Не обещай / Кульчковы

— С днём рождения, сестрёнка, — Рома улыбается лукаво и опирается плечом на входной проём.

Соня кружку на стол чуть ли не роняет, капли кофе попадают на кожу, но она совсем не обращает внимания на жжение. Внутри липкий страх появляется, заставляя волосы на руках дыбом встать. Кульгавая взгляд на телефон бросает, в голове строит план побега, но слышит шаги тяжелые, которые в ушах эхом отдавались.

— Совсем не рада меня видеть? Я же ради тебя приехал, — в голосе парня наигранная обида слышна, он рукой на стол опирается, Соню к стулу прижимает, — хватит молчать, а то как чужие.

— Как ты вообще в дом зашёл? — выдавливает из себя девушка и назад пятится, к деревянной спинке жмётся спиной.

— Так тётя Маша мне ключи отдала, я ей говорил, что буду иногда заезжать, — хмыкает Рома и глазами бегает по испуганному личику.

— Ром, отойди от меня, — Софья встаёт резко и телефон хватает, — прекрати это всё.

— Что прекратить? — парень бровь одну выгибает и выпрямляется, с сестры глаз не сводит.

— Ты и сам знаешь… — Кульгавая шаг назад делает, в горле ком встаёт, который не давал сделать глоток воздуха, — я больше не маленькая и глупая девочка. Это ненормально! Так не должно быть.

— Я же для тебя старался, Сонь.

— Я всегда тебя просила не делать этого! Мне это не нравится! Я доверяла тебе…

— А я тебя тогда просил вернуться, — в голосе парня холодок сквозит, Софья вздрагивает, в голове красным светом горит «беги» и она срывается на бег, надеясь, что может хотя бы в этот раз ей повезёт.

Рома оказывается быстрее и в стену впечатывает девушку, руки заламывает до хруста и наклоняется к шее. Софья дёргается сразу же, пытается освободиться из мёртвого захвата, ногой бьёт брата в колено, от чего тот вскрикивает, но не отпускает, а только сильнее напирает.

— Отпусти меня! Я ненавижу тебя! Ты не человек, а монстр! — кричит девушка, голос срывая, она дрожит вся, а на глазах слёзы обиды и безысходности выступают. Опять всё повторяется, и она опять ничего не может сделать.

— Сонечка, не зли меня, — рычит он на ухо сестры и подхватывает на руки юное тельце.

— Не делай этого! — Софья ногами и руками машет в воздухе, бьёт кулаками куда дотянется, но эффекта от этого ноль.

Рома кидает Соню на кровать и у неё из кармана штанов телефон выпадает, парень его в сторону отшвыривает и наваливается на Кульгавую всем телом. В губы чужие впивается, слышит мычание неразборчивое. Соня смыкает уста, тошнота к горлу подступает, она бьёт парня по плечам, ногами брыкается, за что получает звонкую пощёчину. Брат рывком переворачивает девушку на живот и кусает за шею, Кульгавая кричит в подушку, давясь собственными соплями и слезами.

— Плохая девочка, — парень утробно рычит подобно зверю, и сдёргивает чужие штаны одним движением, в упругие бедра пальцами впивается, оставляя следы от ногтей.

— Умоляю тебя, Рома… остановись, прошу тебя, не надо, — скулит Софья, отрывается от подушки, сквозь слёзы видит светящийся экран телефона, ей звонила Саша. Кульгавая губы сжимает и с новой силой начинает брыкаться, чтобы чужую тушу с себя сбросить.

— Какая же ты сегодня упрямая! — Рома бьёт сестру по заднице, а потом на спину нажимает со всей силы, в кровать вдавливая, ногами удерживает чужие бёдра, ловя Соню в ловушку, из которой не было выхода.

— Я ненавижу тебя… Я ненавижу тебя, слышишь, блять?! — Софья криком заходится хриплым, слёзы роняет. Внутри страх и ненависть перемешиваются. Ненависть ко всему этому миру, который её не щадил. Она видит, как старшая опять звонит, но понимает, что сил бороться уже нет, мышцы словно атрофировались.

