конец.
рома просыпается.
просыпается, ударяясь головой о крышку гроба, не до конца понимает, что происходит, ртом делает огромный вдох, а когда осознаёт, то невольно вжимается в стенку. липкой массой меж лёгких поселяется страх, и сащеко вспоминает те советы из интернета, которые он читал чисто от скуки и любопытства. олег, кажется, тогда немного раскис и сказал, что обязательно задушит его в объятьях.
"старайтесь дышать как можно реже и не паникуйте"
англичанин бьёт крышку ногой со всей силы, но это бесполезно. горло скребёт чуть отросшими ногтями, пытается успокоиться и рукой начинает шарить по карманам. кажется, телефон, какая-то круглая вещь, вроде пуговица. телефон не включается долго, а рома почти не дышит, чувствует, как страх ползёт прямо по глотке.
"попробуйте отодвинуть крышку гроба, возможно, у вас получится выбраться самому"
в гробу неудобно. савченко явно выбирал самый шикарный, потому что крышка всё-таки отодвигаться явно не хочет, отчего дышать становится тяжелее, и нехватка кислорода здесь не при чём. телефон наконец загорается, отчего сащеко пытается пошутить у себя в голове, мол "надежда умирает последней". у ромы, если честно, голова не особо хорошо работает на данный момент. экран слишком яркий, отчего режет сильно глаза, и англичанин вытягивает запястье насколько это возможно, дабы уловить какую-нибудь жалкую палку сети. рому, скорее всего, закопали не слишком глубоко, примерно два метра, раз что-то есть.
рома получает десяток уведомлений от олега. рома не вчитывается в чужие смс, лишь смотрит на число и нажимает судорожно на "вызов", чуть приподнимая голову. в гробу и правда очень неудобно.
гудки. рома молится несуществующему богу, облизывает пересохшие губы, морщась от липкости во рту. интересно, наверху ему положили бутылку и что-нибудь пожрать, конфет каких? есть ли на могиле какие-нибудь венки? кислорода становится всё меньше, а звонок сбрасывают, отчего телефон хочется разбить о лицо. своё, конечно же, олега он не сможет даже понять. но звонит ещё раз.
олег не говорит, лишь очень рвано дышит, когда всё же берёт трубку. рома же старается не дышать, собирается с мыслями и невольно ежится.
– забери меня, – первое, что говорит англичанин, прижимая телефон ближе к уху и вслушиваясь в динамик. – блять, олег, я тут заживо сгнивать не хочу, это последнее, чего я хочу, не молчи.
– ты мёртв, – выплёвывает два слова савченко, кусает искусанные губы и трёт больные глаза будто осколками стекла или тёркой. рома судорожно выдыхает, сглатывает неприятный ком и даже не знает, как объясниться.
– олеж, мне страшно пиздец, – всего-лишь говорит сащеко, ёрзает на мягком дне гроба. – просто вытащи меня отсюда, тут душно, я не знаю, что делать. хочу.. жить.
олег сбрасывает.
олег долго смотрит на экран, переименовывает контакт и скриншотит вызов и его продолжительность, кидает рандомному знакомому.
"ты видишь этот звонок?"
олег кусает костяшки, а сообщение прочитывается лишь через минуту, через самую длинную минуту в истории.
"да, а что?"
олег подрывается с места, напяливает кое-как кеды, волосы же оставляет в нелепом пучке и звонит, заказывает такси. отец правду говорил, лучше бы олег сдал на права в свои двадцать.
– жди, рома, погоди, я сейчас приеду, ром, господи, – олег чувствует счастье и одновременно страх, говорит таксисту ехать как можно быстрее, прижимает телефон, пока сащеко чувствует нехватку кислорода, но успокаивается, закрывая глаза. – рома, подожди минут десять, я вытащу тебя, всё будет хорошо, ты вылечишься, мы будем жить так, как раньше, ромка, мне страшно.
– мне тоже, – очень тихо отвечает англичанин и вздрагивает, когда ухо режет резкий гудок. у олега, наверно, кончились деньги.
рома начинает считать секунды, чувствует, как стены гроба душат его, но экраном светит крышку, рассмотрев и ощупав ткань. в глазах начинает мутить ровно за 574 секунде, англичанин боится их закрыть, пальцами впивается в обивку.
кажется, смерть обгоняет олега, потому что на 593 секунде рома закрывает глаза, делая неровный сдвиг пальцем по экрану.
олег откапывает его минут через двенадцать, открывает крышку, льёт слёзы, неровно дышит и сглатывает, всматриваясь через темноту в чужое лицо.
савченко замирает. не успел, смерть всё-таки быстрее.
англичанин задохнулся ровно пять минут назад.
у олега что-то ломается вдвойне.
мир не будет прежним. никогда.