В золотой клетке
В роскошной комнате Дивии царил мрак, несмотря на яркое дневное солнце, льющееся сквозь резные окна. Шелк штор был задернут, отбрасывая густые тени на пол и стены, украшенные золотом и драгоценными камнями.
Атмосфера была пропитана тяжелым, удушливым запахом уныния. Дивия Шарма, прекрасная и гордая, словно поникший цветок, сидела на кровати, ее взгляд был прикован к одной точке, словно она наблюдала невидимое.
Известие о предстоящей свадьбе с английским лордом Кристианом де Клером обрушилось на нее, как удар грома. Все ее мечты, планы, даже элементарное право выбора были растоптаны, похоронены под тяжестью долга и социального статуса. Ей предстояло стать женой человека, которого она не любила, и покинуть дом, который любила всем сердцем.
Слуги, обеспокоенные состоянием своей госпожи, сновали вокруг, предлагая напитки, еду, развлечения. Они пытались убедить ее выйти на воздух, поговорить с ними, но все их попытки разбивались о непроницаемую стену отчаяния. Дивия отворачивалась от них, не желая видеть, слышать, чувствовать. Ей казалось, что вся ее жизнь превратилась в безвкусный спектакль, в котором она была лишь марионеткой.
Пришла Видия Басу, но та, еле взглянув на нее, попросила уйти. Ей казалось,
что все вокруг - лишь напоминание о ее бессилии.
-Я не хочу никого видеть! - прошептала Дивия, голос ее звучал хрипло. - Оставьте меня в покое...
Когда один из слуг, дрожа, осмелился предложить позвать жениха, Дивия взорвалась.
-Никто! Никто не войдет сюда! Никто не смеет нарушать мой покой! - крикнула она, ее глаза сверкнули
гневом, быстро сменившимся апатией.
Спустя несколько часов, когда солнце начало клониться к закату, слуга принес ужин, но Дивия даже не пошевелилась. Тарелка осталась нетронутой, а слуга, стоя у двери, чувствовал на себе всю тяжесть тревоги.
Новости о состоянии Дивии быстро разнеслись по всему дворцу. Доран Басу, услышав о ее унынии, нахмурился. Он
никогда не видел ее такой: сломленной, беззащитной. Он, привыкший к ее дерзости, остроумию и силе духа, не мог оставаться равнодушным.
Он не был влюблен в нее, но испытывал странную привязанность, смесь уважения,
восхищения и... забавного интереса. Ему нравилось наблюдать, как она выходит из себя, как блестит ее ум, как она справляется с трудностями.
Доран подошел к комнате Дивии. Он заметил слугу, стоящего в нерешительности у двери.
-Что случилось? - спросил Доран, его голос, как обычно, был лишен каких-либо эмоций.
-Госпожа Дивия не выходит из комнаты и не ест, господин, - пролепетал слуга.
Доран кивнул.
-Отдай мне поднос. Я отнесу ей ужин.
Слуга смотрел на него, не веря своим ушам. Он знал, что Дорана боялись все, но чтобы он...
-Хорошо, господин, - пробормотал он, передавая поднос.
Доран подошел к двери и постучал.
-Драгоценная госпожа, могу ли я войти?
Тишина. Потом, к удивлению слуги и самого Дорана, послышался тихий, едва слышный голос:
-Да.
В комнате, погруженной в полумрак, царила тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием свечей. Дивия, укутанная в шелковые простыни, сидела на краю кровати, ее взгляд был прикован к луне, пробивающейся сквозь узкое окно.
Вдруг в дверь постучали, и, услышав знакомый голос Дорана, она не задумываясь распахнула ее.
Доран вошел, высокий и статный, в своей строгой одежде, которая, казалось, лишь подчеркивала его невероятную притягательность. Он поставил поднос с ужином на прикроватную тумбочку, его движения были плавными и уверенными, как у хищника, подбирающегося к добыче.
- Ничего не ели, Дивия? Будьте аккуратнее, а то скоро в дряхлого скелета превратитесь.- сказал он, его голос был ровным, но в глазах блестела едва уловимая
насмешка.
Дивия фыркнула, не поворачиваясь к нему.
-Не хочу есть. Не могу думать ни о чем, кроме предстоящей
свадьбы.
Доран подошел ближе, его тень легла на нее.
-Не стоит так переживать. Уверен, это не самое плохое, что могло произойти.
Она, наконец, повернулась к нему, ее глаза встретились с его. В них читались и страх, и вызов, и неподдельный интерес. Она откинула волосы с плеча, поддаваясь внезапному порыву.
-Ну и что дальше?-прошептала она, ее голос сорвался.
Доран наклонился над ней, его взгляд стал хищным, как будто он собирался обрушиться на неё в следующую
секунду.
- Что вы имеете в виду? - спросил Доран, приподняв бровь, на которой ярко выделялся его таинственный шрам.
- Ну, я сижу на кровати, а передо мной стоите вы и смотрите на меня так пристально. Или вы пришли только, чтобы принести мне ужин?
Доран не ожидал услышать такие дерзкие слова от обычно мягкой и сдержанной Дивии. Но, казалось, они ему понравились. Его губы растянулись в насмешливой улыбке.
- Ого, госпожа Дивия, я и не знал, что вы такая бесстыдная.
Он протянул руку, чтобы коснуться ее щеки, но передумал, сжав кулак.
- И какого же продолжения вы ждете? - сказал он практически шёпотом.
Она слегка приоткрыла рот, удивляясь его прямолинейности. Он наклонился еще ниже, их лица были опасно близко.
Его дыхание коснулось ее губ, и в этот момент все сомнения исчезли. Не в силах сопротивляться, Дивия подалась вперед, и их губы встретились в страстном поцелуе. Он начал с легкого прикосновения, осторожно исследуя ее губы.
Дивия ответила ему тем же, ее губы податливо раскрылись под его напором. Поцелуй становился все глубже, более требовательным. Доран провел рукой по ее
спине, прижимая ее к себе, и она, утопая в ощущении его близости, сжала его волосы.
Они целовались так, словно мир вокруг перестал существовать. Их языки сплелись в горячем танце, их тела соприкасались, передавая друг другу всю страсть, которую они копили внутри.
Дивия почувствовала, как у нее кружится голова, как ее чувства обострились до предела. Она хотела, чтобы этот момент длился вечно, чтобы их губы никогда не размыкались.
Доран прервал поцелуй, его глаза сверкали в полумраке. Он отстранился от нее, но остался рядом, его дыхание
было прерывистым. Он знал, что это только начало, и теперь, когда они переступили эту черту, пути назад уже не
было.
Он наклонился, чтобы снова поцеловать её, но не стал этого делать, чтобы немного подразнить госпожу.
- Ну что, Дивия, надеюсь, такой исход событий вас устраивает?