глава двенадцатая
Итак, с самого начала разговор за столом принял опасный для меня поворот.
Вадим в ответ на слова отца нахохлился, зато его мама сияла радостной улыбкой. Она относилась к той категории женщин, которые мгновенно погружаются в сироп умиления, едва речь заходит о младенцах. Вообще-то, я и сама такая, только для меня этот сироп всегда с привкусом горечи.
- Конечно, Вадику будет очень трудно без Насти, - сказала друзьям мама. - Придётся искать новую сотрудницу, а это сложно, так как наша Настенька подняла планку на немыслимую высоту. Она идеальная ассистентка. Да, для любого руководителя декрет – это больной вопрос.
- Вы уже всё решили, а Настя, возможно, даже и не собирается никуда уходить. Сейчас молодёжь не очень-то торопится заводить детей, – грустно заметила Елена, приятная дама с очень короткими каштановыми волосами и в стильных очках с тонкой оправой. - Наши-то нам заявили: внуков не ждите, их не будет.
- Они, видите ли, чайлдфри, - подключился к разговору Андрей, её муж, седой мужчина массивного телосложения и тоже в очках. - Дети им не нужны, они не испытывают в них потребности, считают помехой для карьеры и путешествий.
- Причём и сын, и невестка абсолютно солидарны в этом вопросе, – с тихим отчаяньем произнесла Елена.
- Да вы что! – всполошилась мама шефа. – Ужас какой! А вы молчали.
- Всё надеялись переубедить детей. Но так ничего и не получилось.
- Это насмешка судьбы, если вспомнить, чему Елена посвятила свою жизнь, - заметил Андрей. – Моя жена занимается вопросами репродуктивной медицины, защитила докторскую диссертацию в этой области, - объяснил он нам с Игорем.
- Всю жизнь помогаю парам обзавестись потомством. Пациенты столько усилий прикладывают, чтобы стать родителями, мечтают об этом, но у многих не получается. А наши запросто могли бы уже родить одного-второго-третьего. Так ведь не хотят! – с болью в голосе пожаловалась Елена.
Старшие собеседники принялись обсуждать тему чайлдфри. Они возмущались эгоизмом и недальновидностью молодёжи, зацикленностью на развлечениях. Игорь и Вадим молча ели, я сидела между ними, ковыряла салат и молила бога, чтобы меня не втянули в опасный разговор.
- Так что, молодые люди, Настенька, Игорь, не затягивайте с этим делом, вот вам мой совет, - подвела итог Елена. – Общая тенденция: сначала пара не торопится с детьми, хотят ещё погулять, попутешествовать. А потом у них не получается. Удивляются – почему? А потому что поезд ушёл. В природе всё устроено разумно и логично. В женском возрасте есть период, наиболее благоприятный для деторождения. Но человек норовит пойти против законов природы. А потом ко мне на консультацию приходят яркие продвинутые пары, всё у них хорошо – и денег море, и карьера на взлёте. Но они как красивые и бесплодные цветы. Потомство дать не способны.
- К счастью, Елене удаётся помочь даже самым безнадёжным пациентам, - с гордостью сообщил Андрей. – Сколько случаев было в твоей практике, да, Леночка?
- Ну, после такой лекции Настя и Игорь немедленно отправятся делать ребёнка, - пошутил отец шефа.
- Да они, наверное, уже давно мечтают о малыше! – улыбнулась мама. - Настя, Игорь, а вообще сколько детей вы планируете?
- Мы думаем… - начала я, но умолкла. Чувствовала, что если продолжу фразу, то голос сорвётся. Ещё расплачусь у всех на глазах и испорчу людям вечер своими слезами.
Моя проблема успела доставить мне столько страданий, что даже мимолётные мысли причиняют боль. Пока за этим щедро накрытым столом шла дискуссия, я успела опуститься на самое дно моего личного ада.
Эти вопросы – когда выйдешь замуж, когда родишь – постоянно преследуют. Обычно я стараюсь прекратить бестактные расспросы. Но сейчас дать отпор не могла, всё-таки здесь собрались родители Вадима и их друзья.
Я беспомощно оглянулась на Игоря. Спаси же меня! Ответь что-нибудь уклончиво.
- Только не говорите, что вы тоже зареклись иметь детей! - заволновалась Елена. У неё на щеках даже выступили красные пятна.
Они с мужем настороженно уставились на нас. Как и для меня, для них эта тема была чрезвычайно болезненной.
- Так вы тоже чайлфри?
