У хозяина болота - Сны Саламандры
По счастливой случайности он приехал в деревню именно в разгар праздника окончания лета.
Смеющиеся девушки с заплетеными алыми лентами в косах, пускались в пляс, то и дело, задевая столики с угощениями. Жители радостно кружась в хороводе, танцевали странный ритуальный танец понятный только им. Задорные песни гуслей и домрах разносились отовсюду и каждый проходящий мимо, невольно постукивал ногой в такт музыке. Лёгкость прохладного летнего вечера и семейная атмосфера наполняла грудь, а руки матушки, защищали тебя от всех бед.
Он давно вырвался из этих объятьев. Заменил мычание коров на раздражающий гул автомобилей.
Бывшие соседи радостно похлопали его по плечу предложив медовухи. Он был готов к недовольству и презрению, своим молчаливым уходом он нанёс им непростительное оскорбление, но вопреки ожиданиям они вели себя так, будто ничего не случилось. Либо хорошо это скрывали.
Он вежливо отказалась от алкоголя, не желая встречать старейшину в нетрезвом состоянии.
Эта женщина не была причиной его приезда. Но она, как никто другой, связана с душой самого Леса.
Детвора путались под ногами, встречая гостя восхищенными взглядами. От него пахло чуждой им городской духотой и выхлопными газами. Один мальчишка осторожно приблизившись громко чихнул, и испугавшись самого себя отскочил в сторону. Они опасались этого запаха, опасались всего, где лес и болото теряли свою силу.
Праздник продолжался, а старейшина до сих пор не одарила их своим присутствием. И мужчина всё больше сожалел, что приехал сюда. Неосознанно он посмотрел в глубь леса, могучие деревья медленно качались из стороны в сторону, словно сами участвовали в причудливом танце. Если постоять ещё немного, если закрыть глаза и позволить чувствам заглушить разум и здравый смысл, можно услышать его дикий вой, пронзающий душу и заставляющий сердце кровоточить.
- Не ходи туда, - глубокий старческий голос с хрипотцой раздался позади него, - иль хотя бы не спеши.
Она не изменилась. Все такая же свисающая кожа лица и многочисленные морщины на лбу. Только старческих пигментных пятен стало больше. Но для триста восьмидесятилетний старушки она не плохо сохранилась.
Увидев свою главу все жители одновременно бросили венки из одуванчиков вверх, звонко приветствуя. Старейшина вежливо поклонилась, и рядом с ней, из неоткуда появился мальчик, по внешности больше напоминающий маленького старичка.
Мальчик взял ее за руку и повел к костру. Угрюма шаркая большими сапогами.
Мужчина любил именно эту часть праздника - все жители собирались около огня и с открытым ртом и неподдельным любопытством в глазах слушали сказания. Детям казалось, что легенды не кончались, а женщина со скуки начинала придумывать свои сказки.
В детстве, и даже сейчас, он до сих пор верил, что её слова скрывают намного больше, чем выдуманные мифы.
Когда все притихли в трепетном ожидании, старейшина села по середине и закрыла глаза. Загадочно улыбнувшись она начала прислушиваться к звукам природы. Треск в костре и вечный шум леса, от которого мужчина уже отвык, приятно разбавлял тишину.
Через несколько минут она посмотрела вдаль, там где находилось болото.
- Хозяин сегодня слишком много шумит. Неужто горе приключилось.
Люди сжались от страха, затаив дыхания. Не многие, даже среди своих упоминали Повелителя трясин, а сейчас, сама глава так непринужденно заговорила о нём.
- Аль гостя ждёт с железной кобылой? - судя по лукавому взгляду её слова были адресованы мужчине.
И то, что она не стала произносить слово "машина" настораживала.
- Ты пообещала мне, матушка - матушкой её назвали все жители, но почему-то, когда это слова говорил он в глазах старейшины мелькала непонятная грусть, - обещала отпустить, но среди больших домов я все равно чувствую себя чужим.
Произнести горькую правду вслух оказалось труднее чем он думал, вопреки всему, долгожданного облегчение он не почувствовал. Забрав одиночество с собой в город, мужчина надеялся растворить его среди многоэтажек, спрятаться от кваканье лягушек и шуршания листвы. Но где бы он не был, тень прошлого, осознания того кто он, и где он родился преследовало его по пятам. И даже сейчас, среди родных широких просторах зелёных полей, он не чувствует себя нужным. Сотня глаз жителей направлены на него. Пламя костра отражалась в их зрачках и теперь, он отчётливо видел осуждение.
Как он мог поверить, что они простят его побег?
- Если быть я не сдержала своё обещание. Ты бы не смог выйти даже за границу деревни, - старейшине не нравилось, когда её слова безосновательно придают сомнению, - или Его обещание, тебе кажется лживым?
Запретная тема. Она забавляется с ним как кошка с мышью, прекрасно осознавая, что съесть её после игры. Один неверный шаг и ярость жителей обрушится на него, страшнее снежной лавины.
- И думать не смею, - резко отрезал мужчина, ощущая как болотный торф тяжело повис в воздухе, - но если ты и Он дали благословения, то отчего же мое сердце ноет и просится обратно?
После долгой паузы она медленно ответила, растягивая каждое слово.
- Может. Ты тянешься к этому сам?
Мужчину передёрнуло. Холодные мурашки пробежали по телу и если быть он стоял, его ноги бы подкосились. Слишком неправдоподобно, чтобы он стремящийся к серому бетонному фундаменту, втайне желал уютную деревянную постройку.
Не об этом он мечтал всё детство.
Окружающие шептались, а старейшина наконец-то начала молвить свои сказания. Но мужчина не слышал посторонние звуки. Все о чем он мечтал, всё что он так лелеел и бережно хранил от соседских мальчишек обрушилиось как карточный домик. Оставив после себя выженное сердце.
Мужчина не заметил как дошел до края деревни, там где заросшая тропинка вела к его источнику страдания и печали.
- Говорят Хозяин здешний был когда-то человеком, - старейшина вовремя догнала его и взяла за руку, останавливая, - видно врут у этой твари сроду не было души.
Происходящее напоминала сон: ватные ноги, сломанные надежды, и старейшина, говорящая плохое про Хозяина.
- Он услышит, матушка.
- Он знает, какого я о нем мнения.
Мужчина не привык видеть ее такой. С расслабленными опущенными плечами и уставшей улыбкой, она была... уязвимой. Совсем не похожа на строгую женщину, что несколько минут назад осуждала его и чуть не настроила глубоко верующих жителей против него.
- Коль решился снять свою сущность, то будь осторожен, не сними её вместе с кожей, - женщина сильнее сжала его ладонь, помогая сопротивляться влиянию леса.
- Он звал вас по ночам, просил вернуться. Умолял простить его. Говорил, что всё ещё любит...
В детстве мужчина боялся этого плача. Прятался под кроватью, просил бабушку закрыть окно на створки, и не тушить свечку, но ужасный вой доносившийся из стороны леса не прекращался.
- Ты ведь знаешь, что голос его не слышен человеческим ушам?
Он кивнул. Теперь он точно знает.
- Хорошо, - старейшина в последний раз посмотрела в глаза мужчина, запоминая его черты лица. Так матушка нежно смотрит на своё дитя прощаясь, - не позволяй затянуть себя в тресину. Не ступай по мху. И самое главное, не повторяй моих ошибок.
Женщина отпустила его рука и в тот же миг он растворился среди деревьев, ступая по извилистой дороге.