Тени прошлого
Клава погрузилась в искусственную кому, а Егор, несмотря на обещания Тимати, снова перестал спать. Он часами сидел в больничной часовне, молясь впервые за много лет, или бесконечно гуглил симптомы, клиники, истории выживших. Его пальцы дрожали, когда он набирал сообщения в тематических форумах: «Как пережить это?», «Что, если она не проснется?».
Тимати нашел его там, в четыре утра, с телефоном в руках и слезами на щеках.
Т: Егор, хватит. Ты сожжешь себя.
Е: А если я пропущу важное исследование? Может, есть метод, который врачи не знают…
Голос Егора звучал как у загнанного зверя.
Т: Ты не врач!
Тимати вырвал телефон из его рук.
Т: Ты музыкант! И твое место сейчас не здесь, а в студии. Хочешь помочь Клаве? Запиши трек, который она так хотела с тобой выпустить.
Егор посмотрел на него с ненавистью.
Е: Ты вообще человек? Она в коме, а ты говоришь о музыке?!
Т: Да!
Тимати ударил кулаком по стене.
Т: Потому что музыка — это всё, что у нас есть! Она жива, пока мы о ней поем. Или ты забыл, как она улыбалась, когда вы репетировали?
Тимати отвернулся, и Егор впервые заметил, как дрожат его плечи.
Т: Ты думаешь, я не боюсь её потерять? Но я уже терял тех, кого любил. И знаешь, что остаётся? Пустота. И я не хочу, чтобы ты исчез в ней, как я когда-то.
Прошептал он Егору.
Тимати притащил Егора к себе в пентхаус. Тот сопротивлялся, но силы были на исходе. В квартире пахло дорогим кофе и дымом — Тимати зажег камин, хотя на улице была весна.
Е: Расскажи. О ком ты потерял?
Потребовал Егор, опускаясь на диван.
Тимати налил два бокала виски.
Т: Моя сестра. Лейкемия. Мне было 18, ей — 16. Я тогда продал первые свои кроссовки, чтобы купить ей поддельные лекарства… Они не помогли.
Егор замер. Он никогда не слышал об этом.
Е: Почему ты не говорил?
Т: Потому что это не вернёт её. Но это научило меня: нельзя зацикливаться на смерти. Надо жить за тех, кого нет.
Он бросил Егору блокнот с текстами Клавы.
Т: Вот. Она писала это, пока ты сидел у её кровати. Медсестра передала.
Стихи были полны боли и надежды:
*«Я хочу, чтобы дождь пел, а не плакал,
Чтобы боль превратилась в ноты,
А не в тишину…»*
Егор сжал блокнот в руках.
Е: Мы запишем это. Сегодня же.
Студия. Три часа ночи. Егор и Тимати, которые никогда не работали вдвоем, писали музыку, как будто от этого зависела жизнь. А может, так и было.
Когда трек был готов, Егор принес колонки в больницу. Он поставил их рядом с Клавой, взял её руку и нажал «play».
Электронная мелодия, смешанная с живыми скрипками, заполнила палату. Тимати читал её стихи рэпом, а Егор подхватывал припев:
*«Я научу дождь петь,
Даже если небо в трещинах,
Даже если завтра — конец,
Сегодня мы рисуем звуками…»*
Клава не проснулась. Но на мониторе, который отслеживал её мозговую активность, зелёная линия вдруг стала резко взлетать.
Вч: Она слышит. Продолжайте.
Прошептал врач.
Тимати схватил микрофон и зачитал куплет снова, а Егор, не сдерживая слёз, пел, глядя на её лицо. Через два часа Клава пошевелила пальцами.
Когда она открыла глаза, первое, что услышала, был смех Егора, смешанный с рыданиями. Он держал её так, будто хотел защитить от всего мира.
Е: Ты… напугал меня.
Ррошептала она, касаясь его щеки.
Тимати стоял в дверях, не решаясь войти. Но Клава заметила его.
К: Иди сюда. Вы оба — моя семья.
Тимати, который никогда не обнимал людей первым, крепко прижал их к себе.
Т: Больше не смейте так меня пугать.
Но позже, когда Клава уснула, он сказал Егору.
Т: Если ты снова забудешь есть или спать, я привяжу тебя к батарее в студии. Понял?
Е: Понял. Спасибо. За всё.
Тимати кивнул, пряча улыбку.
Т: Ладно. Купируем драму. Завтра начинаем репетиции. У Клавы альбом выходит, или ты забыл?
------------------------------------------
623 слов