«Star» [вимины/чигуки]

       Субботнее утро к одиннадцати часам выдалось уж очень напряжным. Чонгук проснулся от звонка Хосока, который в трубку кричал о том, чтобы через час он уже был у него в кабинете, и что должен сообщить какую-то новость. И вот уже Чонгук сидел напротив Хосока, сладко зевал и нервно мотал ногой. С минуты на минуту должен был прийти Чимин, что ещё больше раздражало его. Они снова не разговаривали из-за какой-то ерунды, возникшей на пустом месте. Только Чонгук думал, что все закончится максимум на следующий день, но это уже продолжалось больше недели, и, как казалось, продлится еще очень долго. Такой долгой ссоры не было между ними никогда, и он уже начал невольно думать как обычно попросить прощение первому, но на деле все это начал Чимин и явно не желал заканчивать.

      Сонный Чимин зашёл без стука в большой чёрной толстовке, в которой почти утонул, и таких же чёрных джинсах, поздоровался с Хосоком и сел на стул рядом с Чонгуком, даже ни разу не глянув в его сторону. Утром выходного дня он настолько хотел спать, что было совершенно плевать, зачем он сейчас здесь, только периодически прикрывая свои немного опухшие от алкоголя и бессонной ночи глаза, он пытался не уснуть на неудобном стуле. Хосок начал как всегда свою речь издалека, говорил что-то про их съёмки, половину которых Чимин уже забыл, а другую прослушал, про журналы, рекламу, ещё какую-то ерунду.

— Хён, давай уже к делу, — оторвался на него Чонгук, который не мог сидеть спокойно.

— Что вы такие все злые сегодня, — развёл руками Хосок и сделал недовольное выражение лица, — в общем, я хотел сказать вам об... сейчас.

      Хосок начал рыться в бумажках на столе, перебирая все стопки. Парни сидели напротив и внимательно следили за каждым его движением и надеялись на то, чтобы он поскорее нашёл это и отпустил их отсыпаться дальше.

— Вот, — Хосок протянул им по два коричневых кожаных конверта с золотой надписью «Louis Vuitton».

— Что это за косметички? — раздраженно спросил Чонгук, медленно раскрывая её и достав картонную бумажечку желтого цвета. Он прочитал про себя: «Louis Vuitton. Men's Spring-Summer. 2020 Show. By Nicolas Ghesquière. Wednesday April 25th at 7.00 PM. For Jeong Jungkook»

— Хён, что это? — спросил Чимин и кинул на стол конверт, — я не понимаю что это.

— Хён, ты что, серьезно? — закричал Чонгук и вскочил со стула, — хён, да ты прикалываешься над нами! Этого просто не может быть.

      Чонгука сел обратно и все ещё продолжал смотреть на надпись «For Jeong Jungkook», не понимая, как такое могло произойти.

— Ну вот такие пришли пригласительные, — Хосок засмеялся, — я думал у вас будет реакция по веселее.

— Подожди, это... — Чимин снова взял в руки конверт, — это пригласительные? Мы приглашены на показ? — ещё спокойным голосом спросил Чимин, на что Хосок положительно кивнул головой, — Чонгук, ты слышал, мы едем в Париж, — закричал Чимин и обнял Чонгука.

  — Теперь главное не потеряйте их за неделю и идите уже отдыхайте, — сказал Хосок.

      Они вышли и остановились возле входа в агентство, держа в руках коричневые конверты и сто раз перечитывая их содержимое. Чимин невольно глянул на пригласительный Чонгука.

— Стой, а почему у меня не написано мое имя? — в недоумении спросил он и взял его пригласительный, на котором внизу красовалось имя Чонгука, — он что, не мне должен принадлежать?

— Чимин, не заморачивайся, Хосок дал его тебе, значит он твой.

— Ладно, — выдохнул Чимин, — я так сильно удивлён сейчас, это странно все.

— Немного, — ответил Чонгук, не отрывав все время взгляда от Чимина, который до сих пор рассматривал и сравнивал их пригласительные.

— Ты прости меня, что нагрубил в прошлый раз, — сказал Чимин, — что-то мы в последнее время часто извиняемся перед друг другом.

— Та забей, все хорошо.

