60 конец шестого тома
Вопреки первоначальным планам, Шихён вернулся в общежитие только утром следующего дня, мучаясь от сильного похмелья. Напиток с ярким ароматом юдзу и сладковатым вкусом не казался алкогольным, но, судя по его состоянию, это точно был алкоголь. Проснувшись в незнакомой спальне, он сначала не понял, что происходит, но раскалывающаяся голова вскоре напомнила ему о реальности. Уткнувшись щекой в подушку и тихо постанывая, он услышал звук открывающейся двери.
Только увидев Хан Тэчжуна, который вошёл с кружкой в руке — что ему совсем не шло, — Шихён наконец сообразил, где находится.
«Ну всё, пропал…» — подумал он, закрывая глаза, и почувствовал движение рядом. Тэчжун, уже полностью готовый к рабочему дню, протянул ему стакан мёда с водой. Не в силах отказаться, Шихён выпил его до дна и в итоге был вынужден добираться до общежития на машине Тэчжуна. Тот сказал, что уже связался с менеджером, но Шихён побоялся спрашивать, что именно он сообщил. Ему не хотелось выслушивать нотации из-за Ан Чжэхи, и он решил ненадолго скрыться, но, похоже, это обернулось ещё большим провалом.
«…»
Однако, к его удивлению, общежитие оказалось пустым.
Позже он узнал, что все разъехались по делам или из-за плотного графика в провинции, но пока, не попавшись никому на глаза, Шихён с облегчением вздохнул. Правда, вскоре его накрыло запоздалое чувство абсурдности, и он забрался в свою кровать.
«Ну и что, что взрослый парень пару раз переночевал не дома? Это же нормально…»
Ему было не понять, почему он вообще должен об этом беспокоиться. Голова раскалывалась, и, закрыв глаза, он попытался уснуть, но нахлынувшие мысли не давали покоя. Казалось, он совершил какую-то серьёзную ошибку. Обрывочные, словно разрезанные воспоминания не позволяли восстановить картину. Он никогда раньше не напивался, и кто бы мог подумать, что алкоголь так сильно на него подействует.
То ли он не мог вспомнить, то ли не хотел вспоминать — Шихён мучился этими мыслями, и так прошло несколько дней.
Он продолжал отвечать на звонки Ан Чжэхи, которые не прекращались и, возможно, становились даже настойчивее, но в его квартиру больше не ездил.
«Обязательно ли туда ходить каждый день?»
Тэчжун, который до этого лишь слегка выказывал недовольство, но не говорил ничего конкретного, на этот раз был непривычно категоричен. Даже на удивлённую реакцию Шихёна он, что редкость, не уступил.
Тем временем в сети снова всплыл слух. На этот раз речь шла о неком клубе, который якобы тайно управлялся некой организацией. Когда поползли слухи, что к этому причастны несколько знаменитостей, начался настоящий переполох.
Слухи о беспорядочных и безумных действиях, происходящих в клубе, а также о том, что там, похоже, распространяют наркотики.
Несмотря на то, что источник и первоначальный пост быстро исчезли, на этот раз, в отличие от прошлого, шумиха не улеглась.
Сначала люди реагировали скептически: «Разве такое возможно?» Но вскоре тон сменился на «А почему бы и нет?» Слишком много в индустрии развлечений происходило невероятных событий, чтобы просто отмахнуться. Когда стали появляться посты о том, что подобные клубы тайно существуют даже среди обычных людей, кто-то даже составил петицию. Как бы то ни было, всем, похоже, было весело обсуждать чужие дела, а состояние Ан Чжэхи, тесно связанного с этим клубом, начало заметно ухудшаться спустя ещё несколько дней.
Пользователи интернета, вообразив себя детективами, начали составлять списки, комбинируя различные домыслы и прошлые поступки.
Человек B с судимостью за наркотики, девушка Y, которая, по слухам, без ума от клубов, и человек P, который сам упоминал в эфире, что близко с ними дружит… В эти списки, где без разбора смешивали всех — от невинных знаменитостей до тех, у кого действительно были тёмные пятна в прошлом, — разумеется, попал и Ан Чжэха. А тут ещё, как назло, снова всплыл его прошлый скандал с замужней женщиной, и ситуация превратилась в настоящий хаос.
