14 глава
Я стояла и ощущала руки Рязанцева на своей талии. А спустя секунду мы начали двигаться. Влад смотрел мне в глаза и медленно покачивался из стороны в сторону. Парень двигался плавно и за этот танец ни разу не наступил мне на ногу. Я тоже старалась не задевать Рязанцева.
Мы стояли посреди актового зала и должны были репетировать танец на зимний концерт. Мы танцевали, а я мысленно окуналась в ту ночь, когда Влад, наконец, при всех позвал меня на медляк:
Я стояла у стены и даже не надеялась на то, что Влад позовет меня на медляк. Каждый раз, когда на школьных дискотеках объявляли медленный танец, он стоял в стороне. Мне всегда казалось, что он не любит танцевать.
Но я никогда не оставалась одна. Меня всегда приглашали. На всех медляках. Чаще всего Пашка Ригозин – наша параллель. Как я знала, я всегда ему навилась, но, увы, это было не взаимно. Но танцевать с ним я всегда соглашалась. Паша был симпатичным и миловидным парнем, но не для меня.
Я искала Пашу в толпе – он был на этой вечеринке, но я не была уверенна, что он остался здесь на ночь. Внезапно из толпы кто-то крикнул, и я сразу узнала в голосе парня Сашу:
— ДА ДАВАЙ УЖЕ, ЧТО ТЫ МНЕШЬСЯ, КАК ПРОСТИТУТКА НА ТРАССЕ?!
Я мгновенно обернулась. Сзади меня Влад стоял и злобно смотрел на Сашу. Мне было смешно. И я сразу поняла, что он про Влада и меня. Рязанцев хотел пригласить меня на танец? Я забавно улыбнулась.
Парень перевел взгляд на меня. Он мгновенно смягчился. А потом Влад поднял голову наверх и выругался:
— Сука, — взгляд Влада вновь метнулся ко мне, а потом он протянул мне руку со словами: — пошли танцевать.
Я усмехнулась и приняла его руку. И мы пошли танцевать. Его руки легли мне на талию так, будто им суждено там быть. Мы медленно покачивались в такт музыке. Влад смотрел мне в глаза, а я тихо, но так, чтобы он услышал, спросила:
— Ты не любишь танцевать?
— С чего ты взяла? — недоуменно посмотрел на меня Рязанцев.
— Ну, ты постоянно стоишь в стороне, когда все танцуют. Я это уже давно заметила.
Влад усмехнулся и покачал головой. А потом он посмотрел на меня с такой нежностью, что у меня сердце чуть из грудной клетки не выпало, а дух захватило.
— Я просто трус, Ангел. Самый настоящий трус.
— Но...
Я не успела ничего сказать, как Влад приложил к моим губам указательный палец и сказал:
— Чш-ш-ш, просто танцуй.
И я танцевала. И тонула в этом изумрудном лесу. Как же горели его глаза, Господи. И я, кажется, влюблялась в эти глаза. И в эту душу. Может снаружи она черствая и колючая, но внутри тут удивительный мир, который понять не под силу каждому.
Песня уже закончилась, а мы все двигались. Влад очаровательно улыбался мне. А его глаза как всегда светились.
— Музыка уже кончилась. — Сказала я Владу.
— Да какая разница? — усмехнулся парень.
— Давай танец репетировать!
Я решительно отошла от Влада и начала командовать. Только что мы просто дурачились. А танец нужно было репетировать. Помню свой шок, когда меня подозвала к себе классная руководительница и сказала:
— Ангелина, я поручаю тебе поставить танец на зимний концерт. Бери себе в пару кого угодно из парней, но чтобы танец к зимнему концерту был готов.
— Мария Игоревна, со мной же никто танцевать не согласится! Тем более на зимнем концерте!
— Как это не согласятся. Ты девочка красивая, с тобой танцевать – мечта многих парней. — Я хотела что-то возразить, но Мария Игоревна меня перебила: — вон, Рязанцева под ручку взяла и пошла с ним танцевать. Передай ему, что это его наказание за то, что он в очередной раз сбежал с уроков. Я устала получать за него выговоры.
Чуть позже
— Ладно, — спокойно ответил Влад на новость.
— Ладно? — переспросила я, — А как же «какого черта, почему именно я?»
Влад усмехнулся моей реплике. А потом посмотрел на меня. В его взгляде было что-то особенное, но я не могла понять, что именно.
— Ангелина, я бы так сказал, если бы меня заставили с Сергеевой танцевать. А я танцую с тобой. Так что давай не будем терять время и пойдем учить танец.
Влад встал, взял меня за руку и повел в актовый зал.
