Больные | Чёрная весна

Время уже 12:02, мы голодные, уставшие, собираем все продукты из полок по тому самому списку мамы Кисы, чтобы по желанию не упустить ни один пункт из написанного ей текста. Супермаркет был переполнен людьми как никогда, но всё же нам удалось найти подходящие по списку продукты и пройти наконец на кассу, чтобы пробить все покупки и направиться домой к Ларисе как можно скорее.

Пока я катила тележку и проверяла в ней набранные товары, я остановилась и резко перевела взгляд на стоящего рядом Ваню, который активно пролистывал что то в своём телефоне явно не участвуя в данных закупках, на что я так же быстро, сказала ему
- Кис, мы молоко забыли. Сходи пожалуйста, я буду на кассе.

- Да, подожди. - продолжая стоять на месте и смотреть в свой телефон, он сделал только один шаг вперёд и снова остановился, сосредотачивая свой серьёзный взгляд на горящий перед ним экран, который к сожалению, мне увидеть было не дано.

Осмотрев его с ног до головы и нахмурившись от того, как внимательно и с улыбкой он смотрит что то в своём телефоне, я тяжело выдохнула от приходящих мне плохих мыслей и немного подумав, чуть грубее, повторила
- Вань.

Подняв на меня свои глаза от такого грубого тона и понимания того, что он вынуждает меня выйти из себя, Киса убрал свой телефон в карман и тяжело вздохнув, направился к рядам с молочными продуктами, оставляя меня возле множества касс одну.

Провожая его к тому ряду своим взглядом и опуская свои глаза на телефон в его заднем кармане джинс, я странно посмотрела на это всё решив после задать ему интересующий меня вопрос. Он точно что то скрывает от меня, зачем? У нас только всё начало налаживаться, мы договорились быть открытыми друг к другу. А если Гена и мой отец были правы? Может зря это всё? Киса ведь сам сказал что люди не меняются.. а если он изменит мне? Что тогда? Нет, нет, нет. Пожалуйста, только без паники. Всё у нас будет хорошо, я это знаю. Он же любит меня, сам сто раз об этом говорит. Ну вот, я опять переживаю. Надо с этим заканчивать, вот, Киса идёт обратно, только уже не с пустыми руками, а двумя бутылками молока, замечая на его лице его фирменную, ехидную улыбку, из за которой на моей душе стало легче, разливаясь теплом по всему моему телу.

Подойдя ко мне и оставив две бутылки в нашей тележке, Ваня повернул голову назад на ряды с продуктами и переведя взгляд обратно на меня, спросил
- Это всё?

Подняв голову на него и поморгав несколько раз, я слабо кивнула и повернулась с тележкой к кассам, направляясь к одной из них, чувствуя, как Киса забирает тележку себе и везёт её сам, пока я шла рядом и пилила взглядом его телефон в заднем кармане его джинс, пока в мою голову приходило много негативных или просто не очень хороших мыслей на этот счёт.

Уже на кассе пока Ваня расставлял продукты, он посмотрел на стоящую меня рядом и когда все продукты были на ленте кассира, он задал мне ещё один вопрос, который застал меня врасплох
- Я пересплю с ней?

Тоже посмотрев на него и раскрыв свои глаза ещё больше от услышанных мной слов, я нервно сглотнула ощущая внутри себя сильную тревогу и через недолгое молчание, тихо, спросила
- Ч-чего?

Заметив на моём лице дикий страх или непонимание его слов, Киса странно посмотрел на меня с недопониманием и решив повторить вопрос, ещё раз, спросил
- Я пройду с ней? С тележкой к выходу, чтобы не тащить пакеты в машину.

Поменявшись в лице на более расслабленное и открыв рот для того, чтобы ответить, я поняла что из моих уст ничего выходить не хочет и заикаясь, я тихо, сказала
- Н-не зн-аю, Вань. Смотри сам. - невольно задрожав от того, как сама же накрутила себя, я крепко обняла себя за плечи и тяжело вздохнула, отворачивая от Кисы свою голову куда то в сторону, чтобы тот не успел понять по моему лицу что со мной что то не так.