      Чимин натянул улыбку. Ему всю эту неделю было ужасно неприятно от их ссоры, которую Чимин, по сути, затеял сам, а потом каждый день в школе, смотря на Чонгука, вспоминал слова Тэхена и чувствовал себя такой ничтожностью из-за этого и того, что хотел на пустом месте разорвать их отношения по одной лишь просьбе — одна просьба Тэхена, и их дружба должна была стать ничем для Чимина... Всю неделю это не выходило у него из головы, и только сейчас, глядя на его до глубины души знакомое лицо, осознал, что не сможет это сделать никогда.

  — Почему именно мы? — резко задал вопрос Чимин, все ещё боясь посмотреть в глаза Чонгука.

— Потому что мы самые лучшие, разве нет? — саркастично спросил Чонгук.

— Конечно, — безэмоционально ответил Чимин и снова задумался.

      Он был счастлив только первые пять минут, а теперь эта мимолётная радость, которая бывает в первые мгновения, исчезла: он не ощущал внутри себя свободу, только скованность в своих чувствах, которая не давала ему от души ощутить эту атмосферу, которой был окутан рядом стоящий Чонгук. Не смотря на его достаточно серьёзный внешний вид, Чимин знал, что Чонгук нереально счастлив, а сам он только пытается сделать вид, будучи уверенным, что сейчас прийдет домой, Тэхен посмотрит на этот конверт, сухо поздравит его и спросит, действительно ли он хочется поехать в Париж. А ему ничего не останется, как сказать, что нет, он совсем не желает никуда лететь без него. Чимин задумался: а правда, зачем ему этот Париж? Но он ведь так хотел в Париж... От всех мыслей у Чимина закружилась голова и он совсем перестал понимать, что происходит, он услышал знакомый голос позади себя:

  — Хей, ребята, — окликнул их Джин.

— Джин-хён? — обернулся Чонгука и улыбнулся.

— Привет, хён, — сказал Чимин, пристально смотря на его, как он подошёл и положил руку на плечо Чонгука.

      Хен как всегда выглядел очень свежо и хорошо, он улыбался и светился изнутри, как и всегда, вокруг него царила какая-то необычная атмосфера, как у какой-то звёзды или популярной личности, хотя он такой и являлся. Чимин видел его не так часто, но всегда встреча с ним оставляла после себя приятное ощущение.

— Воу, Louis Vuitton, — сказал он, забирая у Чимина его конверт, — поздравляю.

      Джин положил руку на Чимина и приобнял их. Дотрагиваясь до плеча Чимина, он чувствовал себя последней сволочью, он только по пути сюда думал о том, как сломать его чувства, забрать его человека, сделать все, чтобы он страдал, только ради собственных чувств. Как бы он не хотел этого, но по другому не получалось, ведь его счастье начиналось ровно там, где заканчивалось счастье Чимина. А сейчас они втроём стояли и мило беседовали как друзья, пока беззаботный и довольный Чимин улыбался и ни о чем не подозревал.

      Джин только подумал про себя, что сейчас в их компанию, для того, чтобы все были в сборе, не хватает Тэхена, и вот уже через несколько минут он незаметное подошёл к ним. «Вот так встреча», — подумал Джин. Тэхен первым делом бросил злобный взгляд на Джина и обнял Чимина, который очень сильно удивился увидеть его сейчас здесь, но потом вспомнил, что сам просил, чтобы он заехал за ним.

      Внимательно смотря на них, пока внутри все закипало, Джин видел, как их руки касаются друг друга, видел счастливые глаза Чимина, едва за заметную улыбку Тэхена, его неловкость и смятение. Удивляясь их такой внезапной встречи, он еле сдерживал свои эмоции внутри, которые вот-вот должны были выплеснуться наружу. Взгляд Тэхена случайно упал на Джина, и остановился на его горящих глазах. Чимин заметил странное напряжение в воздухе и спросил:

— Вы знакомы ведь?

       Они одновременное ответили «Да» и «Нет», только вот Тэхен явно не хотел говорить правду, потому что в мыслях Чимина всплыла недавняя фраза Шуги: «... я оставил ему с Джином ключи от порностудии», — отчетливо звучало в его голове.

— Мы пересекались один раз на съемках, — сказал Тэхен, не отрывая тяжелого взгляда от Джина.

      И снова это нелепое молчание между четырьмя парнями, которые не могли разобраться в своих чувствах и собственной жизни. Все их судьбы переплелись в какой то случайной веренице событий, и сейчас они стояли возле этого самого агенства «Звездочка», которое изменило их жизнь. Они испуганно смотрели друг на друга, даже не понимая, насколько запутались в ней.

