секрет
Flashback
Четыре года назад
—Джин, спасибо, что согласился служить нам. Таким людям как мы всегда нужны те, которым можно доверять на все сто. Твой отец, моя правая рука и помощник. Джи в свое время прикрывал меня своей грудью и я бы хотел, чтобы ты так же служил и моему сыну.— улыбнулся Мин старший.
—Спасибо, господин Мин. Это большая честь для меня.— вежливо ответил Ким СокДжин.
Если Юнги с детства готовили стать главарём мафии, то Джину с рождения говорили кому он должен служить. Доверенными лицами мафии не становятся-ими рождаются. Джи посвящал сына во все дела. Он тоже не вечный и все знали, кто его заменит.
Юнги сидел с хмурым лицом и сжимал приборы в руках. Ему плевать кто и кого заменит, сейчас его волнует только разговор Хва с Джином. Милая беседа о музыке и композиторах, в которых Юнги опять же ничего не смыслил. Хва мило улыбалась гостям и вела себя естественно, тем самым даря очарование всем присутствующим, но это выводило Мина младшего из себя.
Он не понимал, что Хва не нужно было, чтобы Юнги знал Моцарта, Баха и других. Ее не интересовало, сколько книжек он прочитал за всю свою жизнь. Девушка хотела от него только любви и теплоты.
Юнги ревновал, косо смотря на девушку и заводился словно бык, готовый бежать на красную тряпку.
СокДжин со всеми был вежлив и даже не думал о чем-то большем. Он знает правила «не посягать на то, что принадлежит боссу», да и к тому же он не такой глупый, чтобы рисковать всем ради девушки. У него впереди светлое мафиозное будущее и татуировка дракона на плече, зачем ему быть закопанным заживо? Он со всем уважением относился к семье Мин. Он существует только для них, как и его отец. Он гордится тем, что он «дракон».
Но когда в конце вечера перед уходом он случайно прощаясь улыбнулся Хва дольше, чем обычно, у Юнги снесло крышу.
Он повел девушку наверх когда все гости ушли.
—Ну как, весело тебе было?
—Мне было хорошо, Юнги.— улыбнулась Хва в зеркало снимая серьги.
—Да уж, я заметил. Понравился Джин?
Хва нахмурила брови и тихо положила сережки на туалетный столик.
—Мне нравится Мин Юнги. Я здесь из-за него.—нежным голосом сказала Хва.
—Меня бесит, когда ты улыбаешься другим.— начал приближаться к ней Юнги.—Я запру тебя в этой комнате и ты никогда никуда не выйдешь. Эта улыбка принадлежит только мне.—парень развернул девушку к себе и провел ладонью по ее обнаженной грудной клетке к шее, которую вскоре сжал в тиски.
—Юнгииии...—протянула девушка задыхаясь.—Пожалуйста...
Она взялась обеими руками за кисть парня.
—Я люблю тебя.
—Хватит! Заткнись!—закричал Юнги и схватив девушку за руку повел к постели. Толкнув Хва он скинул пиджак и сел на неё сверху.
—Почему ты всегда сомневаешься во мне?— не сводила взгляда с парня Хва терпя при этом сильную боль в руках, которые были сжаты лапами главного «дракона».
—Кому я могу доверять, блять? Разве я не вижу, как вы общаетесь с Тэхеном? Ты теперь и Джина решила затянуть в свой омут?
—Юнги, я люблю тебя! Когда ты уже поймёшь это?
—Мне нужна твоя верность.— приблизился и прошептал на ухо Мин и начал грубо целовать ее шею, кусать кожу и сжимать бедра.
—Не надо, пожалуйста! Мне больно!
—Заткнись!— закричал Юнги и подарил девушке жгучую пощечину. Слёзы из глаз в секунду потекли по ее щекам.
Юнги снова одурманенный порошком, снова не в себе. Ему только повод дай. Один взгляд, одно неверное движение и Хва получает по полной.
—Шлюха!— закричал Мин младший.
Хва отвернула голову и затихла глядя в одну точку. Она не сопротивлялась и Юнги остановился.
—Сказать нечего?— усмехнулся парень и слез с девушки.
Хва унижена в очередной раз. Она итак бьет себя в грудь кулаком доказывая Юнги свою любовь. Такой уверенный в себе и грозный наследник «драконов» чувствует себя рядом с ней мальчишкой, не веря в то, что его могут так сильно любить. Парень не понимает, что девушка находится рядом с ним не потому что он не отпускает ее, а потому что она сама того хочет.
Хва встаёт с постели и вытирает слёзы.
—Я больше так не могу.— спокойно говорит она и отправляется на выход.
—Ты никуда не уйдёшь.— улыбается Юнги.
