Извращенные сердца

Лалиса

Как только Чонгук ушел, я взяла телефон и позвонила домой. Тэхен ответил сразу после первого гудка.

— Привет, Лиса — сказал он с явным беспокойством.

— Со мной все хорошо.

— Хорошо?

— Да? Ты можешь перестать волноваться.

— Значит, Чонгук не был ослом?

— Нет, не был.

— Значит, мне не придется надирать ему задницу на собрании?

Я закатила глаза.

— Как поживают мама и Юна?

— Мама все утро переживала из-за твоего отсутствия. Дом кажется пустым.

Я прикусила губу.

— Я тоже по вам скучаю.

Диего прочистил горло.

— Может, мне позвать маму?

— Да, — сказала я с улыбкой.

Тэхен был еще более эмоциональным человеком, чем Чонгук.

Через несколько секунд на другом конце провода раздался мамин голос: мы поговорили несколько минут, в течение которых мне пришлось несколько раз заверять ее, что я в порядке. Я чувствовала себя виноватой за то, что оставила ее так скоро после смерти отца, но она настояла, чтобы я завела свою собственную семью. Именно этого она хотела для меня больше всего.

Я схватила купальник — сексуальную двойку, которую Розэ купила для меня, но я никогда не надевала его, потому что он был слишком откровенным. Завернувшись в полотенце, я направилась на улицу. Странно было идти по особняку, будто это был мой дом. Потребуется время, чтобы привыкнуть к моему новому окружению.

Смех и крики доносились до меня из бассейна, где Сону и Чонин гонялись друг за другом. Айрин махнула рукой. Она, как и другие девушки, растянулась на шезлонгах. Я направилась к ним. С темными волосами, собранными в симпатичный пучок на макушке, Минни сидела на шезлонге Сохëн и листала книжку с картинками. Лиëн держала на руках свою малышку, а Айрин смотрела, как ее младший сын Чонвон ковыляет за Сону и Чонином.

Я опустилась на свободный шезлонг, не снимая полотенца с тела.

— Ты в порядке? — мягко спросила Айрин.

Я молча кивнула.

— Все еще не могу поверить, что Чонгук женат, — со смехом сказала Лиëн.

Я неуверенно улыбнулась ей. Он сам не может поверить в это.

— Вообще-то он не из тех, кто женится, — согласилась я.

Глаза Сохëн сузились.

— Значит ли это, что он снова выставил себя мудаком? Если он давит на тебя, мы надерем ему задницу.

Я рассмеялась, расслабляясь.

— Спасибо. Буду иметь это в виду.

Я сбросила полотенце, растянулась на шезлонге.

— Пожалуйста, скажи мне, что он все еще страдает от синих яиц, — сказала Сохëн, насвистывая и осматривая мое тело.

Я покраснела. Айрин тоже. По крайней мере, я была не единственной, кому было трудно говорить о сексе.

— Мы хорошо выспались, — сказала я.

Сохëн захлопала в ладоши.

— Хорошо для тебя.

Лиëн хихикнула.

— Ты слишком много внимания уделяешь сексуальной жизни Чонгука. Ты становишься такой же жуткой, как и твой муж.

Сохëн пожала плечами.

— Чонгук заслуживает того, чтобы немного помучиться. Посмотри на Лису, он будет страдать как сумасшедший, имея это тело прямо перед собой, но не получая ничего.

Чонин и Сону прыгнули в бассейн, и я резко выпрямилась, опасаясь, что они утонут.

— Они умеют плавать, — сказала Айрин с нежной улыбкой и бросилась вперед, останавливая Чонвона. — Но вы еще не можете, молодой человек.

Она поцеловала его в пухлую щечку и надела на него надувные нарукавники, несмотря на его громкие протесты. Сону тоже был в них.

Сохëн проследила за моим взглядом и посмотрела на своего сына.

— Он отказывается надевать нарукавники. Ему всегда хочется плавать без них. Он очень упрям. Я не могу оторвать от него глаз ни на секунду.

— Они такие разные для близнецов, — сказала я, указывая на Минни, которая только быстро улыбнулась мне, но в остальном казалась потерянной в своем собственном мире.

— Так и есть, — мягко сказала Сохëн, поглаживая дочь по головке с мягкой улыбкой. — Она начала заниматься балетом полгода назад. От этого у Юнги чуть не случился сердечный приступ. Он думал, что она станет заниматься боевыми искусствами… как ты.

Я рассматривала тихую девочку.

— Возможно, через несколько лет. Если все ее братья и кузены будут заниматься, возможно, она тоже захочет.