Кульгавая глаза прикрывает и видит Сашу, которая к ней руки тянет с улыбкой нежной. Софью дрожь мелкая пробирает, когда она чувствует руки брата, которые бесстыдно гуляли по её обнажённому телу. Она одними губами шепчет: «прости меня, прости». Рома же трётся вставшим членом, наслаждается покладистостью сестры, языком проходится по коже на шее, а затем обратно Соню на спину укладывает, смотря в безжизненные глаза напротив, и ухмыляется.

— Не строй из себя жертву, — Рома улыбается хищно и ноги Сони разводит, пристраивается поудобнее, а Соня хочет умереть прямо сейчас. Как она потом вообще Саше в глаза будет смотреть?

— Прости меня… — горячие слёзы по щекам скатываются, Соня глаза жмурит, как бы ей сейчас хотелось оказаться в любимых объятиях, чтобы Саша ей рассказывала о чём-то. Резкая боль пронзает внизу и Кульгавая рот открывает в немом крике, образ старшей исчезать начинает, на смену приходит лишь темнота.

Из этой темноты её вырывает резкий звонок, который по квартире разнёсся. А через пару секунд ещё один и ещё. Рома недовольно стонет, но выходит из сестры, в глазах злость появляется, что его прервали. Он взгляд кидает на Кульгавую, которая в комочек вся сжимается и дрожит.

— Только попробуй что-нибудь выкинуть, — цедит Рома и поправляет джинсы, застёгивая ремень.

Раздражающие звонки всё также продолжались. Парень перед дверью застывает, на лицо улыбку натягивает и открывает ту, перед его глазами появляется девушка, которую он прекрасно запомнил. Саша глаза округляет, внутри паника и тревога только сильнее разрастаются. Время их назначенной встречи уже прошло, а она всё это время никак не могла дозвониться до Сони. Крючкова ещё дома почувствовала что-то неладное, а червячок ковырял всё сильнее и сильнее. Но она никак не ожидала увидеть перед собой брата Сони.

— Привет, а ты… — парень не успевает договорить, как его толкают со всей силой и он ударяется затылком об стену.

— Где она?! — Саша смотрит Роме прямо в глаза и руку в кулак сжимает, ногтями в ладонь впиваясь. Она взгляд на комнату младшей бросает, с места срывается и дверь распахивает, а когда видит Соню, её сердце с громким треском падает вниз.

Софья судорожно старалась натянуть на себя штаны, глаза все зарёванные и красные, а шёлковые волосы в полном беспорядке. Кульгавая смотрит испуганно на Сашу, которая застыла как камень. Соня вниз глаза опускает, штаны наконец натягивает. Она не хотела, чтобы старшая увидела её в таком виде. Это мерзко, ужасно и противно. Соню от самой себя воротит, что тут говорить о Саше.

— Соня… — у Саши голос по швам трескается, она ведь обещала, что защитит и не даст больше Роме притронуться к младшей.

В этот момент Рома кладёт руку на плечо Саши и сжимает ощутимо. А у Крючковой ярость начинает кипеть в крови, она руку с себя сбрасывает и бьёт металлом по лицу парня, нос разбивая, а затем кулаком проходится по скуле Ромы, пока тот в невменозе находился. Саша бьёт ногой в коленную чашечку, всю злость вкладывая, и парень с ног валится. Она сверху наседает и наносит удар за ударом, перед глазами белая дымка, а в голове туман. Девушка не чувствует, как костяшки в кровь стираются, ярость её захватывает целиком, отрывая от реального мира. Парень пытался руками закрыться, кричал что-то неразборчивое и кашлял уже кровью.

— Урод, блять! Я убью тебя! Ты, блять, своё, сука, имя забудешь, мразь! — кричит Саша не своим голосом, нанося ещё один удар протезом по голове парня, от чего тот стонет болезненно.

— Саш, Саша, прошу тебя, хватит! — Софья всё это время стояла в немом ужасе, в голове никак не укладывалось происходящее, но когда разум начал на место вставать, то испугалась, что старшая правда убьёт брата. Сейчас она не узнавала девушку, перед ней словно был абсолютно другой человек. Она видит, что Саша не реагирует никак и подбегает к ней, хватает под локти и оттаскивает от еле живого парня.

