Ниндзяки | Леша Савкин

Последний съемочный день проекта «Суперниндзя. Дети» выдался на удивление солнечным, прозрачным и каким-то особенно пронзительным. Быть может, потому что все знали: сегодня финал. Сегодня последний раз зажгутся эти огни над трассой, в последний раз судьи возьмут в руки свистки, а юные атлеты, сбивая ладони о зацепы, покажут всё, на что способны.

И они показали. Финал получился грандиозным.

Главный трофей, как и предсказывало большинство — и особенно Виктория, которая с первой тренировки взяла шефство над этим одарённым мальчишкой, — завоевал Олег. Высокий, спокойный, с удивительно взрослым взглядом и той редкой способностью понимать людей с полуслова, весь в брата. Вика и Олег сдружились на съёмках по-настоящему: она подбадривала его перед забегами, он доверял ей свои детские, но такие серьёзные сомнения. Когда он коснулся финального кольца, и таймер замер, зафиксировав лучшее время, Вика не сдержала слёз.

— Я же говорила! — крикнула она, стирая мокрые дорожки с щёк. Алексей, стоявший рядом в судейской зоне, молча сжал её ладонь и улыбнулся. Он тоже поставил на Олега, но сейчас, глядя на Вику, думал о чём-то другом.

Они не заметили, как пролетел этот день. Флешмобы с детьми, прощальные фото, объятия с родителями участников, минуты, когда даже бывалые тренеры отворачивались, чтобы никто не видел их глаз. Да, это было тяжело. Они не спали сутками, монтируя повторы сложнейших пролётов, спорили до хрипоты о фальстартах, пили литры кофе и падали лицом в подушки, едва добравшись до номера. Но оно того стоило. Каждое «спасибо» от маленького спортсмена, каждая счастливая улыбка родителя, чей ребёнок переборол себя на «Стене страха», — всё это оправдало любые надежды.

— Я буду скучать, — честно сказала Виктория вечером, когда последняя камера была выключена, а съёмочная группа ушла праздновать в местное кафе.

Она сидела на ступеньках, ведущих к их номеру, и рассеянно крутила в руках бейдж с именем.

— Будешь, — согласился Алексей, садясь рядом. — А потом приедет новый сезон, и ты снова будешь жаловаться, что реквизит сломался, а дети слишком шустрые.

— Это не жалобы, это конструктивная критика, — парировала Вика и, не сдержавшись, рассмеялась, запрокинув голову к звёздному небу.

Ночь перед свободой
Именно поэтому в последний рабочий вечер, когда свобода уже пахла мятным чаем и ничегонеделанием, они решили собраться все вместе. Не на шумной вечеринке, а по-семейному — в номере, где за долгие съёмки образовался свой уютный бардак.

Номер выглядел так, будто его только что пережило маленькое торнадо. Из-за плотного графика никто толком не успевал наводить порядок. Алексей и Вадим, который был не просто братом Виктории, а лучшим другом Алексея, сейчас спали на одной кровати. Не потому, что больше негде, а потому, что после финального разбора полётов они просто вырубились посреди разговора, да так и остались лежать рядом, причём Вадим умудрился уснуть в кроссовках, а Леша — держа в руке пульт от телевизора, который никто не включал.

Вадим что-то бормотал во сне про нормы времени. Алексей, напротив, храпел тихо и мирно — на сегодня он выспался, и это был тот редкий случай, когда его организм капитулировал перед мягкостью гостиничной постели.

Стас, самый семейный из компании, демонстрируя чудеса практичности, отвоевал себе место на кухне. Он свернулся калачиком прямо на диванчике у стойки, накрывшись курткой, и его мерное дыхание напоминало работу трактора — настолько оно было мощным и уверенным.

Виктории, как единственной девушке в этой спартанской мужской компании, пришлось довольствоваться диваном в общей комнате. Она обложилась подушками, укрылась пледом и, глядя на спящих друзей, чувствовала странное, щемящее тепло.

Юра не остался.

