18 часть
Дженни:
С чистым сердцем передав преподавателю по литературе сто раз выверенное и перечитанное эссе, я отправилась на физкультуру. Преподаватель «обрадовала» нас, что сегодня мы будем заниматься на поле одновременно с футбольной командой. По каким-то своим странным соображениям миссис Ли решила, что это будет прекрасной идеей. Именно из-за ее блестящей выдумки я тащилась на поле из раздевалки, едва переставляя ноги, и оттягивая момент встречи с футбольной командой.
После четвертого сообщения Чонгук все-таки переслал мне свою часть эссе. В электронном письме не было ничего, кроме прикрепленного файла, а тема письма ограничивалась четырьмя буквами «Эссе». От этого почему-то стало так горько, как будто ему нечего было сказать мне больше. Словно мы никогда не были друзьями. Ох, я снова перемалывала то, что между нами произошло. Хотя правильным вариантом было переступить через ситуацию и двигаться дальше.
Футбольное поле было наводнено студентами. Команда занимала большую его часть, девчонки из группы поддержки отделились от класса и пошли тренироваться ближе к ребятам. Простые смертные, в числе которых была я, пошли к преподавателю. Я намеренно не смотрела в сторону команды, не желая встретиться глазами с Чонгуком, и уж точно избегала Кая.
– Девочки, сначала разминка, потом бег на скорость, – объявила миссис Ли, поднимая вверх секундомер.
– На следующей неделе будет отбор в команду бегунов, так что если кто-то выражает желание попасть туда, можете записываться у меня.
Миндзи, ты сегодня проводишь разминку. Поехали, красавицы мои.
Повторяя движения тощей Миндзы, я чувствовала на себе чужие взгляды, и они совсем не имели отношения к потеющим рядом со мной сокурсницам.
– Мисс Ким, опаздываете, – строго заметила преподаватель, когда рядом со мной появилась Джису в ярко-красных штанах для йоги и такой же майке.
– Простите, миссис Ли, сдавала эссе.
– Лично? – фыркнула преподаватель, и вернулась к разглядыванию футболистов.
– Ты где была? – прошипела я, поднимая руки и повторяя движения Миндзи.
Джису вклинилась в разминку так гармонично, как будто была здесь с самого начала урока.
– Я записалась на курс режиссуры.
– Куда? – Руки сами опустились, а я застыла на месте.
– Подними руки, лентяйка, – шикнула на меня Джису и, повернувшись лицом к Миндзи, продолжила, как ни в чем не бывало: – Я определилась с направлением.
– Мы же только на первом курсе.
– А я уже знаю, чего хочу. Буду такой себе Джису Тарантино. Ох, Джен, у меня столько идей насчет фильмов, ты себе представить не можешь.
– Могу. От чего же? Твое богатое воображение будет тебе неслабым помощником.
– Спасибо, что веришь в меня подруга. Для пущей искренности нотки сарказма можно упустить. – Помолчав минуту, Джису продолжила: – А ты, я вижу, решила крышу сорвать своему несостоявшемуся бойфренду.
– Ты о ком?
– О Чоне, понятное дело. Он уже все поле залил слюнями, прожигая дыры в твоих нескромных шортиках.
– О, да я леггинсы постирала, они не успели высохнуть.
– Ну да, ну да, – с ухмылкой протянула подруга, заслужив тычок в бок.
На третьем круге нашего забега Джису уже едва переставляла ноги, волоча за мной усталые конечности. А мне это занятие пришлось по душе. С каждым стуком кроссовок о землю мысли прояснялись все больше, впуская хоть немного здравого смысла в разум. Каждый раз пробегая мимо команды, я кривилась, потому что Кай присвистывал и отпускал недвусмысленные шуточки в мой адрес. Судя по синякам, живописно украшающим лица Кая и Чонгука, они таки нашли повод сцепиться. Но их это, кажется, совсем не волновало. Чонгук, как всегда, был угрюм, и едва ли бросил на меня взгляд за целый день, хоть мы и присутствовали вместе на трех занятиях.
Когда все сокурсницы покинули поле, миссис Ли задержала меня.
– У тебя отличные показатели, Дженни, и есть все шансы участвовать в забегах. Как ты смотришь на то, чтобы заняться бегом? У бегунов отличный тренер, мистер Ким Сокджин.