Нахмурившись от того, как нервно и странно я ответила на его вопрос, его руки мягко повернули моё тело к себе и опустив руки к моим предплечьям ниже, спросил
- Отец?

Медленно и неуверенно подняв на него свою голову, я немного замялась с ответом и лишь тяжело вздохнув, убрала его руки со своих плеч, принимаясь убирать продукты в пакеты, которые пробивала нам кассирша.

Когда продукты уже были оплачены, а чек выдан, Киса забрал все пакеты в две руки и направившись к выходу, его голова повернулась ко мне и когда я смотрела куда то вниз и следовала за ним, он нахмурился, снова возмущённо, но всё же с переживанием задавая мне ещё один вопрос
- Яна, твою мать, что опять?

Снова посмотрев на задний карман его джинс в котором был его телефон, я сильно нахмурилась от представлений что там может быть и подняв свои озлобленные глаза на него, грубо, не думая, ответила ему
- Да блин, ничего! Что ты пристал ко мне?! Нормально всё! - забрав с другого его кармана ключи от машины, я быстро вышла на улицу и направилась к ней, открывая её и садясь на своё пассажирское место спереди, пока Ваня шёл к багажнику чтобы убрать туда пакеты с продуктами.

Убрав пакеты в багажник и закрыв его, Киса направился к водительскому месту. Когда он уже был в салоне и заводил двигатель, его рука плавно прокрутила руль для того, чтобы развернуться здесь и несмотря на меня, после выдоха, он спокойно, сказал мне
- Давай поговорим.

- О чём? - резко спросила я и посмотрела на него, прожигая его своим взглядом насквозь, пока тот внимательно смотрел на дорогу и даже на секундочку не повернулся ко мне, чтобы я смогла разглядеть его полные обмана и непонимания глаза.

Когда мы попали на первый светофор и резко остановились на красном цвете, Ваня повернул ко мне свою голову смотря на меня с недопониманием и кашлянув про себя, немного возмущённо спросил
- На что ты обиделась?

Хорошо подумав над его вопросом и решив не придумывать разные ситуации, я задала ему встречный вопрос, прямо и без лишних слов
- Ты что то скрываешь от меня в своём телефоне?

Странно посмотрев на меня после моих слов и опустив глаза к своему телефону, он немедленно поднял их на меня и нахмурившись, неуверенно, ответил мне
- Ну, нет. Что ты хочешь этим сказать?

Пока он опускал свои глаза на телефон и снова возвращал их на меня, мне уже всё точно было понятно. Всё, что он скрывает от меня - находится в его телефоне. Да ну нет же! Я не готова ещё раз разочаровываться в людях и делать поспешные выводы! Просто, наигранно, слабо улыбнувшись ему, я отвела взгляд на дорогу и решив не тратить свои нервы на это дерьмо, я тихо, спокойно, сказала
- Ничего не хочу, забей. Просто, забудь, ладно? - тихо рассмеявшись и закрыв своё лицо рукой, я отвела взгляд к своему окну и почувствовав как мои глаза наполняются слезами от его вранья, продолжила улыбаться сквозь невольно текущие слёзы пока тот не видел меня и мои слёзы из за того, что я отвернулась от него.

Так как я сама увернулась от темы и решила закрыть её, Киса поднял одну бровь наверх в непонимании и убрав свой телефон в карман, посмотрел на светофор, который почти сразу загорелся зелёным и мы тронулись с места уезжая домой как можно скорее уже в тишине и тихом молчании.

Через десять минут мы уже были во дворе рядом с подъездом и когда Ваня только припарковал машину, я открыла свою дверь мигом выходя на улицу и подходя к багажнику, опережая Кису в том, чтобы я сама забрала хотя бы один пакет с продуктами.