— Саш, посмотри на меня! Всё хорошо, всё нормально! Я… — Соня гладит старшую по лицу, чтобы успокоить, прижимается ближе, в объятия заключает, чувствует, как Сашу трясёт всю, — давай уйдем… просто уйдём, — хрипит Софья, носом хлюпая.

— Соня, я… — Саша с ужасом смотрит на Рому, у которого с носа кровь шла, а лицо напоминало боксёрскую грушу. Понимает, что натворила, но совсем не жалеет об этом.

— Всё хорошо… — Кульгавая за руку тянет Сашу на выход, лишь бы скорее оказаться подальше отсюда. Она быстро куртку на себя накидывает, в кроссовки первые попавшиеся заскакивает и несётся прочь с этой квартиры, крепко держа руку старшей.

Они оказываются на улице, но Соня не сбавляет темп, в лёгких уже саднило от бега, Саша останавливается и тянет младшую на себя. Она смотрит на девушку, у которой в глазах слёзы застывшие, меж рёбрами тупая боль, словно межрёберная невралгия, которая спазмами отдавалась и не давала нормально вздохнуть полной грудью. Крючкова чувство вины испытывает, что не смогла раньше оказаться рядом и помочь любимой.

— Прости…прости меня, Сонь, — первые слёзы падают на холодный снег, — я же обещала… — у девушки голос совсем слабый, пронизанный печалью, которая также в голубых глазах была видна.

— Саш, ты ни в чём не виновата, — Кульгавая улыбается слабо, — ты пришла ко мне… я так рада, что ты пришла… — у Сони голос надламывается в подступающей истерике.

— Я рядом, родная, я с тобой, — Саша к себе девушку притягивает, гладит по спине, по растрёпанным волосам, в голос пытается вложить всю свою любовь, которая в ней только была, — всё позади, всё будет хорошо.

— Саш… я… — Софья слезами давится, утыкается в плечо старшей, тело совсем ватное, — мне так мерзко от себя самой, ты не заслужила всего этого, а я не заслужила тебя, — и ревёт взахлёб после этих слов, потому что сил больше держаться нет, она руками сжимает куртку Саши и льнёт ближе.

— Не говори так. Ты самое лучшее, что могло произойти в моей жизни. Я люблю тебя, Сонь, и всегда буду любить, — Сашу трясёт от переизбытка эмоций, она бы всё отдала, чтобы забрать себе боль и терзания младшей, только чтобы Соне стало лучше.

— Я не могу, Саш, я устала, я так устала, я хочу просто исчезнуть… у меня даже день рождения пройти спокойно, блять, не может, — хрипит сквозь слёзы Софья, ненависть к себе и безысходность только больше росли, как бы она не боролась, всё равно всё летит к чертям, а жизнь даёт очередной пинок под зад, вновь тыкая носом в дерьмо.

— Мы справимся со всем вместе, — крупные капли стекают по щекам, а голос дрожит, — и я всегда буду рядом с тобой.

— Ты обещаешь? — девушка прижимается ближе к теплу, запах родной вдыхает, а сама слëзы глотает. Соня хочет верить, что у неё есть шанс на лучшую жизнь. Что у неё есть право на счастье, право быть любимой и любить.

— Обещаю, — Саша говорит с полной уверенностью, лёгким движением берёт Соню за подбородок и смотрит в карие глаза, которые блестели от слёз под светом фонаря, — как только появится возможность — я заберу тебя отсюда, слышишь? Мы справимся со всем вдвоём, — Саша соприкасается со лбом Сони и оставляет мягкий поцелуй на губах словно закрепляет своё обещание.

— И мы будем с тобой самые счастливые, — уголки губ трогает улыбка, — заведём пять кошек и одну собаку, а старость проведём в домике у моря, — Софья смеётся тихо, понимая, какую сейчас чепуху несёт, но эти слова ей согревали душу.

— А почему одну собаку? Как минимум две, — подхватывает Саша и улыбается, стирая большим пальцем с чужого лица мокрые дорожки, — будем каждый день встречать закат на берегу моря.

— И пить твой «Феникс».

