Смена [Софья Кульгавая]

Тгк- tercauw

Яркое солнце отражалось в сугробах, заставляя те мерцать. Сегодня был день отдыха в лагере выживания, и начальство преподнесло щедрый подарок: горы ледянок, ватрушек и прочего инвентаря для зимних забав.
Склон ожил, наполняясь радостными воплями и смехом всех людей, катающихся на нём.
Ватрушки сталкивались, переворачивались, оставляя за собой целые снежные вихри. Между соснами проглядывали яркие пятна курток, шарфов и шапок, превращая белую гору, в разноцветную палитру.

— Поехали вместе? — обратилась ко мне Лейла, садясь сзади.

— Поехали. — ответила я девушке и уже собиралась оттолкнуться, чтобы спуститься вниз, как остальные подруги также уместились сзади, создавая паровозик.

— Давай, Алина, гони! — крикнула Григорьева, замыкая цепочку.

Ледянки, словно разноцветные жуки, сцепленные друг за другом, с визгом и смехом спускались с заснеженного холма. Я крепко ухватилась за ледянку, периодически поворачивая её из стороны в сторону и направляя всех сидящих сзади.

— Быстрее! — громко крикнула Крючкова, цепко держась за Женю.

— Мне снег все глаза залепил, я не вижу куда еду! — крикнула ей в ответ я и почувствовала множество снега уже и во рту.

— От этого только веселее! — подхватила задор Григорьева.

— Алина, дерево. — предупредила меня Лейла, сидящая сзади и я резко направила «паровозик» в правую сторону.

Всех девушек развернуло, меняя курс направления. Многие из них уже чуть ли не сваливались из-за центробежной силы, но успевали вовремя перевести вес в другую сторону.

— У нас минус два! — услышала я крик Легавой и обернулась назад.

Саша и Соня валялись около дерева. Видимо, так как они были последними, их сильнее занесло, и они не смогли избежать столкновения.

— Вперёд смотри, водитель. — снова крикнула девушка, и я повернулась на дорогу.

— Это круче, чем американские горки. — сказала Лейла, когда мы уже достигли подножья холма.

Все подруги, перепутавшись конечностями и задыхаясь от смеха, вставали со своих ледянок.
Их лица пылали румянцем, а глаза сияли от неподдельной радости.

— У тебя всё лицо в снегу. — встав передо мной, произнесла Кульгавая.

— Я знаю. — ответила я девушке, чувствуя, как снежинки на моих ресницах, превращаются в капли воды.

Соня сняла варежку и поднесла ладонь к моему лицу. Она аккуратным движением протерла глаза, щёки и лоб, а после снова убрала руку.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

Ветер резал лицо, заставляя глаза слезиться, но это было нечто, по сравнению с адреналином, который бурлил во мне. Моя ледянка, ярко-красная, неслась по склону вниз, оставляя за собой длинный, белый след. Сверху казалось, что склон бесконечен, но я уже знала, как он изгибается, где лучше притормозить, чтобы не врезаться.
Рядом со мной, проносились другие ледянки — синие, зелёные, жёлтые, и каждая, со своим пилотом.
Где-то недалеко слышался смех подруг: весёлые вопли Жени, которая змейкой спускалась вниз, задушевное бормотание Лейлы и уверенный голос Сони.
Я с лёгким смешком, пронеслась мимо Кульгавой, обгоняя её на очередном повороте. Соня, казалось, наслаждалась спуском, но её взгляд был задумчивым, и улыбка не доходила до глаз. Заметив это, я чуть замедлилась и приняла решение дождаться девушку у начала склона.

Молчание между ними, тянулось ещё с самого утра, изредка перебиваясь мелкими взаимодействиями, или словами. Обычно они шутили, перебрасывались колкими фразочками, но сегодня Легавая была погружена сама в себя.

— Всё в порядке? — тихо спросила у подруги девушка, смотря на неё.

