12
А на ночь я наконец-то решилась заглушить мысли — мишками.
Проснулась я на груди Ди. Он читал книжку.
— Ну наконец-то. Знаешь, я даже проверил все тумбочки в твоей комнате, в ванной и... даже залез в мусор.
— Что? Зачем?
— Искал таблетки. Ты проспала весь день. Уже пять вечера. Парни ушли на плавание, а я остался... ну, поискать.
— Я просто устала... Пойду в душ.
Я выбралась из его объятий и, проходя мимо, захватила худи.
Не раздумывая, закинула в рот несколько мишек и встала под горячую воду. Ожидала привычного онемения, расслабления, теплой ватной неги — но вместо этого...
Меня начало трясти.
Меня тошнило от собственных касаний.
Я не могла смотреть на своё отражение в стеклянной перегородке.
Как только пальцы касались обнажённой кожи — вспыхивал ужас. Будто это не мои руки, а его.
Словно оживали его слащавые, липкие словечки.
"Маленькая, не дергайся, тебе понравится..."
Я выскочила из душа, вытерлась наспех и закинула ещё две желейки в рот.
Осела на холодный пол.
Пыталась перекричать мысли в голове — но они были громче.
А что, если теперь я стану себе противна?
Что, если это не пройдёт?
Что, если близость теперь — всегда будет омерзительной?
Не знаю, сколько так просидела. Когда встала — руки и ноги были ледяные.
Я высушила волосы, накинула ту же футболку, в которой спала, даже слегка накрасилась.
Мишки всё же подействовали.
Реальность снова утонула в туманной дымке.
Ди всё ещё лежал на моей кровати с книгой.
— Помнишь, ты обещал мне, — я подползла ближе, — что доведёшь меня до конца.
— Ммм... — невнятно промычал он, откладывая книжку.
— Исполни обещание. Сейчас. — последнее слово я выдохнула почти беззвучно.
— Подожди, Карма... Мы же друзья?
— Да... — прошептала я, — но мы можем быть друзьями с привилегиями.
Я прижалась к нему ближе.
— Я никогда не был против, ты же знаешь... Но если вдруг тебе станет некомфортно — ты сразу скажи, ладно?
Из за мишек процесс для меня стал клубком наслаждения, стонов и касаний. Я будто находилась под водой и мне было так приятно тонуть.
Он заговорил и я вынырнула.
— Мммм... я сейчас кончу... стой... ммм... Fuck, прекрати подмахивать, иначе я кончу в тебя, — прошептал он мне на ухо.
— Я хочу, чтобы ты кончила со мной.
Он упал рядом, притянул меня к себе, уложил на грудь. Я лежала на его ноге, спина вплотную прижималась к его мокрой груди. Со стоном он погрузил в меня пальцы и начал ритмично массировать клитор в такт движениям вверх вниз по своему члену.
Мы кончили вместе.
Как он и хотел.
От нахлынувших ощущений в глазах темнело.
— Как бы я хотел кончить в тебя... — шепнул он мне в ухо. — Не подумай, это не... просто это так чертовски сексуально. Только представь: звук, когда наши тела сливаются, как сок стекает по твоим ногам... Мммм... Кажется, у меня снова встал.
— Кончил? — тихо спросил он. И вдруг поняла — это было не ко мне.
Я приподняла голову. Данте. Он подпирал дверь спиной, его штаны были спущены, дыхание — прерывистое, словно после бега. Он смотрел. И... мастурбировал?
В тот момент, мне кажется, было всё равно.
Я скатилась с Ди, укуталась в одеяло и провалилась в сон.
*
— Карма... — шептал Ди. — Карма, мы принесли ужин. Что с тобой такое? Весь день спишь!
— Может, простудилась?.. — это был тихий голос Грима.
А потом я почувствовала прикосновение холодной руки ко лбу. Я тут же отшатнулась и открыла глаза.
— Ты горячая! Сейчас принесу градусник, — Данте быстро исчез в коридоре.
Я села поудобнее и натянула одеяло повыше.
— Что на ужин?.. — голос был хриплым, говорить было очень больно.
— Оо-о, да ты серьёзно простудилась. Наверное, тебе нужен суп. Я закажу, — Грим встал с кровати и вышел из комнаты.
— Знал бы, что ты больна, не стал бы... — начал Ди. — Может, ты хотела этого из-за горячки...
— Нет. Но... я была под кайфом. Но я правда хотела этого. Честно.
— Под кайфом?..
— Да. Но я правда хотела этого. И я всё ещё хочу повторить...
— В следующий раз говори, когда ты под кайфом! Я не хочу...
— Ди, я хотела этого, слышишь? — он уткнулся лбом мне в плечо.
— А Данте?..
— Что?
— Он... не против?
— Ха... он мечтал быть с нами. Между нами. Во мне. В тебе... А ты?
— Не знаю. Мы ведь...
— Друзья с привилегиями, — не дал мне закончить Ди.
— Угу, — промычала я.
И о чём я думала?!
Было хорошо? О да, было потрясающе! Ди — невероятно страстный и чувственный.
Но... правильно ли я поступила?..
