глава 19
Минли что-то ещё говорит, а я смотреть продолжаю. Рассматривать.
Совру, если скажу, что вчерашняя ночь во мне ничего не изменила. Даже не ночь. Скорее весь день. Моё отношение к викингу с ног на голову перевернулось. Я как будто... Будто раньше его в упор не замечала, а сейчас... Вокруг всё сиреной воет, когда он рядом оказывается. Пугают ли меня такие новшества? Да. И очень сильно. Но, с другой стороны, интересно становится. И если Минли верить, то викинг тоже неравнодушен к моему присутствию в его жизни.
Прикусываю щеку изнутри, когда от первого шока отхожу. Замечаю, что на Шахе есть синяки и ссадины. Прищуриваюсь, чтобы лучше рассмотреть. Это его вчера так? Хотя нет, они же к нему не успели притронуться? Те люди, что меня похитить хотели. Тогда следы точно не от них?
— Поела? — Минли всё никак не успокаивается. Над душой стоит. Своим строгим тоном заставляет меня как пружинку вытянуться.
— Нет, — честно произношу и для наглядности демонстрирую половинку круассана. Я ещё недоела.
— Он не в настроении вернулся, иди в свою комнату.
Я отрицательно головой веду.
— В пансионате учили, что нельзя еду в комнату носить. Это невоспитанно. Еду нужно есть за столом и...
— Вот я понять не могу, — Минли вздыхает и руки в бока упирает, — тебе проблемы нужны? Не нужно тебе это. Маленькая ещё. Наивная. А он мужик жизнью прожжённый. Сломает тебя как тростинку и всё. Выкинет, дальше пойдёт.
— Понятия не имею, о чём вы говорите, — в ответ выдаю упрямо, а Минли красными пятнами покрывается.
— Дурная, ей-богу, после слезы лить будешь. — И после этих слов женщина срывается с места и уносится из комнаты. А я максимально пытаюсь абстрагироваться. Я всегда послушной была. Всегда делала, как говорят. А сейчас... Сейчас внутри бунт зреет. Не хочу послушной быть. Меня за послушание все всю жизнь пинали. Я ещё ни разу не пробовала делать так, как мне нравится.
Викинг что-то из багажника достаёт, крутится возле машины, а после в дом направляется. Я как раз к этому времени расправляюсь с едой. И встав из-за стола, иду в сторону лестницы. Чего я хочу добиться этой встречей? Не знаю. Но жутко хочу его увидеть. В глаза посмотреть. Во мне что-то изменилось после этой ночи. И мне кажется, что это заметно. А в нём что-то изменилось? Если да, то я смогу заметить?
С каждым новым шагом моё сердце сильнее биться начинает. Пульс с ума сходит.
Я подхожу к лестнице как раз в тот момент, когда Шах входную дверь открывает. Его аурой заполняется помещение и меня как будто в кокон укутывает. Я воздух вдыхаю, а он настолько раскалённый, что лёгкие обжигает.
Шах замечает меня и на мгновение замирает. Пальцами сжимает ручку двери до треска. А у меня внутри всё сжимается. Это ненормально. Моя реакция. Желание попасться на глаза. Минли права — я сама нарываюсь. Я всё понимаю, но продолжаю на месте стоять и смотреть. Я стараюсь выглядеть спокойной, задираю выше подбородок, чтобы показать, что меня ничего не пугает. Хотя внутри всё переворачивается от нахлынувших эмоций.
Мы смотрим друг на друга. Наши взгляды встречаются. И я вижу в его глазах что-то новое. Пугающее. Он буквально замораживает меня изнутри. Всё льдинками покрывается.
Викинг подходит ближе, и с каждым его шагом моё сердце бьётся всё сильнее. Внутри всё сжимается от этого напряжения, от того, что мы вот-вот будем стоять друг напротив друга, настолько близко, что можно будет почувствовать его дыхание на своей коже.
Шах оказывается ближе, а я рассматриваю его. Взглядом по лицу пробегаюсь. После на руки перехожу.
— Что случилось? — Я первая тишину прерываю. Больше не могу это терпеть. У меня не настолько железные нервы.
Викинг лишь кривится.
— Опять нос не в своё дело суёшь, малыха, — грубо произносит.
— Я просто спросила.
Хочу сорваться с места, как он произносит:
— Замри, на меня смотри.
Кривится и достаёт из кармана телефон. На меня наводит и снимок делает.
— В комнату иди, — рявкает.
— Но зачем...
— Оглохла? В комнату дуй! И херню всю из башки выбрось!
Срывается с места и проносится мимо меня по лестнице.