— Да, всё супер. — улыбнувшись, ответила ей та, отводя взгляд.

Алина смотрела на Сонину задумавшуюся фигуру, заметно разочарованная необычным холодом. В её голове крутилось ещё тысяча вопросов, но она больше не хотела доставать подругу.
-Хочешь ещё раз? -только и спросила она, и вновь побежала на вершину холма, не дожидаясь ответа.
Соня осталась у подножья, наблюдая за ней. Её взгляд был наполнен сложной смесью чувств: волнения, надежды и нерешительности.

Солнце уже давно спряталось за горизонтом, чем заставило людей покинуть место их веселья. Каждый устало шёл в сторону своей базы с мыслями, насколько плотно сейчас поест.
Несколько десятков минут назад, каждый из них был наполнен силами и решительностью, теперь же усталость начала брать своё.
Девушки шли медленнее всех, иногда останавливаясь, чтобы перевести дыхание, но их разговоры не смолкали. Они снова и снова перебирали в памяти сегодняшний день, запечатлевая его на подкорках своей памяти. Сегодня выживание померкло на фоне этого безудержного веселья.

— Не, девчонки, называйте меня как хотите, но я сегодня пользуюсь своей привилегией и иду в лагерь мыться. — произнесла Григорьева, когда мы уже подошли к палаткам.

— Ну ты и мышь. — только и ответила ей Кульгавая, после чего поймала на себе взгляд собеседницы.

— Глазками не стреляй, а иди в свой душ. — сказала она на немую фразу Сони и подмигнула.

— Тоже хочу помыться. — произнесла я и села на ближайшее ко мне бревно.

— Ну так хватай и иди. — Шестерикова кинула мне в руки пачку влажных салфеток и кивнула в сторону палатки.

— Да салфетки эти ваши практически не спасают. Мне уже кажется, что от меня за километр воняет. — я перебрасывала пачку из одной руки в другую, смотря на подруг.

— Тебе не кажется. — смеясь, ответила Кульгавая, за что впоследствии приняла на себя участь прилетевшей упаковки.

— Сегодня спишь на улице. — констатировала я, на что подруга скорчила удивительное лицо, и я его спародировала. 

— За вами можно вечность наблюдать. — переводя взгляд с меня, на Соню, произнесла Саша и тихо рассмеялась.

— Мы не в цирке, чтобы за нами наблюдать. — ответила ей Легавая, после чего девушки ещё сильнее рассмеялись.

— Не, ну эти ваши вечные перепалки, это что-то. Вы будто уже лет пятнадцать в браке. — Лейла села возле меня, и закинула руку на моё плечо.

— Мы ещё не в браке. — оповестила её Соня, после чего я странно на неё посмотрела.

— Ещё? — поймав подругу на слове, с усмешкой спросила Алиса. Взгляд Кульгавой забегал от одной фигуры к другой.

— Неправильно выразилась, забей.

Внутри палатки, царил полумрак, освещаемый лишь светом фонаря. Алина, стараясь не задевать стенок, аккуратно протираясь салфетками, старалась привести себя в порядок, после сегодняшнего дня. Салфетки пахли чем-то ненавязчиво цветочным, едва уловимый аромат, в пределах тёплой палатки, который, к сожалению, никак не останется на коже.
Соня сидела у входа, повернувшись спиной к костру, тихо наблюдая за окружающей местностью. Её взгляд скользил по заснеженным деревьям, изредка попадая на стенки палатки, в которой сейчас находилась её подруга. Это было не просто дежурство, это была некая забота, которую она сейчас не могла выявить иначе.
Тишина в палатке нарушалась лишь тихим шорохом салфеток, и вздохами Алины. Девушка старалась не обращать внимание на то, что за замком сидит её подруга, но чувство спокойствия и защищённости, обволакивало каждую частичку тела. Этот негласный договор: Алина — моется, Соня сторожит — был немым свидетельством всего несказанного.