— Всё, мужики, я пас, — сказал он пару часов назад, поднимаясь и натягивая толстовку. — Эти ваши взрослые разговоры про отношения, про «а помнишь, как на съёмках»... я слишком молод для такой старости. Пойду к себе, благо там тишина и никто не храпит.

Он хитро подмигнул, хлопнул Алексея по плечу и исчез за дверью, оставив их с мыслью, что, наверное, всё правильно: у каждого свой способ прощаться с проектом. Кто-то засыпает в обнимку с друзьями, а кто-то бережно хранит усталость в одиночестве.

Всё это взрослые разговоры, которых Юре якобы «не интересны», на самом деле были полны внутреннего тепла. Говорили о съёмках, о смешных случаях, о том, как один юный участник испугался собственного зацепа и решил, что это живое, и как Вика уговаривала его полтора часа. Смеялись до колик, когда вспоминали, как Алексей однажды заснул прямо во время совещания судей, хотя он не судья и ничего не судил их брали как независимых экспертов, а проснувшись, уверенно сказал: «Я считаю, три балла минимум», хотя речь шла о меню.

Потом разговор утих. Потом все начали засыпать. И вот теперь — тишина.

Вика последний раз обвела взглядом комнату, улыбнулась чему-то своему, закрыла глаза и провалилась в глубокий, спокойный сон.

С утра началась обычная предотъездная суета. По закону подлости, электрические зубные щётки искались по всем углам, чемоданы никак не хотели закрываться, а в коридоре пахло разлитым кофе и печеньем, которое кто-то рассыпал на счастье.

— Вика, ты куда девала свой рюкзак? — крикнул Алексей, перерывая свою сумку.

— Я отдала вещи тебе и Вадиму, — беззаботно ответила девушка, натягивая кеды. — Иду налегке. Так что если хочешь есть или пить — ищи у себя.

Вадим, который пытался запихнуть в свой чемодан нереально огромную статуэтку финалиста, вздохнул:

— То есть я теперь курьерская служба? Отлично. А спасибо?

— Пожалуйста! — пропела Вика и, схватив ключи, вылетела в коридор.

Аэропорт встретил их прохладой, эскалаторами и объявлениями о рейсах. Все были на удивление бодры — сказалась адреналиновая встряска последнего дня. Даже Стас, который спал на кухне, выглядел отдохнувшим и энергичным. Юра пил огромный американо и успешно подкалывал всех подряд.

— Лех, ты в зеркало на себя смотрел? — спросил он, кивая на друга. — У тебя под глазами такие круги, что можно «Суперниндзя» проводить.

— Это тени для век, модный аксессуар, — парировал Алексей, не моргнув глазом. — Ты просто не шаришь.

Вика тихонько хихикнула, прижимаясь к нему плечом. Она не заметила в их отношениях каких-то глобальных перемен. Не случилось ни грандиозных признаний, ни пафозных жестов. Всё осталось прежним: те же подколы на завтрак, те же шутки про неправильно поставленную ногу во время лазания, та же лёгкость и энергия. Но кое-что всё же изменилось.

Они стали нежнее. Там, где раньше пролетела бы колкость, сейчас проскальзывал лёгкий поцелуй в висок. Там, где раньше было «отвали, мешаешь», стало «подвинься, холодно». Нежность проросла сквозь привычные насмешки, как трава сквозь асфальт, — незаметно, но необратимо.

— Я всё жду, когда у вас начнутся ссоры из-за быта, — задумчиво протянул Вадим, когда они уже шли на посадку.

— Не дождёшься, мы уже прошли этот период, все таки квартирка давно на двоих — хором ответили Вика и Алексей и переглянулись. А Вика добавила концовку

Вадим закатил глаза, но уголки его губ предательски дрогнули в улыбке.

Идиллия начинается

Домой они прилетели уже за полночь. Уставшие до состояния «вижу — иду, но не соображаю», они кое-как добрались до квартиры, скинули обувь в прихожей и, даже не ужиная, рухнули в кровать. Алексей обнял Вику со спины, уткнулся носом в её макушку, и они уснули за минуту — так крепко, как не спали, наверное, за все эти съемки.

