я буду теперь всё время проводить с родителями, какие бы проблемы у меня не были.

Слышу сигнал машины и нахожу её глазами. Сажусь в неё.

— В аэропорт. — кивнув мне, водитель развернулся и выехал в город.

Только мы начали выезжать с територии дома, я увидела машину Орландо, которая ехала нам навстречу.

И вот он проехал мимо. И теперь мы с ним не встретимся.

Может, я была для них обузой, а теперь они избавились от меня и смогут сделать всё, как и хотели - украсть ту девушку. И я им не помешаю.

Через десять минут мы были на месте. И я выскочила с машины, так как уже опаздывала.

Проскочив через толпу людей. которые, возможно, тоже спешат к своим родным.

Быстро подойдя к своему рейсу, я отдала билет и багаж, и меня провели в самолёт.

Я прошла на своё место и сразу начала звонить Луне. Она взяла трубку не с первого раза.

— Лу, почему ты не берешь трубку? Я уже в самолёте.

— Прости, я была в отключке. Немного плохо стало.

— Солнце, ты не должна тратить свои последние силы на слёзы. Дождись меня, и я буду рядом с тобой, хорошо?

— Я не уверенна, но ладно.

— Люблю тебя.

Повернув голову к окну, я уснула.

— Девушка, отключите, пожалуйста, все электронные приборы. Мы будем взлетать и пристегнитесь. — открываю глаза и вижу стюардессу. Киваю на её указания и пристёгиваюсь.

Опять отвернувшись к окну, я засмотрелась на ночной город. Как же красиво.

— Здесь свободно? — прозвучало сбоку, но я не стала поворачиваться и просто сказала:

— Да.

Почувствовав знакомый запах, я резко повернулась к мужчине. И это оказался Орландо.

— Титан? — мои глаза округлились, и я просто сидела и смотрела на него, как дура.

— Привет, далеко собралась?

— Чего ты здесь делаешь? — моя злость берёт вверх, потому что я больше не хотела его встречать.

— Я приехал за тобой. Когда я увидел такси, сразу понял, что это ты, и поэтому поехал за тобой.

— Зачем? Послушай, хватит за мной следить.

— Почему ты ничего не сказала, а просто уехала? Я тебя как-то обидел?

— Ты? Ты мне никто, чтобы я обижалась на тебя.

— Азалия... не говори так.

— А как мне говорить? Ну и вправду, кто ты мне? Я просто жила у тебя. Кстати, спасибо, что приютил, но мне пора.

— Азалия, почему ты решила так внезапно уехать? И прежде чем ты скажешь, что это не моё дело, я скажу: это как раз таки моё дело, потому что я должен следить за тобой.

— Что? Я тебя не просила об этом, Титан. Ты сам выследил меня и украл. Я не хочу тебя видеть. Уходи.

— Если ты сейчас серьёзно, я уйду, и мы больше никогда не увидимся,  цветочек. — я пытаюсь подавить в себе слёзы и с грубостью во взгляде отвечаю:

— Уходи. — резко встав, он посмотрел на меня в последний раз и ушёл. Куда он ушёл, меня совсем не интересует.

***

Когда я выхожу из самолёта, у меня не остаётся совсем сил. Но я набираю номер Луны.

— Ало! Азалия, ты уже прилетела?

— Да, зайчик. Скажи адрес, и я приеду.

— Азалия..

— Луна..?

— Ли, папа сказал, что маме осталось недолго. — чемодан выпадает из рук, и я ничего не вижу из-за накопившихся слёз.

— Лу, что ты такое говоришь? Ты же врёшь?

— Нет, папа делает операцию. Но она не выживет.

— Я знаю, что ты врёшь. Просто скажи адрес больницы, я скоро буду. — сбросив вызов, я вызвала такси и поехала по адресу.

Подъехав к больнице, я быстро выбежала, не забрав чемодан.

Спросив у стойки регистрации, где находится мама, я поднялась на 5 этаж и побежала искать по коридору.

Завернув в один из углов, я увидела заплаканную Луну.

— Зайка.

— Азалия. — она подбегает ко мне, завалившись на меня. Я улыбаюсь. За столь долгое время.

— Ты как?