Мы учили танец уже две недели и почти закончили. Эта репетиция должна была быть генеральной, а завтра уже концерт. И мы должны сейчас чисто станцевать, а потом, наконец, пойти домой.
— Так, встань на начало!
— Слушаюсь, моя королева!
Влад пошел на исходную. Я включила музыку и подбежала к парню. Я положила руку ему на плечо, а вторую вложила в его руку. И мы начали двигаться в такт музыке.
Песня была ну очень старая – Give Us A Little Love – Fallulah. Ей было почти двадцать лет, но она идеально подходила под наш танец.
Я была полностью в руках Влада, и он делал все правильно. Он танцевал так, будто знал этот танец еще в утробе матери. Я полностью доверяла партнеру. Мы танцевали то плавно, то быстро.
В животе летали бабочки. Все тело буквально искрило, а особенно места, которых касался Влад. Он не смотрел под ноги, только на меня. Будто ничего в этом мире не было, кроме нас двоих. Мы стояли одни в актовом зале и танцевали. И мне нравилось это. Именно рядом с Владом я чувствовала себя героиней какой-то книги. Плохой парень и хорошая девочка. Так банально, но всегда есть в этом что-то романтичное. И чаще всего это интересней читать, чем хороший парень и такая же девушка.
Музыка начала подходить к концу. Я встала напротив Влада, боком к залу и посмотрела ему в глаза. А в следующую секунду повернулась лицом к залу, держась за руку с Рязанцевым, и поклонилась. Музыка тотчас закончилась. Мы идеально станцевали без запинок.
Внезапно непрошенный гость начал хлопать. Я вздрогнула от неожиданности, а потом разглядела в госте Марию Игоревну. Она крикнула:
— Браво! Отлично, ребят! Вы очень красивая пара.
— Мы не пара! — возразила я.
— А зря! Вон, Влад то, поди, не против, да Влад?
Влад первый спрыгнул со сцены, а потом подал руку мне. Я ее с удовольствием приняла и тоже спустилась вниз. Мы подошли к классному руководителю, а потом внезапно Влад притянул меня за талию к себе и сказал:
— Как я могу быть против, Мария Игоревна? Вы видели эту девушку?
Влад посмотрел на меня своим наглыми глазами, а я в недоумении открыла рот, а потом густо покраснела. Этот парень, кажется, любит вгонять меня в краску.
— Рязанцев! — возмутилась я.
— Я тебя слушаю, Ангел. — Сказал парень с наглой улыбкой на губах.
Меня бесила его наглость и в то же время забавляла. Этот парень был на удивление бесячим и классным одновременно. Мне нравилась эта черта в нем. Он был наглым и самоуверенным, но в то же время мог быть милым котиком. Я знала, что он твердый, как камень только снаружи. Но внутри он был ранимым и очень хорошим. И большинству девушек просто это было не важно. Только статус и деньги. Им нравилось только то, что Влад был самым опасным парнем в школе и то, что у него есть бабки. Но смотреть глубже им не нужно было.
Сколько бы девушек у Влада не было, уверенна на все сто, ни одна не узнала его полностью. Даже я. Я его узнала даже не на треть. Влад был не из тех, кто открывается сразу. Он медленно, но верно начинает меня посвящать в свои мысли, в свою жизнь. И с каждым разом я все больше удивляюсь и поражаюсь этому человеку.
— Ладно, ребятки, идите-ка домой. Потрудились уже сегодня. — Сказала Мария Игоревна.
— А как же биология? — недоуменно посмотрела я на классного руководителя.
Влад резко взял меня за руку и потащил в сторону выхода, со словами:
— Ангелина, ты что, не проживешь без своей биологии? Пошли уже. — Влад обернулся все также сидящей на стуле Марии Игоревне и крикнул:
— Спасибо, до свидания!
Я только тихо рассмеялась и сказала Рязанцеву:
— Вот на уроки не ходишь, а как ЕГЭ собрался сдавать?
***
Влад
Зимний концерт был в самом разгаре. Я сидел за столом в огромном актовом зале и пил лимонад. Алкоголь сюда, конечно, нельзя было. Да и я пока пить не собирался. Мне еще танцевать.
Я повернул голову. Рядом со мной сидела Ангелина в прекрасном белом платье, подчеркивающем все ее изгибы и пила сок. Она смотрела на очередное выступление девятиклассников, а я смотрел на нее. Ангелина была настолько увлечена представлением, что не заметила, как я на нее смотрю. Ее волосы были собранны в красивый пучок, а лицо освещал свет ламп со сцены. В зале было темно.
Когда Ангелина мне сказала, что я буду с ней танцевать, то я был, мягко говоря, в шоке. Но я этого не показал. Я боялся, что Ангел подумает, будто я не хочу с ней танцевать. Но это было далеко не так. Танцевать с Ангелиной было просто божественно.