***

— Саш… можно я в ванну схожу? — Софья губы поджимает, она всё ещё ощущает прикосновения брата к своему телу. Хоть и после разговора со старшей ей стало легче, но мерзость по отношению к себе никуда не пропала.

— Конечно, — Саша вещи достаёт из шкафа и протягивает их младшей, — ты как?

— Всё хорошо, мне лучше, — Софья улыбается слабо, а потом кидает взгляд на руку Саши, костяшки были сбиты напрочь, — обработай руку, — она вещи забирает, пальцами аккуратно проводит по коже раненной, — ты ещё и из-за меня пострадала…

— Сонь, это мелочь. Мне даже не больно. Не волнуйся по этому поводу, хорошо? — Крючкова гладит девушку по волосам, чтобы отвлечь от ненужных переживаний.

— Хорошо, — кивает Софья, но вину, которая грызла изнутри, всё ещё чувствует, а ещё страх, что с Сашей может что-то случиться, ведь Рома нехило так получил. Однако, в ней теплилась надежда на то, что парень никуда не обратится, ведь тогда он сам ещё больше пострадает из-за своих деяний.

***

Горячие струи воды больно обжигают нежную кожу, но Софья совсем не обращает на это внимания. Она ногтями сдирает с себя кожу во всех местах, где касался брат, но понимает, что эти касания словно токсин проникали глубже верхнего слоя эпидермиса и оставляли яд, который потом тёк по венам, циркулируя, попадал в сердце и отравлял его. Непрошеные слёзы вновь стекали по щекам, перемешиваясь с водой.

Оставшись наедине со своими мыслями, девушка продолжала себе рыть яму. Окуналась в озеро собственных слёз и боли, откуда тянулись множество рук, которые топили её, не давая возможности вынырнуть. Вырвался тихий всхлип, сразу теряясь в шуме воды, а за ним и второй. Кульгавая буквально умирала внутри, и только Саша заставляла её держаться на плаву и сражаться дальше. Сражаться с болью, которая сидела внутри и выцарапывала из неё душу.

Соня рукой трёт глаза, вздыхает тяжело, выключает воду и выходит. Полотенцем влагу с себя вытирает, в зеркало не смотрит, не хочет видеть себя опять сломанной, чтобы ненависть к себе ещё больше не подпитывать. Натягивает футболку и шорты, которые ей одолжила старшая, родной запах сразу в лёгкие пробирается, даря душевное спокойствие и фантомное чувство защищённости. Кульгавая уголки губ приподнимает, когда видит носочки белые с котятами. В этом была вся Саша.

Следом уже в душ идёт Саша. Софья на кровати лежит, обнимает игрушку динозавра и ждёт старшую. В голове мысли вертятся с молниеносной скоростью. Девушка зубами губы терзает, которые и так за сегодняшний день сильно пострадали, а потом вздрагивает, когда слышит звук открывающейся двери, но расслабляется, Сашу она по шагам узнает.

Кульгавая двигается, чтобы старшей место освободить. Крючкова протез обратно надевает после ванны, она уже не испытывает дискомфорта, скорее просто для удобства носит. Свет тушит, который бил по глазам, включает гирлянду, чтобы не было так темно и ложится к Соне, сразу же в объятия заключая, вдыхая запах собственного шампуня с мокрых волос младшей. По спине рукой начинает водить, узоры вырисовывая.

Соня, в свою очередь, прижимается ближе, утыкаясь в грудь Саши, тело обмякает в родных руках. Саша для неё правда была отдушиной, мирком, в который можно было сбежать и спрятаться от всех. Где было лишь умиротворение и спокойствие, а большего и не надо. Кульгавая тянется к чужим губам, целует лениво, растягивая удовольствие, Саша моментально отвечает. Софья в кудрявые волосы зарывается, массирует пальцами кожу головы, от чего у старшей мурашки пробегаются по телу.

Соня первая поцелуй углубляет, языком исследует ротовую полость словно в первый раз. Она всем телом жмётся к старшей, чтобы чувствовать жар чужой кожи. По комнате раздаются звуки причмокивания, Кульгавая зубами оттягивает нижнюю губу девушки, а затем зализывает. Другой рукой пробирается под футболку и ведёт ладонью по животу плоскому.