Проснулись они от солнечного света и полной тишины. Никаких будильников, никакого «подъём, у нас трасса через час». Просто утро. Просто воскресенье. Просто тишина.

Вика первой открыла глаза, долго смотрела в потолок, а потом тихонько выскользнула из-под одеяла. Леша даже не шелохнулся — спал, как сурок, и будить его было бы преступлением.

Девушка накинула его толстовку, на цыпочках прошла на кухню и отправилась в магазин. Вернулась она с полными пакетами: яйца, бекон, свежие овощи, немного сыра и огромная связка зелени, которую она обожала. Пока Алексей ещё нежился в постели, Вика колдовала у плиты. Пахло жареным маслом, помидорами и свежезаваренным кофе.

— Если это не сон, то я не просыпаюсь, — раздался хриплый голос за спиной.

Алексей стоял в дверях кухни, растрёпанный, сонный, но счастливый. На нём были только домашние штаны, и он щурился от утреннего света.

— А ты и не просыпайся, — ответила Вика, переворачивая бекон. — Живи во сне. Главное — ешь, пока горячее.

Они позавтракали на балконе, потому что погода была та, ради которой стоит жить: тепло, солнце ещё не жжёт, и лёгкий ветер колышет шторы. Завтрак растянулся почти на час. Они болтали ни о чём, дразнили друг друга, тыкали вилками в тарелки друг друга и никуда не спешили.

— Знаешь, — сказала Вика, допивая кофе, — а мне это очень по душе.

— Что именно?

— Вот это. Спокойно. Без гонки. Мы дома. Завтрак на балконе. А ещё ты опять надел мои носки

Вика кинула в него кусочек яблока. Он поймал его ртом. Это было глупо. Это было смешно. И это было правильно.

После обеда, когда солнце уже поднялось выше, они решили, что валяться дома — это, конечно, прекрасно, но мышцы требуют движения. Тем более Алексей давно обещал записать новое видео для своего блога: простое, живое, без пафосной обработки — как они лазают по-настоящему.

Скалодром встретил их запахом магнезии и привычным сухим воздухом. Музыка играла тихо, народу почти не было — идеальное время для съёмок и дурачеств.

— Так, план такой, — сказал Леша, ставя телефон на штатив. — Сначала я лезу маршрут на 6B. Ты снизу подбадриваешь. Потом лезешь ты, и если падаешь — я ловлю. Договорились?

— А если ты упадешь? — уточнила Вика, завязывая волосы в хвост.

— Я не падаю. Я эффектно спрыгиваю, — парировал Алексей.

Первые полчаса всё шло по плану. Леша лез красиво, почти музыкально — переставлял ноги мягко, как кошка, зацепы брал без рывков. Вика снизу комментировала, иногда язвила.

— Ой, смотри, перехват — ммм, изящно. Ты это или твоя тень?

— Это моё внутреннее величие, — донеслось сверху.

Потом полезла Вика. Маршрут был чуть проще, но она решила добавить драмы: на середине пути она изобразила, что соскальзывает, и эффектно повисла на одной руке. Алексей, стоящий внизу, натурально побледнел.

— Вика!

— Шучу! — рассмеялась она. — Ой, как ты испугался!

— Я не испугался, я просто... готовился ловить.

— Да-да, я видела твои глаза. Там был ужас.

Съёмка пошла по второму кругу, и вот тут началось то самое «как обычно». Они перестали быть серьёзными спортсменами и превратились в двух больших детей, которым выдали вертикальную стену и бездну воображения.

Вика забралась почти под потолок и крикнула:

— Леша, смотри, царица горы!

— Слезай, царица, у тебя страховка болтается.

— Ты просто завидуешь моей грации!

Она спустилась не так, как положено, а кубарем, и Леша поймал её внизу, подхватив под колени и прижимая к себе. Они замерли на секунду, глядя друг на друга, а потом она чмокнула его в нос.

— Поймал, — констатировала она.

— Поймал, — подтвердил он.