Пройдя к багажнику и наблюдая за тем, как я тянусь к пакетам и забираю только один, Кислову были не понятны мои эмоции, но то, что я умалчиваю о недовольствах к нему - уже говорило о многом. Пока я целеустремлённо смотрела на пакет в своих руках и брала его поудобнее, Ваня крепко обнял меня сзади упираясь щекой об мою макушку и тихо, чтобы сгладить такую непонятную ситуацию, сказал мне
- Я люблю тебя и ничего не скрываю от тебя, Ян. - проводя своими большими руками по моему животу сквозь тёплую кофту с капюшоном, он потянул её молнию вниз и пропустив свои руки дальше, принялся согревать меня своими горячими, крепкими руками.

Немного опешив от его крепкого объятия и очень подозрительных слов для такого момента, я оставила пакет с продуктами на земле и положив свои руки на его, тяжело вздохнула
- Я уже ничего не знаю.. у меня слишком много разочарований в последнее время, Кис. Я устала. - отстранившись от него, я подняла свою голову на него смотря на него жалкими от ситуации глазами и до сих пор не понимая, что же он умалчивает и боится сказать мне прямо в глаза.

Рассматривая мои грустные глаза и слегка дрожащие от холода губы, он обхватил мои щёки своими руками и приблизив к себе, мягко поцеловал их, крепко, но очень бережно обнимая моё тело. Отстранившись от меня, он переместил свои руки на мои плечи и слегка сжав их, после, ответил мне
- Не неси бред. Сколько раз и каждый сука день я признаюсь тебе в любви не только словами, Ян. Ты хочешь сказать, что не веришь мне и моим словам?

Подняв свои глаза на его, я отрицательно помотала головой и положила свои руки на его, резко, немного с возмущением, отвечая
- Ты совсем уже? Я верю тебе.. Вань.. правда.. пойдём домой, пожалуйста.

Продолжая смотреть на меня и держать свои руки на моих предплечьях, он медленно отпустил их и забрал с земли тот пакет который я оставила рядом, молча направляясь к нашему подъезду со всеми пакетами содержащие продукты.

Наблюдая за уходящим Ваней и опуская глаза вниз на пустую землю уже без пакета, я услышала как наша машина закрывается и направилась к подъезду за ним, быстро проходя внутрь и начиная вместе подниматься по лестнице. Поднявшись на наш этаж и встав рядом с нашей квартирой, я решила позвонить в звонок, надеясь, что Лариса сейчас дома. После звонка в квартиру и ожидания несколько секунд, я услышала шаги в прихожей и когда дверь открылась, за ней показалась улыбающаяся мама Вани, которая видимо пришла домой только недавно.

- Проходите. Как дела? - спросила меня Лариса, забирая с рук Кисы пакеты и оставляя их на полу, пока мы оба проходили внутрь и закрывали за собой входную дверь квартиры на замок.

Медленно подняв свои глаза на Ларису и переведя их обратно на Кису, который снимал с себя кроссовки, я снова посмотрела на неё и слабо улыбнувшись через грустные мысли о том, что же от меня скрывает Кислов, я спокойно, ответила ей
- Всё хорошо.. тёть Ларис, Вы хотели со мной приготовить пирог. Может если вы сейчас не сильно заняты, мы займёмся этим? - сняв с себя кроссовки и оставив их на полочку рядом с обувью Кисы, я выпрямилась в ровное положение перед Ларисой и снова посмотрела на неё.

Когда она услышала то, что хотела услышать ещё тогда в мои восемнадцать лет, на её лице расплылась широкая улыбка, пока глаза приобретали новые искорки от счастья и такого интересного предложения от меня
- Да-да, конечно, Яночка. Переодевайся, я пока все ингредиенты достану. - с улыбкой сказала она и взяв несколько пакетов с собой, быстро пошла на кухню, оставляя меня и Ваню в прихожей одних, в тихом молчании и возможно, немного напряжённой атмосфере от недопонимания друг друга.