— Ты уверена, что будешь достаточно чистая? — спросила Соня, не отрывая взгляда от заснеженного леса. Её голос был напряжённым, но в нём чувствовался неприкрытый сарказм.

— Без сомнений. Это тебе не городская ванна, тут эконом-вариант. — ответила я девушке, доставая новую салфетку из пачки.

— Эконом-вариант, — повторила девушка. — Звучит так, будто ты масло в машине меняешь, а не моешься.

— Ну почти. Только вместо масла — грязь и пот, а вместо машины — я. — слегка смеясь, ответила я подруге.

— Ага, а вместо гаечного ключа — салфетки, — добавила Соня, так же напряжённо всматриваясь в темноту. — Давай там шевелись, а то я себе скоро задницу отморожу.

— Тише ты, сторож, а то сейчас всё лесное зверьё распугаешь. — ответила я на её нападку и начала наконец натягивать на себя одежду.

— Звучит как план. — уже более громко сказала моя собеседница, из-за чего я тихо рассмеялась.

— А как же твой другой план? — наконец застегнув куртку, я начала расстёгивать замок.

— Какой ещё план? — спустя несколько секунд молчания, девушка перевела на меня взгляд.

— Ну тот, о котором ты весь день думаешь. Не хочешь мне рассказать? — я снова решила зацепить то чувство отрешённости, в котором Соня прибывала весь день.

— Да ё-маё, не думаю я ни о чём. — Кульгавая махнула рукой. —Пошли к костру, задница и вправду замёрзла.

Дым от огня стелился над заснеженной поляной, мягко освещая лица людей, сидевших вокруг. Два отряда, уставшие, но довольные, сидели в кругу, тихо слушая знакомый мотив песни. Соня, сидя чуть в стороне, медленно перебирала струны гитары. Мелодия была грустная, с оттенком отрешённости, а взгляд девушки был направлен в центр круга.
Алина сидела немного поодаль, обхватив колени руками. Её взгляд, время от времени, блуждал в сторону подруги, но та его не замечала.
Остальные члены отрядов, уставшие после активного дня, спокойно болтали, но даже это девушка пропускала мимо ушей, устремив взгляд в костёр.
Вечер, который должен быть уютным и тёплым, превращался в холодное напоминание о неизъяснимой, раздражающей пропасти между подругами.

— Я хочу, чтобы во рту оставался честный вкус сигарет.*  — донеслось до меня пение людей из команды.

— Мне очень нужен твой взгляд. — напевала Женя, сидящая рядом. — Мне крайне важен твой цвет.

Сидящая по правое плечо Лейла, слегка толкнула меня, заставляя перевести взгляд на неё.

— Для тебя поёт. — тихо произнесла девушка, поймав мой вопросительный взгляд и кивнула в сторону Кульгавой.

Соня сидела напротив, перебирая пальцами аккорды на гитаре и не отводила свой взгляд с меня.

— Не придумывай. — ответила я Лейле, так и не отводя взгляда с девушки напротив.

— А я и не придумываю. — улыбаясь ответила мне она и тоже начала напевать слова. — Я умираю, когда вижу, точно вижу и некому спеть.

— Я так боюсь не успеть. — пела Соня, смотря мне прямо в глаза.

— Хотя бы что-то успеть. — продолжила я строчку из песни, из-за чего девушка невольно улыбнулась.

Песни полились рекой. Голоса, сначала робкие и немного неуверенные, постепенно слились в радостный хор. Знакомые песни о дружбе, любви и приключениях звучали в пределах нашей базы. Воздух был наполнен смехом, шумными разговорами и запахом дыма.
Даже самые серьёзные и молчаливые члены команды расслабились, подпевая знакомые мотивы.
Звёзды казались ближе, небо чище, а холодный ночной воздух, казалось, не мог пробиться сквозь теплоту огня и уединения.

Когда время приближалось к полуночи, большинство людей разошлись по своим палаткам, оставляя некоторых сокомандников у костра.