«Я с самого начала знал, что от этого парня ничего хорошего не жди».
Комментарии, где люди притворялись, что всегда это подозревали, перемешивались с отчаянными попытками фанатов защитить Ан Чжэху. Посты, где возмущались, что идолов считают лёгкой мишенью, и утверждали, что охота на ведьм — это не европейская, а чисто корейская черта, взлетали в тренды, разжигая ещё больший ажиотаж.
Наблюдая за этой, мягко говоря, ненормальной ситуацией, Шихён оставался безучастным. Саню, похоже, сразу что-то заподозрил, когда всплыла история с клубом, и его взгляд был сложным, но он, видимо, решил, что не стоит лишний раз нарываться на неприятности. Он мягко посоветовал Шихёну временно не лезть в интернет, и тот послушно согласился, не включая телефон в его присутствии.
Когда в разгар споров продолжали транслировать шоу «Химия Ли Шихёна и Ан Чжэхи», реакция зрителей в реальном времени разительно отличалась от той, что была на первой трансляции.
Ситуация полностью перевернулась.
«…Достал?»
И в этот момент раздался звонок. Знакомый голос сообщил, что удалось раздобыть то, что было нужно. Одновременно с этим телефон завибрировал.
*Шихён*
Не нужно было смотреть, чтобы понять, от кого сообщение. «Секунду», — сказал он, глядя на экран, и тут же пришло следующее сообщение.
Быстро пробежав его глазами, Шихён слегка улыбнулся.
«Тэчжун, приезжай сюда. Сейчас».
Это был тот самый момент, которого он ждал.
---
Ли Шихён уже несколько дней не появлялся в квартире.
Единственная мысль, что занимала Ан Чжэху, пока он смотрел на людей, оживлённо что-то обсуждавших перед ним, была именно эта.
Простое предложение, но для Ан Чжэхи это была серьёзная проблема. На вопрос, слушает ли он, он рассеянно кивнул, и тут же прилетел очередной поток слов. Что они там говорят? Двое суток без сна создавали ощущение, будто он парит где-то вне реальности. Ему показалось, что он под наркотиками, и он взглянул на запястье, но кожа была чистой, без следов. Новый телефон, который он недавно купил, постоянно вибрировал, и он крепко сжал его, пытаясь собраться с мыслями. Как ни думай, это не казалось реальностью, но что-то постоянно задевало его нервы.
«Говори честно. Если ты что-то скрываешь даже от нас, это будет настоящая головная боль».
Директор, которого он видел до тошноты часто, снова задал вопрос холодным, жёстким тоном. Его отношение разительно отличалось от того, что было всего несколько дней назад, и Ан Чжэха едва сдержал смех. Ещё недавно этот человек подобострастно улыбался, а теперь резко переменился — как тут не рассмеяться?
Но, в отличие от слишком беспечных мыслей Ан Чжэхи, его агентство находилось в состоянии чрезвычайной ситуации. Они думали, что слухи, как обычно, всплывут и быстро утихнут, но осознали, что это не тот случай, который можно просто переждать.
Одно дело, когда твоё имя мелькает разово, и совсем другое — когда оно всплывает снова и снова в связи с разными инцидентами на протяжении нескольких дней.
Даже если не хочешь подозревать, ситуация вынуждала это делать.
В этом мире, где даже то, чего ты не делал, может стать правдой, если толпа решит, что это так, агентство знало: если не разобраться сейчас, проблема разрастётся. Они немедленно вызвали Ан Чжэху, но что-то было не так. Они ожидали, что он будет яростно оправдываться или хотя бы вываливать кучу отговорок, но он не реагировал. Точнее…
«Чжэха».
Он что, не понимает ситуацию? Или не видит людей, которые экстренно собрались из-за него?
Менеджер, внимательно следивший за ним, тихо окликнул его, но Ан Чжэха, сидевший с безразличным лицом, лишь посмотрел на телефон, который крепко сжимал в руке.