Сохëн пожала плечами, но было очевидно, что она сомневается в этом.

— Как поживает Юна? — спросила Айрин.

— Она быстро поправляется. Мы очень надеемся, что она скоро сможет стать нормальным ребенком. Ее никогда не пускали к другим детям, потому что риск подхватить инфекцию был слишком высок.

— Юна и Йеджи близки по возрасту, они могут играть, как только твоя сестра достаточно поправится, — сказала Лиëн.

Я кивнула, тронутая тем, как они пытались заставить меня чувствовать себя желанной гостьей.

— Ты ведь училась на старших курсах в UNLV, верно? (прим. Государственный исследовательский университет, расположенный в городе Парадайс близ Лас-Вегаса в штате Невада, США.)

Лиëн кивнула.

— Да. Я закончила незадолго до того, как эта малышка выскочила из меня. И ты начнёшь через несколько недель, верно?

— Не знаю. Я никогда по-настоящему не хотела учиться в колледже. Это было больше похоже на то, что нужно было сделать, пока Чонгук принимал решение, когда он хочет пожениться, — понимая, как жалко это звучит, я добавила: — Но теперь я не знаю, что делать. Я даже не записывалась на курсы, которые меня интересуют.

— Тогда почему бы тебе не заняться тем, что тебе нравится? Вряд ли ты когда-нибудь будешь работать на дневной работе, — сказала Айрин.

— Ты могла бы стать тренером по самообороне для девушек и детей. Ты же знаешь, как властны мафиози. Они никогда не позволят другому мужчине обучать своих дочерей или жен боевыми искусствами, но никто не будет беспокоиться, если это будешь делать ты.

Я моргнула, глядя на Сохëн. Почему я раньше об этом не подумала?

— Ты можешь начать с Чонвона, Чонина и Сону— сказала Айрин. — У мужчин и так хватает забот, так что у них не так уж часто бывает время потренироваться с мальчиками.

— Я бы не отказалась снова позаниматься спортом, — сказала Лиëн. — С тех пор как я забеременела Йеджи, у меня не было времени на занятия по самообороне… или любого рода тренировок, на самом деле.

Я усмехнулась, наслаждаясь этой идеей. Фитнес и борьба были моей страстью.

Следующие несколько часов мы провели в такой же болтовне, пока к нам не подошел Чонгук. В тот момент, когда он заметил меня, развалившуюся в бикини, выражение его лица стало таким голодным, что я почувствовала, что мы делаем что-то неприличное.

— Думаю, мы должны предоставить молодоженам немного уединения, —
быстро сказала Сохëн.

Я почти попросила девочек остаться, потому что то, как Чонгук смотрел на меня, заставляло чувствовать себя горячей и обеспокоенной. Вскоре мы остались одни. Чонгук все еще был в уличной одежде, поэтому я чувствовала себя голой.

— Ты так пристально смотришь.

Он покачал головой.

— Думаю, ты действительно пытаешься убить меня, Лиса. Это бикини просто какая-то шутка.

Я спрятала довольную улыбку, надев солнечные очки. Он склонился надо мной.

— Вот что я тебе скажу. Я переоденусь, а потом мы искупаемся.

После быстрого поцелуя он удалился. Я перевернулась на живот, пытаясь решить, стоит ли искупаться. Мне нужен был каждый слой одежды, который я могла бы получить между Чонгуком и мной, чтобы противостоять его обаянию. Через несколько минут на меня упала знакомая тень.

— Ты знаешь, что у тебя самые красивые ямочки…? — начал Чонгук.

Я даже не потрудилась обернуться.

— У меня не…

—…Над идеальной задницей.

Я резко захлопнула рот.

— О чем ты говоришь…?

Его горячее дыхание окутало мою поясницу.

— Прямо здесь, — сказал он тихим голосом, от которого по моему телу пробежала приятная дрожь.

Его рот коснулся места прямо над моей задницей. Меня пронзил шок, затем негодование, и я уже готова была броситься на него. Затем он начал сосать это место, и мои конечности превратились в кашицу.

Что происходит? Тепло растеклось по моему животу. Боже мой. Что он делает своими губами? Он отпустил мою кожу, затем провел губами по моей пояснице.

— И здесь тоже.

Он снова вцепился в мою кожу, сосал и лизал. Тепло его тела окутало мои бедра, когда он наклонился надо мной.