А потом пришли Данте и Грим. И все трое окутали меня такой приятной заботой. Данте прикладывал ко лбу и шее лед, обёрнутый в полотенце. Грим, как и обещал, принёс суп — хотя есть было невыносимо больно. А Ди позвонил доктору и проконсультировался по поводу меня.
*
А утром меня разбудил писклявый крик Мери. Сложив руки на груди, она командовала мальчиками.
На кровать ко мне запрыгнул Принц.
— Смотрю, ты выбрала всех троих, — хихикнул он. — Мы пришли, а вы тут так мило спите.
— Отстань, — прошептала я осипшим голосом.
— О-о-о, значит, они не шутили, что ты заболела.
Мери улыбнулась мне и ушла в кладовку, откуда продолжала громко раздавать указания.
— Так... все знают про Винса? И вы даже ужинали вместе? — продолжал допрос Принц.
Я кивнула.
— Говорят, ты уезжала в город на выходные. Тусила с Винсом?
Я пожала плечами. Мне было не то что не до ответов — дышать было больно.
В тот день рядом со мной дежурила Мери: то градусник, то бульон, то таблетки и сиропы — выводила меня из полудрёмы.
Вечером меня окончательно разбудили. Приехал доктор, осмотрел и сказал, что я просто сильно простудилась. Оставил пару упаковок леденцов для горла и проинструктировал Мери.
Вечером температура наконец, спала, и я вышла на кухню поужинать с остальными.
Было непривычно тепло — все смеялись, обсуждали события двух недель разлуки. Задели даже тему Тики. Оказалось, он уже давно болел, и у него начались провалы в памяти. Пока всё не стало серьёзнее, он решил уехать к отцу в Австралию.
После ужина Данте вызвался остаться со мной — следить за температурой ночью.
Кажется, засыпая, я даже расплакалась — от теплоты, которая меня окружала.
Утром я поняла, что мне легче. Температуры не было, горло почти не болело.
Но Данте уже стоял у кровати с очередным бульоном.
— Нееет, только не бульон! Я согласна на любой завтрак, но от бульона меня уже воротит.
— А как насчёт завтрака в городе? — сказал Ди, появившись в дверях.
— Да! Я согласна на всё, лишь бы это был не бульон!
Мы быстро собрались. У выхода Мери тут же подхватила меня под руку, и мы сели на заднее сиденье машины. За рулём был Принц, и мы сразу тронулись.
— А остальные?
— Они с водителем, — махнула рукой Мери. — Мне нужно кое-что тебе рассказать.
— Хорошо, — кивнула я. По её лицу было видно: она явно накосячила.
— После завтрака я хотела бы, чтобы ты поехала со мной...
— С тобой?.. Куда?
— Дело в том, что я беременна. От Тики. Он не знает и не узнает. Я уже всё решила. Записалась в клинику. Ничего страшного, просто нужно выпить таблетку — срок ещё очень маленький, — тараторила Мери.
— Всё хорошо, — я взяла её за руку. — Я поеду с тобой.
— Спасибо... — в её глазах блеснули слёзы. — Я не знаю, говорить ли остальным...
Принц всё это время молча вёл машину, глядя на дорогу.
— Не знаю... но вы же семья?
— Да, ты права. Мы семья, — Мери крепче сжала мою руку.
Принц слегка повернул голову и улыбнулся.
А меня в ту же секунду накрыли мысли о прошлом.
Что бы было, если бы тогда залетела я?
Что бы я сказала тётке? Блин... представь: "меня н*силовал твой муж, и я беременна — что будем делать?"
Фантазия в обнимку с тревожностью рисовала безумные сценарии.
Когда Мери уснула, я закинула в рот две мармеладки.
*
В кафе после завтрака Мери рассказала всем. Это казалось безумием, но никто не спорил с ней, не пытался отговорить. Все приняли её решение очень по-взрослому — просто поддержали.
Мери разрешила мне войти с ней в клинику, сославшись на то, что я самая спокойная и тем самым успокаиваю ее.
Знала бы она почему я такая спокойная....
После мы поехали с водителем, и в последний момент к нам на заднее сиденье запрыгнул Грим.
Парни поехали отдельно на своей машине.
Дорога была достаточно долгой — клиника находилась в городе побольше. Всю дорогу Грим молча перебирал мои волосы между пальцами. Не сказал ни слова, просто смотрел в окно.
И почему-то именно это молчание успокаивало больше любых слов. Его присутствие рядом будто удерживало на грани, не давая провалиться.
Но стоило мне остаться одной — и всё рухнуло.
Мысли сразу же завели меня по знакомой, пугающей тропинке воспоминаний.
— Карма?! — крикнул Грим с кухни.
— Я сейчас!
Я не могла выносить этот наплыв ужаса. Не хотела, чтобы Грим видел меня в таком состоянии.
Я подошла к зеркалу в ванной. Трясущимися руками достала металлическую коробочку. Осталось всего четыре.
— Что ты творишь? — резкий, будто оглушающий шёпот Грима за спиной.
Я вздрогнула. Коробочка выскользнула из рук. Звук металла, ударяющегося о кафельный пол, был почти оглушающим.