В любом случае, это было не то поведение, которого ждали в такой ситуации. Пока все ошеломлённо смотрели на Ан Чжэху, молча пялившегося в экран телефона, молчавший до этого Ли Сондчжин наконец заговорил. На iPad, лежащем на столе, в реальном времени обновлялись комментарии.
«Для начала вся активность приостанавливается».
«…»
Тук. От этих слов пальцы Ан Чжэхи словно окаменели.
Он поднял голову и посмотрел вперёд. Ли Сонджин с бесстрастным лицом смотрел прямо на него.
Да, это выражение. Как только Ан Чжэха понял, что оно точно такое же, как тогда, внутри у него всё закипело. С другими он вёл себя так, будто у него не все дома, но с ним всегда был таким. Тогда он разрушил его дебют в последний момент, и теперь, похоже, собирается сделать то же самое.
В отличие от всё более мрачного настроения Ан Чжэхи, Ли Сондчжин, словно у него осталось ещё что сказать, продолжил:
«И держись пока подальше от Шихёна».
Участие в программе означало, что приостановка активности равносильна уходу из шоу. Но в его тоне было что-то ещё, и Ан Чжэха, впервые сморщив лоб, заговорил:
«…Почему?»
Его ровный голос не вызвал у Ли Сонджина ни малейшей реакции. Тот продолжал смотреть на него, будто пытаясь что-то разглядеть, и этот взгляд всё больше раздражал. Что он там вынюхивает? Постоянно подозревал его, но в итоге всё равно дал ему дебютировать. Ли Сонджин, который, вероятно, никогда не поймёт, кому обязан Ан Чжэха, сухо добавил: «Потому что ситуация плохая».
Эти слова окончательно взорвали того, у кого было больше причин чувствовать вину.
Словно больше не желая ничего слушать, Ан Чжэха вскочил с места, и вокруг тут же поднялся шум.
Крики, что разговор ещё не окончен и куда он собрался, эхом отдавались, но он не видел смысла продолжать.
Ли Шихён уже несколько дней не приходит в квартиру. Ещё раз пробормотав эту фразу, он сел в машину, припаркованную в подземном гараже. Он набрал номер, но тут же услышал сообщение, что абонент занят. Воспоминания о том, как в день, когда разгорелся скандал, Шихён примчался к нему и оставался рядом, теперь казались пустыми. Кто мог сейчас шептаться с ним по телефону в такой ситуации? Это должен быть я, чёрт возьми! Негативные мысли всё больше захлёстывали его.
Он твердил, что всё ещё верит, что всё в порядке, но как только слухи разгорелись, тут же начал беречь себя.
Лечил его раны, убирал телефон подальше, но в действительно важный момент не прибежал.
Бам! Он с силой ударил по клаксону ещё не зажившей правой рукой. Пронзительный звук заполнил парковку, но ему было всё равно. Ли Шихён, Ли Шихён, Ли Шихён. Это ничтожное имя постоянно откуда-то всплывало. Нет, он вообще не понимал, откуда взялись эти разговоры про клуб.
Удовлетворительная, хоть и немного скучная жизнь пошла под откос всего за несколько дней. Слухи, которые не должны были распространиться, размножались, как насекомые, и он не мог проглотить ругательства, что текли из него. Он не мог выносить, как какие-то ничтожества судачат о нём.
Ещё несколько раз раздражённо ударив по клаксону, он набрал другой номер. В такой ситуации нормальный человек ответил бы хотя бы из страха, но снова — либо «абонент недоступен», либо «номер не существует». Да что за…
Чуть не швырнув телефон, он крепко сжал его и натянуто улыбнулся. Ситуация, будто всё было подстроено, казалась не просто абсурдной, а какой-то нереальной. Когда он умолял, говорил, что всё хорошо, и постоянно звонил — где это всё теперь, когда он вдруг отступил? Уткнувшись лбом в руль, он пробормотал, и тут телефон в руке слегка завибрировал. Медленно подняв голову, он посмотрел на экран и увидел имя, которое не обрадовало.