Потом начались эксперименты. Вика уселась Алексею на плечи так легко, будто она была пушинкой, и они вдвоём прошли несколько метров по мягким матам — она сверху размахивала руками, изображая штурмана, он внизу пыхтел и делал вид, что ему тяжело.

— Лево руля! — командовала Вика.

— Я не руль, я твой несчастный носильщик.

— Право! Там зацеп, хочу потрогать!

Алексей поднял её повыше, она дотянулась до ярко-жёлтого зацепа и победно вскинула руку. Потом спрыгнула прямо в его объятия — он ловил её, терял равновесие, и они вместе падали на маты, заливаясь смехом.

В какой-то момент Леша подхватил Вику на руки — сначала «принцем», потом перекинул через плечо, словно мешок с картошкой, а она колотила его по спине и кричала: «Отпусти, тиран! Я судья, я тебя дисквалифицирую!»

— Ты не судья, ты моя девушка, — мрачно сообщил он.

— Это не освобождает тебя от ответственности!

Их видео получалось идеальным. Не потому, что они показывали супер-сложные элементы, а потому, что сквозь экран было видно: этим двоим хорошо вместе. Даже падать — и то смешно.

Последний дубль они делали, когда Вика повисла на турнике, а Алексей подошёл сзади, обхватил её за талию и они начали кружиться. Телефон, оставленный на штативе, снял их со спины: двое в обнимку, скалодром в размытом фоне, свет из больших окон — и никакой постановки.

— Кажется, мы переборщили с романтикой для твоего блога, — заметила Вика, когда они наконец отдышались.

— Мои подписчики любят романтику, — ответил Леша. — Им надоело смотреть, как я мучаюсь на сложных маршрутах. Они хотят, чтобы у меня была личная жизнь.

— И теперь она у тебя есть.

— И теперь она у меня есть, — повторил он, и в голосе его было столько тепла, что Вика смутилась — впервые за весь этот дурашливый день.

Вечерний покой

Домой они вернулись уставшие, мокрые от магнезии и пота, но на удивление счастливые. Приняли душ, заказали огромную пиццу, потому что готовить уже не было сил, и включили какой-то фильм.

Они смотрели его вполглаза. Вика сидела, уютно свернувшись калачиком на диване, её голова покоилась на плече Алексея. Его рука лежала у неё на талии, большой палец рисовал ленивые круги на ткани кофты. Пиццу они ели руками, перемазались в соусе и хохотали над самыми глупыми моментами фильма, которые в другой день показались бы несмешными. Но сегодня было можно.

— Леш, — тихо сказала Вика, когда фильм уже шли титры.

— М?

— Эта идиллия... она мне очень по душе.

Алексей повернул голову, поцеловал её в висок и ответил просто:

— И мне.

Они не стали смотреть вторую серию. Выключили свет, перебрались в спальню и легли, обнявшись, как привыкли за эти дни. Тишина за окном, мягкое дыхание друг друга, и никакой суеты. Никаких съёмок. Никаких ранних подъёмов.

Только они. Только дом. Только счастье, которое оказалось совсем не там, где его ищут. Оно было здесь — в упавшем на мат объятии, в кусочке яблока, запущенном в наглого парня, в пицце на двоих и в этих тёплых, никуда не спешащих сутках.

Завтра начнётся новая неделя. Появятся новые дела, новые планы, может быть, новые проекты. Но то, что было сейчас — это маленькая жизнь, которую они строили сами, по кирпичику, по улыбке, по касанию.

И Виктория с Алексеем знали: всё правильно. Всё так, как надо.

_____________________________________
Как то так что ли, вроде бы конец, но может я ещё перепишу и продолжу, да я хотела сделать эту историю большой. Но нет совсем времени а я и так писала последнюю главу очень давно. Вобщем возможно продолжу, но точно ждите эпилог. Я надеюсь вам понравилась эта история, да без каких то драм, просто от дружбы до любви(хотя мне кажется эти романтика и флирт у них всегда были). Всех люблю, читайте с удовольствием мою историю) 🫶🏻