созависимость. | не вывожу

Желтый показался на пороге офиса Адидаса и Кащея. Он вальяжно прошел и сел на кресло перед ними, закинув ногу на ногу и сцепив ладони в замок. На его лице заиграла самовлюбленная улыбка.

— Чего пожаловал? — спросил его Вова, пока Кащей еле сдерживал себя, ибо от одного его взгляда хотел его вдарить в землю, — страх потерял?

— Ой-ой, какие мы борзые, — саркастическим тоном произнес Желтый, не изменяя позу.

— Че позируешь тут? — нахмурившись, спросил Костя, — где-то фотокамеру увидел?

— Перестал быть отцом-одиночкой? — ухмыльнувшись, ответил вопросом на вопрос Вадим, — то-то ты в хорошем расположении духа.

— Именно, — еще более обозленно ответил брюнет, уже сжимая руки в кулаки, — поэтому иди отсюда, пока мы тебя тут не порешили. Слишком много выебонов.

— К делу, — пресек его Желтухин, — бизнес свой переписываете на меня.

— Ага, разбежались, — отреагировал на неожиданное заявление Суворов.

— Да-да, разбежались и переписали, — строго ответил Вадим, потирая руками, — иначе потеряете всех своих близких.

Тут уж Кащей, как всегда, не сдержался. Взял и схватил Желтого за воротник, уложив на стол.

— Да что ты говоришь?! — выкрикнул он, избивая того по лицу.

Вова достаточно быстро среагировал, оттащил Кащея от парня и придерживал за своей спиной, смотря на Желтого. Тот встал со стола, сел обратно и достал телефон.

— Начну, пожалуй, с твоих, Кащей, — сказал Вадим, вертя телефоном в руках, — помнишь, что все мы знаем твою слабую сторону?

— Отпусти, рожа автоматная! — сквозь зубы выкрикнул Костя Адидасу, — я его прямо сейчас тут прихлопну!

— Не стоит, — прокомментировал Вадим, наблюдая за ними, — один мой звонок и все сделано. Переписывать будем?

В это время в квартире Кащея происходило следующее. Ясмину Саша уложила и она спала в комнате. Тот амбал, которого Желтый приставил к ней, ни отходил от девушки ни на шаг. Суворова упорно делала вид, что чистит плиту, пока он сидел на табуретке и наблюдал за ней.

— Слушайте, — сказала она, обернувшись, — может чаю?

— Не положено, — строго ответил мужчина.

— Ну что вы, будто я убивать вас тут собралась. Больно надо, — слегка прикрывшись улыбкой, произнесла русоволосая, — просто сидите тут уже три часа, наверняка, голодны.

— Хорошо, давай чаю, — согласился амбал.

— Долго уговаривать не пришлось, — подумала Суворова. Она отвернулась к плите. Налила чай и, убедившись, что этот тип отвернулся к окну, достала с верхней полки снотворное и растопила его в кружке. Затем, улыбнувшись, поставила эту кружку перед ним на стол.

— Спасибо, — поблагодарил он, начав пить чай.

Саша отвернулась в сторону плиты и победно ухмыльнулась. Через какое-то время этот дядька перешел в царство Морфея. Девушка аккуратно пробежала мимо него в комнату и одела дочь, которая проснулась и только хотела заплакать.

— Тшш, мама с тобой, все хорошо, — успокаивающе шепотом произнесла Саша, взяв одетую Ясмину на руки, — но сейчас нам надо бежать.

Она вышла из квартиры, аккуратно закрыв дверь, чтобы не разбудить великана. Спустилась на улицу и направилась с дочерью в сторону качалки. Дойдя до нее, она увидела Марата с Айгуль, которые направлялись туда с другой стороны.

— Сеструх, привет! — они приблизились к друг другу, — вы чего здесь? Дома не сидится?

— Марат, вопросы потом, ладно? — напряженно проговорила она, — где эти двое, не знаешь?

— Кто именно? — непонимающе уточнил парень.

— Маратик, не тупи! — раздраженно прикрикнула на него старшая сестра, — брат наш и муж мой.

— Да вроде в офисе, — начав беспокоиться от напряженности Саши, ответил подросток, — да что случилось-то?

— Ребят, побудьте с Ясминой, пожалуйста, — попросила она, посмотрев на Айгуль.

— Хорошо, конечно, — ответила девушка, забрав малышку из рук Саши, которая уже направлялась в сторону офиса.

— Саш, — окликнул ее Марат.

— Марат, все потом, — ответила она, не оборачиваясь, — ладно?

— Так что, подписываем? — спросил у парней сидящий напротив Желтый, провертев телефоном в руках, — время подумать я вам дал и оно истекло.

— Зачем тебе наш бизнес, если мы все равно тебя грохнем? — отреагировал на это заявление Кащей, стукнув по столу.

На это Вадим, цокая, помотал головой и ухмыльнулся. Одновременно с этим ему прилетает статуэткой по голове и он вырубается. За его спиной появляется Саша.

— С-саша? — опешив от неожиданности, произнес Вова, увидев сестру.

— Я все правильно сделала? — спросила она, возвращая статуэтку на место и отряхивая руки друг об друга.