Проведя её своими глазами и решив помочь ей с остальными пакетами, я, только хотев подойти к ним, увидела как Ваня быстро перехватывает их и направляется на кухню, так же молча, так и ничего больше не сказав мне. Проводив своим взглядом и его, я решила послушать Ларису и тяжело вздохнув, направилась в спальню, чтобы надеть более удобный комплект домашней одежды, состоящей из майки и коротких шортиков, так как в квартире, если честно, было достаточно жарко. Только сделав шаг в нашу спальню и решив посмотреть на время в своём телефоне, на экране блокировки горели обои, на которых была я вместе с Ваней и нашим котёнком по имени Снежок, от чего на моём лице появилась невольная улыбка и я провела большим пальцем по белой мордочке на том экране, явно скучая по такому пушистому, белому другу
- «Скоро ты будешь не один..» - усмехнувшись от своей же мысли и убрав телефон на тумбочку возле дивана, я быстро стянула с себя те вещи и надела на себя белую майку с такими же белыми шортиками, забирая с тумбочки свой телефон и направляясь к выходу из комнаты в коридор. Только приоткрыв дверь и решив сделать шаг дальше, я услышала разговор между Ларисой и Ваней и решила тихо подслушать, чтобы понять, о чём они говорят.

- Мам, только не говори об этом Яне, ладно? Не намекай даже, я тебя прошу. - очень серьёзно и достаточно строго попросил Ваня свою маму о такой непонятной для меня просьбе.

- Вань, я что, дура совсем? Конечно не скажу, обещаю. - так же тихо и серьёзно ответила она ему, заканчивая с ним данный диалог, который мне так и не удалось к сожалению понять.

Слушая их конец разговора и поджимая губы, я сжала рукой дверную ручку и немного подумав, вышла в коридор, хлопая дверью спальни.

Дёрнувшись от того, как я хлопнула дверью нашей спальни, Кислов повернул голову в коридор и посмотрев на меня уже на кухне, нахмурился, спрашивая меня
- Всё нормально?

Подняв глаза на его маму и переведя взгляд на него, я села за стол и улыбнулась, скрещивая свои руки на груди
- Сквозняк, Кис. - положив на стол свой телефон и посмотрев на все ингредиенты для пирога, я потёрла себя за плечо и задрожала, нервничая за наши отношения.

Не отрывая от меня своих хмурых глаз, Кислов перевёл взгляд на свою маму и после, снова посмотрел на меня, подходя ко мне. Положив свою руку мне на макушку и поцеловав меня в неё, он потёрся носом об мои волосы и тяжело вздохнув, сказал
- Я отъеду ненадолго, ладно? Сиди дома.

Ничего не ответив на его слова и продолжая смотреть на стол, я почувствовала как он отстраняется от меня и направляется к выходу из кухни, из за чего на моей душе начинался не просто ураган, а целая буря. Нет, молчи, не говори ничего, говорила я себе, чтобы не поссориться с ним. Когда Киса вышел из квартиры и оставил в ней меня вместе с Ларисой, я подняла на неё свои глаза и немного помолчав, после, сказала
- Тёть Ларис.

- М? - спросила она меня, поворачиваясь ко мне с кружкой с зелёным чаем в руке, который она приготовила для меня.

Дождавшись того момента, когда она поставит мою кружку на стол, я снова подняла на неё свои глаза и через глубокий вздох, с переживанием, спросила
- Что происходит? Что такого мне нельзя говорить и почему Ваня молчит об этом?

Тоже почти сразу посмотрев на меня после сказанных мной слов и отпустив мою кружку со своей руки, она кашлянула про себя и отрицательно помотав головой, с улыбкой, ответила
- Тебе наверное послышалось.. не бери в голову, мы с ним просто разговаривали.. хорошо? - погладив меня по плечу, она принялась разбивать в чашку яйца для пирога, чтобы начать его приготовление как можно скорее.

