Непосвященная

Я не находила себе места, ходила кругами по комнате, чувствуя, как стены сжимаются вокруг меня. План сорвался. Терас пьян. Леама исчезла. Никого, кто мог бы помочь.
Мысли путались, сердце билось так громко, что, казалось, его слышно даже за дверью.
Дорок...
Он думает, что я сама пришла к Лурдану. Что предала тот поцелуй в лесу. Что выбрала власть и роскошь вместо...
Почему это так важно?
Почему меня гложет от одной мысли, что он разочаровался во мне?
Я обхватила себя руками, чувствуя, как слезы катятся по щекам.
Страшно.
Страшно от Лурдана, от темницы, от смерти, которая может прийти в любой момент.
Но больше всего — страшно, что Дорок не поможет мне теперь...
— Не плачь, ведьма...
Голос.
Его голос.
Я замерла, боясь обернуться. Вдруг это сон? Вдруг он исчезнет?
— Дорок...
Он сидел на подоконнике, осматривая меня с ног до головы. Брови сведены, взгляд — тяжелый, испытующий.
— Ты пленница здесь?
— Да...
— Ты хочешь быть с Лурданом?
— Нет.
Пауза.
— Идем в купель. Мне нужно искупаться.
— Да...
— Я не спрашивал.

Он встал в полный рост, подошел ближе. Пальцы коснулись моих волос, заправили прядь за ухо.
— Будем спасать тебя, ведьма.
Его рука схватила мою, крепко, как тогда в лесу.
В комнате было тепло, воздух насыщен ароматом трав и масел. Я успокоилась, но сердце стучало так, будто хотело вырваться из груди.
Дорок посадил меня на кушетку, а сам встал передо мной.
Медленно.
Очень медленно.
Начал снимать одежду.
Каждое движение — осознанное, тяжелое, будто дающее мне время передумать.
Но я не отводила глаз.
Не моргала.
Не смела дышать.
Он взял мои руки, поднял меня.
Обхватил за талию, развернул спиной к себе.
Губы коснулись плеча, горячее дыхание обожгло кожу.
Пальцы развязывали шнуровку платья, снимали его, оставляя меня в одном белье.
Тело напряглось, дрожало.
Он опустился на колено, снимая последние преграды.
Я обернулась.
Он смотрел вверх, глаза — темные, глубокие, полные чего-то, чего я не могла понять.
Грудь его тяжело поднималась.
Потом он встал, взял меня за руку.
Мы вошли в воду.
Теплую.
Тихую.
Я прижалась к его спине, чувствуя под ладонями горячую, влажную кожу. Грудь прилипла к нему, сердцебиение стучало в такт его дыханию.
Он опустил руки на мои бедра, пальцы скользили медленно, лениво, словно запоминая каждую клеточку.
Я намылила ладони, аромат ванили и корицы окутал нас, смешиваясь с запахом его кожи. Кончики пальцев рисовали круги на его плечах, потом поднялись к затылку, впились в напряженные мышцы шеи.
Он закрыл глаза, закинул голову назад, и я почувствовала, как все его тело расслабилось под моими прикосновениями.
Потом он повернулся.
Губы нашли мои без поиска — точно, как стрела, пущенная в темноте, которая всегда попадает в цель.
Нежно. Долго. Без спешки.
Как будто у нас была вечность.
— Ты сводишь меня с ума, ведьма...
— Почему ты называешь меня не по имени?
— Потому что ты не Моргат.
— Тебя не волнует это?
— Я вижу тебя... и меня всё устраивает.
— Но я могу выглядеть совсем по-другому. Я настоящая.
— Это не имеет значения.
— А что имеет значение?
— Ты.
— Но ты не знаешь меня. Я не знаю себя... точнее, я не помню.
— Я найду тебя... и заберу всю.
— И что же нам делать?
— Для начала — вытащить тебя отсюда. А дальше я решу все твои проблемы.
Он приблизился, лоб коснулся моего, глаза горели в полумраке.
— Тебе больше не нужно бояться. Я убью любого, кто захочет причинить тебе боль.
— А если боль причинишь мне ты?
— Такого не будет.
— А если не получится вытащить меня отсюда?
— Я же сказал... убью любого. Если придется — весь этот мир падет, но ты будешь рядом со мной.
— Дорок... я не знаю, что сказать...
— Доверься мне.

Он встал, поднял меня на руки, как перо. Вода стекала с наших тел, но нам было не холодно.
Мягкое полотно обняло меня, он закутал меня в него, словно в кокон, и мы пошли в спальню.
Я легла на кровать, он устроился напротив, подложив руку под голову.
Его глаза не отрывались от меня...
Я пододвинулась к нему, положив ладонь на его грудь.
— Дорок... у меня есть план.
И я рассказала ему все.
О Ведающей. О том, что она — сестра Моргат. О том, как Моргат поменялась со мной телами, спряталась в другом мире, испугавшись кого-то.
О том, что я — никто. Не помню себя. Не знаю, кто я.
Но Ведающая сказала, что во мне течет кровь древней ведьмы.
Он слушал, не перебивая, глаза темнели с каждым моим словом.
Потом произнес тихо, но так, что кожа покрылась мурашками:
— Ты же понимаешь, что я не отпущу тебя в другой мир?
— Но я человек. Если мне вернуть мое тело... я не буду бессмертной. Здесь я долго не проживу...
— Я найду выход.
Он перевернулся, приподнялся на локте, взгляд буравил меня насквозь.
— Ты знаешь что-нибудь об истинных парах?
— Нет...
— Ну так слушай. Это важно.
Его голос стал низким, горячим, словно пепел после пожара.
— Когда я увидел тебя тогда в таверне... у меня просто крышу снесло. Я думал, ты одурманила меня. Все мои желания, все чувства стали неуправляемыми. Единственное, что мне хотелось — чтобы ты была рядом, и я вдыхал твой запах.
— Это необъяснимое желание. Сначала я боролся с собой... но это невозможно. Для меня было невыносимо видеть, как ты танцуешь с Лурданом.
Его рука сжалась в кулак.
— А этот подонок Тасио... я хотел убить его. Негуль просто опередил меня. Но я бы убил его.
Он наклонился ближе, дыхание обжигало губы.
— Когда находишь истинную пару... ты не властен над собой. Я не причиню боли тебе... но причиню ее любому, кто захочет навредить тебе.
Дорок прошептал -Ты ведьма, мря истинная пара...
— А почему я ощущаю это не так?
— Женщины могут либо принять свою пару, либо отказаться. Но для мужчины... это подобно смерти. Со временем это сводит с ума.
Он провел пальцем по моей щеке, глаза мягкие, но в глубине — буря.
— Я не тороплю тебя. Это может быть только твой выбор. Для меня главное, чтобы ты была счастлива.
— Я поняла...
— Сейчас тебе нужно отдохнуть. Ложись спать. А я пойду к Ведающей и вытрясу из нее это зелье.
— Она должна помочь... Она скучает по Моргат...
Он поцеловал меня, легко, как перо, накрыл одеялом.
— Спи, моя ведьма.
И исчез в темноте, оставив меня с мыслями, что теперь у меня есть не только план, но и тот, кто не даст мне упасть.