Хва его не слышит. Глаза жжёт от слез, на щеках уже нет и живого места, на теле вечные гематомы и синяки, которые не проходят. Нет времени, чтобы выдохнуть и пойти на поправку рядом с таким мужчиной, как Юнги.
—Вернулась живо!— кричит Мин.
Хва спускается по лестнице медленным шагом. Внизу никого. Можно бежать, но Хва не делает резких движений.
У Юнги котелок кипит, грудная клетка бешено скачет от учащённого дыхания, пальцы сжимаются в кулаки, когда он выбегает из комнаты и бежит за девушкой.
—Стоять, иначе я убью тебя.
Хва медленно поворачивается к Юнги приподнимая подбородок, всем своим существом пытаясь сделать гордую осанку. Это Юнги и нравится. Она подчиняется. Ее движения спокойные и размеренные, а глаза только и кричат «Я люблю тебя Мин Юнги и всегда буду любить», но из уст выпрыгивает очередное «Убивай» и Хва падает на колени. Побеждённая не потому что Юнги так захотел, а потому что Хва этого желает, хоть и знает, что Юнги будет причинять в дальнейшем силу, а не нежность, но уйти не может. Не может и дня прожить без теплоты его рук. Не может, потому что не хочет. Упрямо следует за ним прямо в логово зверя, глядя ему в спину и держа за руку. Хва любит в нем все, будто слепая. Она превозносит его и сама помогает подняться на пьедестал с которого Юнги смотрит на неё сверху со взглядом полным злости и упрёка. Он не понимает, что она принадлежит ему не потому что он того хочет, а потому что она на это согласна. Добровольно.
Юнги приседает перед ней и усмехается натягивая уголок губ.
—Не убежишь, Хва.
—Знаю.
Позволяя ему в очередной раз почувствовать вкус победы она дотрагивается своей ладонью до его груди.
Юнги заводится видя нежный взгляд перед которым устоять не может. Ее ладонь отдаёт теплом и парень успокаивается. Беря ее мокрые щёки в свои ладони целует нежно и наваливается сверху. Так и лежат последи холла и целуются. Юнги вдыхает аромат Бурбонской ванили и повеситься хочет от дикого желания обладать ею. Ее любовь у него под кожей, а он о своей не догадывается, потому что пеленой застелены глаза. Установка одна: навевать страх на окружающих и причинять им боль. У Юнги на роду это написано, высечено словами отца: «Не показывать слабость, иначе ударят в то самое место». А Юнги не позволит Хва быть его слабым местом, не подозревая о том, что далеко, в глубине души уже любит, страдает, ревнует не потому что она его собственность, а потому что она его жизнь. И прибить всех готов не за неисполнение своих обязанностей, а за ее один взгляд. За неё готов объявить войну всему миру, но не себе. С собой воевать не хочет, а всю злость на неё скидывает. Ровный кожный белоснежный покров превращает в галактику со своими планетами темно-синего цвета. Хва терпит, потому что любит и задыхается от своих чувств к нему. Ненавидит себя зареванную и обиженную. За двоих любить хочет и пытается вытянуть из Мина чувства, которых он не признаёт.
Но признает, когда ее не будет рядом.
Юнги поднимает девушку на руки, Хва обвивает его талию ногами. По дороге наверх бесконечные поцелуи. Отлипать от неё не хочется. Юнги теряется в пространстве и чуть не падает, но вовремя хватается за лестничные перила. Ощущая безумное возбуждение он аккуратно сажает девушку на ступеньку. Хва жадно притягивает Мина к себе, будто каждый раз словно последний. Они кусают другу другу губы и сплетаются языками. Юнги хочет ее прямо здесь. Слёзы по ее щекам текут, но уже не от боли, а от счастья. Ей им не надышаться.
—Люблю, люблю, люблю.— шепчет Хва, когда Юнги целует соленую воду на ее щеках. Он безумно бесится, когда она плачет, хотя сам до слез и доводит, но поцелуями просит прощение. Хва прощает. И неважно в какой раз.
Он приспускает лямки платья и целует ее ключицы. Ниже правой у Хва россыпь чернильных звёздочек, а на левом плече татуировка дракона, как у любимого. Она уже давно встала с ним рядом и готова защищать его грудью.
Юнги делает вторую попытку донести ее в спальню, где наконец укладывает на шёлковые простыни. У Мина сердце выскакивает из груди, взгляд Хва погружает его в ее вселенную. Его руки дрожат, когда касаются мягкой кожи. Хва задыхается от своей любви и кружит голову Юнги.
Он падает в ее омут и растворяется полностью. Они не отрывают взгляда друг от друга и Хва видит, как льдинки тают в глазах парня. Он не говорит, не признаёт свою любовь, но ей достаточно его взгляда, чтобы понять.