— Никак, Ли, мне плохо. Я очень боюсь за маму. — чувствую, как моя тонкая майка становится мокрой, и отстраняюсь. Смотрю на сестру.

— Ты не должна плакать. Ты должна верить в то, что она выживет. А она обязательно выживет.

— Папа сказал... что это с вероятностью в десять процентов. — я понимаю, что это маловероятно, но я хочу верить. Я давно не верила в чудо, но в этот раз нужно попробовать.

— Садись и расскажи, что с ней случилось. Почему её увезли в больницу?

— Я просто сидела в комнате. Но забежал папа и сказал, что они уезжают в больницу. Он так и не успел сказать, почему. Я, конечно же, поехала с ними. И сижу здесь уже пять часов.

— Ладно, давай подождём результаты. — обняв её за плечи, мы стали ждать.

Через час к нам вышел папа. И я сразу побежала к нему.

— Привет, папуль! Прости меня, пожалуйста. Я не должна была уезжать.

— Ничего, Азалия, ты не виновата.

— Что с ней?

— Я пока не могу сказать вам. Через три дня будет известно.

— Пап, почему маме стало плохо?

— Она была больна.

— Стоп! Что? Ты что сейчас говоришь такое? Чем? Папа, вы не говорили. — я просто обезумела от такого. Слишком много всего за несколько дней произошло. Про какую болезнь идёт речь?

— Мы думали, она выздоровела. И поэтому ничего вам не говорили.

— Пап, но как вы могли такое скрыть от нас? — врывается в разговор Луна.

— Потом поговорим. Сейчас нам нужно следить за здоровьем вашей матери. — он ушёл, толком ничего не сказав.

***

Мы сидим дома и смотрим фильм с попкорном. Уже как два дня мама лежит в больнице. Отец звонит и рассказывает про неё, а мы сидим дома и не выходим.

Так же мы не спим от слова совсем, потому что надеемся на звонок папы, где он скажет, что маме лучше.

Все эти дни я так же думала о том, что сказала Орландо. Я его совсем не знаю и не хочу знать. Он плохой человек, и я точно знаю, что он хотел воспользоваться мной. Что говорить, если он хотел украсть девушку ради своей выгоды. Точнее, украл, только не ту. Но это не меняет факта, что он украл человека.

— Азалия, а ты мне не хочешь рассказать, кто был тот парень? — ну нет. Почему, как только я начинаю про него думать, это оборачивается несносными разговорами.

— Это был просто друг. Вот и всё.

— А почему ты мне не рассказывала про него? Ты так быстро нашла себе друга?

— Можно и так сказать. Сейчас я принесу чая, и продолжим смотреть.

Ухожу в кухню и достаю чашки. Беру два пакетика с чаем и заливаю кипятком. Закончив делать чай, я пошла обратно к сестре и села рядом на диван.

Помню, мама всегда любила такие теплые посиделки у телевизора с чашечкой чая. И было всё равно, летом это или нет, но мы зарывались в плед и смеялись, с очередной комедии о подростках.

— Азалия, папа звонит!

— Бери, бери быстрее. — мы жмём на зелёный кружок, и раздаётся голос папы.

— Девочки, что вы делаете? — его голос очень измученный и усталый. Он наверняка не спал всё это время. Надеюсь, всё хорошо.

— Папуль, мы сидим, фильм смотрим. Как там мама? — адреналин бушует внутри. То самое чувство, когда ждёшь ответа, но его тянут.

— Девочки... мама умерла. — рука подлетает ко рту, чтобы как-то сдержать своё горе.

Мы смотрим друг на друга с открытыми ртами и просто не знаем, что сказать. Я хотела узнать ответ, но не такой. Лучше бы я вообще не знала ответа.

Луна начинает плакать, и я вижу горечь в её глазах. Она ещё совсем малышка, и пережить такое — это самый сложный этап в её жизни.

Я очень надеялась, что первую похоронят меня, а не я кого-то. Боже, какая же жалкая жизнь у людей. Ненавижу этот грёбаный мир.

— Пап. — еле проговариваю я с комом в горле. — Ты сейчас серьёзно?