— Сонь, подожди, я… — Крючкова дышит тяжело, она понимает, что если так продолжится, то она просто в руках себя сдержать не сможет, а Соня сейчас такой хрупкой была.

— Саш… я не хочу чувствовать его руки… хочу тебя целиком и полностью, — Кульгавая взгляд отводит, переживает сильно, что Саше будет противно к ней прикасаться после всего.

Саша скользит глазами по лицу младшей и губу закусывает, в голове пытается всё взвесить, ведь навредить боится и без того подвешенному состоянию Сони.

— Прости… наверное, тебе неприятно… — шепчет Соня, руку убирает с живота Саши и отодвинуться хочет, но ладонь старшей не даёт ей этого сделать. Крючкова через пару секунд нависает над Соней и с трепетом гладит по щеке, смотрит на девушку со всей любовью и преданностью, словно боготворит.

— Не говори глупостей, родная, — Саша целует младшую развязно, рукой оглаживает бока и тянет футболку вверх, — говори мне сразу, если что-то не так, — она опаляет дыханием ухо Сони, губами задевая мочку уха.

Софья лишь кивает на это. Она вздыхает обрывисто, а тело замирает в предвкушении. Крючкова снимает футболку с младшей, жадным взглядом проходится по обнажённому телу и сглатывает вязкую слюну. Кульгавая была прекрасна, словно сам скульптур сотворил сие творение. Софья тушуется под этим взглядом, а лицо краснеет моментально. Саша руку с протезом кладёт на талию девушки, Софья вздрагивает от ощущения холода, а потом давится кислородом, когда Саша языком проводит по груди и ведёт выше, выцеловывает ключицы, которые так и манят. Старшая действует с предельной осторожностью, вслушиваясь в каждый вздох.

Крючкова поцелуями обратно вниз опускается, в ладони сжимает грудь аккуратную. Языком мажет по другой, задевая ареолу и зубами захватывая, выбивает из младшей стон наслаждения, чувствует, как её саму бросает в жар, который устремлялся вниз, затягиваясь в узел. Саша целует рёбра выпирающие, на живот переходит и вниз спускается. Соня в это время бёдра сводит, по телу дрожь проходится. Её с ума сводят действия девушки, она забывает вообще, как дышать, теряясь в своих ощущениях.

Саша замирает на миг, но потом пальцами подцепляет кромку штанов, вместе с нижним бельем их снимает, полностью оголяя младшую. Софья холодок ощущает, лицо прячет в ладонях, а потом на бёдрах чувствует жар чужого дыхания и напрягается всем телом. Крючкова мажет поцелуями по коже, чтобы младшую успокоить, передать всю свою нежность и искренность. Она разводит ноги девушки, оглаживая ляжки и удобней устраивается. А затем языком ведёт на пробу по складочкам, сладость ощущает. Соню жар окатывает, она вперёд подаётся, и Саша понимает, что делает всё правильно. Она начинает языком водить более уверенно, задевая комочек нервов, влажность всю собирает.

Софья дрожит мелко, волосы мокрые в лицо лезут, она тыльную сторону ладони закусывает, чтобы стоны собственные приглушить, ведь они в квартире не одни. Кульгавая выгибается, подставляется под ласки, перед глазами звёздочки. Другой рукой она в кудрявые волосы забирается и это чувствуется так правильно. Саша творит языком что-то невероятное, доводя Соню до исступления, до дрожи в мышцах ног. А затем Софья тянет Сашу к себе, впивается в губы влажные, свой вкус чувствует, стягивает со старшей футболку, которая мешалась сильно, ведь хотелось буквально раствориться в девушке.

Кульгавая на плечо давит Саше, заставляя ту лечь на спину, а сама затем седлает бёдра упругие, трётся, пачкая смазкой штаны спальные, в которых всё ещё находилась старшая. Целует в шею, языком по ложбинке на груди проводит, слышит сердце Саши, которое с её в унисон билось. Крючкова глаза от наслаждения прикрывает, отдаваясь всем телом во владения младшей, полностью открываясь. Софья языком рёбра пересчитывает, на молочной коже оставляет следы красные от засосов. Снимает штаны вместе с трусами, целует низ живота, а пальцами проводит по складкам, влагу собирая.