– Я не против, – неожиданно для самой себя выпалила я.
– Вот и отлично. Я передам мистеру Киму, что ты будешь заниматься. Но завтра зайди с утра к нему и запишись, хорошо?
– Да.
Миссис Ли улыбнулась и похлопала меня по плечу.
– Ну и славно. Я уверена, что у тебя все получится.
Когда я вошла в здание школы, коридор со стороны стадиона был пустым, мои шаги эхом отдавались от бетонных стен. Было в этом что-то зловещее. Как только я дошла до раздевалки и уже слышала голоса девчонок, кто-то схватил меня за локоть, и, резко развернув, прижал к стене. Я подняла взгляд и посмотрела на него. Незнакомый мне игрок из футбольной команды. Он выглядел отвратительно: спутанные светлые волосы, горящие нездоровым блеском глаза, и губы. Сердце заколотилось с удвоенной силой. Мне стоило сделать лишь шаг вправо, и я бы оказалась на знакомой безопасной территории среди девочек. Но он так сильно стискивал мои плечи своими огромными лапищами, что я не могла пошевелиться. Страх сковал горло. Я пыталась убедить себя в том, что ну что может со мной случиться в стенах школы? Тем более, когда рядом полная раздевалка девчонок, а в каких-то двадцати метрах выход на стадион. Но мне все равно было до ужаса страшно, аж тряслись поджилки.
– Классные шорты, – прогнусавил мерзкий тип мне в самое лицо. Я скривилась и попыталась отвернуться, но он грубо схватил меня за подбородок и повернул к себе лицом. – Я наблюдал за тобой во время занятия. У тебя отличная задница. Давай вечером встретимся. Знаю отличное местечко для нас двоих.
– В твоих мечтах.
– О, сладкая, в своих мечтах я тебя уже нагнул посередине футбольного поля и отодрал на глазах у толпы. – Он мерзко хихикнул, а у меня по коже поползли мурашки.
– Сухо! – услышала я спасительный крик со стороны стадиона. – Оставь ее!
Повернув голову, я увидела, что к нам быстрыми шагами приближались Чонгук с Каем. Лицо Чонгука выражало такую злость, как будто он был готов собственными руками разорвать моего обидчика. А тот отпустил меня, поднял руки, как будто сдаваясь, и сделал шаг назад. Повернувшись ко мне, он подмигнул и произнес:
– Поболтаем позже, детка.
В этот момент Чонгук преодолел оставшиеся пару шагов, схватил Сухо за футболку и буквально вбил в стену. Тряхнув того раз, он снова ударил им о стену.
– Еще раз прикоснешься к ней, на футбольное поле будешь выезжать в инвалидном кресле, процедил Чонгук сквозь зубы.
– Эй, мужик, – опять противно хохотнув, протянул Сухо, – я ж отпустил ее. Видишь, она свободна.
– Ты меня понял? – переспросил Чонгук, еще раз ударяя парнем о стену.
–Понял, понял, – уже серьезнее ответил Сухо. Чонгук отпустил его, тот поправил футболку и, проходя мимо меня, ткнул в мою сторону пальцем. – Хоть табличку навесь или пометь, я не знаю. – Он мерзко загоготал, но шаг ускорил, когда метнул взгляд на Чонгука.
Кай прошел мимо меня в мужскую раздевалку, бросив короткое приветствие. Обтирая спиной стену, я пятилась к раздевалке, когда ладони Чонгука легли по обе стороны моей головы, заставив остановиться. В нос ударил запах пота и свежести, которой всегда пахло от него. Даже пот не был способен испортить его запах, и я тихонько втянула воздух носом, насыщаясь этим ароматом.
– Почему от тебя одни проблемы, Дженни? – спокойно спросил Чонгук.
– Никто не заставлял меня спасать. Ты сам вызвался быть рыцарем на побегушках.
– Я пообещал твоей маме присматривать за тобой.
– Со мной все в порядке.
– Я видел. Что это за тряпка на тебе? – зло спросил он, указывая на мои шорты.
– Это одежда, – ответила я, как можно более язвительным тоном. – И то, что тебе это не нра…
Я не успела договорить. Он схватил меня за локоть и поволок в другую сторону коридора.