— Ахуеть, — отреагировал Кащей, посмотрев на супругу, — ты, блять, каким...

— Просто предложила тому дяде, который нас караулил, чай, и он уснул, — выдохнув от уходившего из ее организма напряжения, рассказала Саша.

— Ну ты даешь, — произнес брюнет, — двух мужиков уложила и глазом не моргнула.

— Забыл, чья я жена? — ухмыльнувшись, спросила у мужа Суворова.

— Забыл, — он подошел к ней и поцеловал, — напомнишь?

— Ребятушки, я безусловно рад, — сказал Вова, встав со стула, — но с этим телом надо что-то делать.

— Что-что, вывезти в лес и закопать, — предложила Саша, посмотрев на тушку Вадима, уложенную ею.

— Саша! — возмутился от кровожадности сестры Адидас.

— А что? Я за, — согласился с женой Кащей, прижимая ее к себе и целуя в макушку.

— Ну или просто в лесу оставить, — продолжала продумывать свой кровожадный план Саша.

— Суровая ты, Суворова, — произнес Костя.

— Второй, кстати, у нас дома на кухне спит. И скоро очнется, — рассказала Суворова, — так что соображайте быстрее.

Через некоторое время все сидели в качалке и обсуждали произошедшее. Тут же сидели и Саша с Ясминой, которая сидела у нее на коленках, а Кащей, улыбаясь, наблюдал за ними, и Айгуль, рядом с ними, играющая с малышкой.

— Ахуеть, — машинально отреагировал Турбо, услышав обо всем.

— При ребенке не матерись! — строго осек его экс-старший.

— А то она тебя тоже прихлопнет, — заключил Марат, усмехнувшись.

— Вов, дай ему подзатыльник, пожалуйста, — попросила старшего брата Суворова, так как не могла встать.

— Ай! — воскликнул тот, когда до него дошел подзатыльник от Адидаса, — она это делает даже на расстоянии!

Ясмина, не поняв ничего, но услышав восклик Марата, звонко рассмеялась.

— Смешно тебе, Ясмин, да, когда твоего дядю обижают? — спросил у нее Суворов-младший.

Тут уже вся сидящая компания подхватила смех.

— З-и-м-а, — по буквам внезапно произнесла малышка.

— Стоп! — резко произнес Кащей, чтобы все замолчали, — что ты сказала?

— Зима!

— Она сказала «Зима»! — обрадовавшись, лысый забрал девочку из рук Саши и начал кружить, — «Зима»!

— Не думала я, что первое слово нашей дочери будет именно таким, — умиляясь и глядя на них, произнесла Саша.

Наташа с Сашей гуляли с детьми, спящими в колясках, в парке, ближайшем к дому Суворовых и облюбленным местом Ясмины.

— Такой славный, — произнесла русоволосая, заглядывая к коляску к Ване, сыну Наташи и Вовы, — на Вову маленького похож.

— Да, Вова в нем души не чает, — улыбнувшись, сказала кудрявая, — у вас как дела?

— Ух, Костя вчера весь вечер заставлял Ясминку сказать «папа», — ответила Суворова, закатив глаза.

— А-ха-ха, какая милота, — проговорила Наташа, — а Ясмина ему не поддавалась?

— Нет, конечно, — усмехнувшись, сказала Саша, — она же моя дочь.

— Ма-ма, — сквозь сон проговорила малышка.

— Я же говорила, — сказала Саша и девушки посмеялись, — вообщем, все налаживается.

Поздняя ночь. Саша только-только уложила дочь, покормив ее. Сидела на кухне, сделав себе чай, но так и не сделала ни единого глоточка. Переводила взгляд в сторону коридора, а потом на часы. Внезапно она услышала, как входная дверь открывается и, сорвавшись с места, пошла в коридор.

— Господи, — шепотом произнесла она, когда увидела зашедшего.

На пороге квартиры стоял Кащей. Весь в крови, опираясь об косяк и еле стоя на ногах.

— Ты чего не спишь? — спросил брюнет, увидев супругу.

— Издеваешься, что ли? — произнесла она, подойдя к нему и взяв под руку.

Она помогла ему добраться до кухни и сесть на табуретку. Девушка достала аптечку и стала обрабатывать кровоподтеки на лице брюнета. Он лишь морщился от боли.

— Кто тебя так? — взволнованно спросила она, не отвлекаясь, — что произошло?

— Произошло то, что нету больше ни «Домбыта», ни этого пса, — ответил он.

— Кость...

— Да успокойся, — он посмотрел в ее глаза, — он сам... ай. он сам из строящегося здания выпал.

Суворова продолжила аккуратно обрабатывать его лицо. Кащей схватил ее за руку, остановив, и поцеловал руку.

— Ну, Кость...

— Ну, Саш...

Русоволосая села к нему на колени, обхватив его руками за голову. Он прижал ее к себе еще ближе.

— Сейчас же кровью запачкаю, — произнес он, целуя ее в живот.

— Да и ладно, — ответила она, уткнувшись в макушку его головы, — помнишь, о чем мы вчера говорили?