— Хён, я хотел с тобой кое-что обсудить по поводу рекламы, — резко заговорил Чонгук, который все это время молчал, а теперь должен был разрулить все это, — ты не мог бы...

— Да, конечно, идём, — согласился Джин, даже не дав ему договорить, только чтобы быстрее уйти.

      Они так же любезно попрощались, как и поздоровались, как старые добрые друзья, и Джин с Чонгуком начали как можно быстрее удаляться от этой совсем нежеланной встречи, которую Джин теперь не сможет забыть так долго, что уже сейчас можно было сойти с ума.

— Хён, это твоих рук дело? — первое, что спросил Чонгук, снова показывая ему кожаный конверт — то, что больше всего волновало его сейчас.

— Ну наконец-то Хосок передал их вам, а то он все говорил, что вы должен снятся во всех рекламах, пока не зазнались, и сдать на пятерки тесты.

— Как ко мне попал пригласительный? — не мог успокоится Чонгук, теребя в руках конверт.

— Так получилось, — замялся Джин.

— Как ты это сделал? Это же такой известный показ.

— Раз ты задаешь так хочешь узнать, я расскажу тебе. На такие известные, как ты выразился, показы, каждый год отбирают по несколько моделей из каких-нибудь стран и приглашают на их, так скажем «бюджетные» круизные показы. Помимо известных личностей, они занимают места в зрительном зале, да и просто украшают подобного рода мероприятия, после чего они заключают контракты на определенный срок, от нескольких недель до года, и ты автоматически становишься лицом их бренда в своей стране. Так вот, мне пришло, не без помощи, два таких пригласительных, на мое и на твоё имя. По какой-то нелепой ошибке они оба попали ко мне в руки, но я, как ты видишь, не спешил отдавать тебе его. Ехать во Францию мне, честно признаться, хотелось, но особо некогда разъезжать сейчас по миру, нужно ещё кое-что уладить в Корее, — Джин улыбнулся, — и я начал всеми моими силами искать способ заменить пригласительный. Именного пригласительного для Чимина у них, естественно, не оказалось, а вот самый обычный нашёлся. Конечно, я гроблю свою карьеру, но сейчас я не могу по-другому, я не могу уехать сейчас вот так вот, тем более, как ты заметил, я кое-что придумал.

      Чонгук внимательно впитывал каждое слово Джина, стараясь ничего не пропустить, даже не зная, радоваться или нет.

  — Мне прислали пригласительный из-за тебя?

— Если у тебя есть связи в этом мире, то ты автоматически становишься популярным, богатым, красивым и так далее, так что тебе очень повезло, Куки, что ты познакомился со мной, — Джин засмеялся, — а вообще, тебя уже почти признали самым успешным юниорам этого года.

— Не без твоей помощи, хён...

— Да ладно тебе, успокойся, — Джин положил руку на его плечо, — ты не рад чтоли?

— Нет, спасибо, Джин-хен, без тебя бы я сейчас был в одном месте, а не в Париже, так что,... — Чонгук остановился и тоже положил на него руку, — ты можешь мне не верить, но я был бы счастлив, что познакомился с тобой, и без этого всего.

— Хм, ну даже не знаю, — сказал Джин и снова засмеялся; не смотря на все, что произошло только что, он был в очень хорошем настроении.

— Куда ты сейчас? Снова «важные» дела в агенстве? — насмешливо спросил Чонгук, ведь он прекрасно знал, какие это дела и насколько они были важны.

— Да, и благодаря этим самым «делам» ты на следующей недели летишь в Париж, дурачок, — Джин ущипнул его за руку и развернулся, теперь уже идя обратно в сторону агенства.

      Чонгук обернулся ему в след и продолжил так и идти по улице в сторону дома. Он вдруг остановился в недоумении: сегодняшний день был как в прекрасном сне — показ мод, Париж, любовь, Чимин, Эйфелева башня, поэтому заулыбался сам себе, не обращая внимания по людей, которые в недоумении смотрели на него. Он был так счастлив, что готов был сделать сейчас все, что угодно, ведь это будет самая лучшая его неделя, проведённая только с Чимином вдвоём во Франции. Все ещё не веря, он снова раскрыл конверт и перечитал несколько раз каллиграфически написанный буквы, а в конце своё имя. По коже прошли мурашки. «Хён, спасибо, я настолько счастлив, что не знаю что и сказать ещё» — быстро напечатал он и отправил сообщение Джину, потому что только благодаря ему он сегодня выиграл эту жизнь.