Крючкова пальцами простынь сжимает и губу закусывает, но тихий стон всё же роняет. Кульгавая языком вниз ведёт, соки все собирает, и действует интуитивно, следя за реакцией Саши. Комната наполняется хлюпаньем, дыханием тяжёлым и стонами тихими. Сегодня они разделили все чувства на двоих, приблизились друг к другу ещё на один шаг, отдавая себя полностью. Душу, сердце и тело, стирая все границы, полностью утопая друг в друге.

***

Саша первая глаза открывает, солнечный свет бил прямо в лицо. Она лениво переворачивается и любуется Соней, которая мирно спала. Крючкова порыву поддаётся и убирает прядь волос с лица девушки, в памяти всплывает, как пару месяцев назад она хотела сделать точно так же, но не могла этого себе позволить. Саша улыбается краешком губ, это казалось таким далёким, будто бы они с Соней уже вместе не один год. Наверное, это и значит, что нашёл родственную душу.

— Нравится? — ухмыляется Софья, глаза не открывая.

— Очень даже, и я этого не скрываю, — Саша заключает девушку в объятья и целует в макушку, — доброе утро, родная.

— Доброе утро, — произносит Софья, громко зевая, нежась в чужих руках, — хочу так просыпаться каждый день.

— Через полтора года так и будет, — улыбка расцветает на лице только от представлений, как они с Соней будут жить вместе, засыпать и просыпаться в объятиях друг друга.

— Это долго, я хочу сейчас, — канючит Соня, словно дитя малое, кусает слегка за шею старшую, выдавая своё недовольство и слышит тихое: «ай».

— Я бы тоже хотела, но мы же не можем сейчас сбежать из дома, — молвит Саша с тяжёлым вздохом, — придётся немного подождать.

— Ладно, так уж и быть, я подожду, — бухтит Кульгавая и целует место укуса, — не забудь про пять кошек и двух собак.

— Об этом трудно забыть, — смеётся Саша, а потом резко отстраняется, она ловит непонимающий взгляд на себе и улыбается неловко, — вчера так много чего произошло, я совсем забыла…

— О чём? — Кульгавая одну бровь изгибает и наблюдает за Сашей, которая с кровати поднимается и идёт к шкафу.

— Об этом, — она достаёт коробку, которая была упакована в бумагу фиолетовую. Саша протягивает подарок Соне, — с прошедшим тебя, любимая.

— Саш… — Софья аккуратно берёт коробку, карие глаза наполняются благодарностью, — спасибо тебе.

— Надеюсь, что понравится, — Крючкова неловко по волосам проводит, волнение испытывает, ведь долго думала, что подарить младшей.

Кульгавая аккуратно бумагу снимает, а потом коробку открывает, на лице сразу улыбка появляется. Она достаёт самодельный браслетик фиолетового цвета с бусинками в виде звёздочек.

— Ты сама его сделала?

— Да, — кивает Саша, вспоминая, как мучилась с ним, но видя счастливое лицо Сони, понимает, что это было не зря.

— Он очень красивый, — Соня в руках его держит со всей осторожностью, — поможешь?

— Конечно, — Крючкова забирает браслет и одевает на запястье девушки, — тебе идёт.

— Спасибо, — Софья вперед поддаётся и оставляет короткий поцелуй на щеке старшей.

Соня в коробку заглядывает, там была свеча с запахом Люцифера из «Сверхъестественного». Кульгавая чуть ли не пищит от радости, также доставая набор носков с разными рисунками, как раз то, что было в стиле Саши и чёрно-белую футболку с узорами.

— Спасибо большое! — Софья улыбается во все тридцать два зуба и заключает Сашу в объятия, — мне так приятно, правда, даже словами не передать.

— Рада, что тебе понравилось, — Саша губы в улыбке ответной растягивает.

— Повторюсь, у меня самая лучшая девушка на свете, — Соня глаза прикрывает и понимает, что несмотря на все мучения, которыми её наградила жизнь, судьба ей подарила самого прекрасного человека.