— Харе пялиться на Логунову, — толкнул меня в бок Саня, — на дебила смахиваешь.
Я перевел взгляд на друга. Ангелина его не услышала и продолжала смотреть выступление. Я поставил стакан с лимонадом на импровизированный столик.
— Сам-то на Мэри пялишься так, будто она последняя девушка на земле.
— Чувак, она – моя девушка, и я имею право на нее пялится, а вот Ангелина далеко не твоя.
— Ой, иди ты!
Я толкнул плечом Саню и продолжил смотреть выступление. Прошло какие то время, пока не пришла наша очередь. Так как мы были единственным одиннадцатым классом во всей школе, то выступали мы с Ангелиной последними. И тут нас объявили:
— Итак, а выступления нашего зимнего концерта завершает пара танцоров из одиннадцатого «А» – Ангелина Логунова и Владислав Рязанцев!
Нам начали хлопать. Мы встали и пошли на сцену. Как только мы вышли, то заиграла музыка. Мы встали в начальную позицию. И стали танцевать.
Все движения были четко отточены. Ни одной ошибки. Я танцевал на автомате. Мое тело делало все за себя. Я даже под ноги не смотрел. Только на нее. Только на Ангелину. Только на любовь всей моей жизни. В ее голубые глаза. На ее прекрасные губы. На ее сосредоточенное на движениях лицо.
Раньше я и мечтать не мог о том, что смогу держать Ангелину за руку, за талию и просто разговаривать с ней. Я думал, что так никогда и не смогу пойти с ней на контакт. Но, кажется, у судьбы другие планы. И я чертовски рад этому.
Раньше у меня был панический страх перед тем, как заговорить с Ангелиной. Мне всегда было страшно, что она отвергнет меня. Вновь. Я знал, что я гребаный тормоз и трус. Я знал это, и только когда повзрослел, то смог нормально общаться с ней.
Танец почти закончился. Мы встали друг напротив друга. Сейчас мы должны были просто развернуться и поклониться, но Ангелина задержалась. Я смотрел в ее глаза, а она в мои. А потом ее взгляд опустился на мои губы. Я даже сообразить ничего не успел, как она к ним прикоснулась своими, а потом развернулась и поклонилась. Весь зал взорвался. В основном кричали одиннадцатиклассники.
Я на автомате поклонился, хоть и с задержкой. И пока Ангелина уже убежала со сцены, я до сих пор стоял и не мог понять, что случилось. А потом до меня, до дебила, дошло:
Она меня поцеловала
Сразу после этой мысли я сорвался и побежал со сцены за Ангелиной. Она стремительным шагом приближалась к выходу из актового зала. Зал гудел. Все видели, как она меня поцеловала. А у меня ехала крыша. Я пробирался через толпу и каждый считал своим долгом похлопать меня по плечу. Ангелина выбежала из актового зала, а в следующую секунду и я.
Быстро схватив Ангелину за локоть, я прижал ее к двери спиной, а второй рукой придавил ее, чтобы люди с другой стороны не открыли. На меня уставились ошарашенные глаза Ангелины. Она вся была красная, как рак. Ей было стыдно и неловко, я видел это. А я все еще чувствовал вкус ее губ на своих. Господи, это прекрасно. Она прикоснулась ко мне всего на секунду, но этого хватило, чтобы у меня снесло башню.
— Прости... — прошептала Ангелина.
Ее извинения резали мне слух. Ангелина жалела, что поцеловала меня. Я дернулся, как от пощечины.
— Не смей.
— Что?
— Не смей извиняться за то, что поцеловала меня.
Ангелина открыла рот, что-то сказать в ответ, но потом передумала. Мой взгляд пронзал ее насквозь. Она прятала от меня глаза. Я не злился, нет. Я стоял в шоке и был на грани того, чтобы не затолкать ее в туалет и обесчестить.
— Поцелуй меня. — Тихо прошептала Ангелина.
— Что? — спросил я, потому что подумал, что мне послышалось.
— Поцелуй меня.
Ангелина посмотрела на меня. Все ее лицо было красным. Зрачки расширенны и только сейчас я учуял от нее запах водки, которую принесли девятиклассники и мешали с соком.
— Ты пьяна. Твою мать!
Я рывком притянул ее за талию к себе. Ставлю сотку, она чувствовала мой стояк через платье. Я наклонился и уперся своим лбом в ее. Ее дрожащая рука легла мне на щеку.
— Не сегодня, Ангел. Не когда ты в таком состоянии. Не сейчас.
С огромным усилием я отстранился от Ангелины, отодвинул ее от двери и вошел в актовый зал.