Фестиваль
(Эта глава вновь написана в соавторстве с тем самым замечательным человеком. Естественно, она тоже посвящена ему)
Интересно, как проходит подготовка?
Маркуса чертовски волнует этот вопрос. Ему пришлось отъехать на весь день, пока термоядерная команда из Джоша, Саймона и Норт занималась подготовкой к городскому пасхальному фестивалю.
Могли бы и не заниматься, но Маркус счёл, что сидеть сложа руки, пока люди занимаются делом, было бы просто издевательством. Норт буркнула «не издевательством, а справедливостью», но возражать не стала. Планировалось, что вместе с «иерихонцами», как публика повадилась называть троицу, будет работать и Маркус. Но его, как водится, опять позвали на другой конец Детройта - срабатываться с (кто бы мог подумать!) Коннором: от детектива требовалось разыскать подвал, где творили дикие вещи с несколькими YK500, а от Маркуса - убедить ребятишек, что это было, мягко скажем, ненормально.
Убедил.
А теперь он наконец-то подъезжает на беспилотном такси к площади, где должен проходить фестиваль.
И издалека видит, по какому месту всё пошло.
— Норт!!!
Девушка поспешно оборачивается.
— Это... — Маркус красноречиво обводит площадь взглядом. — Это что??
Норт оглядывает перевёрнутые скамейки, клён с поломанной веткой, раздолбанную стену ближайшего здания и вишенку на торте - живописно пылающий занавес временной сцены.
— Фестиваль, — с совершенно не присущей ей невинностью отвечает она.
— rA9, спаси и сохрани... — стонет Маркус, пряча лицо в ладони. — Скажи хоть, где остальные.
Норт кивает куда-то налево и вверх. Маркус поднимает туда глаза и тихо охает: Саймон, будто жизнь ничему его не учит, стоит на крыше, опасно перевесившись через край. Джош поддерживает его снизу в позе, не предвещающей ничего хорошего: программа преконструкции утверждает, что стоит Саймону упасть - на землю грохнутся оба. С двадцатиметровой высоты.
— Что у вас там происходит?! — От волнения Маркус забывает про беспроводную связь и орёт им прямо вслух.
Саймон поднимает глаза и машет рукой с зажатым в ней устройством для нанесения голограмм.
— Мы здание украшаем! — орёт он. Тоже вслух.
Маркус вновь пробивает фейспалм и жестикулирует парням, чтобы слезали. Они слезают, пусть и неохотно.
— Так. Что за цирк с конями вы тут устроили?! — Немногим дано увидеть Маркуса разозлённым, но Саймону и Джошу сегодня выпала такая возможность. — И главное... как вы его устроили?
Джош вздыхает, жалея о том, что ввязался в это, и рассказывает.
Оказывается, пока компания расставляла всюду скамейки, Норт угораздило увидеть в толпе одного из своих бывших клиентов. А поскольку Норт и бывшие клиенты - смесь крайне взрывчатая, закончилось всё расшвырянными скамейками и забрасыванием мужика на ветку клёна. Пока он оттуда слезал, ветка сломалась.
— Ладно, — Маркус изо всех сил пытается не перейти на нервный крик, — это я ещё могу понять. Но как же стена? И, — кивок в сторону ярко горящего занавеса, — как же вот это?
Джош и на это отвечает.
Когда на шум прибыла полиция, Норт признавать свою вину закономерно отказалась. Попытались её арестовать, но не чета тридцатишестилетний мужик ловкой девушке-WR400, ох не чета! Все пули угодили в стену, а Норт под шумок зажгла дымовую шашку («Я не знал, что она взяла её с собой, честно!») и смылась.
Потом, судя по всему, примылась обратно. Но дымовуха за это время каким-то образом прожгла занавес.
У Маркуса после такого рассказа опускаются руки.
— А ведь мы проводили мирную демонстрацию, помните? — говорит он будто бы сам себе, смотря куда угодно, но не на Норт. — Никогда никого не убивали... Всем видом показывали, что мы зла никому не желаем, что мы не опасны...
Норт опускает глаза.
— А стоит мне отъехать, и внезапно всё наше дело оказывается в опасности, — с укоризной продолжает Маркус, шагая по кругу перед потупившейся девушкой. — Из-за тебя человек пострадал.
— Ты просто этого человека не знаешь, — сразу ощетинивается Норт. — И не знаешь, что он со мной творил. Если бы на мне можно было оставить синяки, он бы оставил штук двадцать!
— И ты хочешь ему уподобиться?
Вопрос застигает девицу врасплох.
— Норт, мы хотим равных с людьми прав, а не больших, чем у людей. Если ты продолжишь ополчаться на них, они ни за что не будут поддерживать тебя.
Стрелки отношений с Джошем и Саймоном ползут вверх.
С Норт через пару секунд - тоже.
— Хорошо, — её голос непривычно тихий.
Маркус облегчённо улыбается - а потом осознаёт, что главная беда ещё впереди.
— Как же нам всё это исправить?..
На удивление, это оказалось не так уж и сложно.
Полиция по какой-то причине не вернулась за Норт - видимо, рассудили, что арестовывать одну из икон девиантов себе дороже.
Раскуроченную стену было решено наскоро замаскировать пасхальным плакатиком - хоть на время фестиваля всё будет красиво. Выкинуть же обгорелый занавес и повесить новый вообще оказалось плёвым делом. Единственная вещь, которую не удалось починить - несчастный клён, ветка которого так и осталась отломанной.
Словом, приготовления вроде как идут на славу, и на Норт уже давно никто не злится. Да и сама она более-менее успокоилась и даже согласилась принять помощь от пары-тройки прохожих. Прогресс, чё.
А потом Джош всех ошарашивает.
— Ребята? — растерянно зовёт-спрашивает он посреди украшения фасада. — Похоже, в исходных данных была ошибка.
— В каких данных? — напрягается Маркус, почуяв неладное.
PJ500 неловко отворачивается.
— В данных, которые нам выслали насчёт фестиваля, — отвечает он. — Он, оказывается, не десятого, а тринадцатого.
— Так Пасха ведь десятого! — удивляется Саймон.
— А фестиваль - тринадцатого! Я не знаю, почему так решили, но так решили, — разводит руками Джош.
— Так у нас ещё три дня!! — наконец доходит до Норт, а вслед за ней и до Маркуса. — И к чему было так торопиться?
— Так ошибка же...
— Джош, ты же PJ500, ты умным должен быть! Я бы сразу ошибку опознала...
— Так чего же не опознала?!
У Маркуса неприятно жужжит процессор. На человеческий манер он назвал бы это мигренью.
— Всё, хватит! — Он твёрдо шагает к спорщикам и разводит их в стороны. — Давайте лучше проведём эти три дня как нормальные андроиды.
— Так говоришь, будто мы ненормальные, — парирует Норт.
Маркус оборачивается на многострадальный клён и вздыхает.
— Именно.