***
Юна заходит в ресторан держа мужа за руку.
—Не скучаешь по своей работе?
—Нет. Хозяин этого заведения просто невыносимый.—язвит девушка.
Мин останавливает свой шаг и бросает злой взгляд на Юну.
—Это что сейчас было?
—Ничего.— Она злится и ненавидит Мина за пожар, который он устроил в квартире Чимина. Ей горько и больно, но она принесла клятву верности. Она старается справится с эмоциями, но в ней снова дикое желание впиться ногтями в его уже зажившую рану на спине и разодрать ее к черту. Оба упрямые.
—Веди себя смирно.— сухо отвечает Юнги и ведёт супругу к любимому столику, где когда-то почувствовал запах шоколада с мятой.
За столом уже ждёт Чонгук и Ники. Все обмениваются приветствиями и мило беседуют. Так, будто ничего не произошло.
Весь час Юнги не сводит глаз с окружающих и замечает подозрительную активность. Он кивает Джи и тот в миг оказывается у столика.
—Слушаю, господин.
—Выведи Юну и Ники, срочно.
Девушки вопросительно смотрят на Мина.
—В чем дело?— спрашивает Юна.
—Уходите, живо. Чонгук...—смотрит Мин на Чона доставая из-за пояса пистолет. Тот в секунду все понимает.
Джи хватает девушек. Юнги вскакивает с места и тут же начинается перестрелка. Люди Юнги и Чонгука приняли вызов.
Все гости в ресторане начинают кричать и падают на пол. Юна и Ники в сопровождении Джи бегут к чёрному выходу согнувшись почти до пола и прикрывая голову руками.
Из-за всех углов выскакивают люди Хосока.
Юнги и Чонгук пережидают прячась за столиком.
—Братик пришёл на ужин.— усмехается Мин.
—Наконец-то познакомимся.—смеётся Чонгук.
Парни кивают друг другу и резко встают из-за стола идя в центр зала метко расстреливая нежданных гостей. Группа «драконов» уже окружают боссов, чтобы защищать своей грудью.
Как только они оказываются спиной к спине выстрелы замолкают.
Юнги гоняет язык во рту и не сводит прицела с балкона верхнего этажа откуда на них направлены пушки.
—Ну вот, снова все как в кино. Эмоционально.—хлопает в ладоши Хосок, который появился из ниоткуда.
***
Юна кричит и рвётся обратно в ресторан, но Джи не выпускает ее из своей хватки.
—Юнги, Юнги...Да отпусти ты!— бьет она Джи.
—И что вы сделаете, госпожа? Вы забыли, что вы носите наследника? Прекратите! Ваша истерика сейчас никому не поможет.
Юна отлипает от Джи и тут же за плечи ее хватает Ники.
—Все будет хорошо, ты поняла? Мы уезжаем.— Ники кивает Джи и несколько людей Чонгука сопровождают девушек к машине. Юна оборачивается, в надежде, что муж сейчас выйдет за ней.
Джи возвращается в самое пекло и выжидает момент, как проскользнуть к господину.
—Пожрать не дашь, братик.— улыбается Юнги.—Давай уже закончим. Мне не нужны эти представления.
—Разве я мог оставить тебя сегодня без внимания?— подходит ближе Хосок.
—Мои люди изрешетят тебя, глупый, если подойдёшь ближе. Знай, за спинами твоих людей всегда стоят мои. К тому же ты на моей территории.
—Ты ответишь, за свою посылку.— орет Хосок.
—А так в этом все дело...— отвлекает брата Юнги, но тут же резко вытягивает руку и выстреливает в Хосока.
Зал ресторана снова заливается громкими криками вперемешку со стрельбой. Кто-то сверху попадает в грудь Юнги и он падает. Его тут же ловит Чонгук. Джи успевает подбежать и помогает ему тащить босса в укрытие за их столик.
Хосок ранен. Брат пустил ему пулю, и если бы она попала выше, то пронзила бы сердце.
—Уходим.— шепчет Хосок своему человеку, который в панике склонился над боссом. Тот машет своим отдавая приказ уходить.
Выстрелы утихают и люди Хосока быстро уходят за господином. Кровожадные «драконы» пристрелили большую часть, но пропустили момент, когда выстрелили в Юнги.
—Вот же...— ругается Чонгук.—Спасибо, что заставил надеть бронежилет.
—Пустяки.— засмеялся Юнги сидя у стены и снимая свою броню.
—Господин, с вами точно все в порядке?— беспокоился помощник.
—Со мной да, а Юна?
—Она уехала с госпожой Ники. Думаю они на пути к дому.
—Хорошо. Отличная работа, Джи.— похлопал по плечу босс.
***
Юна рыдала, а Ники пыталась ее успокоить.