— Помню, — сказал Кащей, — мы говорили о...

— Ремонте, — продолжила за него женушка.

— Родная, может не сейчас? — жалобно попросил брюнет.

— Конечно, не сейчас, — ответила Суворова, — завтра.

Внезапно они услышали плач дочери из спальни и обернулись.

— Я пойду, — отреагировал Костя.

— Сиди, — приказала ему Саша, — увидит тебя раскрашенным, испугается еще.

Спустя неделю...

— Нет, эти обои не подходят совершенно, — сказала Суворова, стоя посреди спальни и смотря на Кащея, клеящего обои на стремянке.

— Ты уверена? — переспросил ее брюнет, — я-то уже наклеил.

— Д да, — ответила она, махнув рукой, — может все-таки краской?

— Суворова, определись. Потом опять скажешь «давай все-таки обои посмотрим», — передразнив Сашин голос, произнес Кащей, на что она взяла кисточку и капнула краской в лицо Кости, — Э-э-э, я ведь мстительный.

— Знаю, — ответила Саша, закрутив локон своих волос.

Кащей спустился со стремянки и подошел к жене. Обхватил ее рукой за талию и повалил на пол.

— Кащей, блин, — произнесла Суворова, оказавшись под его телом.

— М? — спросил он, начав целовать ее.

— Походу со стенами мы сегодня не решим, — улыбаясь, сказала Саша.

— Неа, — он продолжил целовать супругу.

Спустя месяц...

Саша что-то готовила на кухне, Кащей пришел и сел на табуретку.

— Саш, мы со стенами-то определились? — спросил он у девушки, — месяц уже на одном месте стоим.

— Давай краской, — уверенно ответила Суворова.

— Точно? — уточнил у нее супруг.

— Да точно-точно, — ответила она, ставя перед ним тарелку с супом.

Саша вернулась к плите. С самого утра она чувствовала себя неважно. Ей было то холодно, то ее бросало в жар. А от любой еды вообще тошнило, и она ни съела с утра ни ложки, утоляя голод водой.

— Тогда надо быстрее с этим заканчивать, — кушая, заключил глава семейства, — а то Ясмине скоро годик будет.

— Мы всех к нам позовем? — спросила Саша, опустившись рядом на табуретку.

— Да, — ответил Костя, — ты ведь не против?

— Нет, конечно, — произнесла Суворова.

— Саш, ты случаем не заболела? — спросил Кащей, взяв ее за руку, — выглядишь неважно, трясешься вся.

— Да вроде хорошо все, — сказала русоволосая, поднимаясь, — пойду дочь одевать на улицу.

— Ложись-ка ты, отдыхай, — приказал тот, остановив супругу за руку, — я с ней сам погуляю.

Вова с Наташей зашли в квартиру ребят и раздевались.

— Приветики, — к ним вышла Саша с дочерью на руках.

— А у нас подарок для именинницы, — улыбнувшись, произнесла Натали и вынула из-за спины куклу.

Саша отпустила Ясмину на пол и та внезапно сделала свои первые шаги в сторону подарка от дяди с тетей.

— Эх, камеру не успел взять! — досадно воскликнул Кащей.

Ребята посмеялись над Кащеем и умиленно смотрели, как малая добралась до куклы, и, взяв ее в руки, пыталась облизать.

— Проходите к столу, — приказала Суворова, возвращаясь на кухню.

За столом в квартире Кащея и Саши собралась компания близких и родных людей. Они обсуждали последние новости, говорили о планах на будущее, травили анекдоты и сюсюкались с именинницей.

— В итоге-то она сказала «папа»! — гордо произнес Кащей, у которого на коленках сидела Ясмина и хватала со стола все подряд.

— Но сначала сказала «Зима»! — сказал Вахит, который в малышке души не чаял.

— А потом «мама», — произнесла Саша и потрепала волосы мужа.

— Ну вы, — наигранно загрустил Костя, а все остальные посмеялись.

— Вот, Вахит, а Маратик раньше, чем вы с Турбо, женихаться будет, я уверена, — улыбаясь и глядя на Марата с Айгуль, сказала Суворова Зиме.

— Не сыпь соль на рану, женщина, — сказал тот.

— «Женщина», значит? — обидевшись, переспросила русоволосая.

— Зима, берегись, — смеясь, произнес Вова.

Саша принесла с кухни новое блюдо ко столу. Она поставила тарелку на стол. Внезапно у нее закружилась голова и она машинально оперлась о стол.

— Саш! — увидев ее состояние, окликнул супругу Кащей.

— Саш, — Вахит встал и помог ей сесть на стул, — ты чего?

— Да душно просто, — ответила девушка, вставая обратно, — пойду на балкон, подышу воздухом.

Она ушла в спальню и вышла на балкон. Начав дышать полной грудью, она поняла, что ей становится легче, и облокотилась об балконный подоконник. К ней вышла Наташа и, встав рядом, обеспокоенно на нее посмотрела.

— Сашуль, — окликнула Сашу она, — все в порядке?

— Нет... — призналась русоволосая подруге, — вернее, да... Наверное. Наташ, я, кажется, беременна.