Смотря на неё и переводя взгляд на чашку, в которую она разбивала яйца, я лишь тяжело вздохнула и отпила из своей кружки немного чая, чуть позже вставая и начиная помогать ей делать всё строго по рецепту. Когда тесто было уже в форме для запекания, а ягоды выложены сверху на нём, я обняла себя за плечи и грустно посмотрела на Ларису, тихо, говоря
- Ну тёть Ларис.. поймите меня, я ужасно волнуюсь за наши отношения. Вы же помните что было тогда..

Открыв дверцу разогретой духовки и аккуратно взяв двумя руками форму с тестом из которого должен получится пирог, Лариса посмотрела на меня и перевела взгляд на духовку, медленно загружая ту форму внутрь
- Ну Ян, перестань. Ты же знаешь что тебе нельзя нервничать. Сейчас Ваня приедет и всё будет хорошо. - закрыв духовку, она выпрямилась и посмотрела на меня с лёгкой улыбкой на лице, раскрывая мне свои руки для крепких, родственных объятий.

Смотря на неё и тоже слабо улыбаясь ей, я доверилась её словам и подошла ближе, крепко обнимаясь с ней. С того момента как мы поставили пирог, прошло уже двадцать минут. Лариса решила устроить на кухне небольшую уборку, а я.. что я? Я сидела и нервничала, накручивала себя. Куда он мог уехать без меня? Что вообще происходит между нами? Нет, я не могу его больше ждать. Я устала. Минуты шли за минутами, секунды за секундами. Его всё нет и нет. Так и продолжая сидеть за столом, я уже успела положить свою голову на него от усталости и дурных мыслей о Кисе. И вот, долгожданный звук открытия входной двери. Моя голова среагировала очень быстро и я резко встала из за стола, направляясь в прихожую, чувствуя, как мои глаза наполняются слезами от переполненных во мне эмоций. Этот момент мне напомнил меня восемнадцатилетнюю, когда я так же с кухни шла в прихожую к нему и после, узнала что он меня бросает, изменив мне с нашей одногруппницей. Не успев дойти до прихожей, я начала говорить. Громко, злобно, решив ни капельки не сдерживать себя
- Ты вообще представляешь как я волновалась за тебя?! Кислов, если ты готов бросить меня прямо сейчас - давай! Я и не такое в своей жизни уже проходи..! - дойдя до прихожей и остановившись в своих словах, я увидела там Ваню с большим букетом розовых, ещё не раскрывшихся прекрасных пион, после вида которых мои глаза расширились, не понимая ни грамма в сложившейся ситуации.

Крепко, но аккуратно держа одной рукой такой большой букет, его глаза странно осмотрели мой взволнованный вид и остановились на моём лице, так же странно, немного с недопониманием, спрашивая меня
- Брошу я тебя на своих похоронах, если ты сейчас же не примешь моё предложение. Кислова, ты совсем дура? - грубо, немного с волнением добавил он мне, продолжая стоять на месте и наблюдать за моим меняющимся в таком моменте лицом.

Расширив свои глаза ещё больше, я показала на себя и на него своим пальцем, усмехаясь и нервно, почти не разбирая своих слов, говоря ему
- Я..? То есть, ты мне..? - чувствуя, как мои ноги становятся ватными, а сознание затуманивается и я легко падаю на пол словно марионетка, мой слух уже отказался что то воспринимать, а тело реагировать, потому что сейчас моё тело решило наградить меня нежданным для всех обмороком после такого ужасного стресса.

Резко раскрыв свои глаза от того, как я упала перед ним не успев сказать и слова, он оставил цветы на полу и быстро пошёл ко мне, слыша, как с кухни уже бежит взволнованная мама, пока тот уже хлопал меня по щекам и поднимал меня за голову, чуть громче, говоря
- Яна. Яна! Зашибись просто. - взяв меня к себе на руки, он посмотрел на маму рядом и встал на ноги, крепко прижимая моё тело к себе, чтобы я не упала.

Лариса, строго смотря на Ваню, поставила свои руки на пояс и тяжело вздохнула, тихо, говоря ему
- Ну ты мог сказать ей что нибудь, чтобы она не волновалась?