— Может спать пойдём? — спросила я у Сони и впервые за этот вечер села рядом.

— Ещё немного. — ответила мне девушка, так и не переведя взгляд.

— Я тогда пойду, разбудишь, как спать соберёшься. — произнесла я и уже собиралась встать, как рука Легавой легла на моё плечо.

— Посиди со мной. — тихо попросила она, наконец одарив меня взглядом.

На небольшой поляне освещаемой только светом от костра, остались только две девушки. Они сидели молча, не проронив и слова. Внутри Сони бушевал огонь предвкушения, в то время пока Алина терзала себя домыслами и загадками. Каждая из них невероятно желала рассказать подруге то, о чём так долго думала, но никто так и не решался первым завести разговор.
Никто не знал сколько времени прошло, и сколько они просидели, скрывая свои эмоции.
Неожиданно поляна наполнилась звуками открывающихся палаток и скрипящего под ногами снега. Алина начала смотреть по сторонам, не понимая, что могло заставить людей выйти из места своего ночлега, в то время как лицо Сони озарила искренняя улыбка.
Кульгавая первая поднялась с бревна, протягивая Алине руку, поднимая ту следом за собой.

— Прости, что так вела себя сегодня, но это была вынужденная мера. — произнесла она, смотря в мои глаза.

Я уже намеревалась задать девушке вопросы, но не успела, так как толпа вышедших людей, взорвалась поздравляющими криками.

Почти вся команда стояла около палаток, смотря на нас. В центре них стояли мои подруги, держа в руках несколько кексов, с горящими в них свечками. И тогда я поняла, что значила эта фраза.

— Поздравляю тебя, Алинчик. — первой подошла ко мне Лейла и стиснула меня в объятьях.

— Поздравляем, маленькая наша. Желаем тебе всего самого наилучшего. — присоединилась к ней Женя и так же обняла меня.

Поздравления посыпались с разных сторон, пока я радостно оглядывала окружающих. На самом деле, я уже снова позабыла о том, что этой ночью мне исполняется семнадцать, но только вот Соня запомнила мои вчерашние слова. Приятное чувство разливалось внутри, пока я благодарила каждого, кто согласился на авантюру этой безумной девушки. Меня обнимали даже те, с кем я практически не общалась всё время которое находилась в лагере.

— Загадывай желание. — произнесла Григорьева и подруги вытянули кексы перед собой.
Я подняла глаза в небо, пытаясь придумать желание.

«Хочу, чтобы это никогда не заканчивалось.» — подумала я и закрыв глаза, задула свечки.

База снова оживилась, после наступления полуночи. Люди, которые ранее уходили спать, теперь весело бегали вокруг костра, перекидываясь снежками. Подруги, сидели вокруг меня, не переставая сыпать поздравлениями.

—А где вы вообще кексы достали? — поинтересовалась я и посмотрела на каждую. Григорьева и Легавая переглянулись и тихо засмеялись.

— Это Сонька попросила меня сегодня в лагерь сходить. Так что я не только в душе была, но ещё и в столовую заскочила. Кстати, там начальство так кормят сейчас, закачаешься. — ответила подруга, и я посмотрела на Кульгавую.

— Спасибо. — тихо поблагодарила её я, понимая, что всё происходящее, организовала именно она.

— Не за что. Поздравляю, мелочь, будь счастлива. — Соня обняла меня обеими руками, незаметно оставляя поцелуй на щеке.

— Мне кажется, что я уже счастлива. -искренне ответила я. — Так уж и быть, на улице спать не будешь.

———————
* песня Земфиры- бесконечность

Извиняюсь за небольшую задержку по времени, но я приложила все усилия, чтобы глава вышла именно сегодня, хотя и это было под вопросом.
Обещаю, что постараюсь сделать дальнейшие главы более интересными.
Не забывайте про телеграм-канал, где часто выходят спойлеры и эксклюзив.
Спасибо, что читаете.