Мне следовало отчитать его. Выплеснуть ему в лицо свой напиток и ударить коленом по яйцам, но я не могла пошевелиться. Рот Чонгука был оружием во многих отношениях. Я слышала это от большего числа девушек, чем мне хотелось бы, но это граничило с безумием. Как он мог сделать меня неподвижной, прикоснувшись своими проклятыми губами к моей пояснице?

Я едва могла дышать, ожидая, когда мои легкие перестанут работать, потому что все остальные мои части уже отказали.

И вот наконец Чонгук отпустил мою кожу и растянулся на шезлонге рядом со мной. Он протянул руку и медленно сдвинул мои солнцезащитные очки так, чтобы видеть мои глаза. Его губы изогнулись в ленивой улыбке.

— Так хорошо, хмм?

Если бы мой язык все еще не был связан, я бы выдала умный ответ. Вместо этого в мою голову ударил жар. Это было хорошо, так хорошо, что я не могла думать ни о чем, кроме того факта, что? он увидит, если поближе посмотрит на мое бикини.

Чонгук усмехнулся.

— Лиса, если это тебя так возбуждает и будоражит, только представь, что мой рот будет делать у тебя между ног?

Я очень старалась об этом не думать, но, конечно же, думала. Розэ как-то упоминала что-то в этом роде, пока я не попросила ее больше никогда не говорить о ее отношениях с моим братом.

Улыбка Чонгука стала еще шире, потому что он все понял. Он наклонился ближе, и я затаила дыхание.

— Знаю, ты чертовски упряма, но ты наказываешь не только меня, но и себя. Мы совсем одни. Тебе даже не нужно ничего говорить. Просто закрой глаза, и я приму это как разрешение раздвинуть твои ноги и зарыться лицом в твою киску. Никакого секса, только мой язык, Китти.

Не закрывай глаза, Лиса! Не смей закрывать глаза.

Я закрыла их. Я была такой неудачницей, но пульсация между ног была слишком сильной, чтобы сопротивляться.

— Хорошее решение, Китти, — прорычал Чонгук мне на ухо, прежде чем вздрогнул шезлонг, и я снова почувствовала его тепло на своих бедрах. Он поцеловал меня в задницу, и я чуть не застонала.

Неужели предвкушение когда-нибудь убивало кого-то? Я практически чувствовала, насколько самодовольным был Чонгук, но в тот момент мне было все равно. Потом будет время для сожалений, и я, без сомнения, пожалею об этом.

Чонгук погладил меня по ягодицам.

Раздался пронзительный крик. Мои глаза резко распахнулись. Мимо меня промелькнула тень.

— Маленькая взрывная задница!

Чонин катапультировался с края бассейна и сделал вышеупомянутую взрывную задницу. Повсюду заплескалась холодная вода. На мое лицо, на мой коктейль, на все моем теле. И это придало мне необходимую дозу здравомыслия. Я обернулась.

Чонгук тоже промок насквозь, но, взглянув мне в лицо, он понял, что все кончено. Его глаза впились в Чонина, который плавал в бассейне с широкой улыбкой.

— На этом все, заноза в заднице. Я брошу тебя в пустыне!

Сделав два больших шага, он оказался у бассейна и нырнул в него.

Я быстро встала, собирая свои вещи, но не свое достоинство, потому что оно исчезло. Чонгук сегодня победил, и он это знал. Я не была уверена, как именно, но мне нужно было снова склонить чашу весов в свою пользу, если только мое тело будет сотрудничать.

Чонгук

Краем глаза я видел, как Лиса убегает прочь, словно за ней гнался дьявол. Чонин снова плеснул водой мне в лицо. Сохëн бросилась к нам.

— Он сбежал.

Мне удалось схватить Чонина и крепко держать его, несмотря на то, что он извивался.

— Не притворяйся, что ты не специально использовала мелкую занозу в заднице в качестве предотвращения.

Сохëн закатила глаза и забрала у меня своего сопротивляющегося сына.

— Хватит, Чонин, — резко сказала она, и он наконец остановился.

Я прищурился, глядя на него. Он только усмехнулся. Я не мог дождаться, когда он станет подростком, чтобы разрушить его сексуальную жизнь.

Она отвернулась и оставила меня в бассейне, даже не потрудившись скрыть свою самодовольную улыбку. Я вылез из воды.

— Блять.

Я чуть было не заполучил Лису, но теперь ее упрямство снова встанет на моем пути. Вздохнув, я побежал за ней. Она уже была в джинсах и футболке, когда я нашел ее, а не в восхитительном бикини, лишивший мой мозг крови.

— Как ты думаешь, я могу начать работать тренером по самообороне для девочек и детей?

Я замолчал, сбитый с толку этой темой.