Казалось, откуда-то тянет вонью. Он не ответил, глядя на мигающий экран, и вскоре звонок перешёл в пропущенный.
Когда это было в последний раз, несколько лет назад? Номер был сохранён, но они не общались. Они чуть не дебютировали в одной группе, но на этом всё. Увидев на экране имя Ли Саню, он почувствовал, как внутри всё скрутило. Год назад, перед палатой Ли Шихёна, Ли Саню уже не улыбался. Тот, кто всегда притворялся до тошноты добрым, говорил холодно, с плотно сжатыми зубами:
— Чжэха, испорченные люди всегда выдают себя, где бы они ни были.
— Мне было плевать, что ты творишь за спиной всякую мерзость. Что поделать, если ты таким родился? Как ни маскируй, вонь всё равно пробьётся.
Вспомнилось, как он говорил это, хотя сам был не лучше. Такой же испорченный, но раздающий ненужные советы. Не получив ответа, он решительно преградил путь к палате. Не успел Ан Чжэха сказать «отойди», как их взгляды встретились. «Чжэха, но Шихён — не такой. Даже если ты его таким сделал, теперь уже нет». Лицо Ли Саню, бормотавшего без выражения, постепенно искажалось. За всё время их совместной практики он впервые видел его таким злым.
— Он тебе верит?
Это всё, что он смог выдавить. Ли Шихён, который так доверял и любил его, верит ли тебе? На это Ли Саню, слегка усмехнувшись, словно ошарашенный, твёрдо ответил: «Не важно, верит или нет. Я просто больше не буду сидеть сложа руки, как раньше».
— Думаешь, я не смогу?
На этом всё закончилось. Ан Чжэха знал, что отступить — самый разумный выбор. Он знал, что у Ли Саню хватит на это сил, и, не в силах объяснить себе, почему его взгляд всё время возвращается к палате, просто развернулся и ушёл. Он знал, что Ли Шихён, услышав его слова о том, где он находится, тут же бросился в клуб, не слушая дальше. И хоть его раздражало, что его всё равно защищают, он ничего не мог поделать.
Он продолжал смотреть на экран с пропущенным вызовом, но Ли Саню не перезвонил. Снова почувствовав, будто откуда-то тянет вонью, он стиснул зубы и отправил сообщение Ли Шихёну. Тот не приходил домой, но не прекращал отвечать. Нет, его голос по телефону звучал даже ласковее и теплее, вызывая желание увидеть его.
Да, Ли Шихён не стал бы сторониться из-за каких-то там слухов.
Убеждая себя, что у него наверняка есть причины, он отправил ещё одно сообщение. Разговор, похоже, закончился, и вскоре пришёл ответ. Увидев, что он едет домой, Ан Чжэха, не осознавая своего облегчения, завёл машину. Сонливость, не приходившая двое суток, вдруг накатила.
Ему всё надоело, он ничего не хотел делать. Как всегда, он думал лишь о том, чтобы обнять Ли Шихёна и погрузиться в глубокий сон, выезжая с парковки.
«…»
Но сигналы светофоров были бесконечно медленными, а пробка только усугубила ситуацию, заставив его ещё несколько раз ударить по клаксону.
Когда время, когда должен был прибыть Ли Шихён, приближалось, он уже наполовину нервничал. Дорога наконец освободилась, и, прибавив скорость, он спустился в подземный паркинг квартиры, будучи почти вымотанным.
Чувствуя, как нервы снова натягиваются, он потёр лоб. Усталость накрывала всё тело, но, чтобы узнать, где тот сейчас, он набрал номер, выходя из машины. Пройдя три шага, он вдруг замер. Неподалёку раздался звонок. Обычный стандартный рингтон, но…
Почему-то это вызвало странное чувство.
Остановившись, он медленно двинулся вперёд, и звук соединения, тиррр, оборвался вместе с рингтоном. Раздался голос, сказавший «алло», и он прозвучал двойным эхом. Посмотрев вперёд, он увидел Ли Шихёна, которого не видел несколько дней.
«…Алло?»
А точнее, Ли Шихёна, стоящего рядом с другим мужчиной.
Продолжение в 7-м томе.