—Потерпи и ты привыкнешь к такой жизни, Юна.— поглаживала девушку по плечу новая подруга.—Такова наша жизнь.
—Я не хочу в этом участвовать. Я боюсь за своего ребёнка.
—Позволь дать тебе совет. Всегда слушай, что тебе говорят. Это для твоей же безопасности. Поверь, ты не сможешь спасти Юнги, но он тебя защитит.
***
Юна сидела на нижней ступеньке в холле и нервно трясла коленками кусая ногти, когда Юнги ввалился в дом.
—Юнги!— закричала девушка и набросилась на его шею.—Ты не ранен?
Он смотрел в одну точку, пока она обнимала его. Руки неохотно дотронулись до ее талии.
Юна отпрянула и начала в панике ощупывать его тело пытаясь найти рану, но Юнги взял ее руки в свои.
—Все хорошо, я не ранен. А ты снова не послушная. Когда ты уже поймёшь, что нужно выполнять приказы?
—Прости.— сказала глядя в глаза мужу Юна.
Горькая слеза покатилась по щеке. Вся жизнь пролетела перед глазами, когда она услышала выстрелы. Она испугалась, что потеряет мужа.
***
—Отличная работа, господин Пак. Вы меткий стрелок, но думаю у господина Мина была защита.— сказал один из людей Хосока.
—Как ваш босс?—задал вопрос Чимин.
—Жить будет. Пуля не задела важные органы, но пока мы засядем на дно. Он должен прийти в себя.
—Если нужно я убью Мина голыми руками. Я устал прикрывать всю грязь, что он творит и его гребанного друга наркошу.
—Тогда действуем согласно плану, господин Пак.—поклонился мужчина и ушёл.
Чимин тяжело вздохнул и бросил потухшую сигарету на землю.
—Я уничтожу тебя, Мин Юнги.— сказал сам себе Пак вспоминая глаза Юны.
Он натянул кепку прикрывая козырьком лицо и сел в свою машину.
Хосок нашёл Чимина. Он следил за ним в попытке найти слабые места брата. Чон предложил вывести Юнги из себя звонком Юне, но никто не предусмотрел последствия данного действия. Чимин вышел из себя и теперь готов на все, чтобы помочь Хосоку уничтожить Юнги и всю его преступную группировку.
***
Юна проснулась через несколько часов и почувствовала, что мужа нет рядом. Она накинула халат и вышла в темный коридор. Дверь в кабинет Юнги была слегла приоткрыта, горел тусклый свет. Сонная, еле живая после перенесённого стресса она поплелась к нему.
После их встречи она почувствовала, что муж отстранился от неё. Юна решила, что он тоже испугался и ее переживания удвоились. Девушка хотела больше узнать про его брата. Никому не спалось этой ночью.
Но Юна забыла, что Юнги ничего не боится. Его гложет другая боль.
Она зашла в кабинет, но за столом мужа не было. Девушка услышала тихие звуки, будто где-то еле слышно работает телевизор. Она повернула голову влево и увидела, как потаённая дверь в стене приняла свои очертания. Она сливалась с обоями и Юна никогда ее не замечала, да и была «в гостях» у Юнги пару раз.
Девушка сглотнула ком в горле, подошла к стене и отворила дверь.
Юнги сидел на диване с опущенной головой к ней спиной. Он спал, а в расслабленной руке держал бокал с виски. Вся комната была в полумраке.
Взгляд Юны скользнул на экран, который висел на стене в центре комнаты перед диваном. Четкую картинку воспроизводил проектор с потолка. Юна увидела знакомый сад, что располагается во внутреннем дворе этого дома. Она увидела Юнги, который играл со своими питбулями. Собаки резвились и запрыгивали на хозяина, а потом повалили его. Юна услышала громкий заливистый смех за камерой и в секунду ее бросило в жар. Тот кто снимал повернул камеру на себя.
—Интересно, они не съедят своего хозяина?—улыбнулась девушка на видео пожимая плечами и снова залилась громким смехом, переводя камеру на Мина.
В этот момент он уже шёл на девушку с улыбкой.
—Звездочка, хватит смеяться надо мной.
Юнги схватил камеру. На плёнку попала его ладонь. Пока за кадром была подозрительная активность и смех Хва, сестра увидела в фильме чистое голубое небо и зелёную траву. Вместе со сменой картинки кружилась и голова Юны, пока в конце концов камера не направилась на влюблённых. Юнги повалил Хва на траву и впился в ее губы. Пока целовал, протянул руку к камере и съёмка на этом оборвалась.
Юна вскрикнула. Юнги в миг проснулся не понимая в чем дело.
Он обернулся и увидел Юну на полу, громко рыдающую.
Так вот какие секреты хранит ее муж.