- Нет, - выдавила я.
- Нет, что вы, мы вовсе не чайлдфри, - сказал Игорь. - Просто у нас с Настей те самые проблемы, о которых вы только что говорили. Мы бы, конечно, хотели иметь детей… Но вряд ли получится. Настя, как вы сказали, тот самый цветок - очень красивый, но, увы, бесплодный.
Что?!
Не могла поверить своим ушам… Игорь действительно это произнёс?
Над столом повисла ошарашенная пауза.
Вадим положил вилку и выпрямился. Его лицо превратилось в каменную маску, но в глазах вспыхнула ярость. Старшие собеседники замерли в полной растерянности. А мне хотелось провалиться сквозь землю, чувствовала, как по щекам разливается румянец, молчала, не произносила ни слова, теребила льняную салфетку с вышитой в уголке гондолой.
На меня будто обрушилась бетонная стена. Глаза выжигало подступившими слезами. Как же мерзко прозвучала фраза Игоря! Вроде бы он просто повторил слова Елены, но ведь врач говорила не обо мне, а о незнакомых пациентах…
Не ожидала, что дорогой женишок прилюдно так меня унизит. Да, я красивое растение, не способное давать плоды. Спасибо за точную оценку моей сущности.
- К нашему безумному сожалению, Настя не может иметь детей, - добил меня Игорь. Расшифровал для тех, кто ещё вдруг не понял. – Вы все медики, поэтому мы можем честно вам признаться. Врачей же не стесняются, правда, Настя?
Я на него не смотрела. Да пошёл он к чёрту, ублюдок! Мог бы придумать что-то нейтральное, уйти от ответа. Видел же, что я тону. А он ещё и веслом по голове ударил!
- Я не медик, - хмуро заметил Вадим. Он едва не скрипел зубами от злости. – Но, насколько я знаком с темой, в девяноста девяти процентах случаев, если цветок не даёт плодов, значит садовник ни на что не годен.
Вадим протянул руку за моей спиной и пренебрежительно похлопал Игоря по плечу. При этом босс навалился на меня, как бы обнимая, словно брал под свою защиту. Я ощутила лопатками тепло его груди. Но было слишком поздно, мне уже засадили нож под рёбра, и тут ничем не поможешь.
– Слышь, Игорёк? Не надо валить на красивый цветочек, если сам мышей не ловишь.
Игорь криво усмехнулся, но ничего не ответил.
- А кстати, верно, - заметила Елена. - Сколько случаев было у меня в практике. Приходит женщина, дети не получаются, страдает. Начинаем изучать проблему, и выясняем, что с ней-то всё в порядке, а бесплоден партнёр.
- В нашем случае Игорь не причём. Это у меня диагноз такой… серьёзный, - тихо произнесла я. – Я сама… виновата.
- Ты ни в чём не виновата, прекрати немедленно! – возмутился Вадим.
- Надо же, как грустно, Настя, а мы и не знали, - расстроилась его мама.
- Ну, о таком обычно на каждом перекрёстке не кричат, - зло бросил мой босс и одарил Игоря уничтожающим взглядом. Тот однако проигнорировал выпад Вадима, потянулся за бутылкой и налил себе вина.
Шардоне Таска д’Альмерита.
Теперь это название я запомню на всю жизнь. Всё то время, пока меня мучили, эта бутылка тёмного стекла с чёрной этикеткой стояла прямо передо мной.
– Не сомневаюсь, у Насти всё будет прекрасно. Родит и одного, и троих. Станет самой лучшей мамой, я вижу, как ловко она управляется с Иришкой, - сказал Вадим. - Просто пять лет я не давал Насте жизни, у неё не было времени заняться здоровьем.
- Да уж, ты настоящий тиран, Вадик! Совсем Настеньку замучил, - согласилась мама.
- Настя, а приходите ко мне, я вас посмотрю, - мягко предложила Елена. – Мы совсем недавно переехали в ваш город, но я уже устроилась на работу и веду приём в клинике репродуктивного здоровья. Приходите! А вдруг те врачи, у которых вы наблюдались, что-то проглядели? Уж поверьте моему опыту, такое случается.
- Ой, точно! – обрадовалась мама Вадима. – Настенька! Сходи.
- Спасибо, - прошептала я, чуть не плача.
Чувствовала себя ужасно. В ресторане, в большой компании, открыто обсуждалась моя проблема, о которой я даже с мамой и лучшей подругой предпочитала молчать. Меня будто раздели и привязали к позорному столбу посреди площади.
