ГЛАВА 39.
На следующий день они проснулись в новой квартире. На полу всё ещё стояли коробки с суши, пустой бокал валялся рядом с пледом, а за окнами медленно просыпался город.
Ликуся лежала, уткнувшись в плечо Никиты. Он поглаживал её по спине.
— Ну что? Готова стать королевой гардеробной?
Она лениво потянулась и улыбнулась:
— Готова. Только без розовых вельветовых лосин, пожалуйста.
Он рассмеялся:
— Да ты чё, это ж будущий тренд.
— Ага, только не в этой жизни.
⸻
Через час они уже были в большом торговом центре. Никита взял тележку, будто они не шмотки, а продукты пришли закупать.
— Мы что, всерьёз?
— А ты думала, я шутил? Погнали.
Первым делом — нижнее бельё. Ликуся в очередной раз убеждалась, что рядом с Никитой не стесняется вообще ничего. Он спокойно выбирал вместе с ней, щёлкал лямки бюстгальтеров, одобрительно цокал языком, когда она выходила из примерочной в новом кружевном комплекте.
— Этот берём. И этот. И этот, — он бросал коробки в тележку. — Да и вообще, давай весь стенд.
⸻
Дальше были топы, джинсы, жакеты, платья, кроссовки, серые очки, куртки-оверсайз, боди, сумки. На одной из остановок в примерочной Ликуся посмотрела на себя в зеркало — она реально чувствовала себя будто королевой.
— Ну что, — сказал он, прижимая её к себе. — А теперь последний штрих.
— Что?
— Бомба.
⸻
Они подъехали к небольшому салону в центре — белая вывеска, кирпичные стены, внутри играло lo-fi. На ресепшене сидела тату-мастер — рыжая, в кожаной жилетке, с пирсингом в носу.
— Имя? — спросила она, не поднимая глаз.
— Ликуся, — ответила она. — Хочу тату на руку. Что-то своё.
— Какую?
Ликуся задумалась. Никита смотрел на неё, не вмешиваясь.
— Слово. Или символ. Что-то, что будет всегда со мной. Но не банально.
Мастер вздохнула и протянула альбом с эскизами. Спустя полчаса они определились — тонкая надпись на внутренней стороне предплечья:
"Fire inside."
И рядом маленький абстрактный огонь.
— Это про тебя, — тихо сказал Никита. — Ты можешь выглядеть нежной, мягкой, но внутри у тебя пламя. Я это сразу почувствовал.
⸻
Она сидела в кресле, рука вытянута на подлокотнике, игла гудела. Было немного больно, но приятно — по-настоящему. Как будто с каждым движением мастера на коже появлялось подтверждение того, что она изменилась. Больше не девочка, не просто девушка рядом с рэпером. А женщина, у которой есть история. И будущее.
— Ну всё, — сказала мастер, протирая руку. — Посмотри.
Ликуся взглянула. И затаила дыхание. Тонко. Стильно. И — её.
— Охренеть, — прошептала она. — Я реально это сделала?
— Ты сделала, — усмехнулся Никита, целуя её в висок. — И ты в этом просто секси.
⸻
Позже они гуляли по вечерней Москве — она с пакетом шмоток и плёнкой на руке, он с её рукой в своей. И никто из прохожих не догадывался, что они только что снова переписали правила своей любви.
— Что дальше? — спросила она.
Он улыбнулся:
— Что угодно. Мы теперь всё можем.