Смотря на неё и молча закатывая свои глаза, он пошёл в нашу спальню чтобы положить меня на диван и попытаться привести меня к сознанию. Когда он уже дошёл до дивана и я аккуратно лежала на нём с краю, Киса положил свою ладонь на мой лоб и перевёл взгляд на маму, тихо, говоря ей
- Принеси мокрое полотенце.

Опустив глаза на своего сына и переведя взгляд на лежащую меня, она принялась выполнять его просьбу, оставив нас двоих в нашей спальне, пока я так и продолжала лежать и не придавать никаких признаков.

Сидя на диване рядом со мной и держа свою ладонь на моём лбу, он волнующе смотрел на меня и ждал, когда я проснусь, чтобы сказать те самые долгожданные слова, которые хотелось бы услышать точно каждой из девушек.

Голова тяжёлая. Сильная боль, звон в ушах. Ещё некоторое время мой мозг не был в состоянии думать, на что то реагировать. Чуть позже, на секунду в моей голове произнеслись такие мысли: «где Киса?», «я спала?», «это был сон?». Да, это была настоящая любовь. Ведь первое, о ком я подумала, это о самом близком, любимом мне человеке, ещё не понимая, что он сидит рядом со мной, прямо на этом диване и ждёт, когда же я приду в сознание и посмотрю на него. Медленно, нехотя открывая свои глаза под мокрым, тяжёлым полотенцем, первое что я увидела перед своими глазами, это лицо Кисы, а после, что то розовое рядом со мной, что точно напоминало мне те самые цветы с прихожей, которые я успела хорошо запомнить. Веки снова закрылись, как будто на них давил тяжёлый груз, а после снова приоткрылись, стараясь продержать их хотя бы несколько секунд, чтобы насладиться моим успокоением, которым являлся сам Ваня, потому что он дома, он со мной, здесь, рядом, и теперь мне точно волноваться больше не за чем.

Держа полотенце на моём лбу и переводя взгляд на уходящую маму из нашей спальни на кухню, Киса посмотрел на то, как я смотрю на него с приоткрытыми глазами и тяжело выдохнул, тихо, виновато, говоря мне
- Прости меня. Да, я мудак. Ты сама меня таким полюбила. - положив другую руку на моё плечо, он погладил его большим пальцем и стал ждать, когда мне станет лучше.

Смотря на него и медленно, обессиленно кладя свою руку на его в центре своего лба, я сжала его пальцы в своей руке и почувствовала скопление слёз в своих глазах, тихо, с хрипотой, говоря ему
- Я ненавижу тебя, Кислов.. ты заставил меня нервничать как ненормальную.. - почувствовав, как к моему горлу подступает кашель, я приподняла голову с подушки чуть выше и закрыла рот рукой, кашляя, пока крепкие руки Ваня придерживали меня и тянули к себе, обнимая меня.

Находясь рядом со мной в миллиметрах и опускаясь губами к моему уху, он коснулся ими до моей мочки и тихо, почти шёпотом, сказал мне
- Можешь ненавидеть меня сколько хочешь, а я готов любить и принимать тебя такую на всю свою жизнь. - немного отстранившись от меня и просунув одну из рук в свой карман, Ваня достал оттуда красную коробочку открывая её и показывая мне прекрасное кольцо с маленькими брюликами, которое больше всего напоминало сияющие звёзды на небе или ночной город, который мы смотрели вместе ещё до отношений со сломанной ногой, которая точнее, сломанной даже не была
- Яна. Орлова. Я ничего не скрывал от тебя, в моём телефоне были переписки и звонки с ювелирками и цветочными магазинами, чтобы придти к этому моменту готовым. Знай, я ненавижу твою фамилию. И не потому что мне не нравится её звучание, она не нравится мне потому что она досталась тебе от того человека, который всю жизнь сука делал тебе больно. Я не люблю банальностей, ты это знаешь. Давай без этих сопливых слов, просто ответь мне: Ты готова поменять свой паспорт с новой фамилией и быть моей законной женой? Или если хочешь, я готов сказать даже так: Я буду любить тебя до конца своих дней, пока смерть не разлучит нас. Но ты же знаешь что слова в наше время уже ничего не значат. Я люблю тебя. Ты - моя любовь. И я никуда и никогда от тебя не уйду, ты поняла меня?