– Эй, что ты делаешь? Отпусти меня! – крикнула я, а уже через минуту была буквально затянута в небольшое помещение с крохотным окошком. Кинув быстрый взгляд по сторонам, я заметила швабры, ведра и метлы, расположенные у дальней стены.
Чонгук схватил меня за плечи и, прижав к закрытой двери, навис надо мной.
– Повторю свой вопрос, – процедил он сквозь зубы. – Что за херня на тебе надета?
Он резко дернул за мои шорты так, что нижняя часть впилась мне в ногу.
– Шорты, придурок.
– Не надевай их больше на уроки.
– Почему? – спросила я, дерзко задрав подбородок. – Тебя волнует внимание парней ко мне?
– Меня, блядь, волнует, что в какой-то момент меня может не оказаться рядом, и ты пострадаешь.
– О, Чонгук, так ты за меня волнуешься? – Во мне проснулась стерва, которая хотела уколоть его побольнее. – Не надо. За свою Розе волнуйся. Или за девок, которые полируют тебя своими сиськами на поле.
– Ты ревнуешь, – прищурившись, тихо сказал он.
– Не ревную, – упрямо отозвалась я, отводя взгляд.
– Посмотри на меня.
Я продолжала пялиться в серую стену, не в силах поднять на него взгляд, потому что знала, что он там увидит: боль и желание, смешанные в огнеопасный коктейль, который разнесет все к чертям, стоит только поднести к нему правильную спичку.
– Дженни, – снова позвал Чонгук.
– Отвали от меня, – резко сказала я.
– Тогда перестань крутить задницей перед каждым встречным, как будто ты шлюха, ищущая следующего клиента.
Его слова подняли лавину внутри меня. Недолго думая, я занесла руку и с громким шлепком опустила ладонь на его гладко выбритую щеку. Голова Чонгука от удара повернулась в сторону, и он замер. В какой-то момент мне стало страшно. Я не знала этого нового Чонгука. Что, если он даст сдачи? Что, если не сможет сдерживать агрессию, и ответит мне взаимностью? Я слегка сжалась, пытаясь поймать его взгляд, чтобы понять, что меня ожидает. Пару секунд спустя Чонгук, сжав челюсти, повернулся в мою сторону.
Как только наши взгляды встретились, Чон схватил меня за волосы на затылке и, стремительным движением приблизив свое лицо к моему, буквально впился своими губами в мои. Чертов Чонгук и его упругие, нежные, горячие губы. Его запах и сила, с которой он сжимал мои волосы. Я не успела понять, когда это произошло, но его рука была на моей талии, сжимая обнаженную кожу под майкой, а мои руки уже притягивали его за волосы ближе, пока наши языки, словно противоборствующие силы на поле боя, сражались за территорию. Я насыщалась им, как будто это была последняя в жизни возможность коснуться его, почувствовать вкус.
Наш поцелуй прервался так же быстро, как и начался. Чонгук зажмурился, прижавшись своим лбом к моему. Тишину, заполненную лишь нашим тяжелым дыханием, прорезал его грубый хриплый голос:
– Блядь, Джен.
Чон резко отстранился, отодвинул меня от двери и, не глядя в глаза, вылетел из подсобки. Дверь за ним с грохотом закрылась, заставив меня подпрыгнуть и положить руку на грудную клетку, где колотилось сердце. Оно билось, как раненая птица в клетке, пытаясь проломать себе дорогу на свободу. Дыхание сбилось от нашего голодного поцелуя, и ощущение было таким, словно больше я не смогу дышать полной грудью. Теперь всегда воздух будет поступать в легкие прерывистыми рывками лишь для того, чтобы поддерживать во мне жизнь.
Прислонившись спиной к стене, я невидящим взглядом снова и снова обводила инструменты для уборки, прокручивая в голове произошедшее. Ну и какого черта опять было между нами? Что за странные порывы, рвущие сердце на части? И почему он снова сбежал? Мне надоела эта игра в кошки-мышки, но в глубине души я ею наслаждалась. Как заправская мазохистка, я получала удовольствие от тех крох внимания, которые мне дарил он. И это, черт возьми, было печально. Потому что я была жалкой.
Застонав и зарывшись руками в волосы, я попыталась стряхнуть наваждение. Как только дыхание выровнялось и я почувствовала, что краснота от возбуждения сошла со щек, я распахнула дверь и вышла из подсобки.