— Да, дорогая, можете не приезжать в больницу. Я скоро приеду. Нужно заказать похорон. Не переживайте. — не переживайте. Заказать похорон. Умерла. То, что я не хотела никогда слышать. Всё же было так хорошо. Я жила, мы все жили, радовались, но в какой-то из моментов, жизнь просто начал издеваться над нами поочередно. Сначало я, потом мама.

В какой раз, я убедилась, что чуда не существует.

***

Звонок в дверь и я иду открывать, пока Луна сидит и плачет на диване. Где-то 20 минут она ревела и кричала на всю квартиру. К нам даже прибегали соседи. Я еле её успокоила, даже успокаивающее наливала. Она просто физически не может вынести столько боли. Что же будет, когда я умру...

Открываю дверь и там, как и предназначалось, стоит папа. Его не держат ноги, он опирается о стенку. Его веки закрываются, и он пытается перебороть сон. Как бы борьба идёт между ними.

— Привет, папуль. — прижимаю его крепко и провожаю в квартиру.

— Привет, я очень устал. Пойду в душ и сразу спать.

— Конечно, проходи. — он заходит в гостиную, где сидит Луна и не на что не реагирует. Просто сидит.

Папа проходит дальше и запирается в своей комнате.

Почему мне так противно от самой себя? Я будто не хочу плакать. Я хочу смеяться. Что со мной происходит? Все вокруг меня горюют, но только не я.

Сажусь около сестры и обнимаю её.

***

День похорон мамы.

Я думала, что никогда не доживу до этого дня. Но всё-таки судьба распорядилась так.

Каминные лица всех моих знакомых и незнакомых родственников собрались, чтобы провести маму в последний путь.

Мы с сестрой пришли очень поздно, так как я не хотела, чтобы она видела основной процесс, не хотела травмировать её психику ещё больше. Сейчас мы стоим с Луной и просто ждём слов священника, чтобы
побыстрее уйти.

Отец совсем убит. Он не ел, не спал. Ничего я не слышала от него эти дни. Он закрылся и просто занимался похоронами. Я знала, что ему сложно. Заказывать гроб для своей любимой жены - это невыносимо. Ты стоишь и выбираешь мать его, гроб для своей жены. Ты понимаешь, что она умерла, и ты никогда её не увидишь, не сможешь прикоснуться, понаблюдать за ней, поговорить, почувствовать её. И тебя это убивает. Отец даже не подозревает, что умирает изнутри или уже умер. Человек существует просто телом. Его душа давно не с ним.

Что насчёт Луны? Она пытается говорить, но у неё не выходит. Она пытается показать, что с ней всё хорошо, но у неё не выходит.

А я.. я, наверное, просто смотрю на своих любимых и осознаю, что им плохо. Автоматически эта боль переходит ко мне. Будто миллион осколком попали в меня.

Моя голова невероятно раскалывается. Скорее всё это из-за стресса.

Последние дни, когда я думала о смерти мамули, у меня постепенно вырывали сердце. Потому что когда ты забываешься хотябы на час, а потом осознание приходит в твою голову, ты просто тлеешь.

Конечно, я понимаю, что смерть близкого человека — очень тяжелый удар. Пережить этап осознания неизбежности смерти рано или поздно приходится каждому. Неизвестно, сколько жизни кому отмерено, но известно, что однажды наступит конец. Для кого-то осознавать это грустно, кому-то тяжело смириться с этим, кто-то пытается отшутиться и отсрочить мысли о смерти, но сталкивается с ними каждый.

Я смирилась со своей смертью, но со смертью матери..

К нам подходит папа.

— Всё, девочки, можем идти, не будем  задерживаться. — подталкивая нас за спину, говорит он.

Луна совсем закрылась. смотрит в пол. Иногда мне кажется, она даже не моргает. Меня очень пугает её состояние. Может, придётся повезти её к психологу. Хотя я и сама против них, но если она сама настоит, я буду только за.

Садясь в машину, я в последний раз смотрю на кладбище и смахиваю упавшую слезинку с щеки.

Кто сказал что ангелов не существует? Просто на земле их называют мама...

***

Глава не из лучших, конечно, но приходится.😪 Очень надеюсь на Ваши комментарии насчёт главы. Ставьте звёздочки. Всех обнимаю и целую.💕☘️
Можете перейти на мой тг канал: vinchikrin, там выкладываю больше про книгу.