— Я думал, ты собираешься в колледж, чтобы изучать эти курсы феминизма.

— Ты же знаешь, что я подписалась на них только для того, чтобы досадить тебе, — она прикусила губу. — Но это не то, что мне нравилось бы. Я бы предпочла помогать людям освоиться в своем теле и научиться защищаться.

— Тогда делай это. Что тебя останавливает?

— Я думала…

Я поднял брови, придвигаясь ближе.

— Ты думала?

— Что сначала должна получить твоё разрешение. Ты мой муж и…..

Я притянул ее к себе, несмотря на ее протесты.

— Если это то, что ты хочешь делать, то делай. Для этого тебе не нужно мое разрешение, — я улыбнулся. — Как насчет того, чтобы продолжить с того места, где мы остановились у бассейна?

Она выскользнула из моих объятий, сделав невинное лицо.

— Не понимаю, что ты имеешь в виду.

Прежде чем я успел снова схватить ее, она вышла из комнаты. Опять бежишь, Китти? Неужели уступка мне так сильно напугала тебя?

В ту ночь я видел, что упрямство Лисы действует в полную силу. Она не позволила мне больше одного быстрого поцелуя, как только мы оказались в постели.

Я усмехнулся в темноту.

— Лиса, ты скоро сдашься. Ты знаешь это так же хорошо, как и я.

Ответом было молчание.

***

Я предоставил ей некоторое пространство в течение следующих двух дней, пытаясь дать ей чувство безопасности, прежде чем попытаюсь сделать еще одну попытку соблазнения.

— Сегодня вечером будет большой бой. Почему бы нам не посмотреть его вместе на Арене? — спросил я во время нашей ежедневной утренней тренировки.

Лиса посмотрела на меня так, словно я сделал ей Рождественский подарок.

— Серьезно?

Она обняла меня и страстно поцеловала. Я сразу же углубил поцелуй. Слишком быстро она с улыбкой отстранилась.

Я усмехнулся.

— Если бы я знал, что это ключ к твоим трусикам, я бы предложил раньше.

Она ткнула меня кулаком в плечо.

— Ты получил поцелуй, не больше. Розэ сегодня работает, так что ее я тоже смогу увидеть. Я не виделась с ней после свадьбы, потому что ей пришлось помогать отцу на Арене, из-за того, что Уджин избил его.

— В следующий раз он будет знать лучше, перед тем, как случайно отдать нам меньший процент, чем мы договаривались, — холодно сказал я.

Лиса внимательно посмотрела мне в лицо.

— Иногда я забываю, что ты Чон, потому что у тебя такой легкий характер, но ты можешь быть очень страшным.

Я старался держать свою пугающую сторону подальше от нее. У этого было свое время и место, но обычно не вокруг моей семьи.

— Каморра моя жизнь, Лиса. Мы с братьями никому не позволим вмешиваться в это дело. Минги повезло, что его только избили. Я не верю, что это была чертова случайность, что у него был бардак в бухгалтерии. Он хотел забрать большую часть пирога для себя. Это предательство, и при нормальных обстоятельствах оно означало бы смерть.

— Тогда почему он жив? — спросила она.

— Потому что Тэхен питает слабость к Розэ, а я питаю слабость к тебе, а вы с Розэ лучшие подруги. Но я больше не буду закрывать на это глаза, так что Минги лучше взять себя в руки.

Уджин не был дураком. Он знал правду, как и Юнги с Намджуном, но Минги не переживет еще одной бухгалтерской ошибки.

Лиса облизнула губы.

— Если что-то случится с ее отцом, это разобьет сердце Розэ.

— Тогда она должна быть уверена, что ее отец останется в строю, Лиса. Это все, что я могу сказать. Помни о своей верности.

Она отступила назад.

— Я предана тебе и Розэ. Я знаю ее всю свою жизнь. Она моя лучшая подруга.

— А я твой муж.

Она судорожно сглотнула.

— Розэ более ответственна, чем ее отец. Она позаботится, чтобы все было гладко.

Я поцеловал ее в висок.

***

Около восьми вечера я ждал Лису в своей гостиной. Как только она спустилась по лестнице, мое сердце ускорилось. На ней была узкая красная юбка и красный короткий топ. Черт!

Я медленно поднялся на ноги, не уверенный, что хочу вот так вывести ее на публику. Лиса старалась вести себя непринужденно, но это было не в ее обычном стиле. До недавнего времени она все еще носила эти ужасные платья.

— У меня такое чувство, что сегодня ночью я кого-нибудь убью.