Медленно отстраняясь от него и опуская свои глаза на невероятное красоты кольцо в его руке вместе с такими же прекрасными, розовыми пионами, я подняла свои уже почти заплаканные глаза от таких слов на него, пока перед ними был не Ваня, а все воспоминания, которые были связаны вместе с нами. Наша первая встреча в университете. Наш первый яркий поцелуй в клубе под веществами. Первое признание в любви друг другу после драки с моим другом. Первая сильная ссора. Боже, сколько всего я только что вспомнила, пока передо мной стоял такой очевидный, очень трогательный для меня выбор. Уж слишком хорошо мне сейчас, от чего стало немного по себе. Закрыв рот двумя руками и пустив слёзы счастья от такого вопроса, я долго смотрела в глаза Кисы и плакала от такого исхода наших отношений, выпуская все свои эмоции наружу. Рассмеявшись со слезами на глазах от нахлынувших меня эмоций, я активно покивала головой и быстро, радостно, убирая руки со своего лица, сказала ему
- Да! Да, Кис! Боже ты мой! - резко обхватив его своими руками за щёки, я прильнула к его губам своими губами, продолжая плакать и прижиматься к его телу как беззащитный, маленький ребёнок, требующий очень много любви и внимания в такой важный и очень трогательный для нас двоих момент.

Сразу ответив на мой поцелуй и проводя большим пальцем по моим щекам чтобы вытереть с них мои слёзы, он нехотя отстранился от меня и достал из той коробочки кольцо, надевая его на мой безымянный палец, на котором было то кольцо, которое он подарил мне в восемнадцать лет на моё день рождения, украшая его новым, связанный с укреплением наших отношений в брак.

Смотря на такое блестящее, возможно очень дорогое кольцо, я заметила как сильно у меня трясётся рука, решив успокоиться. Пока я смотрела кольцо и была увлечена им, мои губы снова накрыли его губы более мягким, успокаивающим меня поцелуем и я растаяла в его руках, согреваясь рядом с ним и слегка отстранившись, я тихо, ему в губы, прошептала
- Теперь ты будешь называть меня Кисловой? Да?

Посмотрев на меня и усмехнувшись от моего вопроса, он провёл свои пальцы в мои волосы и прижавшись своим лбом к моему, так же тихо, задал мне встречный вопрос
- Тебе не нравится?

Тоже усмехнувшись от его вопроса и прижимаясь к нему ближе, я немного отстранилась от его лица решив посмотреть ему в глаза и с улыбкой на лице, ему в губы, сказала
- Ты серьёзно? Ты даже не представляешь как мне приятно что ты доверил мне свою фамилию.. а фамилия от отца.. да провались оно пропадом. Я люблю тебя, Кис. И я хочу быть только твоей девочкой с твоей фамилией. - сев к нему на колени передом и обхватив двумя руками его за шею, я опустила глаза на его губы и снова поцеловала, чувствуя, как крепко его руки хватают меня за ягодицы и сжимают их, ярко и сладко отвечая на мой поцелуй, слыша, как наш момент обрывает Лариса, криком с кухни нам двоим.

- Пирог готов! - радостно крикнула она с кухни, решив не заходить к нам в спальню и не портить такой приятный, очень личный момент для нас двоих.

Отстранившись от его губ и посмотрев прямо ему в глаза, я почувствовала как он поправляет мои волосы и вытирает мои слёзы своими руками, после чего поднимаясь с нашего дивана вместе со мной.