- Настя, я передам через Вадима мои координаты, а вы не затягивайте, хорошо? Буду вас ждать.
- Хорошо. Спасибо.
- Ой, ну совсем мы Настеньку смутили, - заметил папа Вадима. – Мы-то медики, нас ничем не проймёшь, мы можем запросто совместить бутерброд с проктологическим осмотром. А бедную девочку вогнали в краску. Хватит уже к ней приставать, народ! Лучше я вам сейчас расскажу, какой у нас на днях был случай. Поступает, значит, к нам в отделение один пациент…
И компания медиков принялась увлечённо обсуждать узкоспециальные вопросы.
Наконец-то от меня отстали.
- Котёнок, попробуй мои равиоли с крабом, - тихо предложил Игорь. – Офигенно вкусно, такой соус, специи, мм… Я положу тебе одну штучку?
- Не надо. Ешь сам, - содрогаясь от ненависти, отказалась я.
- Уже наелась? А я, пожалуй, ещё что-нибудь закажу, после работы ужасно голодный.
Игорь жестом подозвал официантку, повернулся к ней и принялся что-то обсуждать, листая меню.
Вадим смотрел на меня. Он нашёл под столом мою руку и ободряюще её сжал своей горячей ладонью. Я на босса не глядела, было стыдно. До сих пор страдала от позора и унижения. Да, во время обсуждения Вадим меня защищал, однако сейчас я ненавидела его не меньше, чем Игоря.
Зачем позвал к своему столу?
Лучше бы мы сидели отдельно.
Да лучше бы я вообще осталась дома!
*****
- Котёнок, ты зря всё это так болезненно воспринимаешь! – воскликнул Игорь на пороге моей квартиры.
Я только что категорично ему заявила, чтобы шёл домой, заходить ко мне не надо, до свидания!
После неудачного ужина даже не хотела садиться вместе с ним в такси. Но было слишком много зрителей, чтобы устраивать разборки прямо у ресторана.
Сейчас отвергнутый жених попытался проникнуть в дом, не позволил захлопнуть дверь перед его носом, нагло вторгся в прихожую.
- Игорь, уходи, пожалуйста, - твёрдо сказала я. - Больше не хочу тебя видеть. Никогда.
- Что ты такое говоришь?! Настя, опомнись! Из-за маленькой неловкости за ужином ты готова перечеркнуть наши отношения?
- Ты называешь это маленькой неловкостью?! – в отчаянии крикнула я.
Слёзы, давно сдерживаемые, брызнули из глаз и заструились по щекам обжигающими потоками. Через секунду я уже содрогалась всем телом, безутешно рыдала и испытывала облегчение от того, что плотину прорвало и уже можно отпустить тормоза.
- Ты же видел, как мне трудно! Ты же знаешь, как я страдаю из-за своей проблемы. Мог бы защитить меня, увести разговор в сторону, придумать что-то! Мужчина обычно защищает то, что ему дорого. Драться готов за своё. А ты меня просто сдал! Обозвал бесплодным растением. Спасибо, хоть не насекомым!
Котёнок, успокойся, пожалуйста, - испугался Игорь. – Что ты себя накручиваешь? Ты же не истеричка, перестань, а? Ну, что ужасного я сделал? Просто повторил слова этой старой тётки, врачихи, вот и всё. Надо же было им всем как-то объяснить, почему мы не можем по первому же требованию предъявить им младенца! Они нас растерзать были готовы, когда заподозрили, что мы тоже чайлдфри.
- Всё. Я не хочу об этом говорить. Уходи, - с трудом произнесла я сквозь слёзы. Меня трясло.
- Настенька, ну что ты…
Игорь попытался меня обнять, но я вырвалась и отскочила в сторону.
- Котёнок, если ты считаешь, что я не прав, позволь мне как-то загладить свою вину. Не прогоняй! Дай шанс всё исправить.
- Нет. Я видеть тебя не хочу.
- Давай ты сейчас успокоишься, отдохнёшь. А завтра мы поговорим.
- Завтра не будет. Мы больше не встретимся. Между нами всё кончено.
- Настя, не говори так! Прости меня!
- Всё, Игорь, уходи. Прощай.
- Хорошо, я уйду. Но надеюсь, что ты придёшь в себя и передумаешь. Знай, я очень тебя люблю, Настя, и не намерен от тебя отказываться.
Я закрыла за Игорем дверь, повернула с щелчком блестящую щеколду и судорожно втянула воздух. Наконец-то осталась одна.