— Ты выбросил человека в окно за то, что он заговорил со мной, тебе не кажется, что это было достаточно ужасно?

— Он выжил, не так ли?

Она фыркнула.

В тот момент, когда мы вошли на Арену, каждый ублюдок с глазами оценивал ее. Только смертельный взгляд с моей стороны остановил их. Члены Каморры, проводившие здесь свой вечер, вежливо кивнули мне. Как обычно, они составляли лишь около четверти клиентов, остальные были люди, которые действительно приносили нам деньги — азартные наркоманы.

Розэ помахала нам рукой из-за стойки бара. Мы направились туда, и они с Лисой обнялись через стойку. Бар был переполнен, и кроме Розэ, я видел только одну официантку.

Девушки коротко перешептывались между собой, вероятно, о нашей все еще несуществующей сексуальной жизни. Как и все девушки, Лиса определенно держала свою лучшую подругу в курсе наших постельных дел.

Я держал руку на талии Лисы, отговаривая парней смотреть на нее. Мы заняли места в баре, не на моем обычном месте, но я мог сказать, что Лиса хотела быть ближе к своей подруге. Вскоре к нам присоединился Тэхен, который поморщился, увидев, где мы сидим.

Он и Розэ снова были в стороне от своей постоянной интрижки. Лиса коротко обняла брата. Розэ посмотрела на него так, словно надеялась, что у него отвалятся яйца.

— Что с ними такое? — прошептала она.

— После быстрого секса на нашей свадьбе все снова остыло, — сказал я.

Лиса вздохнула, бросив на Розэ обеспокоенный взгляд. Я похлопал Тэхена по плечу. Первый бой закончился в течение двух минут, чертовски скучный, но тот, что последовал за ним, достиг такого уровня кровопролития, что Юнги мог бы гордиться.

Я случайно взглянул на Лису, которая выглядела потрясенной, и не могла отвести взгляд. Мне нравилось, что я мог брать ее с собой на бои, не беспокоясь, что она упадет в обморок. Черт, я мог бы даже обсудить с ней действия после этого.

Она рассеянно улыбнулась мне, заметив мой пристальный взгляд, прежде чем снова сосредоточилась на клетке, полностью загипнотизированная.

— Можно тебя на пару слов? — спросил Тэхен после второго боя.

Я кивнул и последовал за ним в заднюю комнату.

— В чем дело?

— Я бы хотел иметь дело с Ареной, вместо Уджина в будущем.

Я отрицательно покачал головой.

— Тэхен, это чертовски плохая идея, и ты это знаешь. Розэ собирается в какой-то момент сменить своего отца. Она уже занимается частью бизнеса.

— Я могу с этим справиться. Мы всего лишь партнёры по сексу. Позволь мне разобраться с этим.

— Юнги это не понравится, да и мне тоже. Неужели ты действительно хочешь оказаться в таком положении, рискуя усидеть между стульями?

— Я справлюсь, — повторил он снова.

— Нет, если продолжишь трахаться с ней. Это не сработает.

Вернувшись в бар, Лиса подавала напитки, потому что Розэ пришлось иметь дело с клиентом за столиком. Взгляды, которые бросали на нее парни в баре, заставляли мою кровь кипеть. Я подошел к бару и сел, заставив их отступить.

Лиса неуверенно улыбнулась мне.

— Лиса попросила меня на минутку сменить ее.

Я молча кивнул.

Как только Розэ вернулась, Лиса села ко мне, я притянул ее к себе и крепко поцеловал. Она поежилась.

— Чонгук, все смотрят на нас.

Именно поэтому я целовал ее так. Я провел языком по ее губам, а затем нежно пососал нижнюю губу.

— Этот чертов рот мой, — я покусывал чувствительную кожу. — И я хочу, чтобы каждый ублюдок в этом помещении знал об этом.

Она откинулась назад, подняв руку с обручальным кольцом.

— Думаю, эта штука донесла свое послание.

— Возможно, но лучше перестраховаться, чем потом жалеть, — сказал я. — Только не говори мне, что тебе не нравится мое кольцо. Это просто символ…

— Твоей собственности? — она закончила с сердитым блеском в глазах.

— О моих чувствах, — сказал я, подмигнув.

— И какие они?

Я отвел взгляд от ее, полных надежды, глаз. Что она хотела от меня услышать?

— Прямо сейчас я чувствую себя сексуально обделённым.

Она высвободилась из моих объятий и села на стул рядом со мной.

— Ну, это не изменится, пока ты не найдешь лучший ответ на этот вопрос.