глава 13
От слов викинга внутри всё сжимается. Он снова это делает. Снова о моём отце говорит таким тоном. Снова намекает, что он плохим был.
— Что губы надула? — Рявкает снова. Хотя сам же хотел, чтобы в тишине сидели. И вот после этого как его понимать? А в конечном итоге я буду виновата.
— Вам что-то сделал мой отец? — Давлю в себе желание ответить резко. Не хочу провоцировать новый взрыв. Я не понимаю, правда. Он ведёт себя максимально странно. Сначала заказывает меня из пансиона. Пугает. Намёки грязные делает. После с собой везёт сюда. Изначально и намёка не было, что он папу моего знал. А после всё так резко. Ещё и с агрессией в мою сторону. Разозлился, что я была маленькой и мало что помню. Гадостей наговорил. И вот опять...
Шах злится. Зубами скрипит, сильнее руль автомобиля сжимает. Я снова что-то не то спросила. Ощущение, что мне вообще спрашивать ничего нельзя. Я права не имею знать почему здесь?
— Твой папаша много кому что сделал, — со злостью выдаёт. От тона мужчины у меня по коже морозные мурашки.
— И поэтому вы меня забрали? — Задаю вопрос, на который сама ответ получить боюсь. Цель, которую он преследует, страшно узнать. Но с другой стороны...
— Хотела в блядюшнике остаться? — Рявкает снова.
— Нет. Но я спросила не об этом. Вы явно не любите моего отца. Я вызываю у вас раздражение, могу предположить, что по той же самой причине, что мой отец вам не нравится. Я его дочь. Я не понимаю, для чего я вам нужна.
— Много задаёшь вопросов, малыха. Считай, что я просто тебя от проституции спас. Дал билет в новую жизнь.
— И во сколько он мне обойдётся? — Я не верю в то, что такой, как викинг будет просто так помогать людям. Животным будет. К ним он намного добрее расположен. А вот люди... Они у него раздражение вызывают.
— Мозги мне не еба... иметь, — машина на светофоре останавливается, мужчина голову в мою сторону поворачивает. Взглядом сканирует. Я же язык прикусываю. Вопросов ещё много, но он явно дал понять, что отвечать на них не станет. Не в настроении.
Я отворачиваюсь к окну. В голове мало что укладывается. Я помню не так много. Стресс от потери отца тоже дал своё. Например, тот день, как я в пансион попала, вообще помню смутно. Ещё какие-то моменты повылетали из памяти.
Когда машина викинга сворачивает на знакомую улицу, я буквально к окну прилипаю. Я узнаю. Улицу эту узнаю. И места. Если этой дорожкой пойти, то через минут тридцать можно выйти к небольшому озеру. Папа меня там учил плавать. А здесь мы гуляли. Дальше есть большой магазин. Был. Может, и сейчас есть. Воспоминания как снежный ком на меня наваливаются. По голове бьют. В носу щипать начинает. И ещё я на себе ощущаю внимательный взгляд Шаха. Он следит. Пытается мои эмоции все словить. Понять, что я узнаю и чувствую. А меня накрывает всё сильнее и сильнее.
Машина викинга к домику подъезжает. К домику, в котором я жила. Здесь моё детство прошло, а после... После всё в кошмар наяву превратилось.
— Узнаешь?
Вдох глубокий делаю. Я не дурочка. Понимаю, что ему от меня что-то нужно. Вопрос только в том — что?
— Вроде бы да, — в ответ выдаю, плечами пожимаю. Пытаюсь максимально эмоции в себе держать. Нельзя открытой книгой быть. Он не просто так меня сюда привёз.
— Вроде бы? Не помнишь, где жила?
— Это давно было. Может, и здесь. Мне выходить из машины?
Шах кивает. Сканирует меня взглядом при этом. Не верит. Но и он на мои вопросы не отвечает. Почему должна на его отвечать?
Оглядываюсь по сторонам. Территория и дом заброшенными выглядят. Здесь точно давно никто не живёт.
— Цветочек, пошли, — викинг меня окликает. Я послушно к нему иду.
Мужчина из кармана ключи достаёт. Вопросов всё больше появляется. Откуда у него ключи от нашего с папой дома? Если они не дружили, тогда откуда?
— Проходи, — проворачивает ключ в замке, дверь толкает и меня внутрь пропускает.
Стоит только шаг за порог сделать, как на меня моментально ностальгия накатывает. Здесь ничего не изменилось. Как будто папа вот-вот выйдет, и я смогу его обнять. Ладошкой слезинки смахиваю. Сердце больно сжимается.