Глава 173. "Почему ты сдался, почему не борешься?"
Глава 173. "Почему ты сдался, почему не борешься?"
Ши Юэ был настолько зол, что набросился на демона и вцепился ему в волосы.
— Что, не ожидал меня увидеть, да?! Думал, что я сдох?! Хотели вытравить меня со своим любовником из собственного тела?! Не выйдет! — он продолжал колотить демона по щекам и по чем попало. Инь Чэ вышел из себя и зашипел, будто змея, что делал, когда очень злился. Он прижал Ши Юэ к постели и навалился сверху. Их обнаженные тела слишком тесно прижимались друг к другу.
— Что, здорово трахаться со своим любовником, когда он в моем теле? — выпалил юноша.
— Заткнись! — демон уже занёс руку, чтобы ударить наглеца, но, вспомнив, что в этом теле только что был его любимый Цзиньян, его рука сразу же опустилась.
Ши Юэ тщетно силился сбросить с себя демона, но зря тужился — это было ему не под силу. От обиды и разочарования на глазах юноши выступили слезы.
— Отпусти меня! Я хочу одеться!
Немного помешкав, демон слез с него и отпустил его запястья. Юноша сразу же сполз вниз с кровати и побежал собирать валявшуюся на полу одежду. Одевшись, Ши Юэ, на глазах которого снова выступили слезы, закричал:
— Не видать вам моего тела, я себя убью! Воры, преступники, не получите моего тела, лучше я сдохну! — но добежать до двери юноша не успел. Демон выставил вперёд руку с двумя сложенными вместе пальцами и юношу будто окольцевала невидимая стена, он не мог двинуться с места. Пока Ши Юэ изрыгал всевозможные проклятия, демон встал с постели и принялся поспешно одеваться. Он был мрачнее тучи, снова потеряв свое безбрежное, только что обретенное счастье.
— Ах, вот так? Так, значит?! Ты будешь силой удерживать меня здесь?! — продолжал возмущаться Ши Юэ, — но это мое тело и только я имею на него все права! Я могу сделать с ним все, что захочу! Даже, если ты силой будешь удерживать меня здесь, я уморю себя голодом и сдохну!
— Заткнись! — крикнул Инь Чэ, наложив на него заклинание молчания. После чего вышел, громко хлопнув дверью. Юноша так и остался стоять обездвиженный и безмолвный, только слезы струились по щекам.
Демон сел, оперевшись на ствол дерева и обняв колени. Он заметил, как Нин Сян невдалеке собирал цветы.
"Сян, подойди!" — подал демон мысленное послание своему воспитаннику.
— Да, господин Чэ?
Демон не знал, как начать, но больше ему не с кем было об этом поговорить.
— Ши Юэ... проснулся, — мрачно начал он. — Он хочет себя убить. Что мне делать?
Нин Сян посмотрел на Инь Чэ и ответил:
— Полюбить его, господин Чэ. Только так.
— Что?! Я ненавижу его! Он меня раздражает, бесит!
— Этот парень влюбился в вас и ревнует. Если он что-то с собой сделает, вы больше никогда не сможете обнять господина Ли. Все, что вам остаётся, полюбить этого парня, потому что они живут в одном и том же теле...
— Что?! Если я больше не смогу обнять своего Цзиньяна, я вас всех поубиваю, вы слышите меня?! — заорал Инь Чэ.
Инь Чэ был зол. Как же он хотел сейчас обнять Цзиньяна, особенно, после такой бурной и насыщенной ночи! После того, как они строили планы по зачатию своего демонического полукровки! И вот, он, который после стольких страданий, наконец, вернул свою любовь, снова вынужден смотреть на Ши Юэ! Это было невыносимо. От досады демон заскрежетал зубами.
Юноша уже несколько часов не мог пошевелиться, не мог разговаривать, окутанный демонической ци. От бессилия по его щекам катились слезы. Инь Чэ отвернулся в сторону, потому что ему было тошно на это смотреть и он не знал, что ему делать. Все же это было тело, в котором ещё недавно пребывал Цзиньян.
Инь Чэ решил снять заклятие и взбешённый юноша снова накинулся на него с кулаками.
— Сволочь! Лжец! Вор! Убийца!
Демон с раздражением отбросил его на кровать потоком своей ци и ушел, захлопнув двери. Он запер их снаружи, чтобы юноша не смог сбежать.
Ши Юэ со слезами тарабанил в двери, но все это было бесполезно. Тогда юноша разбил первый попавшийся сосуд, чтобы осколком вскрыть себе вены. Но у него ничего не получилось — осколок выпал из рук. Так происходило снова и снова. Ши Юэ понял, что демон наложил на него заклятие.
Тогда юноша решил уморить себя голодом, отказываясь принимать какую-либо пищу.
Так пролетели несколько дней. Скрипнула дверь и вошёл Нин Сян.
— Ши Юэ, — позвал он, — ты не голоден? Пора бы и подкрепиться.
— Нет, — отвечал юноша, — я не голоден, — и отвернулся в сторону.
— Напрасно ты так, — сказал Нин Сян. — Почему ты сдался, почему не борешься? За все в этом мире нужно бороться, и за свою любовь тоже. Неужели ты просто так отдашь Инь Чэ тому, другому, который поселился в твоём теле? Сдашься ему без боя? Ведь между тобой и Инь Чэ была близкая связь, когда он знал, что ты — это ты. Может быть, ему не так уж и все равно на тебя? Если ты начнёшь морить себя голодом и сильно исхудаешь, ты станешь непривлекателен для Инь Чэ, тебе надо питаться.
Ши Юэ внимательно слушал этого не по годам развитого подростка. Ему хотелось иметь хоть какую-то надежду, что демону на него на самом деле не все равно.
Когда Инь Чэ вошёл в дом, Ши Юэ с аппетитом уплетал баоцзы, приготовленные Нин Сяном на пару́.
"Сян, ты творишь чудеса", — передал мысленное сообщение своему воспитаннику демон. Юноша посмотрел на него уже не с такой злобой и ненавистью, он успокоился. Убедившись, что он больше не собирается морить себя голодом, Инь Чэ, не глядя на него больше, принялся заниматься своими делами. Главное, чтобы с этим телом ничего не случилось. И снова ждать, ждать и ждать, когда вновь пробудится Цзиньян.