Аккуратно встав ногами на пол и крепко взяв Кису за руку, мы направились на кухню с нелепыми улыбками на лицах, чтобы как можно скорее попробовать тот самый пирог и поделиться с Ларисой такой радостной, очень приятной для нашей семьи новостью. Когда я пришла на кухню всё так же со слезами на глазах и увидела на себе взгляд Ларисы, я почти сразу подняла свою тыльную сторону руки показывая ей то самое кольцо и рассмеялась со слезами на глазах, чувствуя, как крепко она обнимает меня и смеётся вместе со мной, разделяя счастье и радость вместе с нами. Впервые за такое долгое время я поняла, что такое семья. Меня приняли как родную в эту квартиру, Лариса стала мне второй мамой. Тот пирог, который мы приготовили вместе, был уже в наших тарелках с кружками горячего чая, пока я стояла рядом с сидящим Ваней за столом и ждала его реакцию на пирог, что сделали мы вместе с его мамой. После первой ложки такого вкусного, ягодного пирога, он поднял свои глаза на меня и очень приятно похвалил, после чего оставляя свой приятный, любовный поцелуй на моём открытом животе из под домашней майки и шортиков, наслаждаясь своим присутствием здесь, в своей квартире уже не только с мамой, а с любимой половинкой и тем, что принадлежит только нам двоим и находится прямо у меня, под моим большим, очень хрупким и любящим сердцем...

***

Говорят, хороших концов не бывает, но в моей жизни, если честно, он произошёл. Через несколько дней ещё проживания в квартире здесь, к нам сюда успели придти все наши друзья чтобы извиниться перед нами и поговорить как взрослые друг для друга люди. Из всех тех, кто пришёл поговорить с нами, Гена извинялся перед нами больше всего, после чего Киса просто обнял его, так же поступив и с Хэнком, который пришёл к нам вместе со всеми, что очень удивило меня и всех других друзей в такой ситуации. На самом деле, очень хорошо что мы помирились, потому что уезжать отсюда обратно в Питер со сломленными чувствами к нашим друзьям - будет не очень хорошим и радостным моментом в нашей жизни. Предварительно сказав им о том, что мы не будем играть свадьбу и просто распишемся, я и Киса через неделю уже погрузили все свои чемоданы в машину и собрались уезжать, прощаясь здесь со своими друзьями и самым главным - мамой Кисы. Я не знаю насколько долго она обнимала меня, но минута уж точно была. Выезжая со двора на дорогу и провожая друзей вместе с Ларисой прощальным взглядом, мы принялись к насыщенной поездке в наш родной город, в котором и продолжится наша история, с новым статусом и новой фамилией. Своей маме я решила тоже рассказать об этом по звонку, предварительно до этого рассказать и про свою беременность, которая если честно, привела её в очень большой шок. Казалось, что вот вот и она упадёт в обморок, но что удивило меня больше всего, она искренне, так же как Лариса была очень рада за нас и дала обещание в скором времени приехать к нам в гости. Что было с нами дальше? Здесь рассказывать конечно придётся долго, но всё же, краткую часть я расскажу. По приезду в наш родной город мы выбрали удобную, красивую для нас дату и в скором времени расписались в отделе ЗАГСа, после чего я официально стала Кисловой Яной Олеговной. Ладно, просто Кисловой Яной. Или же если совсем просто, то Кисловой, как теперь любит меня называть мой Киса. На протяжении всех тех девять месяцев моей беременности наша жизнь показалась нам очень сложной, иногда казалось что это решение было очень спонтанным будучи в ожидании ребёнка и мы не справимся с ролью родителей. Но нет, трудности были и будут, а это значит, что они сделают нас сильнее и укрепят наши отношения ещё больше. Выдержав такой тяжёлый путь и дойдя до самого конца, я могу с гордостью представить Вам нашу вторую любовь - Кислова Мирослава Ивановна. Мне не верилось что наша жизнь изменилась так резко. Мы стали не просто семьёй, а родителями нашей маленькой, очень родной частью любви для нас двоих. Возможно, это можно считать хеппи эндом, потому что наконец таки, в своей жизни, в этом моменте вместе с Кисой - я счастлива.